Политик

Блэк бы покривил душой, если бы не признал, что бар, который выбрал для беседы Йок, был лучшим выбором. Это место славилось тем, что по вечерам в выходные дни чаще видели драки, чем танцы. Будь Блэк менее уверен в своих силах, он бы обошел это место стороной. Йок сидел за высоким столиком на барном стуле, потягивая какой-то коктейль синего цвета. Не то, чтобы у Блэка были проблемы с напитками, просто это заведение и вправду не вызывало доверия. - Йоу! – отсалютовал Йок. – Охуевший человек прибыл. Культурного разговора Блэк и не ожидал. Йок всегда был таким – поджигателем и разговора, и жизни. Он мог в одну секунду затеять спор, и так же отвлечь толпу охраны. Универсальный человек, с которым и подраться можно, и поговорить о всякой ерунде, а так же устроить саботаж в любом нужном месте. Блэк Йоку доверял, несмотря на произошедшее с Дэном. Пусть он и злился на него, но считал, что у Йока недостаточно мозгов, чтобы продумать и оценить ситуацию со всех сторон. Чаще этот парень думал своим членом, реже головой. - Я на мгновение обрадовался, что ты жив, - хмыкнул Блэк, усаживаясь рядом. – Всего лишь на мгновение. - Не я бросил нашего друга, - язык, как помело, но этим и было вызвано желание общаться с Йоком. – И не я решил докопаться до парня друга. Блэк усмехнулся, вылавливая официанта и заказывая виски. Если Йок рискует пить здесь напитки, то и ему стоит попробовать. Возможно, то что выглядит, как дерьмо, таковым не является. - И где ты его закопал? – поспешно поинтересовался Йок. - Он пока жив. – Блэк специально выделил слово «пока», наблюдая за напряженным взглядом Йока. – Мне нужно было с ним поговорить по делу. Йок так и не расслабил плечи, наоборот, еще больше подобрался. Его руки неосознанно сжались в кулаки. - Я знаю, что ты…против нас, - произнес Йок, его голос сорвался в последний момент. – Честно, Блэк, он больше не участвует с нами ни в чем. Мы договорились, что наши два мира пересекаются только в кровати. - Похуй, - ответил Блэк, дернув плечом. – Он тебя подставил, чуть не убил всех нас. - Да. - Тогда… почему? – в голосе Блэка вместо злости звучала… заинтересованность?  Невозможно точно сказать, почему этот вопрос был интересен. Блэк понимал, что вопрос относился к Тоду. Все вопросы Блэка в последнее время относились только к Тоду. Он искренне скучал. Но это никому не надо знать, верно? - Ваш заказ, - проговорил официант, оставляя виски перед ним. – Это Джемисон. Блэк посмотрел на Йока в этот момент, и почему-то его товарищ внезапно произнес: - Запиши на мой счет. Официант кивнул, забирая свой поднос и уходя прочь. Йок расслабленно вздохнул, будто оценил тот миг, где его не требовали отвечать на сложный вопрос. Но Блэк продолжал смотреть на него. - Знать, на что способен человек, для меня главное, - произнес он внезапно, заставляя Блэка обратиться в слух. - Если я знаю его возможности, и они сходятся с моими пределами, то в чем проблема? - Убить всех нас, это предел? - Он всего лишь подставил, - хмыкнул Йок. – Зная это, я могу обезопасить себя. Он же не изменил, не заразил спидом, не упек меня в тюрьму. Всего лишь подвесил эту ситуацию. В нашем мире это значит намного больше, чем ты думаешь. Блэк нахмурился, обдумывая сказанное. Возможно, Йок в чем-то и прав. Существуют границы, которые человеку нельзя пересекать. Для каждого они свои. Но если ты знаешь, что человек не перешел их, что это значит? Для Блэка значило больше, чем обещание в любви. Он знал возможности, а значит мог предсказать последствия. Но… Тод упек его в больницу. Он мог ли на это закрыть глаза? Он отправил его следом, и… считалось ли это границами?  Если сейчас задуматься, то Блэк бы пришел к выводу, что он мешал Тоду. Но так ли это на самом деле? Йок своим ответом открыл больше, чем он хотел видеть. - Зачем ты так с Грэмом? – тихо спросил тот, кто заставил его думать. А что ответить Блэку? - Если ты больше не хочешь, чтобы кто-то был в твоей жизни, разве нужны другие причины? – ему больно это говорить. Он не благородный воин, он не великий самурай с философией. Блэк есть Блэк. Он остается всегда тем, кем его хотят видеть его близкие. Если Йок видит в нем друга, то и Блэк ведет себя как друг, хотя для профилактики он бы ему пару раз врезал. Дело не в том, что Грэм видел в нем любовь всей своей жизни. Дело в том, что сам Блэк не видел Грэма кем-то большим, чем другом. И если раньше получалось притворятся, что это на самом деле не так, то когда вмешалась Нуч, Блэк просто решил всё завернуть. Не было ревности, в том-то и дело. Было плевать, что Грэм чем-то занят, что не приходил ночевать, или еще хуже, гулял в клубах или проводил много времени с Нуч. Блэк не чувствовал ничего. Больно ему только по одной чертовой причине – своими попытками он стал тем, кто не подходил под определение друг. Столько лет общения пошли коту под хвост, и вряд ли Грэм отойдет даже через пять лет. Если вообще сможет отпустить эту ситуацию до самой смерти. А Блэк не любил терять людей. Он знал, что каждый из них – как его конечность. Срастался с ними, дышал им, совершал деяния. Вот и выходило, что у Блэка оторвали чертову руку, и теперь он не знал, что ему без нее делать. - Мне надо выяснить, что вы видели в Белуге, - прервал тишину между ними Блэк, стараясь зацепиться за что-нибудь приземленное. – Интересует всё. - Хм, - Йок развязно ругнулся, хлопая в ладони, - Так вот в чем причина! А я-то гадал, какого черта ты привязался к Дэну! Блэк нахмурился, но промолчал, потому что официант как раз размещал на столике повторные напитки. - Тащи бутылку, - прошипел он обслуживающему персоналу, и залпом осушил свой стакан. - Быстро. Официанту в этот раз не понадобилось так много времени, и он быстро принес бутылку. Йок лишь подавлял смешки после громогласного смеха. - Заткнись, - рыкнул Блэк, и сразу же налил себе в стакан, чтобы тоже выпить в пару глотков виски. – Ты испытываешь меня? Йок громко всхлипнул и нацепив слишком самоуверенную улыбку, отобрал бутылку. - Значит, вот в чем причина, да, Блэк? Все, кто общался с Йоком забывали, что у него имеются отличные мозги. Блэк тоже забыл, погруженный в свои проблемы и дилеммы. Проще всего Йоку сложить один плюс один, чтобы достигнуть нужного вывода. Возможно, если бы Йок не играл дурочка ,у которого в руках горит фитиль, он бы смог устроить что-то более грандиозное, чем то, что они сделали под руководством Блэка. - Я не говорил этого. – всё, на что хватило Блэка, пока он так же наполнял стакан. – К черту. - Нет, - Йок усмехнулся, прикасаясь стаканом к его стакану, говоря, - Ты должен об этом кому-то сказать, ясно? И если не Вайт, то я вполне себе могу забыть под количеством виски. Чем не вариант? - Пошел на хуй, – коротко ответил Блэк, смотря на то, как самодовольство Йока только растет. – Не лезь. - Если ты так говоришь, то почему… - Йок сделал глоток, а после скрыл очередной смешок, - То почему ты интересуешься Белугой? Знаешь, Блэк, мне плевать на всю вашу историю с Тодом, но тут пострадал наш общий друг, и я не хочу оставлять этот вопрос на поверхности. Расскажи истинную причину вашего расставания. Блэк хмыкнул, а после так же пафосно поднял стакан и чокнулся о стакан Йока, говоря: - А мы не были вместе, Йок, - в голосе слишком много яда, - Чтобы была причина для расставания. В миг его друг поменялся. Теперь от напыщенного самодовольства осталось только озадаченное лицо. Он думал, и Блэк видел все его мысли так отчетливо, будто читал книгу. Вот Йок пытается вспомнить, когда Грэм начал говорить, что они сошлись, а потом, когда они действительно стали парой. И натыкается на огромную дыру. Потому что этого не было. - Год, - внезапно произнес Йок, а после захохотал еще громче, - Ты, блять, невероятен! Блэк еле проглотил ком, что встал посреди глотки. - Пошел нахуй, Йок, - прошипел Блэк, чувствуя, что еще секунда, и первую драку за сегодня устроит он. - О, подожди. Серьезно, ты умудрился ему парить мозги целый год! Это своего рода рекорд, - хмыкнул Йок, а после скинул веселье, будто его не бывало, и проговорил серьезным тоном. – Ты чертов ублюдок, который не может определиться. Если ты сох по Тоду, какого черта ты тронул Грэма? - Я не…- Блэк тут же осекся. Ошибка номер два: Блэк не понял, когда наступил момент, чтобы он начал оправдываться. С Йоком надо быть, как в покере – полностью внимательным, стараться держать лицо, и не дай всевышний он прознает об истинных мыслях. Ты проиграл, когда открылся Йоку полностью. Он проиграл. Сука. - Ты не? – Йок улыбнулся, а после махнул рукой в его сторону. – Расслабься. Я тебя не судить пришел. Я пришел выяснить твои мотивы, которые вынудили тебя связаться с моим парнем. - А я пришел выяснить информацию о Белуге, - беззлобно отозвался Блэк, чувствуя горечь полного проигрыша. – И ты мне ее тоже не дал. - Я же не целка, - рассмеялся над своей шуткой Йок, - Я лишь знаю малую часть. Если хочешь узнать всё, тебе стоит прийти в гараж. – ловя взгляд Блэка, Йок объяснил, - Я всю вылазку стоял на стреме. И черт, Блэк забыл об этом факте. Йок не участвовал в действиях после пулевого ранения. Как говорил Шон: «Не только ему ходить с победным шрамом». - Ясно. - Ты пришел не по адресу. Но, - Йок налил ему еще из бутылки и так же весело хохотнул, - Я рад, что ты мне разъяснил всё, что происходит на самом деле. - Я ничего не говорил. - А мне нужна была только твоя реакция, - отозвался Йок. – Тод не тот, с кем стоит что-то замышлять. Но я знаю какого это. Быть не с тем, кто тебе ровня. Блэк посмотрел в его глаза и увидел. Он увидел в первую очередь себя – такого же не на своем месте. Будто зашел не в тот дом, и вынужден там оставаться, и причина не в удержании, а в том, что он чувствовал. Йок любил Дэна и не хотел уходить, как бы ему не было тяжело. А ведь ему и в правду сложно. Дэн внимательный, чуткий и импульсивный. Йок же само значение слова импульс – внезапный, дикий, умный. Как они взаимодействовали в поставленных условиях? - Я не с ним. - Думаю, Блэк, ты всё еще с ним, - хмыкнул Йок, и отвернулся в сторону зала. – Потому что ты живешь так, будто рядом нет места ни для кого другого. И я понимаю. Йок вяло улыбнулся, поднимая стакан в воздух. - …я тоже не могу отпустить, ясно? Не делай из себя жертву, - вякнул он напоследок, а после посмотрел на часы в телефоне. – И вообще вали. Мне нужно время. И Блэку лишь оставалось вывалить свои купюры, чтобы в глоток осушить стакан и покинуть чертов бар. После разговора с умным человеком остается больше вопросов, чем нужных ответов. И сейчас, именно это и произошло. Блэку мало было своих проблем, так еще и накинули. Он устало вздохнул и взял телефон в руки, чтобы оценить на сколько он пьян. Мать: «Нужно встретиться. Завтра в три, на нашем месте.» Наше место? Блэк нахмурил брови и потащился к своему байку. Какого черта у них еще есть «их место»? Но в тот же момент, холодный пот прошел по его пояснице – мама бы никогда не связалась с ним, если бы что-то не произошло. И судя по сообщению, произошло настолько масштабное, что ему надо быть в курсе. Прыгнув на байк, он медленно погнал к своему пристанищу, чувствуя потребность в холодном душе и крепком алкоголе сильнее, чем когда-либо. *** Забирая документы, Блэк не высматривал слежку. Читая документы на остановке, Блэк не реагировал на тех, кто бродит поблизости. Потому что не было смысла. Информация про политика через копов - уже повод установить за ним слежку, но он еще надеялся на то что Дэн не слил об этом в участке. Из всего что он прочел, можно было бы сделать несколько выводов. Когда-то давно они с Тодом говорили об этом. Всё на словах было просто, но Блэк знал, что везде есть подводные камни. Тод брал в пример то, как развивается фармацевтические компании на западе. Берут одно химическое уравнение, делают из него научные записи и вещества, после смотрят на крысах, а в конце набирают людей, тех, кто готов участвовать в опытах. Дальше годы исследований, вынесений списков побочек, сравнение губит или лечит, и только потом отправлять всё это в Всемирную организацию здравоохранения. И вот, лекарство от простуды запатентовано и находится на рынке. На это тратятся годы. Поэтому у Тода получилось провернуть с Белугой – обойти все запреты. Лаборатории, что спонсировал его отец по его желанию, работали уже больше двенадцати лет. А тут вскрывается второй момент. США прочно выбило себе место на рынке Тайланда. Оно поставляло лекарства, и при любой угрозе потери финансов завышало цены. Поэтому весь рынок держался у них в кулаке. Все правительство было у них под контролем. Вливания шли нереально большие. Один препарат мог стоить до ста баксов, но страховка брала свою часть, и в результате выходили суммы непосильные финансовому состоянию населения. Этот министр, Сучинда Ручупхан, имел те выходы денег, что привязаны к сбыту лекарств. Как все просто. Тод подверг его риску остаться без денежной кормушки, и в результате первой целью министра стало убрать Белугу и всё, что с ней связано. А значит и жизнь Тода под угрозой не просто так. Другие файлы говорили лишь о том, что эти все товарищи были связаны с проектом «Белуга». Еще, что они числились сотрудниками данной фабрики, что заставило Блэка в серьез задуматься о том, насколько Тод рисковал своей идеей в «Лучший мир». Блэк всегда слышал от него, что они идут по одному пути. Но сейчас, он видел, как Тод, выбрав путь Блэка, действительно рискует своей шкурой. От этого в груди сильно сжалось, и захотелось порешить в миг всех ублюдков, которые мешали плану. Но… Мать: «Я на месте. Припаркуйся дальше» Что же, у него меньше вариантов, чем у Тода. Тем более уже тридцатое число. Пятнадцать дней ему что-то придумать. Найти шанс, чтобы донести информацию для Тода. Хотя Блэк думал, что важнее решить ему, донести ли информацию до него или нет. Конечно, да. Блэк не настолько зол за кому. Это не предательство. Это был другой вариант. *** Мама сидела, как и всегда на мягком стуле с бокалом вина. Она выглядела собранной, предстать судье. Но что-то выбивалось из ее обычного образа: волосы прилизаны, уложены в лучшем салоне, губы с яркой помадой, и тени под глазами. Будто она жертвовала сном, хотя, как помнил Блэк, она могла пожертвовать всем, кроме самой себя. Он был не лучше. Мешки под глазами уже выделялись четким серым цветом, кожа побледнела, а всё лицо не могло выражать что-то, кроме усталости. Кажется, в этот момент встречи они были в одном и том же состоянии. - Садись Блэк, - натянуто улыбнулась мать, указывая ладонью на меню, - Рада что пришел ты, а не Вайт. Но не буду много говорить, пока ты не поешь. Блэк скептически окинул ее взглядом, но тут же натолкнулся на такое же выражение в ответ. Это словно был ход в шахматной партии. И если он сейчас не пожертвует пешкой, не дойдет до короля. Поэтому он ткнул в меню, как только подошел официант, уповая только на то, что его не стошнит. Когда он ел в последний раз? Желудок шел против него. Хотя было в этот момент плевать. Он держал в голове лишь одно: пешка – жертва ради короля. Блюдо принесли в полной тишине. Блэк бы удивился, что было слишком быстро, но зная свою мать, он не сомневался, что заказ был уже готов. Единственный человек, кто был на его волне сейчас, сидел перед ним. С точностью угадать каждый его шаг был не способен даже его отец или брат. Когда он начинал перемены, он сразу же отказался от матери. Он доел. Он смог. Даже не давился, что было удивительно. А после его мама поднялась с довольным видом и вышла на веранду, постучав перед этим пачкой сигарет. Значило это многое – начиная от того, что разговор будет приватным, так еще показывал насколько матери известно о нем. Он вышел следом, прикрывая стеклянную перегородку, и присел рядом на стул перед белым столом. Раздался щелчок зажигалки, привлекая Блэка к определенным действиям. Он достал свои сигареты, выуживая одну из помятой пачки, а после с щелчком подкурил дешевой зажигалкой. Ему не нужно было выделяться, и даже имея подарок от Грэма, он все равно не пользовался бензиновой зажигалкой с гравировкой. - К делу. – это было большее чем ожидала его мать. - Ты роешь в сторону Сучинда Ручупхана, так? – спросила мама, стряхивая пепел в пепельницу, чем и привлекла его внимание. Нет, он был готов к этому вопросу. Полиция и судебная система работала бок о бок. Так что неудивительно, но вот то, что она стряхнула пепел не на пол, заинтересовало. – Насколько много ты узнал? - Министр, связан со сбытом фармацевтики. – уклончиво ответил Блэк. Жара начинала подбираться и первые капли пота уже потекли по виску. Блэк старался не трогать раздражающие намокшие волосы. От этого напряжения его жесты стали слишком нервными. - А еще? – спокойно спросила мама. - Белуга. Мама тихо усмехнулась, делая затяжку, а после на выдохе произнесла: - Ты знаешь многое, - ее тихое осуждение в этот момент звучало немного гордо. – Но, я тебя позвала для того, чтобы объяснить, что мне надо. Поэтому к сути, если ты не против. - Нет. - Тод. – коротко сказала мама, а после кивнула в сторону кармана, где выделялся его телефон, - Твое видео должно быть сказало больше, чем я сейчас постараюсь объяснить. Откуда она это узнала – был бы самый глупый вопрос. Дэн. Тот, кто не был на чье-либо стороне. Возможно он даже не открывал свой поганый рот, а всё выяснили по сбору информации с его компьютера. Такой вариант Блэк тоже держал в уме. - Я их снял случайно, и то, что говорил Сучинда, не было подтверждено. – сказал Блэк поворачиваясь к матери. – Что я должен сделать? -Сохранить Тоду жизнь. - И каким образом? - О-ой, ты сам понимаешь серьезность. – шикнула на него мать, выдыхая клуб дыма. – Надо удержать его на месте, чтобы он не вмешался. - Зачем? – через мгновение спросил Блэк. Его серьезно интересовала причина. Почему он? Почему Тод? Почему это вообще требовало каких-либо вмешательств? - Знаешь, что Тод делал в последнее время? – спросила издалека его мать, заставляя нахмуриться. – Нет, не знаешь. Как я и думала. Мой ребенок умеет хулиганить, не более. - Я сверг Тави. – озлобленно сообщил Блэк. - Нет, ты всего лишь призвал его к закону, - хмыкнула мама, - Я его наказала по всей возможной строгости, но, это не относится к делу. Ты не совершил революцию, ты не изменил этот мир. - К чему ты клонишь? - Тод смог, - коротко сказала она, закуривая следующую сигарету, а оставшийся окурок примяла в пепельнице. – Он изменил сам фундамент. И поверь мне, теперь он является самой весомой фигурой в обществе, пусть и нажил много врагов. - А тебе какое дело? – спросил Блэк, чувствуя песок в глазах – до того он внимательно смотрел на нее, пока она говорила. - Потому что мои дети такие, - отозвалась она, расслабленно падая в плетенное кресло. – Они хотят изменений, и я, если честно, тоже. Только ваши методы дикарские. Революция не происходит из-за чьего-то свершения, она происходит из-за массовых перемен. Тод положил им начало, и нам надо продолжить. - Ты не любишь изменения. - А ты не любишь постоянство, - отозвалась мать, задевая больше, чем кто-либо. – Тод тот, кто поведет страну к развитию. Тот, кто даст толчок двигаться вперед. Твои свершения тоже внесли вклад. Но… революция делается за закрытыми дверьми, с умов жаждущих, а не жертв и виноватых. - Она с них начинается. - Нет. – спокойно парировала мама, стряхивая пепел большим пальцем по фильтру, - Революция начинается с массы. Но никак не с свержения диктатора. А знаешь почему? Потому что, как не прискорбно, ведомые растеряются. Тебе не нужно свергать тирана, чтобы возмутить массы, достаточно предложить иной вариант. Тод это понял, и последовал по тому пути, что и я, и все остальные считаем правильными. - И что он сделал? - Он начал менять общество с низов. – довольно сказала мама, - Он понял, что всё действует по-другому. Он начал свержение с самого подверженного контролю места – медицина. Сейчас богатые беднеют, бедные богатеют, а все потому, что он перевернул стоимость лекарств. Хочешь узнать, что Тод еще сделал? - М-мм? – вяло отозвался Блэк, чувствуя, как его нервы натягиваются в струну. - Он изменил политику прозрачности. – мама прижала бычок к пепельнице, показывая большую точку в своих аргументах, - Теперь каждая компания должна иметь открытую бухгалтерию. Ни одна тварь не даст вливаний в то, что может навредить. Блэк почувствовал, что у него начинается головная боль. Его мать – здравомыслящий человек, сейчас твердила ему сказки. Быть такого не может, чтобы столько всего изменил лишь Тод. Тот самый Тод, который приказал избить его до комы, и кого он следом отправил в полный отдых! Нет же! - Я бы к тебе не обратилась, - внезапно сказала мама. – Но, ты его лучший друг. И мне надо, чтобы пятнадцатого числа ты удержал его дома. - На сколько? – сдался Блэк. - На сутки. – пожала плечами мать, а после посмотрела вдаль. – Нас ждут перемены, и Тод тот, кто эти перемены возглавит. Нам надо, чтобы его жизнь была в сохранности. На него слишком большие ставки. - Ты ставишь на Тода? – переспросил Блэк, чувствуя, что его окатили ведром с помоями. Он свергал Тави, подставился под пули, получил уголовку, а мама поддерживает Тода? И тут же явился гадкий голос: а кто надоумил Тода? Кто прожил с ним достаточно, чтобы надоумить на перемены? Блэк стиснул челюсть, чувствуя, что сейчас начнет ругаться матом так отборно, что его мать и не слышала. - Я ставлю на то, что хотят видеть в будущем мои сыновья. Так что, если ты согласен, то я сообщу точное время. Блэк отвернулся слишком резко. Ему нужно было сосредоточиться, и плитка пола балкона идеально подходила для концентрации. Он вздохнул и выдохнул. Он сможет это сделать? Он в любом случае это сделает. Ему неважно – революция или нет, он придет к Тоду. Но действительно ли он сможет его отключить от реальности? - Мне его надо защищать? - Да. – коротко сказала мама. И в ее словах пропало «ценою своей жизни». Блэк всё же именно это и услышал. Мать никогда бы не простила его, и не пришла поговорить, если бы только не возникла эта ситуация. Потому что он единственный, кто сможет удержать Тода. Потому что Тод единственный, кто сможет удержать его. Они просто, блядь, равны.