Electronic heart

На улице вечер. Уильям сидит за несколькими голографическими мониторами и отслеживает данные из нескольких источников. В штаб-квартире по обычаю пахнет бюрократией, техникой и лёгкой тревогой, потому что один из агентов MI6 сегодня понял, что такое "перекодировать на генетическом уровне", когда случайно столкнулся с Уильямом, и идеальный какао с молоком и маршмеллоу выплеснулся прямо халат последнего. На фоне играет очередной немецкий индастриал, а строчки кода сами плывут, словно попадая в ритм. Если бы Уильям хотел, он бы уже перепрограммировал этот алгоритм под весь свой плейлист под названием "Очередной четверг. Спасибо, MI6". Дверь в лабораторию бесшумно открывается, когда он уже почти заканчивает расшифровку. Его руки печатают так быстро, что будто летают по голографическому интерфейсу. Сзади раздаётся голос Шерлока, который свою работу уже выполнил и, возможно, снова спихнёт потом часть дел на Уильяма. потому что "Ну ты же ИИ, у тебя мозги в любом случае работают быстрее, чем я успеваю смотреть, как очередной недотёпа получает выговор от М. и, возможно, лишается премий, отчислений и права на отпуск". — О, ты почти всё закончил. Как насчёт того, чтобы пойти сегодня в бар? Я знаю один в районе Челси. Уильям снисходительно хмыкает, поправляет очки, завершает дешифровку и начинает просчитывать, чем эта идея в итоге закончится. По данным его статистики, все идеи Шерлока в 67,8% случаев заканчиваются либо катастрофой, либо приближением к ней. Остальные 32,2% — более мирные и нейтральные сценарии. И поход в бар не относится к тем 32. Шерлок нервно смеётся, но потом прижимается сзади и обнимает Уильяма. Он знает: если бы Уильям разозлился сейчас, ударил бы его статикой, взломал почту или рассказал всему аналитическому отделу, как сильно он боится, что за ним следят пришельцы, но не боится встречаться с андроидом что смешно. Холмс зарывается носом в качественные синтетические волосы и отмечает, что сегодня Уильям выбрал запах мяты. Благодаря модулю, который для него сделал Бонд, он теперь мог менять ароматы на очень широкий спектр различных шампуней. А волосы благодаря материалу были как настоящие. — Ой, да ладно тебе. Давай, соглашайся. Я в баре даже заплачу за твой любимый мохито с клубникой. Мы и так работаем почти двадцать четыре на семь хватит уже киснуть здесь, как партизаны в разведке. Уильям, благодаря модулю распознавания юмора и эмоций, выгибает бровь и вздыхает. Вентиляторы заметно ускоряются, потому что разговаривать, а уж тем более спорить с Шерлоком — ресурсозатратно, и в целом коэффициенты рациональности пробивают его личный график до самого дна, а то и ниже. — Мы и так уже часть разведки. Буквально. Аналитики MI6. Ты сейчас пытался пошутить? Твой юмор заставляет мои логические ядра сыпаться от идиотизма. Шерлок рассмеялся и отошёл, когда Уильям закончил работу, снял халат и повесил его на вешалку. Его глаза немного проморгали, словно о чём-то оповещая. Судя по тому, как он отвечает, он всё же зол, просто не так сильно. Но Шерлок знает: сердце или что там у него в груди андроида, который может обрабатывать кучу данных, и даже в курсе того, где в мире под видом торговли кексами продают оружие, не может устоять перед его обаянием. В итоге они добирались до места на метро, и всё шло идеально. Шерлок воодушевлён тем, что идёт в бар пить свой любимый двойной скотч. Уильям рад тому, что продолжит в наушниках слушать свой любимый электронный треш под названием: "Dial-up модем научился трещать в такт и бит, но издаёт звуки умирания и, возможно, в процессе совокупился с подлодкой СССР времён холодной войны". Вечер в Лондоне стоял приятный настолько, что даже не казалось, что уже через час-полтора всё пойдёт не так. Они заходят в бар. Людей не очень много, приятный свет, спокойная музыка. Уильям автоматически считывает возможность угроз, и она не превышает 40%, что обнадёживает. Однако цифры не самые утешительные. Располагаясь на барных стульях прямо у стойки. Шерлок заказывает себе скотч. Уильям берёт мохито. Спасибо Бонду, что напихал в него столько модернизаций, что он теперь может даже напиваться, но предпочитает этого не делать, так как Шерлока домой тогда никто не утащит. А сам Уильям немного неподъёмный, когда пьян. Но пока всё идёт тихо и спокойно, можно просто расслабиться. Однако датчики на теле Уильяма, которые часто засекают угрозы в радиусе до 20-ти ярдов, в любом случае оповестят его, если кто-то подойдёт с целью повыделываться. Шерлок смотрит с привычной ухмылкой и начинает разговор о том, о чём в принципе не затыкается никогда, но сегодня решает вдруг вспомнить самые идиотские случаи за их работу в SIS. — Что, Моран так и не отдал тебе долг в три тысячи фунтов? Сколько он уже проиграл — раз сорок? Пятьдесят? — Шерлок крутит задумчиво бокалом. — Сорок четыре раза. И это без всех тех случаев, когда он требовал реванша и снова проигрывал. Если бы я мог испытывать полноценные чувства, сказал бы, что он вызывает у меня лишь жалость. — Ох, помню тот день, когда он в совещательной, где Льюис с важными политиками заседает иногда, устроил буквально казино, просто потому, что сказал, будто ты не выиграешь за десять ходов. А все агенты, поставившие в тот вечер на него, остались без удостоверений и права обращаться к тебе не иначе как «о великий механический господин». Ну и рожа же у М была, когда он увидел… Уильям усмехается и делает глоток из стакана. Да, Моран — прекрасный снайпер, гордость MI6, но его нежелание проигрывать обеспечивает лабораторию, где работает Уильям, чуть ли не каждодневной уборкой и бесплатной рабочей силой. Что не могло не радовать. Бонд как-то в переписке пошутил, что в следующий раз Уильяму стоит заказать тому униформу горничной для ролевых игр, чтобы короткая юбка очерчивала бёдра, приподнимаясь, и заставляла его пожалеть, что он вообще это начал. И возможно, то, что родился. — Да уж, надо так умудриться упорно думать, что я не просчитаю его ходы. Зато потом сколько крика было. Ну и тот случай, когда он в локальном кооперативе в шутере мне проиграл и обвинил, что я взломал игру. Наивный, как будто я не обыграю его в честном бою. Шерлок смеётся во все тридцать два зуба. И они вспоминают ещё ряд случаев — в частности, когда Уильям тем, что самый умный, быстрый и эффективно работает, только попивая сладкое и слушая немецкую музыку, доводил начальство до нервного тика. Чисто потому, что когда был случай возможных ядерных угроз на Востоке, у Уильяма во время анализа из колонок играл трек "Kraftwerk — Radioactivity", где перечислялись самые крупные ядерные катастрофы XX века. Это определённо расценивалось как ирония и чёрный юмор. Льюис тогда думал, что хуже этого уже ничего не будет. Это ещё не говоря о том, что Уильям любит троллить идиотов через eBay. Время от времени выставляя всякий мусор под видом изобретений лучших наноинженеров. Он так однажды продал офисную мышь 2006 года, которую нашёл в архиве, и заработал на этом тысячу фунтов. Зато споры были какие, хоккейные команды так не дрались, как те два юзера, пока Уильям пил какао и ухмылялся. Однако веселье прерывается, когда сзади подходит здоровый мужчина — явно подвыпивший, бородатый и в клетчатой рубашке. Ну, прямо стереотипный набор человека, которого этанол ещё не добил. — Эй, ты, офисный хер, ты в курсе, что я здесь обычно сижу? Ну-ка, свалил пока я тебя не сделал частью интерьера!.. Все замирают, а алкотестеры Уильяма показывают критическое значение. Он не поворачивается, предпочитая игнорировать хама, у которого гонора больше, чем прочитанных книг. Шерлок напрягается и смотрит то на Уильяма, то на типа, который пытается спровоцировать машину, способную стереть его данные, забанить на всех сайтах без суда и следствия и отправить отдыхать в места не столь отдалённые, если посчитает нужным. Но Уильям игнорирует. И то, что происходит дальше, повергает весь бар в шок. Мужик смахивает стакан Уильяма со стола — тот разбивается, и остатки напитка растекаются по полу. Холмс понимает, что этот человек только что подписал себе приговор. Потому что андроид глянул на стакан и медленно, как в дешёвом боевике, снял очки, протянув их Шерлоку. Его алые глаза выражали ярость — но не дикую, а холодную. Прям как в их помещениях в январе. — Подержи-ка. Шерлок берёт очки и видит, как Уильям встаёт со стула и поворачивается с лицом человека, который увидел ошибку в коде, которую кто-то забыл исправить, и теперь ему придётся переделывать всю работу с нуля. — Знаешь, я не люблю, когда мне в ухо орёт тупиковая ветвь эволюции. Ещё хуже, когда она мешает мне после работы наслаждаться любимым коктейлем. Лицо Уильяма не выражает эмоций. Но мужик звереет настолько, что пытается схватить его за худи. Однако Уильям уже бьёт локтем в лицо, а затем с поразительной скоростью вгоняет кулак в солнечное сплетение. Мужик кашляет, пытается что-то сделать, но Уильям добивает его ногой и тот с разбитым носом, уже валяется в луже собственной крови. Весь бар в шоке. Бармен смотрит на Уильяма, который одёргивает закатанные рукава и садится, словно ничего не было. Встряхивает головой и, раскрывая очки, одним лёгким движением, надевает их обратно. Но, как известно, где один, там сразу и семеро. С пары других столов встают ещё четверо мужиков и явно идут к ним с недобрыми намерениями. Шерлок давится и, понимая, что веселье ещё не кончилось, выдаёт: — Терминатор, у нас проблемы. — Так и думал, что этим всё кончится, блять… — произносит Уильям и делает глоток из нового стакана мохито. Явно готовясь к тому, что придётся вбивать этикет применяя язык насилия. В итоге завязывается драка, в ходе которой Шерлок ломает двоим рёбра, а Уильям бьёт так, что никто не успевает даже ударить. Потому что у андроида в режиме самозащиты с реакцией в наносекунды явно больше шансов отправить тупых бухих амбалов в нокаут. Всё заканчивается валяющимися телами с переломами разной степени тяжести и тем, что трясущийся бармен вызывает полицию. А значит, надо сматываться. По расчётам Уильяма, Скотланд-Ярд будет через пятнадцать минут. Он тут же заказывает такси через смарт-часы. Машина приезжает уже через минуту с предварительной оплатой и, хватая Холмса за руку, тащит его к выходу. Потому что отвечать на неудобные вопросы о том, кто они и что случилось, явно ни к чему хорошему не приведёт. Они забираются в машину и быстро уезжают. Шерлок смеётся. От него пахнет алкоголем, но хотя бы не так противно. Обонятельные сенсоры не сходят с ума. Таксист молчит, пока Холмс закидывает руку через плечо Уильяма. — Ох, вот мы дали жару. Чувствую, завтра от М прилетит. Но должен сказать, ты был великолепен. Это твой обновлённый модуль самозащиты? Уильям качает головой в осуждении, но потом думает о том, что возвращаться в лабораторию смысла нет. Нагоняй им всё равно обеспечен. — Вечно у нас из-за тебя одни проблемы. Что ни поход, куда-то, всё превращается в полный ужас. Помолюсь техногенному богу, чтобы мне завтра всю проводку не вырвали. А с тебя кожу не сняли. — Подумаешь, эти мужики сами нарвались. Ты же мог не драться. А раз позволил себя спровоцировать, значит, сам этого хотел. Уильям понимает, что отчасти Шерлок прав: он хотел набить кому-нибудь морду, но не ожидал, что это произойдёт так скоро. Он снова смеётся и успокаивает Уильяма. Почему-то в душе разливается странное тепло. Они смотрят в окна такси и через пятнадцать минут добираются до места. Уильям выходит и идёт к двери. Холмс достаёт ключи, и они оказываются внутри. В квартире пахнет сигаретами, стиральным порошком и серой тоской. Шерлок проходит в гостиную, огромный телевизор, оставленные банки из-под энергетика, коробка от китайской лапши быстрого приготовления. Он чувствует, что Уильям всё ещё недоволен, но разбор полётов о том, почему они устроили погром в баре, будет утром. А сейчас он хочет кое-чего другого. Уильям садится рядом и смотрит на разбитую губу Шерлока. Потом тянется и трогает её рукой. Алая кровь привлекает внимание. Процессор начинает греться, и система охлаждения тут же включается — вентиляторы шумят. — Чёртов идиот… Если завтра будем отбывать наказание, я тебя уничтожу. Уильям хмурится, но Шерлок подползает ближе и, несмотря на угрозы, прижимается к андроиду. — О-о! В первый раз что ли? Лучше давай займёмся чем-то поинтереснее. Он проводит рукой по колену Уильяма и выше. Андроид испускает сдавленный рык, будто мотоцикл резко стартует. В итоге Шерлок забирается прямо на колени Уильяма и обхватывает его лицо. Красные глаза мерцают. Похоже, он переключается между модулями и алгоритмами. Уильям обхватывает талию Шерлока, ведёт руками по бёдрам. Глаза Холмса смеются, похожи на бездонное синее море. Они, наконец, целуются, и Шерлок, чувствуя синтетическую слюну и касание рук Уильяма, только говорит: — Ты же на самом деле обожаешь меня… Уильям чувствует, как охлаждение работает уже на полную, но его температура растёт стремительно — примерно так же, как внешний долг США и обещания политиков, в которые поверят разве что идиоты. Прежде чем увлечь Шерлока в ещё один страстный поцелуй, Уильям с улыбкой и ноткой колкости произносит свою излюбленную фразу: — Computer sagt nein. После чего они снова сливаются в поцелуе, и одежда постепенно летит на пол.

***

Льюис спит в своей кровати, не ведая ни о чём, как вдруг раздаётся звонок в 2:25. Он берёт трубку в надежде, что кто-то ошибся номером, но, взглянув на экран, понимает: ничего хорошего его не ждёт. — Алло, что случилось? — Здравствуйте, мистер Мориарти. Простите, что так поздно, но, похоже, ваши парни устроили побоище в баре. Пять человек с разными телесными повреждениями… Льюис вдруг напрягается и садится на кровати, потирая переносицу, словно после жёсткого похмелья. — Подождите… какие парни?.. — Судя по описанию, один — блондин со странными красными глазами. А второй — Холмс. Глаза Льюиса распахиваются так же, как Колумб распахнул Америку, только ещё хуже. Он чувствует, что его сердце детонирует через три секунды, а желание убить двух аналитиков возрастает в геометрической прогрессии. — Блять… Ладно, спасибо, что обрадовали. Спокойной ночи, инспектор. Он кладёт трубку и чувствует себя родителем, дети которого опять натворили какую-то херню, а расхлёбывать последствия придётся именно ему. Ведь не они будут отчитываться перед Майкрофтом, какого хера это было. Льюис встаёт, надевает тапочки, шаркает по полу и спускается вниз. Достаёт из мини-бара бутылку виски. Долго смотрит в окно на луну и не понимает, как его жизнь до такого докатилась. — Хоть бы, блять, внезапно не начали звонить из Минобороны и МИДа. Страшно представить, что ещё эти идиоты могли вытворить… Ну, они у меня завтра отхватят по первое число. И, возможно, по тридцать первое. Он убирает бутылку обратно, ставит стакан после того, как залпом выпивает содержимое. И идёт спать с чувством, что если бы он был самым адекватным человеком, то никогда бы не пошёл работать в британскую разведку. Но судьба с ним сыграла определённо злую шутку.