Маленькое Чудо

Фуруя Рей считал себя достаточно стрессоустойчивым человеком. Всё-таки агент спецслужб, переживший такое и побывавший в таких заварушках, какие простым людям и не снились, человек с жутко ненормированным графиком, продолжающий доблестно исполнять свой долг вопреки всему… ключевое слово: «считал». На такой, по правде говоря, ужасной работе как у него, последнее чего ожидаешь – это встретить свою половинку на одном из заданий. Вот как-то так это и ощущалось. В одном из прочитанных, когда у него ещё было посвободнее со временем, исследовании говорилось, что мужчина влюбляется с одного взгляда, примерно за первые восемь секунд знакомства. Это-то с ним и произошло. Она была совершенством во всём. Её прекрасно звучащее и так подходяще ей имя. Её милая улыбка, теплый, всегда наполненный доброжелательностью, взгляд. Её в высшей мере очаровательный запах: кофе, который она постоянно варила посетителям кафе, где они работали, цветочного шампуня и её собственный неповторимый аромат. Один из самых важных факторов влюблённости, между прочим. Всё в ней казалось привлекательным. То, как она старательно выполняла свою работу. То, как запоминала предпочтения посетителей, наравне с ним, между прочим, профессиональным агентом. И в особенности то, что она, точно так же как и он, любила собирать всякие полезные советы, например, что нужно делать, чтобы быстро и хорошо засыпать. Так работает биохимя тела. Рей знает, он читал исследования на эту тему, как и множество других. Влюблённость, вот что это такое. И не зря это состояние сравнивают с болезнью. Чувства не должны мешать работе, даже если они вот такие, внезапные и сильные, а ведь это чуть не произошло вот уже несколько раз. И ничего с собой не поделать. Понимание собственного состояния ничего не давало и никак не помогало преодолеть и подавить несвоевременную влюблённость. Да и не хотелось подавлять, если честно. Удивительной силы приятное чувство, при том, что в его работе, и жизни в целом, так мало хорошего, по-настоящему положительных светлых моментов. Она была именно таким, безоговорочно светлым. В том числе и поэтому она никогда не должна была узнать о его чувствах. Профессиональный спецагент глубокого внедрения, он был достаточно хорош, чтобы ни словом, ни жестом не выдать себя. Просто коллеги, может немного друзья, но ничего более. Он бы справился с собой, рано или поздно преодолев или просто перетерпев всё это до нового задания, если бы не одно «но». Как хороший агент, Рей умел понимать людей, видеть их чувства и намерения, почти читать мысли по выражению лица. И поэтому видел взаимность. Её тоже к нему тянуло. Сдерживала только его холодность, подчёркнутое дружелюбие без каких бы то ни было вкраплений чисто мужского интереса к женщине. А вот самому сдерживаться, зная это, было на порядок сложнее. Просто – нет, просто – нельзя. Он просто не может втянуть эту светлую и чистую, порой наивную и излишне доверчивую девушку в свою жизнь. Дать ей прикоснуться через себя ко всей той грязи и мерзости, в котле которой ему приходится вариться ради того, чтобы сделать мир немного лучше для хороших людей вроде неё. Он уже изгваздан во всём этом по уши и не раз погружался с головой. Он не имеет никакого права пятнать собой столь чистый цветок. Пусть остаётся светлым пятном в его полной мрака жизни, он будет счастлив уже тем, что встретил её. Наслаждаться каждым мгновением рядом, чему особо способствует понимании того, что каждый день, каждый миг может стать последним. Даже если бы и решился, какое будущее их бы ждало? Её, точнее. При такой работе, как у него, шанс выживания ничтожно мал. Ей же даже письмо не придёт, если только сам не позаботится, его просто объявят пропавшим без вести, мало ли таких? И что ей останется? Деньги на безбедную жизнь – уж об этом он точно позаботится, воспоминания и горе? Нет, нельзя обрекать того, кого любишь, на такое. Вдобавок ко всему, когда у тебя есть нечто подобное, особо важное, ради чего хочется жить, в решающий момент можешь заколебаться. Когда в жизни есть только цель, то и эту самую жизнь отдать куда проще. А вот когда знаешь, что кто-то тебя ждёт… колебание ведет к поражению, а поражение в их деле недопустимо. Слишком многое на кону. Ему просто нельзя облажаться, а для этого нужно перестать отвлекаться! Да и ей же будет лучше: пока что это лишь влюблённость, она проходит достаточно быстро, а если позволить чему-то между ними начаться, то боль от разрыва будет во сто крат хуже. А разрыв рано или поздно произойдёт. Его смерть, угроза ей, как его уязвимости, его же решение расстаться, чтобы не подвергать опасности… да и просто так случиться может всё, что угодно. Так Рей убедил себя не начинать отношений. Но потом случилось то, что случилось. Азуса смогла вытащить его на вечеринку своих друзей. Впоследствии он не мог ответить, почему согласился. Там, разумеется, присутствовал алкоголь… Как хороший агент, он вполне управлял собой и в не совсем трезвом виде, но в этот раз что-то пошло не так. Наверное, слишком хотелось открыться. Поутру вспоминал собственный пьяный бред и ужасался. Нет, никаких государственных тайн не раскрыл, но… «Я же ничего не могу тебе дать», «Ты слишком хороша для меня», «У меня очень опасная работа»… благо, обошёлся без подробностей. Ещё помнил её ответы, что ей ничего не нужно, кроме, собственно, его самого, второе она опровергла точно таким же утверждением. Объясняла, почему сама не спешила делать первый шаг, да. Это так впечатлило, что он сказал и третье. А Азуса… посмеялась, ничего не поняв и посчитав уже самым настоящим бредом. С одной стороны хорошо, а с другой – она так и не поняла, что из-за него ей может угрожать опасность. Сам-то понимал, но… проснуться вот так, в обнимку с ней, оказалось очень приятно. Ничего такого, оба в одежде, так что всё в порядке, но само это ощущение… Тогда к нему впервые пришла мысль бросить работу ради семейного счастья. Даже похмелье – кто-то вчера всё-таки перебрал – чувствовалось не так остро и почти терялось на фоне того количества положительных ощущений, которое он испытывал лёжа вот так, в обнимку с той, в которую влюблён. Ускользнуть так, чтобы девушка не заметила, не удалось и последовала неловкая сцена. После минуты взаимных разглядываний он заверил, что ничего не было, а в её глазах в ответ на это мелькнуло разочарование. Тогда он впервые подумал, что стоит начинать искать другое прикрытие. Замяли, разошлись по домам. А на следующий день Азуса… перешла в наступление. Она явно помнила все те пьяные признания и теперь знала, что не безразлична ему, далеко не безразлична. Теперь она подавала определённые знаки вполне осознанно и старательно. Причём умудрялась оставаться в рамках приличий и проделывала всё так, что посетители ничего не замечали. Игнорировать происходящее Рей смог только два дня. На третий его терпение лопнуло и состоялся разговор по душам. Уже без выпивки и куда более обстоятельный. Он снова рассказал всё из того, что мог открыть, чтобы отпугнуть её, а она… просто заявила, что не отступится. И её глаза подтверждали всю твёрдость намерений. А ещё пригрозила, что заявит в полицию, если он внезапно исчезнет после этого разговора. Он предупредил, что не сможет часто проводить с ней время. Что в любой момент его могут сорвать звонком и придётся бежать. Что у него будут от неё тайны и много. Она же лишь рассмеялась и заверила, что это всё нестрашно, пока у них есть будущее, пока он позволяет ему быть, их совместному будущему. Рей подумал, что, вполне возможно, этого самого будущего у него и нет, но… Опомнившись, Азуса уже добавляла, что ничего такого не имела в виду и, прежде чем строить далеко идущие планы, им нужно сперва попробовать быть вместе. Он кивнул и только после понял, что согласился. Когда его с радостным возгласом обняли и поцеловали в щёку. По правде говоря, ему тоже хотелось попробовать. Вообще не думал, что влюбится со своей-то профессиональной подозрительностью. Но получилось вот так. И отлично. Так начались их отношения, которые заранее казались ему обречёнными. Но всё шло на удивление хорошо. Это не значит, что он не думал о том, что подвергает девушку опасности и не мучился желанием разорвать с ней все связи, чтобы уберечь. Но желание ещё хоть немного продлить такое редкое удовольствие общения с действительно приятным человеком каждый раз пересиливало. С развитием отношений произошло и то, что рано или поздно должно было произойти. Они оказались в одной постели. Раз, другой… Рей всё больше думал о том, что пора бросать работу, но долг держал слишком крепко. Но теперь и девушку он бросить уже не мог. Испытав, что такое подлинное счастье, больше не хотел его лишиться. Ни за что! Выход нашёлся неожиданно. Азуса расспрашивала о том, почему он постоянно такой хмурый – он в общих чертах обрисовал ситуацию, не вдаваясь в подробности. А она возьми, да и скажи: «Если тебя держит какое-то дело, то закончи его и всё». И он как прозрел. Такое часто бывает, что очевидных вещей не видишь из-за того, что сам в них замешан. Действительно правильный совет. Теперь у Рея появилась новая главная цель в жизни. Девушка согласилась потерпеть пару месяцев или сколько там нужно, чтобы закончить то большое и сложное дело её парня, которое не давало ему спать по ночам. А он вплотную занялся своими непосредственными обязанностями по борьбе с организованной преступностью. Не напрямую, иначе. Умнее. Редкие встречи, поцелуи, близость, ощущавшаяся особенно остро от того, что он буквально ходил по краю, ведя в высшей мере рискованную игру против большой и опасной организации. «Целуешься как в последний раз», – замечала Азуса, когда он в очередной раз уходил и не мог от неё оторваться. Он ничего не говорил и целовал только нежнее. А потом случилось это. Рей правда считал себя очень стрессоустойчивым человеком, но, когда услышал: «Кажется, я беременна», замер в ступоре на полминуты. Она смеялась, говоря, что большинство мужчин реагируют подобным образом и это нормально. Он же не считал мысли вроде: «Нет, невозможно! Мне нельзя!» – нормальными. Но промолчал. Выдавил из себя улыбку – получилось плохо, судя по выражению лица девушки – какое-то поздравление, которого даже вспомнить потом не смог, и убежал. Позорно бежал с поля боя, можно сказать. Но ему правда требовалось время, чтобы осознать и привести мысли в порядок. Потом было много планов и не меньше действий. Наверное, если бы не спешка разобраться со всем за ближайшее время, он бы никогда не решился так рисковать. Вообще, этого и правда не стоило – чуть не оставил своего ребёнка без отца. Подобные мысли всё еще вызывали странные ощущения, но уже больше приятные, чем испуганные. Привыкал… Всё обошлось. И ему удалось задуманное. Больше никто, знающий его как Бурбона, не побеспокоит его семью. Даже с работы разрешили уйти. За подвиг… Разобравшись с главной угрозой своей семье, Рей занялся второстепенными. И первую же обнаружил в себе. «А получится ли из меня отец?» – эта мысль и породила неуверенность. Всё же для подобного важного дела нужно много знать и уметь, это тоже можно назвать делом всей жизни. А он… умеет и знает совершенно не то, что пригодилось бы в воспитании детей. Наверстать и выучить несложно – особенно, когда вместо трёх работ осталась только одна и появилось много свободного времени – тут дело в другом. Можно ли его, такого человека, вообще подпускать к детям? Не возьмут ли они что-то из его привычек не самого законопослушного толка? Нет, конечно, ничего такого он показывать не собирался, но есть какие-то мелочи, которых сам не замечаешь. Вон, Азуса подметила. Рефлекторное движение по чашке после допивания кофе или чая – оно ведь нужно чтобы смазать отпечатки пальцев. А сколько ещё такого в нём кроется? Что, если дети и правда чувствуют внутреннюю суть взрослых и каким-нибудь интуитивным образом вытащат что-то, что он никому не стал бы показывать? От тягостных раздумий снова спасла Азуса. Настоящий лучик света, рассеивающий тьму самим своим присутствием. Узнав, что он тревожится о том, каким станет отцом, обняла и прямо в ухо прошептала, что хорошим. Если мужчина об этом думает и беспокоится – значит, точно хорошим. Потому, что ему не всё равно и он будет стараться. После этого Рея «отпустило». Вот как-то сразу поверил в сказанное любимой, уже женой. Тихо и спокойно, без помпы расписались сразу как обнаружилась беременность. В то время он думал больше о том, что в случае его гибели в ближайшее время жене достанется его пенсия. И, конечно, накопления на чёрный день, которые он сразу после начала отношений перевёл на особый счёт, который открылся бы ей через месяц после его смерти. Позаботился как мог, да. Всю беременность не отходил, крутился рядом, терпел все капризы – стоит заметить, что капризничала Азуса совсем немного, а не как он начитался. Имея с чем сравнить, понимал, что ему ещё очень и очень повезло. Всё свободное время читал литературу по воспитанию детей. Почему-то подавляющая часть была написана женщинами для женщин, но что уж поделать. Поглощал всю информацию, до которой дотягивался – чтобы иметь выбор. Некоторые методики казались странными, а то и откровенно противоестественными. По всем непонятным вопросам советовался с женой, всё-таки ей, как женщине, виднее. У них там интуиция и вообще заложенная внутри программа по воспитанию детей. Правда, над большинством того, что Рей читал, она смеялась. Роды прошли обычно, причём ещё и быстро. Будущего отца никуда не пустили, хотя он очень хотел присутствовать и поддерживать жену. Оставили наматывать круги по коридору, прислушиваясь к звукам из родзала. Там же сидел ещё один мужчина, бледный и с выражением ужаса на лице. Белеющий при каждом новом крике. Наверное, так и он сам должен был выглядеть. Но нет. Просто другой характер, опыт, мировоззрение. Рей хотел быть рядом и что-то делать, чтобы помочь, а этот явно хотел оказаться подальше отсюда. Похоже, больше всего этого несчастного пугали крики. Да уж, все люди разные. Его самого крик мог только побудить к действию. Сказывался опыт некоторых не самых приятных занятий. Зато теперь его вообще ничто не сможет устрашить. Увидев малыша – это оказался мальчик – Рей опешил. Вот вроде бы умом понимаешь, что будет ребёнок и всё такое, а своими глазами увидеть вот это вот маленькое чудо – совсем другие ощущения. Поцеловал уставшую Азусу и продолжил смотреть на своего сына. Такое невероятное чувство! Неописуемое, но очень приятное. Чем больше разглядывал, тем больше различал черты их обоих. Насколько можно разглядеть у младенца, лицом он больше походил на мать, а вот коротенькая прядка светлых волос на голове – явно папино наследство. А ещё ребёнок чем-то неуловимо походил на… «Хиро», – сказал Рей раньше, чем подумал. Малыш отозвался возгласом явно положительно восприняв именование. «Мне нравится», – прошептала Азуса и уснула. А он стоял и смотрел на сына, которого сам только что назвал именем погибшего друга и не знал как к этому относиться. «Хиро», – тихонько позвал ещё раз. И мальчик снова ответил каким-то звуком! Не просто писк или плач, а именно ответ! Похоже и правда понравилось имя… Вот никогда не верил в реинкарнацию, а тут прямо заподозрил. Хорошо, если так. Значит, Хиро. Да и было что-то в этом младенце похожее на его друга детства – почему-то же вспомнил его. Малыш ещё какое-то время смотрел в ответ, а потом тоже уснул. Рей тихонько вышел из палаты. Уселся на одну из расставленных по отделению в изобилии лавочек – видимо, чтобы счастливые папаши в обморок где попало не падали, уже видел таких – и принялся искать в интернете имена, которые сокращаются до «Хиро». Всё же не стоит, пожалуй, называть ребёнка именем человека с такой судьбой. Сокращение оставить, а полное имя взять другое. За раскопками в телефоне его и застал старый знакомый, с которым они вместе сидели под родзалом. Такой же смурной, как прежде. «Держись, мужик!» – сказал и побрёл дальше. Рей пожелал ему того же и вспомнил своё маленькое чудо. Вернее, сразу оба чуда, которые изменили его жизнь к лучшему. Глаза увлажнились и как бы он не старался сдержаться, одинокая слеза счастья всё же скатилась по щеке.

Пять лет спустя

– Рей, а помнишь, как ты боялся этого мелкого? – Ты меня боялся? – забавно копируя взрослую подозрительность, влез на колени отца мальчик. – Я думал ты ничего не боишься. – Так и есть. – со смехом отозвался Рей, растрёпывая волосы на макушке сына. – И боялся я не тебя, а за тебя. Беспокоиться о своей семье совершенно нормально, чтобы ты понимал. Боялся, что отец из меня не получится. – Давай, скажи папе то, что вчера сказал мне. – с хитрой улыбкой подначивала удивлённого отцовскими откровениями ребёнка мать. – У меня самый лучший папа в мире! – заявил мальчик и полез обниматься. Рей улыбался, а глаза предательски защипало, и он усилено заморгал. – Знаете что? – спросил он чуть охрипшим голосом, обнимая жену и сына. – Я самый счастливый мужчина в мире! – Это ещё что. – усмехнулась Азуса. – Скоро ты в два раза счастливей станешь! – Правда?! – обрадовался Рей, сразу поняв, о чём речь. – Ура! – Ура! – поддержал всеобщее веселье ребёнок. – А что такого хорошего случится? – Ты бы сначала узнал, потом радовался. – рассмеялась мать. – Ты кого хочешь, Хиро, братика или сестричку? – Братика! – безапелляционно заявил тот. – Так, пол выбрали. – продолжала улыбаться женщина. – А я хочу, чтобы он был больше похож на тебя, Рей. – Тогда я хочу, чтобы у него были твои волосы, Азуса. – отозвался он, ласково глядя на жену. – Всё, договорились! Заказ подтверждён! – она просто сияла от счастья. Простого семейного… но, по правде говоря, самого важного.