Не везёт нам с тобой в личной жизни

Иван Натанович сидел в своём кабинете приёмные часы окончены, начаты часы заполнения очень важных бумажек. Только неделю назад он разошелся с очередной пассией, горячая, страстная, две ночи секса, а потом — «нет, мы слишком разные, да и у меня муж и ребенок». Три раза разведён и бесчисленное количество раз партнёр на одну ночь, так и жизнь прошла, ведь уже пора думать пусть и не о семье, но хотя бы о простом желании быть кому-то нужным… Может пёсика завести? Дверь в кабинет резко открылась, влетел Быков — ГДЕ ЭТОТ ЛАПЕНДОЗ УШАСТЫЙ? ВЫХОДИ НЕПОТУШЕНЫЙ ОКУРОК, НЕОСМОТРИТЕЛЬНО БРОШЕНЫЙ В БЕНЗОБАК, Я ПОТУШУ ТВОЙ ЗАПАЛ ПОЖИЗНЕНЫМ ДЕЖУРСТВОМ. — Андрей Евгеньевич метался по кабинету выкрикивая ругательства, заглядывая за диван и проверяя шкаф. После тщетных попыток поисков наконец обратил внимание на Ивана Натановича, который, к слову, ни капли не был удивлен этим представлением. — Не знаю кого из своих интернов ты ищешь, но у меня его нет — спокойно сказал Купитман переводя взгляд обратно в бумаги. — И без тебя уже понял — ответил Быков, вылетая из кабинета, злобно пыхтя, явно представляя мучительную смерть накосячившего. Андрей тоже последнюю неделю терпел неприятности в личной жизни из-за этого был особенно озлоблен и в следствии — остёр на язык. Восемь лет непонятных отношений с Кисегач где они то расходились, то сходились снова, ссорились и мирились, а вследствии оказалось, что уже с полгода главврач крутит роман с патологоанатом. Как раз тогда, когда Настя с Андреем начали сходится в очередной раз. А объяснение всему простое- Андрей личность сложная и не постоянная, а Настя как любая взрослая женщина хочет крепких доверительных отношений. Купитман конечно же знал все это, ведь в этот же вечер Быков ввалился к нему в квартиру и во всех красках и подробностях описал своё отношение к данной ситуации.

***

Вечером Иван Натанович сдавал ключи вахтёрше и ровно за тем же делом застал Быкова. — Ну что, сегодня опять по замужним ходишь или вечер твой свободен? — Пошел ты, Быков. Знаешь, крайне малое количество девушек перед сексом говорят, что у них есть муж и ребёнок. — Да ладно, не дуйся ты, так бы и сказал, что в поиске компании. Не добрый взгляд Ивана Натановича поднялся на Андрея. — Которую я тебе могу любезно составить. Купитман ничего не ответил лишь пошел дальше по направлению выхода из больницы, Андрей проследовал за ним. Тёмные улицы — это точно не про Москву, город живёт двойную жизнь и именно вечером начинается вторая, не такая серая и скучная. Кругом неоновые вывески люди разных сортов: кто-то уставший идёт с работы, еле волоча ноги, кто-то только встал и полон сил что бы кутить до утра, неоновые вывески, красивые подсветки на зданиях и деревьях, ночью тут ни чем не темнее чем днём, зато эстетика другая. Двое петляли улицами молча, Купитман шел чуть впереди рассматривая все вокруг, словно не видит всё это на постоянной основе, неожиданно бесцельное хождение по улице оказалось интересным занятием и Купитман, уже не имея цели куда-то придти, начал петлять знакомыми дорогами, рассматривая красоту города, ведь никогда не поздно понять в каком красивом месте ты живёшь. Быков шел чуть с зади тёмным пятном, кажется вся его злоба и ненависть крутились рядом небольшим тёмным гало. Он смотрел лишь себе под ноги и только через пару пройденных улиц понял что маршрут их максимально странный и не логичный. — Ты чего это бабулька? Маразм так одолел, что ты дорогу до дома найти не можешь? — А с чего ты взял что я собирался идти домой? — Повернулся на говорящего Купитман. — Так что же? Дом любовницы найти не можешь? Пусть она тебе точку на карте скинет Купитман повернулся к Быковку и с напором выпалил: — Андрей прекрати уже. Ты думаешь я сам хотел такой жизни? Ты думаешь это я не хочу серьезных отношений и поэтому сбегаю? — Иван Натанович засунул, прежде яро жестикулировавшие, руки в карманы и отвернутся. — может когда то так и было, раньше, в молодости, но скажи разве сейчас я не пытаюсь быть нормальным семьянином? Не пытаюсь завести нормальные отношения? — Купитман пнул камень валявшийся на дороге от приятного расположения духа что так ненадолго поселилось в нем, не осталось ни следа. Мне-то откуда знать, чё ты там пытаешься — Быков не любил подобные разговоры ведь в них обычно ждут тёплых слов или поддержки, которую он оказывать, прямо скажем, не умеет, да и многозначительно промолчать или перевести тему не выйдет ведь оба участника разговора неприлично трезвые. Купитман пошел дальше, примерно, шагов пятьдесят, ведь рядом за домом возле которого они оказались располагался небольшой сквер, который таковым и назвать было сложно: две дороги, несколько кустиков и клумба в центре. Он уселся на первую попавшуюся скамейку, Андрей Евгеньевич повторил за ним. Купитман упёр локти в колени и протёр руками лицо. — Андрюшенька, ну вот скажи, почему так? — Не раскисай может твоя судьба просто ещё не родилась.— после небольшой паузы попытался отвертеться Быков. Купитман поднял глаза и презрительно посмотрел на терапевта. Отвечать бессмысленно, продолжать свою ветку ещё более бессмысленно. Так что он просто тяжело вздохнул и снова опустил голову и закрыл лицо руками. Быкову стало стыдно. Да это один из редких моментов когда голос совести осуждает своего обладателя за гордый нрав и показушное бесчувствие, он поступил точно не хуже, чем поступить бы мог, но и не лучше… Андрей уже хотел было приободрить Натановича, сказать, что-то после чего он сразу же придет в норму и станет его прежним другом, с которым весело пить и всегда можно над кем-то подшутить. Его рука повисла над спиной Купитмана не в силах опустится ниже, ведь, вероятно, придется что то сказать, а что именно? Андрей закусил губу, а после медленно убрал руку обратно себе на колено, опустив взгляд в плитку. Так просидели они ещё с минуту. Это место тихим назвать было сложно, все-таки вечер, все едут с работы, а Москва пронизана дорогами, так что как не беги, все равно услышишь гул машин, может недовольный сигнал подрезанного водителя, уж если послушать ещё дольше можно различить, доносимый ветром, сиглан электровоза. И так этого много вокруг, вроде бежишь и не замечаешь, а остановиться и так громко… Но даже весь гул в округе не перекроет противно пищащий голос внутри, который зачем-то так и хочет поставить тебя на путь истинный. Отмахиваешься от него, как от комара, а он все равно пищит тебе на ухо. — Ладно, извини — не выдержав напора собственного стыда тихо сказал терапевт не поднимая головы. Купитман был так удивлён услышанным, что даже не понял снача прозвучало ли оно в самом деле. Иван Натанович поднял голову и посмотрел в лицо Быкову, который все так же смотрел в плитку. — Мне не послышась? - стыдливая реакция терапевта, тихий тон и рассматривание плитки, вызвали не большую, еле заметную улыбку на лице венеролога.- Быков извинился? О-хо-хо. — Послышалось, бабуль, послышалось — Быков встал с лавочки все так же стараясь не встречается взглядом с Иваном Ивановичем. — Пойдем уже встретим логическое завершения этого вечера, что бы ты забыл произошедшее, и разойдёмся наконец. — Зайдём в первый попавшийся бар или будем искать что по-лучше? — с незаметно прорезавшимся интузиазмом спросил Купитман — А какая разница? — Зависит от того нажремся или неприлично сильно мы сегодня нажремся, что скажете, Андрей Евгеньевич? — Ну определённо второе, Иван Натанович.