Ты заметил, верно?

      Стоя перед большим зеркалом, сейчас всё было для него очевидно как ясный день. Как он мог не замечать всего этого в течении столького времени? Спокойная и размеренная жизнь оставила на его теле отпечатки. Причём очень очевидные и заметные отпечатки. Каждый его изгиб показывал, насколько он изменился. Он стал похож на Эрнеста, что работал на винокурне. Но его отражение в зеркале было даже крупнее.       И он, как дурак, в упор не видел этого, пока жестокая реальность буквально не ударила его по лицу.       Пальцы сжали жир на животе и потрясли его, посылая дрожь по всему телу.       — Этого просто не может быть, — прошептал ошеломлённо Дилюк.       Стоя перед зеркалом и снова пытаясь натянуть свои тугие брюки на расширившийся бёдра и большую задницу, Дилюк понимал, что эта битва заведомо проиграна.       Как же так? Как он этого не заметил?       Дилюк предпринял ещё одну попытку натянуть брюки, но лишь ощутил как грубая ткань отказывается двигаться вверх и застревает не дойдя до аппетитно выглядывающей из натянутого на пухлых ягодицах нижнего белья.       — Уф, — выдохнул Дилюк и расстроенно отпустил пояс брюк, оставив свои попытки натянуть их.       С каких пор он не мог влезть в свой официальный костюм?       — Не может быть, — неверяще прошептал он.       Его руки снова оказались на самой выпуклой части живота и сжали её. Боже, она была такой нежной и мягкой! Подушечки пальцев ощутили неровную кожу — растяжки, что покрывали всю эту мягкую жировую подушку. Было очевидно, что живот так быстро расширился, что кожа не смогла выдержать и сдалась, пересекаемая мелкими и большими линиями стрий. Какие-то из них были более свежие и яркие, а какие-то были серебристые и уже зажившие.       Как он мог не видеть?       Стоя посреди своей комнаты, с полунадетыми штанами, которые он не смог бы натянуть даже если бы приложил все свои усилия, Дилюк признал.       Он растолстел.       Но как и когда?       Эта жировая подушка вместо ранее подтянутого живота не могла появиться в один момент. Его бёдра и задница не могли бы так быстро расшириться, а грудь бы не приняла размер, который более чем заполнял его собственную ладонь. Даже руки были полнее, а на шее уже начал проявляться второй подбородок, если наклонить голову вниз.       Дилюк сжал руки на своём выступающем вперёд жире, покачивая его, словно проверяя, сколько он весит. К сожалению, прогноз был неутешительный.       В этот момент, раздался стук в дверь и вывел Дилюка из пучины мыслей.       — Господин, — раздался голос одной из горничных, — госпожа Джинн уже ожидает Вас на первом этаже на завтрак. И интересуется, стоит ли ей подняться за Вами, если Вы задерживаетесь?       Дилюк замер посреди очередного покачивания живота.       — Я, — начал было он, но запнулся. Быстро откашлявшись, он продолжил, — Передай ей, что я приду через десять минут.       — Как прикажете, господин, — ответила горничная и тут же раздались её удаляющиеся шаги по коридору.       Тут же Дилюк понял, что он стоит в своей комнате напротив зеркала с полнунадетыми штанами, которые ему безбожно малы, практически голый. И нет никаких шансов надеть свой обычный официальный костюм. Ведь он носил его последний раз уже несколько месяцев назад, и теперь он ему совершенно не подходил.       Хотя если припомнить, даже тогда костюм на самом деле сидел на нём туго, хотя он этого совершенно не заметил.       — Как же так, — раздражённо выдохнул Дилюк через стиснутые зубы, стягивая слишком маленькие и тугие штаны вниз по ногам и вышагивая из штанин, оставляя ткань лежать грубой кучей на полу.       Сейчас не было времени выбирать. Придётся надеть то, во что он хотя бы сможет влезть.       И тут он вспомнил.       Взгляд тут же метнулся к костюму, что лежал в коробочке на комоде рядом с зеркалом, который ему любезно подарила Джинн на прошлой неделе. Они недавно провели замечательный вечер за ужином вместе, и она в качестве благодарности за проведённое в его компании время прислала ему в подарок коробку. Коробку с новым костюмом. Поскольку надежд влезть в старый костюм у него не было совершенно никаких, не теряя времени, Дилюк тут же развязал простую ленту, открывая крышку подарка.       Внутри были аккуратно сложенные брюки глубокого винного цвета, белая рубашка и жилет в тон брюк. Поверх лежал чёрный строгий атласный галстук. Рядышком с ним был тканевый мешочек с, наверняка, ремнём для завершения образа.       — Это же, — одними губами прошептал Дилюк, доставая из коробки брюки и разворачивая их, — это же не мой размер.       Брюки явно были широки в талии. Гораздо больше, чем те, что сейчас забытые валялись на полу неаккуратной кучей.       Но сейчас.       Сейчас Дилюк решил рискнуть.       Быстро просунув ноги в штанины, Дилюк подтянул брюки вверх. Те легко проскользили по раздавшимся бёдрам и тут же скрыли его аппетитные мягкие ягодицы не встретив и капли сопротивления. Пуговица застегнулась на широкой части живота с такой лёгкостью, что мужчина замер. Брюки были свободны в талии и совершенно не давили.       Этот подарок.       От Джинн.       Джинн всё знала.       Дилюк задушенно выдохнул, когда он понял. Неужели о его прибавке в весе было известно всем окружающим его людям?       Но не ему.       Никто из его окружения даже не подал виду, что что-то не так.       — Времени нет, — пробормотал он, теперь уже увереннее доставая из коробки рубашку и накидывая её себе на плечи.       Рубашка так же хорошо села по фигуре и застегнулась, даже не расходясь в стороны от того, что слегка натягивалась на его животе. По-крайней мере между пуговицами не проглядывала его кожа. Проведя руками по ткани разглаживая её, Дилюк обнаружил, что рубашка была не совсем обычно скроена: на ней были дополнительные вытачки на груди. Очень искусно скроенная и сшитая, рубашка выделяла все изгибы, ничего не скрывая. Проведя ещё раз по животу, чтобы начать заправлять белую ткань в брюки, Дилюк поднял взгляд в зеркало и замер.       Он не мог узнать себя в отражении.       Его копна рыжих волос, наскоро собранная в низкий хвост выглядела как раньше, но сам он изменился.       Щёки тут же предательски вспыхнули от смущения. Дилюк отвёл взгляд, спешно начиная заправлять рубашку в брюки. Он не мог тратить время на то, чтобы стоять и пялиться на себя в зеркало.       Как только рубашка была расправлена и упакована за пояс, Дилюк потянулся к мешочку, что лежал в коробке рядом с жилетом и галстуком. Распаковывая его, он надеялся найти в нём обычный ремень, но нашёл нечто совершенно новое. Его пальцы замерли.       — Это же подтяжки, — ошеломлённо пробормотал он.       Джинн подарила ему подтяжки.       Неуверенными пальцами он звякнул застёжками, расщёлкивая их. Неловко повертевшись, он смог разобраться как закрепить их сзади. Расправляя правильно, чтобы резинка не перекручивалась, закрепил их спереди. И не дав себе время на раздумья, закинул их себе на плечи с лёгким шлепком.       Ощущения были странные и немного непривычные.       — Ух, — выдохнул Дилюк, проводя рукой по животу. Ощущения были необычные. Он не чувствовал сжатия в талии, где обычно его перетягивали тугие ремни, а лишь поддержку брюк, без какого-либо давления на пояс. Это было для него нечто новым.       Время уже начинало поджимать, так что Дилюк быстро повязал атласный галстук на шее и расправил воротник рубашки. Ему осталось надеть только жилет, который лежал на дне подарочной коробки. Тот был достаточно короток и под ним отлично был бы виден пояс брюк с защёлкнутыми на нём подтяжками. Он тоже облегал его мягкие формы, словно был сшит точно по его новой фигуре, и застёгивался чётко на самой широкой части его живота, облегая эту мягкую сферу.       Никакого давления и ничего нигде не жмёт.       Дилюк поднял взгляд со своей одежды и уставился в зеркало.       Сейчас, упакованный в наряд, который был словно бы сшит на него, Дилюк пораженно подошёл на пару шагов вперёд и немного повертелся перед зеркалом. Он не мог узнать самого себя, но это очевидно был он сам. И он совершенно отличался от самого себя пару месяцев назад. Да даже больше, чем пару месяцев назад.       Снова раздался стук в дверь.       — Господин, — раздался из-за двери голос горничной, — Вы ещё не закончили утренние сборы? Вас ждёт госпожа Джинн.       — Минуту, — рассеянно отозвался Дилюк, выискивая взглядом свои чёрные ботинки.       — Вам чем-нибудь помочь, господин? — раздалось из-за дверей.       Дилюк не ответил, он искал взглядом свою обувь. Обувь оказалась рядом с комодом.       — Господин Дилюк? — вновь раздался голос горничной, приглушённый дверью.       — Я, упф, выйду через минуту, — отозвался он немного задушенно, надевая первый ботинок и неловко наклоняясь вперёд, чтобы завязать шнурки на нём. Живот выразил своё полное несогласие с тем, что его так нещадно сплющили.       — Господин, я слышу что Вам нужна помощь, — пробормотала горничная, — я вхожу.       Дверь распахнулась быстрее, чем Дилюк успел возразить. Горничная вошла, сразу находя его взглядом. Тот же замер, всё ещё наклонившись вперёд, пытаясь надеть свои ботинки.       — Я не давал тебе разрешения войти, — Дилюк выпрямился, чтобы строго посмотреть на горничную. Но та даже не вздрогнула под его взглядом, сразу направившись быстрыми шагами к нему и присаживаясь на колени, чтобы без лишних вопросов завязать шнурок на его ботинке.       Это была не Хилли или Моко, это была совершенно незнакомая ему горничная.       — Господин, позвольте надеть Вам второй ботинок, — пробормотала горничная, вежливо опуская перед ним голову.       Дилюк даже опешил от такого поведения. Он растерянно наблюдал, как сидящая перед ним на коленях девушка взяла второй ботинок и поднесла его к ноге.       — Прошу Вас, — горничная склонила голову ещё сильнее.       Дилюк же лишь повиновался, всё-ещё пребывая в растерянности. На его удивление, он не мог узнать эту девушку. А если точнее, он вообще не мог вспомнить, а нанимал ли он её вообще? И как давно?       Хотя сейчас набором персонала и горничных в частности занималась Аделинда. Так что она вполне может быть его недавно нанятой служанкой. Горничная завязала второй ботинок и быстро поднялась на ноги. Всё так же не поднимая головы, она поставила стул перед Дилюком и взяла в руки расчёску.       — Господин, позвольте я немного приберу Ваши волосы, — она указала жестом на стул, прося его присесть.       Дилюк осоловело моргнул. О чём она его просила?       — С какой стати, — начал было он, но девушка подняла голову и уставилась ему в глаза прямым взглядом, который не выражал никаких эмоций. Дилюк осёкся. — Зачем?       — Прошу Вас присесть на стул, господин, — твёрдо проговорила она, всё так же глядя на него в упор. — Ваши волосы требуют ухода.       Её взгляд и интонация были такими странными, что Дилюк невольно передёрнул плечами. Ему было неуютно. Однако, он решил не спорить с этой странной новой горничной и присел на стул, немного откидываясь на спинку. Она же сразу осторожными движениями пальцев сняла с него резинку, распуская непослушную копну его алых волос и принялась их расчёсывать, начиная от самых кончиков.       Движения её рук были нежными и она старалась не дёргать его волосы, чтобы не причинить ему дискомфорта. Понемногу поднимаясь выше, она начала прочёсывать основную массу его волос и дошла до макушки. Расчёска плавно скользила по длине, доставляя непривычное чувство удовольствия. Дилюк прикрыл глаза и совсем расслабился. Раньше он самостоятельно укладывал волосы и не знал, что это может быть приятно.       Разделив копну волос на три части, горничная принялась заплетать волосы Дилюка в косу. Методичными движениями рук переплетаются пряди, она заплела волосы и завязала резинкой. Как только коса была готова, она перекинула её на правое плечо Дилюка и поправила пряди, чтобы всё выглядело аккуратно но в то же время немного небрежно.       — Вы готовы, господин Дилюк, — снова склонила голову горничная, отступая назад. — Госпожа Джинн ждёт Вас внизу.       Дилюк словно отмер.       Джинн.       Пока он спешно одевался в подаренный ему костюм, мысли о его прибавке в весе и том, насколько точно Джинн подобрала размер подарка не сильно его занимали, но сейчас он задумался. Она точно знала обо всём. Причём знала она явно давно. И, возможно, она даже потакала ему в этом. Очевидно, что идеально сидящий на нём сейчас костюм был заказан заранее, хотя как она могла узнать его размеры?       Это было очень странно.       Дилюк поднялся со стула, на котором сидел. Это далось ему немного сложнее, чем раньше. Недавно он этого не замечал, а теперь было очевидно, что весь набранный им вес уже сказался на его подвижности.       Посмотревшись на себя в зеркало ещё раз, он вздохнул. Нет смысла бежать от того, что уже случилось. Тем более сейчас он был прилично одет, и его одежда не натягивалась на нём как вторая кожа, а элегантно огибала все его изгибы. Подаренный костюм сидел идеально.       Выйдя из своей комнаты, он направился к лестнице, ведущей на первый этаж. Горничная безмолвно следовала за ним, идя на несколько шагов позади.       Спустившись на первый короткий пролёт ступеней и остановившись на небольшой площадке чтобы перевести дух, он увидел Джинн, что сидела за накрытым к завтраку столом и неспешно попивала чай из алой чашки. В отличие от него, её фигура совершенно не изменилась. Она была всё так же изящна, сидящая на стуле с мягкой обивкой и осторожно подносящая чашку чая к своим губам.       — Дилюк, я рада тебя видеть! — радостно поприветствовала его она, склоняя голову в сторону и улыбаясь ему.       Дилюк же лишь кивнул и продолжил свой неспешный спуск по лестнице, держась за перила для поддержки. Его пальцы сжали дерево чуть сильнее, чем следовало, но это помогло ему быстро успокоить нервы. Как только его ноги ступили на пол первого этажа, он уже морально был готов к предстоящему разговору.       — Доброе утро, Джинн, — поприветствовал он её в ответ, подходя ближе и отодвигая для себя стул во главе стола. Присаживаясь на него, он немного неловко отодвинул его назад ещё на несколько сантиметров, скрипнув ножками по полу, потому что не рассчитал, что пространства между спинкой стула и столешницей ему не хватит. Как только он уселся, он понял, что ему нужно немного раздвинуть ноги в стороны, чтобы было удобнее. Живот чуть опустился в освобождённое его ногами пространство и стал выпирать вверх чуть меньше. Его щёки немного покраснели, потому что Джинн видела его неловкие попытки вести себя как обычно. — Не ожидал тебя столь рано сегодня.       Джинн лишь улыбнулась шире и поставила чашку на блюдце перед собой.       — Ну что ты, я тебя совсем не ждала, — засмеялась она, прикрывая рот ладонью, — я подошла всего-лишь десять минут назад. Как только горничная увидела меня, она сразу же усадила меня за стол и налила чаю, а другая горничная умчалась на второй этаж.       Дилюк смотрел на неё и следил за её выражением лица. Судя по всему Джинн знала о его прибавке в весе и старалась не показывать это всем своим видом.       — Это же костюм, что я подарила тебе на прошлой неделе? — она подалась чуть вперёд, оглядывая его оценивающим взглядом. Поскольку он сейчас сидел, она могла оценить только верхнюю часть его тела — всё остальное было не видно из-за стола.       Мужчина невольно подавил дрожь.       Как хорошо, что он раздвинул ноги в стороны и дал жиру на животе опуститься между ними вниз, так его пузо казалось чуть меньше чем на самом деле есть, скрытое столешницей.       — Я так рада, что ты решил надеть его сегодня, — сказала Джинн, выпрямляясь обратно, но всё-ещё не сводя с него взгляда. — Тебе так идет этот костюм. Винный определённо твой цвет.       Дилюк непроизвольно одёрнул одной рукой жилетку под столом, чуть опуская её ниже, но ткань предательски вернулась в прежнее положение.       — Знаешь, я хотел спросить, — начал было Дилюк, но Джинн прервала его.       — Давай начнём же завтрак, — бодро начала она, глядя на накрытый перед ней стол, — Ведь ты не хочешь, чтобы всё это остыло?       Дилюк посмотрел на расставленные перед ними тарелки. Яблочный рулет, большая порция мятного желе и папа тарелок с щедрой стопкой блинчиков к чаю. Очевидно, здесь было больше, чтоб нужно на завтрак для двух человек.       И тут та самая горничная, что буквально пять минут назад обувала его и заплетала ему волосы, ставит перед ним тарелку яичной крепости, от которой поднимался аппетитный аромат. И если в стандартной порции было всего два тоста с ветчиной и яйцом-пашот, то перед Дилюком лежало целых пять. Пять аппетитно пахнущих и горячих тостов.       У Дилюка невольно скопилась слюна во рту, которую он спешно сглотнул. До того, как он не обратил внимание на стол, накрытый перед ним, он не понимал насколько он голоден, а яичная крепость, поставленная перед ним и так ароматно пахнущая, окончательно разбудила его аппетит.       Его желудок заурчал.       — Приятного аппетита! — сказала Джинн и принялась ножом и вилкой отрезать себе кусочек блина на верхушке одной из стопок.       Если она и слышала, как заурчало в животе у Дилюка — она не подала виду. Дилюк же покраснел до кончиков ушей. Как же неловко.       — П-приятного аппетита, — смущённо пробормотал Дилюк в ответ.       Взяв в руки нож и вилку, он принялся резать первый тост. О, архонты, они пахли просто изумительно. Отрезав кусочек и дав желтку растечься по тарелке, Дилюк отправил первый кусочек тоста себе в рот.       Сочная ветчина была идеально поджарена. Тост всё ещё был хрустящим, не успев как следует пропитаться жиром от мяса, а яйцо было невероятно нежным. Он невольно застонал от вкуса, прикрывая глаза и начиная пережёвывать пищу с наслаждением.       Одного кусочка было мало и вслед за ним Дилюк положил в рот второй.       На мгновение он забыл, что рядом с ним за столом сидела Джинн и где-то поодаль стояла та странная горничная. Он вспомнил, что не один, только когда приступил к четвёртой яичной горе. Его руки комично замерли в воздухе, так и не донеся вилку до рта, а яйцо-пашот скользнуло обратно в тарелку с тихим шлепком.       — Ох, — выдохнул он, глядя в тарелку, куда только что с его тоста упало яйцо.       Краска смущения снова покрыла его щёки. От яичной горы, что ему подали на завтрак было просто невозможно оторваться, — Прости меня, пожалуйста.       — Хм? О чём ты? — как ни в чём не бывало спросила Джинн, делая глоток чая.       Сама она съела только половину одного блина, и явно не торопилась.       Дилюк неловко поёрзал на стуле.       — Ну, — начал было он, но его взгляд зацепился за то, как Джинн сжимала в руке вилку. Её пальцы чуть дрожали.       Джинн проследила за его взглядом и положила вилку на салфетку, что лежала рядом. Она осторожно коснулась этой рукой края чайной чашки, чуть потирая его пальцем и явно пытаясь скрыть свою дрожь.       — То такое, Дилюк? — спросила она на тон выше, чем обычно. Казалось, волнение настигло теперь и её.       — Джинн, — начал Дилюк серьёзно, — я думаю нам нужно кое-что обсудить.       Та поставила чашку на блюдце, слегка отводя взгляд в сторону.       — О чём ты хотел поговорить?       Она знала.       Дилюк тоже отложил свои приборы в сторону, и выпрямился.       — Я, — начал он, но его голос немного дрогнул. — Сегодня утром я обнаружил, что не могу надеть свои обычные официальные брюки. А взгляд в зеркало полностью подтвердил мои опасения.       Джинн закрыла глаза и сделала глубокий вдох.       — Какие опасения? — спросила она тихим голосом.       Дилюк сглотнул, и почувствовал, что у него в горле пересохло от волнения. Чуть осипшим голосом он выдавил:       — Я набрал вес.       Как только эти слова слетели с его губ, Джинн вздрогнула, распахивая глаза и поворачиваясь к нему. Её руки сжались в кулаки и она немного поджала губы. Её волнение было очевидным.       Дилюк выпил чаю из своей чашки, чтобы смочить пересохшее горло и продолжил:       — Причём я набрал гораздо больше веса, чем просто несколько килограмм, — он смотрел на Джинн, которая сидела на стуле в одной позе, поджимала губы, смотрела на него и немного осоловело моргала. — И знаешь, когда я понял что свои обычные официальные брюки я уже точно не смогу надеть, я вспомнил о твоём недавнем подарке.       Джинн резко разжала губы и рвано вдохнула.       — Ты тогда прислала мне костюм, — продолжил Дилюк. — В записке, приложенной к нему было всего пара коротких строк, и твоё желание встретиться как-нибудь за завтраком.       Джинн опустила сжатые в кулаки руки себе на колени.       — Д-да, ты прав.       Дилюк откинулся на спинку стула.       Он буквально поймал её с поличным.       — Ты всё знала, — просто сказал он.       Она крупно вздрогнула и отвела взгляд в сторону.       — Я не понимаю, о чём ты, — сказала она, но её дрожащий голос и действия говорили куда больше слов.       Дилюк смотрел на неё, не отводя взгляд и ловя каждую дрожь, пробегающую по её плечам в форменном кителе Ордо Фавониус. Вена на её шее отчаянно билась, полностью раскрывая её волнение.       — Ты знала. Прекрасно знала, что я набрал вес, — говорил он. — Причём настолько точно знала, что заранее подготовила и прислала этот костюм.       Дилюк снова скрипнул ножками стула по полу, немного неловко хватаясь за столешницу для поддержки и поднимаясь с мягкого сиденья. Он подошёл к Джинн и положил ей руку на плечо, почувствовав её дрожь пальцами.       Наклонившись ниже, ближе к её уху, он продолжил:       — Костюм, который сел идеально, — выдохнул он ей прямо в ухо.       Джинн резко вздохнула.       Дилюк чувствовал торжество.       — Ты не просто знала о моей прибавке, — продолжил он теперь шептать ей в ухо, наклоняясь ниже, прислоняясь к её руке своим тёплым и мягким животом, заставляя её дрожать сильнее, — Ты как-то узнала практически идеальные параметры, просчитала их с учётом прибавки и заказала у портного костюм заранее. Выбрала простой крой, однотонную ткань для пошива, прямые брюки и жилет. Подобрала галстук и даже заменила тугой ремень на эластичные подтяжки. Сделала все, чтобы он идеально сидел на мне. Не так ли, Джинн?       От его шёпота и прикосновений Джинн натурально застонала, не в силах больше сдерживаться.       — Д-да, — слабо протянула она.       Дилюк сдвинулся сильнее, обходя её стул сзади и кладя обе руки ей на плечи. Ненавязчиво удерживая её на месте.       — Джинн.       Та лишь слабо всхлипнула.       — Скажи мне, когда ты собиралась сказать?       Та моментально замерла под его руками. Казалось, она даже перестала дышать. Этим вопросом он точно застал ее врасплох.       Она молчала.       Дилюк смотрел на замершую как испуганный кролик действующую командира Ордо Фавониус.       — Джинн, — позвал он её, — когда ты собиралась мне сказать?       Та сипло вдохнула воздух и сжала руки вместе, переплетая пальцы.       — Я, — начала она глухим щёпотом, — я-я не знаю.       Дилюк переместил руки с её плеч на спинку стула и резко развернул его в сторону, скрипя ножками. Джинн дёрнулась от неожиданности и чуть не упала, но молодой человек успел поймать её и вернуть ей равновесие. Сам же он обошёл её, встав напротив неё и опустившись на одно колено. Его живот тут же приподнялся с одной стороны, приподнятый широким бедром, подаваясь верёд, а с другой всё так же провисая вниз. Ткань жилета и рубашки сместились следуя его объёмам.       Взгляд Джинн испуганно но немного жадно смотрел на сферу, что была прямо перед ней.       Руки Дилюка оказались на её сплетённых руках.       Джинн отвлеклась от зрелища, что предстало перед ней и посмотрела Дилюку прямо в глаза впервые за это утро.       — Джинн, ты вообще собиралась мне сказать?       Та сглотнула.       — Да, — слабо прошептала она, — но.       — Но?       Дилюк провёл большим пальцем по тыльной стороне её правой ладони.       — Я надеялась, — голос её был тихим и дрожащим, но Дилюк прекрасно слышал каждое слово, — что ты останешься в неведении ещё немного.       Руки Дилюка остановились.       Джинн замерла под его пристальным взглядом.       Они не двигались примерно минуту, пока Дилюк не опустил голову, глядя на их руки. Его плечи тоже опустились, заставив его небольшую мягкую грудь образовать небольшую складку на его новой рубашке.       — Я задаюсь вопросом, Джинн, — начал он тихим голосом, но в звенящей тишине зала его было отлично слышно, — как ты до сих пор могла сохранять это от меня в секрете? Я же не совсем дурак, но каким-то образом мы сейчас здесь.       Его рука отстранилась от чужих сплетённых рук и нашла свой выпирающий вперёд живот. Схватив себя за бок, он встряхнул его, посылая по нему волну дрожи, которая была видна даже под его новой одеждой. Как только колыхания утихли, живот издал слабое урчание, явно требующий чтобы его накормили.       Джинн следила за каждым его движением, практически не дыша.       — Скажи мне, как ты это сделала?       — Я, — тихо прошептала она, зажмурившись, — послала к тебе Бэтти в качестве служанки. Она наблюдала за тобой и параллельно выполняла мои поручения и приказы.       Дилюк повернулся к стоящей неподалёку горничной, но та стояла по стойке смирно, не глядя на сцену перед ней.       — Значит, поэтому я не узнал тебя, — обратился к горничной Дилюк.       Та лишь склонила голову, пряча взгляд.       Джинн разжала свои руки и обхватила ладонями руку Дилюка, что держала её. Она наклонилась вперёд, и принялась быстро шептать:       — Это был только мой приказ. Я услышала несколько месяцев назад как Аделинда ненадолго открывает вакансию горничной. И я предложила ей Бэтти. Она понравилась ей, и так Бэтти стала работать на винокурне, — сбивчиво шептала она, поднимая руку Дилюка и прижимая её к своему лбу дрожащими ладонями. — На самом деле я давала ей, — она на секунду запнулась, чтобы сделать рваный вдох, — приказы, чтобы она наблюдала за тобой. Чтобы следила. Чтобы она следила за тем, что я хотела сделать и чтобы это прошло гладко. И докладывала мне.       Дилюк смотрел на светлую макушку Джинн и хмурился всё больше и больше.       — Я приказала понемногу увеличивать твои порции, — прошептала Джинн, наклоняясь ещё немного вперёд. — Приказала незаметно увеличивать твой гардероб по мере надобности.       Напряжение между ними можно было словно резать ножом.       Но Джинн продолжила:       — Я приказала ей, — Джинн гулко сглотнула, — по чуть-чуть подсыпать в твою еду стимулятор аппетита.       Джинн подняла голову и посмотрела ему в глаза.       После этих слов в зале опустилась звенящая тишина.       Дилюк же лишь открыл рот в удивлении.       — Ты, — сипло прошептал он.       Он не мог найти слов.       Джинн не просто знала. Джинн и была виновной во всём этом.       С самого начала.       Все эти несколько месяцев он в упор не замечал изменений в себе. Не потому что он был невнимателен — хотя отчасти так и было, ведь его не сильно волновал его собственный внешний вид — а потому, что ему просто не давали возможности обратить на это внимание.       — Д-Дилюк, я, — снова начала шептать Джинн, сжимая его руку и глядя ему в лицо. — Я хотела как лучше! Правда! Я лишь хотела как лучше!       Дилюк отстранился, но руки из пальцев Джинн не освободил.       — Зачем?       — Ты всегда был такой уставший и болезненно худой, что мне просто больно было смотреть как ты чахнешь, — всё так же шепча продолжила Джинн. Она отпустила его руку и опустилась на колени перед ним, обнимая его за плечи и кладя голову ему на плечо рядом с шеей. — Я подумала, что могу сделать тебя счастливее. Но сколько бы я не думала, я не могла придумать способа сделать это, ведь ты — словно птица, гордая и вольная. На тебя невозможно повлиять незаметно. Но я смогла найти способ ненавязчиво ухаживать и присматривать за тобой.       Дилюк опустил голову ей в плечо и слушал каждое слово.       — Когда я заметила первые признаки изменений, я была так рада! Ты выглядел куда здоровее, твой цвет лица стал лучше и ты сам выглядел куда бодрее тебя обычного. Я так обрадовалась, что решила продолжить приглядывать за тобой чужими руками, — говорила Джинн, проводя ладонями по спине Дилюка, ощущая её мягкость, а не выпирающие кости. — Когда прибавка стала заметнее, я несколькими приказами незаметно изменила твой график на увеличение бумажной работы в стенах винокурни. Чтобы ты мог быть в комфорте и под присмотром. Незаметно приказала обновить твой гардероб, чтобы ты не испытывал никаких неудобств.       Дилюк молча слушал, ровно дыша в шею Джинн. Это просто не укладывалось в голове.       Всё это — результат прямых приказов и действий Джинн.       — Я приглашала тебя на ужины и обеды, чтобы видеть тебя, твой прогресс и любоваться тобой, — слова Джинн всё продолжали течь, словно река. — Я тайно заказала тебе этот костюм, чтобы увидеть, как он облегает все твои изгибы. И архонты, увидеть тебя, одетого в него, на лестнице сегодня было так горячо!       Её руки снова прошлись по его спине, нежно поглаживая и спускаясь чуть ниже, чем принято в приличном обществе. Проходясь пальцами по поясу брюк и слегка царапая застёжки подтяжек. Чуть надавливая на мягкие бочка, что слегка перекатывались за край штанов из-за того, что Дилюк стоял на коленях и чуть подавался вперёд.       Дилюк продолжал молчать.       — Знаешь, — продолжила Джинн, уже куда увереннее, — я наслаждалась каждым новым килограммом, что оседал на твоём теле. Я смотрела, словно ястреб, за каждым новым изгибом. Боже, я так хотела к тебе прикоснуться!       Джинн простонала ему в шею, хватаясь руками за бока его живота и чуть сдавливая их.       Дилюк всхлипнул.       — Боже, какой же он мягкий! — Джинн пару раз сдавила упакованный в костюм живот, прислушиваясь к своим ощущениям. Затем она отстранилась и одной рукой упёрлась ладонью в мягкий выпирающий купол, подпёртый бедром Дилюка, а второй рукой подхватила свисающую вниз часть живота, скрытую брюками и потрясла его.       От её движений живот закачался, словно мятное желе, забыто тающее на столе. Увеличившаяся грудь Дилюка подхватила покачивание, соблазнительно подпрыгнув на вершине купола.       Джинн застонала.       — Боже мой, — простонала она, глядя на Дилюка, словно он был произведением искусства. — Я так хотела прикоснуться к тебе, — ах, — не могу поверить.       Дилюк лишь мог загнанно дышать и смотреть, как Джинн касалась его, сжимая пальцами и тряся жир в самой выдающейся его части. К своему стыду, он почувствовал возбуждение.       — Я знала, что все данные, что мне передавала Бэтти были лишь приблизительными, ведь если бы она могла тебя измерить — ты бы сразу всё заметил. Но я удивлена, насколько точен её взгляд со стороны.       Джинн провела круговыми движениями по куполу живота Дилюка, покачивая его и заставляя трястись.       Живот снова издал жалобный стон.       — Ох, твой маленький животик голоден, — протянула Джинн, снова и снова проводя руками круги. — Давай же наконец накормим его завтраком?       Девушка проворно поднялась на ноги, тут же подхватывая ладони Дилюка и заставляя его подняться следом. С тихим кряхтением он встал, ведомый чужими руками.       — Я не голоден.       — Ох, не стоит лукавить, Дилюк, — сказала Джинн. — Твой маленький милый животик говорит куда красноречивее, чем ты сам.       Горничная Бэтти, что до этого тихо стояла поодаль, тут же подошла, отодвигая стул для Дилюка, чтобы он мог снова присесть на своё место и продолжить прерванную трапезу. Сама же она отступила обратно, отработано отводя взгляд в сторону.       Заботливые руки Джинн усадили Дилюка обратно за стол и вручили ему забытые нож и вилку. Сама же она пододвинула свой стул поближе к нему и присела на самый его край.       — Пусть наша еда и чай уже остыли. Но я думаю, что они всё так же восхитительны, — ворковала Джинн, склоняя голову в сторону. Её рука нашла под столом купол чужого выпирающего вперёд живота и нежно погладила его. — Особенно эти чудесные десерты.