Моя река

      Мне пришлось удариться головой о стекло, когда хорошая дорога кончилась и мы стали тащиться по каким-то кочкам. Грунтовая дорога, сказал Марк. И эта дорога мне совсем не нравилась. Не уснуть, не расслабиться, зато чувствуешь себя мешком с говном, который мотает из стороны в сторону. Ух, Виктор, откуда в тебе такие выражения? А ведь мы еще не доехали до деревни…       Но, благо, мучения не продлились долго. Спустя десять минут мы въехали в деревню. Это я понял по отвратительно полуразрушенным домам и обилию природы. Здесь не было асфальта, а потому естественная дорога зарастала травой, цветами и сорняками. Я мысленно заскулил, представляя, во что превратятся мои кроссовки. Папа сказал надеть самые старые и те, которые не жалко. Но мне все жалко портить в этой параше.       Мы вывалились из машины, Марк что-то сказал водителю, и спасательная машина уехала прочь. Я почувствовал желание разреветься и убежать домой. Тут все было чужое. Неправильное. Неуютное. Безобразное. Никаких четких заборов, дорог. Кругом слишком много зелени, она повсюду, на земле везде листья и земля, земля, земля! Везде земля, столько грязи! Видимо меня сильно затрясло от отвращения и страха, отчего Марк снова забыл об уговоре и стал трясти меня за плечи.       - Витя! Але, ты меня слышишь? Ты чего?       - Все грязно… Слишком много растений… Блять, я не смогу.- поморщился, сжимая рюкзак до побелевших костяшек, а ноги подкашивались.       - На меня смотри, придурок. Это природа. Все хорошо, грязи нет, а в домах люди тоже полы моют. На меня смотри!- гавкнул он и я вздрогнул, все же подняв на него глаза. Карие глаза, волнистые волосы до ушек. Марк, ага. Кусок..       - Зря я поехал сразу с ночевкой… Мне и пяти минут хватило, чтобы понять, что мне тут не нравится. Я хочу уехать.       - Давай хотя бы пару часов тут погуляем, и если совсем приспичит, то позвоним и тебя заберут, ладно? Два часа, Виктор. Ты справишься с этим.- настойчиво говорил он и я кивнул, сглотнув ком в горле. Не слезы, а тошнота.       - Два часа.- кивнул я. Сделав дыхательную гимнастику, я скинул с себя чужие руки и сделал первый шаг. Мягкая земля. Но мне показалось, что она отличается от той, что у нас около школы, где я испачкал кроссовки. Здесь она мягкая, теплая и чистая. Не знаю, как объяснить, но это мне не нравится.       - Дом самого близкого друга, Сашки, в конце аллеи. Вот как раз ходить научишься.- поддразнил с улыбкой он, а я даже не отреагировал, слишком сфокусированный на том, чтобы идти по этой земле. Понял, на что похоже. На запретную территорию. Словно эта земля настолько девственна, что мои ноги ее топчут. А хули, в поселке все жестоко раздавлено, а здесь люди жили в природе, уважали ее, ценили и ухаживали, и от этого мне неловко. Словно я недостоин. Странно испытывать такие мысли, ведь я-то точно достоин, но все равно было странно.       Мы с Марком шли не спеша, он не торопил и относился с понимаем. По обе стороны от нас были старые деревянные заборы, которые прятали эти сараи, и деревья с кустами. Разлапистые яблони, из-за которых приходилось иногда наклоняться, чтобы не удариться лицом, кусты с ягодами, колючие кусты… слишком много природы. Сараи терялись в них, полностью отданные природе. И было странно на душе. Ведь им нормально так. Более того, я видел как кто-то на одном из участков что-то сажал. Неужели им мало?       За одним забором залаяла собака и я так подпрыгнул, что споткнутся и упал. Марк сдерживал смех, протянув руку.       - Все в порядке, он на цепи. Тут собак много, они охраняют.       Я протянул ему дрожащую руку и кое-как встал, отодвигаясь к другой части дороги.       - От кого им защищаться? Все свои же.- промямлил я.       - От диких животных, наверное.       Меня аж током прошибло и я уставился на Марка. Он сам тоже сглотнул.       - Эй, эй, я ни разу никого, кроме ежей и белок, не видел тут. И ребята говорят, что тут безопасно. Успокойся, тут много людей, а в лес ты один не пойдешь, все в порядке будет.       - В порядке?!- я топнул ногой, скрывая дрожь во всем теле. До одури страшно и неприятно. Зря. Зря поехал. Еще и перед Марком позорюсь, ведь он теперь будет знать, какой я трус, каким уязвимым я бываю. Он мне это припомнит и будет использовать против меня. К черту все это.       Я резко развернулся и побежал прочь. Вздрогнул, пробегая мимо собаки, ускорился. Снова ком подкатывал к горлу, уже не просто тошнота. Злость на себя, на Марка, на эту чертову природу, на собаку, на неандертальцев. Идиот, поехал. Пошли все к черту! Я городской, и нехуй меня менять. К черту опыт. К черту обстановку и друзей. Всех ненавижу. Не хочу.       Сзади бежал Марк, звал меня, но я игнорировал его. Добежал до места, где остановилась машина, и побежал прямо куда глаза глядят, по этой убитой грунтовой дороге. Кочки, ямы, палки, камни. Ненавижу!       Резкая боль в ноге, лес закружился. Я упал. Очень сильно. Очень больно. Обидно. Стыдно. Я закрыл лицо руками и разревелся. Стыдно, что я городской мальчик, который собаки испугался? Природы? Чего я вообще испугался? Я и сам не знаю. А сейчас валяюсь на дороге, а по обе стороны лишь лес. Гений, Виктор.       Хруст листьев, топот по камням, и тяжелое дыхание рядом. Марк присел на корточки, но молчал, позволяя мне реветь как слабаку, лежа в этой грязи. Позор. Еще больше опозорился перед ним. Терять уже нечего, но мне все еще хочется цепляться за гордость, показать, что мне плевать, что я лучше, сильнее, круче, высокомернее. Смелее.       - Вить… ты…       - Заткнись.- шмыгнул я носом и присел на коленях, утирая лицо, сглатывая слезы и сопли. Никчемный. Кто еще тут кусок дерьма?       - Послушай, это нормально. Я в первый день через три минуты позвонил водителю и он меня забрал. Ты продержался дольше.- слабо улыбнулся он, а я отвернулся, растирая слезы и грязь по лицу рукавами легкой курточки.       - Спасибо, блять, успокоил! Плевать мне.       - Я вернулся потом через неделю, и выдержал пять часов. Но вечером уехал снова. А еще через неделю смог переночевать тут. Привыкаешь.       - Нехер привыкать к говну. И ты тоже, благодетель нашелся. Смешно, да? Я теперь такой сопляк в твоих глазах?!- я шмыгнул носом вновь, приводя в порядок дыхание, надевая на лицу маску беспечности и злости, чтобы скрыть слабость.       - Что? Причем тут это? Я ничего не думаю!- он даже нахмурился, но я ему не верил.       - Да пошел ты и твоя деревня. Смейся сколько влезет, но лишь слово скажи другим ребятам, я тебя засужу нахуй.- прошипел я, с трудом вставая на ноги и вздрогнул от боли в ноге. Вывихнул, наверное.- Заебись, я еще и пострадал тут. Со всей деревни мне скинуться, суки такие.- шипел я, а гнев так и вытекал из меня. Злость на всех, и чем сильнее я ее выражаю, тем больше заглушаю ненависть к себе.       - Вить, успокойся. Это просто..-       - Я тебе не Вить!- гавкнул я, подняв рюкзак и отряхивая его.- Мне твои оправдания и извинения не нужны. Зови машину, я уезжаю.       - Ты так легко сдаешься?- Марк посмотрел на меня тяжело, затравленно. Я его обидел. Но сейчас мне было не до этого. Я тоже обижен.       - О, давай, поддразни мою слабость, мудак! Да, сдаюсь, и что? Что дальше? Посмейся, сфоткай меня, всей школе расскажи. Ой как весело будет!- я стал хромать обратно к тому месту, где нас высадила машина. Там хоть нет этого удушающего леса кругом.       - Я никому не скажу, с чего ты взял, что я буду делать что-то подобное? Хватит уже.- Марк тоже стал закипать.       - Все одинаковые! Хули нет? Такое представление, ха-ха!       - Я не стану этого делать. Не суди по себе.- строго сказал он, а я остановился, как вкопанный, и развернулся.       - Ты думаешь, я бы так поступил?       - Не знаю. С чего бы тебе сразу кидаться на меня? Или кто-то так уже делал, а?       - Не делал, но очевидно, что тебе выгодно. Может быть и нет никакого Сашки, нет друзей, и это лишь план, чтобы унизить меня, приструнить!- эта идея была навязчивым жужжанием в моей голове.       - Не неси ерунду, блять! Я не сделал бы такого!- перешел на крик Марк, приблизившись и рыча в лицо.- Я не мудак! И люди не все суки! Я не знаю, какой у тебя был опыт, но ты слишком узко мыслишь! Не всем нужны деньги, не всем нужно доказывать превосходство и видеть чужие слабости!       - О, конечно, как же! Люди жестоки, любят обсудить чужое горе, лишний раз пожалеть и посмеяться над слабым. Нужно быть самим за себя!       - Ты говоришь так, словно ты всегда один! Но не забывай, что твой дом охраняют, вашу семью охраняют, и в городе у тебя были телохранители. Ты никогда не был один, не чувствовал ответственности в руках, поэтому тебе сейчас страшно, ведь ты один!- он ткнул меня пальцем в грудь, словно подписывая этот договор, которой очень больно жжет внутри.- Я никто для тебя, и я понимаю, мы знакомы мало. Ты не доверяешь мне и чувствуешь себя один в незнакомом месте. Поэтому тебе до одури страшно. И это не собаки и природа тебя пугает, а твоя собственная слабость! Ты трус! И ты знаешь это, поэтому уверен, что погибнешь тут в одиночестве!- кричал Марк, а каждое его слово было пощечиной.       Я молчал, позволяя слезам тебя по лицу, терять было нечего. Молчал и смотрел на Марка. Этот ублюдок был прав. Слишком. Как он раскусил меня всего за неделю? И почему я до сих пор не смог раскусить его? Обидно, что я глупый, а он умнее. Неприятно, что он видит меня насквозь. Прав. И все равно не ведет себя так, как я ожидаю. От этого тошно. Приторно хороший мудак.       Я не знал, что ему ответить. Отвернулся и снова стал ковылять к тому месту, и когда доковылял, то прислонился к дереву в тени, головой откинувшись на ствол.       Марк, не спеша, подошел ко мне, встав рядом, и в упор смотрел на меня. Неприятно от этого. Словно он ковыряется во мне, снова что-то найдет и больной ударит в это. Хотя он не сделал ничего плохого, просто дал идеально точный ответ тому, что я ощущал. Даже сам не мог это сформулировать, а он смог.       - Как ты это делаешь?- тихо спросил я.       - Что делаю?       - Прочитал меня. Как открытую книгу. Как?       Марк словно не понял, о чем я, моргая пару мгновений, прежде чем ответить.       - Потому что я был на твоем месте, повторяюсь.- он пожал плечами, а я повернул к нему лицо.       - Назови причину, почему я не должен свалить отсюда сейчас?       - Повзрослей.       Вот так просто. Ответил мне моими же словами.       - Тогда тащи меня.       Я облокотился об его плечо, а он держал меня за талию, пока я ковылял. Земля не казалась слишком мягкой, даже наоборот, стала такой сухой, что наступать больно. Солнце стало меньше жечь, ветер успокоился, и ветки не лезли в глаза. Даже не заметил, как прошел мимо забора с собакой. А сараи стали менее разваленными, и даже походили на домики. Шли молча, и я был благодарен за это. Возможно, просто возможно, Марк не такой гандон, как я думаю.

***

      Кое-как мы дотащились до конца аллеи и остановились напротив голубого домика, с таким же голубым забором. Абсолютная безвкусица.       А еще я дивился, как можно доверять людям, ведь все калитки тут можно было открыть снаружи, а сквозь ворота все было видно. Какой смысл вообще от этих ворот, если они не защищают и не прячут?       Марк отпустил меня и постучал по воротам.       - Саня!- крикнул он, а я вздохнул. Ну все, теперь заднюю дать не получится. Терпи.       Саня вышел из домика и с огромной улыбкой побежал к воротам, открыв калитку и крепко обнял Марка.       - Марк, дружище, наконец-то! Боже, я уже успел соскучиться!- он улыбался от уха до уха, и сиял еще больше, чем Марк. Таких людей я не видел, на самом деле. Ведь чему можно было так радоваться? Другу? Что за ересь.       Саша был чуть выше нас с Марком, но возраст у нас одинаковый, так сказал Марк в машине. Дылда, вот кто этот Саша. Лохматые светлые волосы, сияющие голубые глаза. Аж слепит, придурок этакий. А еще все лицо его в веснушках и это выглядело так странно. Словно грязь. Как можно быть таким грязнулей?       - Да, а это Виктор. Теперь мой одноклассник, новый друг.- гордо улыбнулся Марк, а по моей спине пробежала дрожь. Он так просто называет меня другом? Нахуй пошел, я его так звать не буду.       - О, Виктор! Витек значит! А я Саша!- он протянул мне руку, а я всеми силами сдерживал отвращение, и кое-как слабо пожал ее. Саша не обратил на такие мелочи внимание, зато разглядывал меня.- А ты где носом проехался? Ха-ха, пошли, в ванной умоешься.- он быстро исчез в доме, а Марк по-приятельски похлопал меня по плечу и закрыл за мной калитку. А я уже и забыл, что сам грязнуля.       За забором, тут, во дворе, был просто хаос. Доски, скамья, какой-то хлам, игрушки — все это тонуло в цветах и траве. Было неприятно смотреть на такой беспорядок. Газон должен быть газоном, доски где-то в сарае, игрушки в коробке. Почему им так приятно жить в грязи? Еще эти опилки везде… Это просто сборище грязи и опасности.       В доме было еще хуже. Пахло сыростью, деревом и еще каким-то странным запахом. Низкие потолки, никаких обоев. О Господи, это действительно сарай. Деревянная коробка с деревянными шкафами, полками, со скрипучими полами, вонючими вязаными коврами и выцветшей тюлью на окне. Бля, окно все грязное. Меня точно стошнит.       - Вон там ванная, кран крути аккуратно, не дергай, иначе потопишь нас.- хихикнул Саша, уходя с Марком на кухню, но я бы не назвал это кухней. Просто угол, в котором такой же срач. Отвратительная пленка на столе в цветочек, холодильник с вязанным нечто сверху, куча полок с кусками металла в форме кастрюль, треснутые тарелки и чашки. Меня передернуло.В так называемой ванной был пиздец. Я не переставал удивляться. Ванная была, но это было нечто чугунное и огромное, с желтыми подтеками, которые уже не отмыть. Грязный кран, заляпанное красками и руками зеркало, рваная шторка, вязанный коврик, который уже рассыпался. Я закрыл рот рукой, чтобы не блевануть. Это слишком. В таком месте я спать не буду. Уж лучше в поле пойти, чем тут.       Я аккуратно открыл кран, подождал пока сольется ржавчина, а потом брезгливо стал мыть руки. Мыло, кусок кривого нечто, я брать не стал, следы пальцев на нем еще остались. Впервые видел, чтобы из крана текло нечто вместо воды. Я стал мыть лицо и осматривал себя в зеркале. Боже, это все было так не правильно. Мне здесь не место. Мое лицо не должно быть на фоне такого дерьма и грязи. Это ужасно.       Я отмыл грязь, засохшие слезы, высморкался. Попытался очистить куртку от земли, отряхнул ее, мокрыми руками прошелся по штанам. Спасибо, что я послушал папу, и надел все черное. Грязь плохо видно.       Потом я снял кроссовок и осмотрел ногу. Крови нет, кости не торчат, все хорошо, лишь небольшой синяк. Значит, просто ушиб.       Собрав остатки храбрости в кулак, я вышел из ванной и осторожно пошел на кухню. Держись, Вик.       - О, живой. Садись, я вам чай налил, а вы есть хотите? Суп есть! О, даже конфеты могу вам выделить.- хихикнул Саша, а я сел на деревянный убогий табурет, который скрипнул подо мной и я задержал дыхание, чтобы падать было не больно. Не упал.       - Нет, спасибо.- кое-как выдавил я, сверля глазами чашку с безвкусными розовыми цветами, в котором была слабо-коричневая жидкость, именуемая тут чаем. Дай мне сил.       - Куда пойдем? Может, компашкой с палатками выйдем? Ребята будут рады тебе.- говорил Саша, глядя на Марка. Марк чувствовал себя в своей тарелке, либо очень хорошо это скрывал. Улыбался, пил чай.       - Не уверен, что Витя захочет.- он глянул на меня. О, я уже не знаю, что будет лучше, спать в клоповнике под тиканье часов, или в палатке. Бля, а если волки?       - А у вас тут волки или медведи есть?- осторожно спросил я, а Саша громко рассмеялся, запрокинув голову. Никаких манер.       - Нет! Только зайцы, белки и ежики! Говорят, когда-то лисы были, но даже я ни разу не видел. Все безопасно!       Я поежился. А если змеи? Змеи точно есть.       - Мне кажется, для первого дня идти с палатками это слишком… Не хочу.- неловко сказал я, но Саша спокойно отреагировал, махнув рукой, а его улыбка даже не дрогнула.       - Хорошо! Тогда просто сейчас с ребятами на полянке посидим, поиграем во что-нибудь, а как стемнеет, то по домам. Идет?       Марк сразу кивнул, а после и я, настороженно. Звучало адекватно, тем более в своем поселке я так уже сидел. Не весело и не круто, конечно, но за неимением ничего…       - Ура! Бежим собирать ребят!- Саша подскочил, не заметив, что я не притронулся к чаю, и улетел к выходу из дома, накинув на себя голубую куртку с прожженными дырами, словно от сигарет. Что за семья фетишистов на голубой цвет? Это безвкусица.       Я доковылял без помощи Марка, слишком желая оказаться на улице, вместо дома. Марк ничего не говорил по этому поводу.       Мы шли по тропинке, завернув на другую аллею. Я бы заблудился, но Марк шел так, словно знал дорогу, а я шел сзади них и наблюдал. Он общался с Сашей о чем-то, смеялся, улыбался, светился искренне. Неужели и вправду он его другом считает? И не брезгует?       Зашли сначала за первым мальчиком. Он точно был младше всех, начинающий футболист, как мне сказали, Олег. Олежка, так его звал Марк, был таким же обычным деревенским мальчишкой. Я впервые понял, что такое нос картошкой. А еще имел такие же веснушки, карие глаза и каштановые волосы, но был таким другим, чем мы с Марком. Словно этот ген интеллигентности, роскоши и породы действительно существует.       Потом зашли за парнишкой на год старше нас, забавный ботаник в очках по имени Леша. Он был скромным, краснел, а волосы имели медный оттенок, но темнее, чем рыжий. А глаза были серые. Почти миленький, но выше нас всех, из-за этого казался странным.А последний паренек не нашелся дома. Саша махнул рукой и сказал, что он где-то шляется, как всегда, и мы пошли на полянку без него.       Шли паровозиком вдоль протоптанной тропинке, а по обе стороны были колосья каких-то растений и цветов. Запахи были свежие и очаровательные, ветер был теплым и успокаивал, а ноги сквозь штаны щекотали какие-то кустарники. Все ребята болтали, а я шел в конце, и мне было хорошо. Я наслаждался солнцем над головой, опушкой леса вдали, и свежестью, которой, кажется, не было в нашем поселке. Здесь все казалось другим, хотя природа была одинакова, но даже эта опушка леса манила и пугала меньше, чем у нас. А может быть это из-за болтающих дурачков впереди.       Полянка была тут, потому что высокие растения кончались. Парни постелили огромный плед и расселись кто куда. Но место было дивное. Лесок позади, поле слева, а впереди небольшой склон и вид на длинную неглубокую речку с камнями. Она быстро бежала куда-то, и создавала приятный фоновой шум. Я даже захотел сфотографировать эту реку, но почему-то не стал. Когда-нибудь потом, возможно.       - Итак, с чего начнем? С поедания муравьев или будем плести корзинки?- улыбался Саша. Я сел в самый дальний угол, подальше от всех, и хотел остаться лишь наблюдателем.       - Не, это скучно. Марк, расскажи, как там школа? Красиво хоть? А учителя хорошие?       - А ребят много? Поселок-то полупустой.       - Школа хорошая, учителя милые, а ребят достаточно. Около 10-15 человек в классе, удобно.       - О, крутяк! И что, прямо все-все такие богатые?       - Ну, я лично не проверял. Но мой класс хороший. То, что показывают по телевизору, неправда.- хохотнул Марк.       - Говорят, у вас там парк строят с фонтаном. Зачем? Озеро же есть!       - Не знаю. Видимо, кому-то не хватает фонтана.- он пожал плечами.       - А у нас кошка родила! Котята нужны? Предложи одноклассникам!       Они болтали и болтали ни о чем, а я лежал на спине и смотрел на небо, даже потеряв нить разговора. Облака все еще не были ни на что не похожими, но все равно имели причудливые формы, узоры, и красиво освещались солнцем. Даже нога перестала болеть, и я закрыл глаза.