Сюрприз!

Хакс смотрит на комнату, которая напоминает место преступления, при условии, что жертва истекла не кровью, а белыми, пушистыми облачками. Хотя кое-какие пятна похожи на внутренности (с фруктовым ароматом). Что бы ни натворил Кайло, кажется, для него это очень важно. Потому что взгляд, которым он окидывает ничего не понимающего Хакса, полон осуждения. — Ты рано! — Я подумал, учитывая, что сегодня… — В день моих именин ты так не торопился! — Ты сказал, что у тебя именины, только после того, как предъявил претензии, что я не принёс тебе подарок. Чёрная хламида Кайло тоже перепачкана белым (в основном отпечатками пальцев). Плюс белёсая полоса на переносице. Из-за тонкого налёта муки на волосах Кайло выглядит старше, и Хакс думает, что был бы не прочь видеть, как тот стареет, как на его лице появляются морщинки, как серебрятся тёмные пряди. Пусть Кайло и не выучил, что при готовке нужно надевать фартук. Серьёзно, даже Хакс знает об этом, при том что не особо много готовил по жизни. — Иди туда, — говорит Кайло. — Ладно… — А через минуту изобразишь удивление. — Я уже удивлён. — Ещё большее удивление. Хакс садится, где велено, и ждёт. Наконец Кайло что-то бормочет, Хакс оборачивается и чувствует… аромат. Пахнет и правда приятно, так что, видимо, ничего не подгорело. Но теперь нужно выждать, чтобы подарок остыл, а потом украсить его… — Кайло, оставь его в покое. — Я только… — Садись, и давай поговорим, — предлагает Хакс. — Не тыкай его пока и не пытайся украшать. *** Хакс остаётся отмывать все доступные поверхности, а Кайло убегает в гостиную — декорировать плоды трудов своих. Походу, придётся убирать и там, но потом, не всё сразу. Когда Кайло возвращается, в его руках многослойный торт. Светлые бисквитные коржи, между ними сливки и джем, сверху пятна глазури и имя Хакса, написанное кривыми буквами. У Кайло много талантов, но аккуратность и изящность — это не его. То, что у него получилось, не искусство, а результат усердия. Кайло протягивает торт агрессивно, почти расстроенно. — Сюрприз. Хакс не знает, должен ли прислушаться к пожеланиям, и несколько секунд размышляет, как убедительно изобразить удивление. Кайло хмурится. — Он прекрасен. — Тебе не понравилось. — Кайло, это торт. Да кто ж их не любит? («Мой батя».) — Я просто… Слушай, мне жаль, что он такой уродливый, а ты пришёл домой пораньше… Хакс зачерпывает ложкой взбитые сливки, мажет Кайло нос и улыбается, склонив голову набок. — Он очень милый. Можно мне кусочек? — Ага, — отвечает Кайло, пытаясь Силой и языком избавиться от сливок. Какой же дурачок, вечно пренебрегает здравым смыслом (ведь торт можно было купить). Но именно это Хакс в нём и обожает.