Ночь после обнажения

Наступила глубокая ночь. Дмитрий понял это, когда люди на улице затихли, закончив работу на сегодня, и всё что им оставалось — ждать дальнейших приказов Донован. В фуре, где генерал крепко сжимал в тёплых объятиях свою Лэйн, стало совсем тихо; будто весь и так расколотый мир просто исчез и они остались лишь вдвоём.    Две заблудшие и никому ненужные души.  Те, у кого не было ничего, но сейчас появилась надежда друг в друге.    Они лежали на жёстком старом матрасе в тёмной машине, за пределами которой их ожидала только опасность и смерть. Рядом с кроваво-красным разломом, пугающей неизвестностью и обезумевшими культистами Дмитрий наконец смог спокойно выдохнуть. Лэйн рядом и сопит ему в плечо, пока он мягко, еле касаясь, чтобы не потревожить сон девушки, гладит её почти согревшуюся спину, перебирает локоны блестящих волос и вдыхает её запах.   Как ей удаётся среди этого кошмара оставаться такой ухоженной и красивой? У генерала не было времени и сил даже побриться — абсолютно все мысли заняла сбежавшая девушка, которая ни на минуту не задумалась о чувствах мужчины.          Вечно холодная, как внутри, так и снаружи.       Вечно хмурая, как в нормальные дни, так и в самые ужасные.       Вечно отчуждённая, как с незнакомцами, так с близкими.    И именно такой — непохожей на других, Дмитрий её полюбил, а сегодня ночью окончательно и бесповоротно.    Сейчас он уже долгое время вспоминал события, связанные с девушкой, думал о том, в какой же именно момент простой лаборант настолько глубоко пустил свои корни в генерала? Как так оказалось, что из всех людей на планете Дмитрий беспокоился больше всего о ней? Забывая об обязанностях, бросая все дела и договорённости, мужчина бежал к ней. Как только ему доложили, что Лэйн вернулась и находится сейчас с Анной, генерал сорвался и тут же помчался к ней. Желание приковать к себе навсегда, чтобы криптограф даже не думала сбежать, боролось со здравым смыслом, подсказывающим, что нужно быть помягче.    А вдруг Лэйн ушла из-за него? Может он сильно давил на девушку? — последние дни Дмитрий погряз только в этих мыслях. Он отвык от нежности и сострадания за долгие годы службы. Генерал убил своего друга, когда у Павла начали проступать вены, практически не раздумывая. Соглашаясь с Донован, мужчина и слово не сказал про людей, которых направили в Ротков фактически на убой. «Сопляки» — так профессор назвала женщин и детей, благодаря которым крупный очаг свернул с Оксфорда. Где же тут милосердие? Откуда взяться нежности?    Но в Богом забытом месте, на окраине мира рядом с разломом, Дмитрий чувствовал, что хочет стать лучше ради неё, отдавать Лэйн всё тепло и ласку, ещё оставшиеся в суровом генерале с ледяными глазами, которые видели слишком много боли. Эта хрупкая, но одновременно сильная девушка пробуждала забытые ощущения свободы и окрылённости. Сегодняшняя ночь наконец расставила всё на свои места, ведь генерал понял, что готов весь мир променять ради её спокойствия.          — Почему не спишь? — послышался женский голос, пока Дмитрий погрузился в свои мысли и сосредоточился на одной точке на потолке фуры.    Генерал не знал из-за чего Лэйн проснулась: может из-за его поглаживаний или почувствовала, что рядом лежащий мужчина так и не уснул после близости с ней, но оторвать взгляда он уже не смог. Почти полностью голая она лежала на нём, закинув свою ногу между его бёдер, грудь девушки соприкасалась с его и соблазнительно выглядывала из-под топа. Дмитрий замер, разглядывая её лицо с еле проступившим румянцем на щеках и приоткрытыми влажными губами цвета спелого персика. Она была для генерала как самый сочный и вкусный фрукт, который хотелось поедать бесконечно, жадно и ненасытно.    Лэйн стала его тихой гаванью, отдушиной в этом жестоком мире, и возможно Дмитрий был слишком эгоистичен, но делиться девушкой не хотел. Все его желания сейчас сводились к тому, чтобы спрятать её там, где не найдут ни кровожадные отродья, ни заражённые, ни культисты, ни другие обезумевшие люди. Лэйн должна быть в безопасности. Она должна быть счастлива с ним.   Мягкое прикосновение к плечу отвлекло мужчину от раздумий, и генерал поднял взгляд с её еле проступившей улыбки на сверкающие глаза.          — Смотришь на меня так, будто видишь впервые, — усмехнулась криптограф и добавила. — Раньше я избегала и побаивалась тебя, а сейчас чувство, что всё так и должно быть.         — Ты самая красивая девушка, поэтому я хочу тебя рассматривать, но тебе стоит опасаться меня, Лэйн, — Дмитрий мягко провёл по руке девушки, соприкасаясь ладонями. Генерал сжал её хрупкие и тоненькие пальцы своими. — Я не тот человек, с которым ты будешь в безопасности, и мне не хочется давать тебе ложных надежд.          — В мире сейчас нет безопасных мест, но рядом с тобой появляется уверенность, что завтрашний день настанет и ты будешь рядом со мной. Неважно то, насколько сложным предстоит путь, важно, чтобы мы прошли его вместе.    Мужчина поднёс ладонь девушки к своим губам и нежно поцеловал. Это сказало гораздо больше слов: Дмитрий считал себя зачерствевшим и безжалостным человеком, уже неспособным на какие-либо светлые чувства, но его поступки говорят обратное — за холодной маской и стальными мускулами скрывается чувственный и понимающий мужчина, жаждущий нежности и привязанности. Он готов пойти на всё ради близких людей, ради сестры и Лэйн. Генерал готов отдать жизнь за каждого в своём отряде, ведь чувствует, насколько ему доверяют. Если бы Дмитрий мог, он бы отгородил всех от того беспросветного ужаса, который происходит в мире. Для него нет ничего важнее благополучия окружающих, и вечно холодная девушка, работавшая над расшифровкой важнейшей книги, это заметила.    Поначалу Лэйн сторонилась его, боялась смотреть в сторону генерала. Позже начала присматриваться и молчаливо подмечать детали, складывающиеся в цельную картину. Когда мужчина несколько раз спас ей жизнь, криптограф была в ступоре — никто никогда не делал для неё столько, никто никогда не смотрел на неё так, как это делал он. В конце концов, Лэйн осознала свои тёплые чувства к Дмитрию и уже не могла отпустить его.    Она была для него лишь криптографом, а он — генералом, который в первую встречу ударил её, чтобы не показывать расположение отряда. Их отношения были холодными и бесчувственными, наполненными взаимным подозрением и нарочитой отстраненностью.    Сейчас Лэйн нежилась в тёплых объятиях Дмитрия после секса с ним — именно таким, каким она и хотела: достаточно грубым, но не лишённым ласки и нежности. Она была с ним, потому что увидела другую его сторону, скрывающуюся даже от самого мужчины. Девушка всё ещё желала стать его тихой гаванью, но сама до конца и не осознала, что нашла свою тихую пристань, рядом с которой тепло и хорошо, где можно наслаждаться каждым мгновением.   Девушка услышала тихое сопение выше и немного приподнялась посмотреть на то, каким красивым и умиротворённым был Дмитрий во сне. Его морщинки разгладились, а дыхание выровнялось. Лэйн опустилась на сильную грудь мужчины, чтобы самой погрузиться в сладкий сон.       И им впервые за долгое время стало спокойно.