Мокрое пятно на моих брюках

***

— Яширо-сан, ты мне нравишься! — Амане, мне не просто об этом говорить, но ты должен понять. Ты очень похож на того, в кого я влюблена.  Девушка медленно повернула голову, скрывая свою грусть. — Но ты не он.  — ... Я ... я не понимаю. О ком ты говоришь? — Этот мальчик, всегда делает по-своему. Никогда ничего не говорит, многие вещи – скрывает. Иногда, я не понимаю его ... но я испытываю чувства к нему. Как бы сильно ты не старался мне понравится ... Нэнэ сильно зажмурила глаза, понимая, что если этот разговор продолжится она расплачется. — Прости, ты – не он.  — Э, Ты про того самого Ханако, с которым меня путаешь? — Да, я говорю про него. Не знаю поверишь или нет. Он нечисть, однако даже так. У меня много приятных и не совсем приятных воспоминаний с ним. Поэтому я не могу принять твои чувства ко мне. Мне жаль.  — ... То есть, ты Яширо-сан, избегала меня, потому что влюблена в Ханако?  — Думаю, что это так.  — Ха, Яширо ... ты серьёзно?  Юноша смотрел на Нэнэ с блеском в глазах. В них отражались искры радости. Глубокий выдох парня создал пар на темном небе.  — Всё это нелепо! – темноволосый поднялся с крыши.  — Хакудзедай – вокруг Амане растянулись белые полосы шариков и в следующий миг девушка увидела старую школьную форму и привычную кепку на лице парня.  — Ханако? – девушка вскочила со своего места, в полете прыгая на шею своего уже знакомого друга. — Это правда ты, Ханако? — ... Да, Яширо. Я не хотел, чтобы ты поняла, что я и есть та самая нечисть, про которую ты мне постоянно говорила. – Седьмой задумчиво устремил свой взгляд на небо.  — Но каждый раз когда ты начинала говорить о «Ханако», я как Амане испытывал … боль? Хах, Яширо, это просто невыносимо. Я создал для тебя твой типаж парней на Амане, стал выше, взрослее … а ты что? Продолжала болтать о мертвом. Ты серьезно? Глаза темноволосого опустились на девушку. В них читалась усталость. Он будто вовсе не хотя стал другим парнем для неё. Ему казалось это всё дешёвой фальшью. Хотя даже так, ему хватило лишь крупинки мысли, что он сможет быть с ней, не как туалетный мальчик, а как одноклассник. Как тот, кто на равне с ней. Тот, кто похож на неё.  Щеки девушки надулись. Вот, опять он вредничает.  — Прекрати! Подсовывать мне другого парня с твоим лицом, ещё не значит, что я готова это принять! Почему ты делаешь, не спрашивая?  Глаза девушки задрожали. Они бегали из стороны в сторону. Руки, которые были до этого на шеи оказались на груди у седьмого.  — Прости, я был не прав. – Ханако взял руки девушки в свои. — То, что ты мне говорила до этого – правда?  Он положил руку на пылающую щеку девушки. Она была светлее по сравнению с теплым цветом тела парня.  — Думаешь, я бы стала лгать об этом? Я говорила искренне.  — Тогда, ты не оставляешь мне выбора ... кроме как принять твои чувства, Яширо.  Холодные губы Ханако медленно накрыли девушку. Этот поцелуй не ощущался как прошлые. Он был серьёзным. Таким серьёзным, как Ханако, который был готов принять чувства Нэнэ и наконец свои. Кто может долго бегать от того, что испытываешь, когда каждый раз ты слышишь признания в симпатии. Вот и Ханако не смог. Потаённые желания, трогать, обнимать, целовать девушку поселились относительно недавно в нем, но чем большее старался их не замечать парень, тем больше он обращал внимание на теплоту тела Нэнэ, движения её рта при разговоре. И многие вещи, о которых даже стыдно говорить. Даже если он не мог быть с Яширо рядом постоянно как живой человек, даже если он был её не достоин. Ханако просто сожалел если бы не прикоснулся к ней. Желание, которое давило грузом. Ощущение, что если он не позволит себе почувствовать её тепло, то распадется. То, что не контролируется. Однако, он был сдержан. Потому что, страх быть отвергнутым имел противовес на весах здравого рассудка.  Но не сейчас, не сейчас, когда дикое желание целовать, сжимать, чувствовать девушку рядом с собой. Представить, что всё — они одно целое. Они частицы друг друга и что Нэнэ – его. Эта девушка, которая будто клубничная начинка на пончике, которую хочется чувствовать, принимать.  — Яширо, давай остановимся. На улице холодно. Ты можешь простудиться, зайдем внутрь?  — А? Да, да ... хорошо. – с губ девушки текла дорожка слюней. Её глаза были затуманены, она не совсем понимала, что происходит и о чём говорит её друг. Она решила просто довериться ему. 

***

Пара, зашла на лестничную площадку. Оперевшись об перила девушка сказала: — Ханако, мы можем продолжить? ... Пожалуйста  — Ха, да, конечно ... если ты не против.  Темноволосый взял подбородок Нэнэ большим пальцем и не отводя взгляда от её глаз, снова примкнул к манящим губам. Но сейчас уже не хотелось нежиться губками друг об друга, сейчас было желание смочить свой рот милым язычком девушки.  — Яширо ... приоткрой ротик.  Девушка послушно немного раскрыла губы, впуская в себя влажный язык нечисти. Было холодно, это так создавало контраст температур. Голова кружилась от шевеления языка парня во рту Нэнэ. До безумия это нравилось и хотелось продлить этот момент как можно дольше.  Язык Ханако шаловливо лазил по всему пространству. Собирая внутри образовавшуюся влагу, он продолжал сжимать губы девушки и проходится по ним холодным языком. Умел ли он целоваться? Однозначно нет. Но даже если и так, он компенсирует свою неопытность – чувствами.  — Ах, мм ...  От звуков девушки Ханако приоткрыл глаза, ему было почему-то так приятно слышать это. От порыва чувств он прижал руки на бедрах девушки.  Слишком страстно, слишком чувственно. Парню самому хотелось издавать подобные звуки, потому что хотелось кричать во весь голос, как он рад происходящему.  Недоступная Нэнэ Яширо, на которую он лишь мог смотреть и желать тайной, стала явью. В момент осознавая, что это же и придумал сам благородный седьмой. Из-за своих убеждений он не увидел истины. То, что на самом деле чувствует девушка по отношению к нему. Даже так, сейчас он вдоволь готов принять её всю.

Спасибо тебе, Амане Юги. Я сделал всё правильно. 

Это был вальс эмоций, желаний, не сказанный слов. Ханако, присев берёт ляжки девушки, приподнимая её. Найдя опору в виде стены. Он прижимает её спиной. Повалив на себя девушку, правой рукой заставляет ноги Нэнэ сжать его бедра. Они снова целуются. Переплетаются языками. Учащенно дышат и не смеют смотреть на друг друга. Слишком хорошо, чтобы что-то видеть. Нужно чувствовать.  Тело Ханако само рефлекторно двигалось вперед к стенке, назад к лестнице. Это были не широкие движения. Покачивание из стороны в сторону. В этот момент ему казалось, что даже воздух тяжелый и ему срочно нужно разбавить его своими действиями.  Парень оторвался от губ Яширо, спускаясь к шеи. Оставляя небольшие, влажные поцелуи, он незаметно для неё ставил свои печати «номер семь». Чтобы все, чтобы все, черт возьми знали, кому принадлежит эта девушка. Дабы, не один дух не посмел и в мыслях возжелать её, а уж тем более и причинить ей зло. С живыми парнями он разберется позже. Ханако оставит непременно багровые засосы на этой мягкой коже. Но не сейчас, когда хочется передать возлюбленной лишь любовь и нежность. Ей не должно быть больно, она должна испытывать только наслаждение.  Благородный седьмой переодически приоткрывал глаза, чтобы видеть состояние девушки. Нравится ли ей? Чувствует ли себя хорошо? Делает ли он всё правильно? Ответы на все заданные в голове вопросы – он получил.  Яркий, розовый румянец на лице девушке добавлял шарм её миловидному лицу. Так думал Ханако. Тело Нэнэ подрагивало. Руки неоднократно спадали с шеи парня. Такую Яширо юноша хотел видеть как можно чаще. Ему казалось, что он видит то, что другим недоступно. То что только для него. — Ах, Яширо – школьная тайна оторвалась от тела девушки, смотря на неё. Ухватив правую руку Нэнэ, он поднял её над головой, прижав к стене.  Тот час девушка выглядела неприлично сексуально. Взъерошенные волосы, красные, пухловатые от поцелуев губы, глаза в которых читался соблазн, спавшая с плеч школьная форма, лямки белого бюстгальтера. Школьница одним лишь своим видом, заставляла парня истекать слюнями и выть как волк на луну.  Кроме того, Ханако не уступал в обольщении. Его кепка давным-давно была потеряна на полу. Тяжелое дыхание заставляло поверить, будто его легкие функционируют. Потное лицо, создавало ему особое очарование. Верхние пуговицы старой формы были разорваны, выпуская белую рубашку.  — Ханако, я … я – девушка потянула свои руки к шеи темноволосого. Ей не дали договорить холодные пальцы на губах.  — Тише, ничего не говори. Нечисть переплила пальцы Яширо со своими. Утыкаясь головой в тонкую шею девушки. Он громко выдохнул. Но при этом вспомнив, что её тело охватывает судорога. Парень подставил колено, усаживая тем самым девушку на себя.  Они остались в этом положении. Прошло буквально три минуты и Ханако чересчур сильно задышал. Его грудная клетка быстро поднималась и опускалась. Причиной резкого изменения состояния седьмого была его нога. Точнее говоря, то что он сам же посадил на себя Нэнэ. Парень ощутил как штанина брюк становилась влажной. Как же сильно он возжелал двигать своей ногой по интимному месту девушки. 

Черт, это просто невыносимо. 

Благородный седьмой, уже не чувствовал себя «благородным». Кто бы знал, что он сейчас желает сделать с этой невинной школьницей. Однако, он бы не посмел. Точно не сейчас.  Возможно, никогда?  Он не имел права заниматься с ней сексом. Как бы сильно он её не возжелал. Всему есть придел и своё убеждение он не предаст. Яширо должна сделать это с живым человеком. Да, сейчас она его. Но что потом? Потом она покинет академию и вырастет. Ханако же для её же блага не посмеет забрать нечто ценное – женское достоинство. Был ещё один аспект. Он не хотел делать себе больно. Нечисть прекрасно осознавал свою собственническую натуру. И знал, что больнее всего будет отпускать её после близости. В голове Яширо может и всё радужно, однако в голове Ханако далеко не так. Он слишком много видел, обладает широким спектром информации. Школьная тайна даже знает о половом акте, хотя девственник и не имеет гаджетов для подробного изучения.  Он прокручивал в голове мысли, что ждёт их пару через время. И он не нашёл не одного удовлетворительного ответа. Поэтому, пока ничего не ясно, Ханако не переступит черту дозволенного. Ведь он взрослый, который берет ответственность за свои действия. 

Но черт возьми это мокрое пятно.

— Ах-ха … Яширо, милая. Всё хорошо? — Мм, не могу сказать. Я чувствую себя странно. – Нэнэ запускает свои ладони под пиджак возлюбленного, нащупывая призрачную плоть.  —  Ох, погоди, погоди! – Ханако испугано старается выдернуть руки девушки.  — А? – Яширо опьяненными глазами смотрит на парня. — Мы не будем продолжать? — … Что? Продолжать что? В душе седьмой желал услышать заветные извращенные слова, но и при этом страх сковывал его. Убеждение колоколом раздавалось в голове. Тревога была в том, что если девушка озвучит вслух, то что он желал. Он уже не сможет остановить себя и просто уступит Нэнэ.  — Ну, знаешь. Как в манге, когда пара обнимается и клянется в вечной любви друг другу … у нас такого не будет? – девушка смотрит снизу вверх с опечаленными глазами. 

Господи, спасибо за её невинность. 

— Яширо, спасибо тебе за твои чувства. Спасибо, что сказала мне это. Я … если бы не твои действия, то было бы точно всё иначе. – Ханако сел на холодную плитку, сажая девушку на свои прямые ноги. Чтобы она не простудилась. Да, он был холодный, но явно теплее чем пол, где гуляет сквозняк.  — На самом деле, я думал, что оставить тебя в фальшивом мире самая разумная идея. На это были свои причины … – Юноша явно не договаривал некие детали.  — Какие причины, Ханако? — … давай позже поговорим об этом, хорошо?  — Но … но! — Яширо, сейчас больше всего на свете я хочу провести время в твоих объятиях и не думая ни о чём. Пожалуйста, позволь мне это. – резко выпилил парень.  Девушка ничего не ответила. Посмотрев удивленно на нечисть, она фыркнула и положила свою голову на его грудь. И как можно отказать ему в этот момент? — Ханако, я люблю тебя.  Темноволосый опустил голову на уровень Яширо. Его глаза заблестели. Сжав свои губы, седьмой крепко схватил плечи девушки, обнимая её. Сколько они просидели на лестничной клетке, никому не ведомо. Нэнэ ныне успела уснуть. Сопя на возлюбленном.  Вы знали, что людям свойственно быть сонными или расслабленными в присутствии близкого человека? Яширо убедилась в этом вдоволь.  Всё же Ханако не был человеком и сон ему абсолютно был не нужен. Поэтому вместо этого, он спокойно наслаждался моментом, который проводил с девушкой.  Но это пятно на брюках, заставляло его мертвое сердце возобновить биение. Если кто-то назовёт его ещё раз извращенцем, он ни капельки не будет опровергать это. Ведь так и есть. Однако, стоит учесть. Он такой только из-за девушки, которая лежит на нём. Если кто-то попытается сказать, что он пошлый по отношению к другим –ощутит остроту ножа школьной тайны.  

Мне стоит переодеться, когда Яширо проснется.