Сны о глубоком космосе

      Очередной кошмар, и вот ты снова на пороге его комнаты. Где-то в углу мерцает игрушечный самолетик, наполняя кромешную тьму отблесками фиолетового свечения. Обладатель глаз точно такого же глубокого аметистового оттенка сейчас спит в своей постели и даже не догадывается о твоем появлении.       Калеб вернулся. И это, кажется, единственное, чего ты ждала невыносимо долго. Нет ничего хуже разлуки с ним.       Аккуратно ступая мимо кресла, проходя по брошенной на полу форме пилота, ты крадёшься к его кровати, всё отчетливее слыша его ровное дыхание. Калеб крепко спит и ты решаешься незаметно нырнуть под его наполовину свесившееся одеяло.       Уснуть спина к спине. Всё так, как было раньше…       Но… это уже не тот Калеб, который защищал тебя ото всех вокруг и заплетал косички, пока вы вместе смотрели дурацкие сериалы по выходным.       Калеб вырос.       Он стал тем взрослым мужчиной, по которому впору сохнуть всем девчонкам вроде тебя. Ты осторожно, словно кошка, ложишься рядом. Его широкая спина вздымается от размеренного дыхания и соприкасается с твоей крошечной фигурой. Кончики твоих ушей краснеют от понимания, насколько всё изменилось. Становится неловко, ты вдруг пытаешься высвободиться из плена воздушного одеяла и всё-таки встать на разумную сторону, заткнув свой порыв вот так вот ворваться в личное пространство своего названного брата.       Едва ты спускаешь ноги на пол, как его мощная рука останавливает тебя на полпути, удерживая за запястье. Сердце замирает и ты сглатываешь, прислушиваясь к тому, когда оно снова возобновит свой ход. Но его прикосновение не помогает. Пульс подскакивает и теперь как ошалелый бьёт по барабанным перепонкам.       — Куда это ты, малявка? — низкий, немного хрипловатый ото сна голос раздается за спиной, и твои щеки обдает непристойным жаром.       — Ерунда, просто очередной кошмар, — бросаешь ты так, словно он был о розовых пони. Но вы оба понимаете, что это не так. — Зря я пришла, не стоило этого делать.       Твои слова рассыпаются, как мелкий бисер по полу его комнаты. Ты задерживаешь дыхание, а самой хочется провалиться сквозь землю или сбежать от него в глубокий космос за тысячу световых лет от этой постели, где лежит он.       Тот, кто всегда знал и знает, как помочь тебе справиться со всем этим. Кто точно так же мучается от ночных кошмаров. Ты прекрасно помнишь, как в детстве вы рассказывали их друг другу, а после придумывали свой мир, в котором вас больше никто и никогда не потревожит.       Это было тогда, но сейчас…       Разница в несколько лет ощущается намного острее. Ты всё еще «мелкая», которой перевалило за восемнадцать, а он уже полковник с сотнями миссий за плечами. Вы так давно друг друга не успокаивали… вы так давно не были так рядом, так близко…       Его длинные, слегка шершавые от боевых мозолей пальцы скользят чуть выше к твоему предплечью и ты слышишь шорох одеяла. Калеб поворачивается к тебе лицом, пока ты всё ещё пялишься в тёмную пустоту его комнаты.       — Раньше ты не сбегала, — роняет он так, словно ничего не изменилось. Словно всё как и прежде, где тебе одиннадцать, и после всего вы уснете в одной постели, прижавшись друг к другу.       Даже в наивных мыслях это уже смешно.       Тебе пора прекращать навязываться ему, как бы тоскливо это ни отзывалось в твоём беспокойном сердце.       — Расскажи мне. — Просит он и внутри всё сжимается в крохотный комочек.       Слезы сами текут из твоих глаз, скользя по щекам, и тихого всхлипа достаточно, чтобы Калеб прижал тебя к себе одним движением. Приковал спиной к своей груди, буквально убаюкивая в своих объятиях.       — Мне снилось, что ты не вернулся, — шепчешь ты и вздрагиваешь от неконтролируемых рыданий, но его это не смущает.       Он лишь крепче притягивает тебя к себе и поправляет одеяло. Вы словно в коконе, и тепло от его тела привычно растекается по твоей коже.       — Даже если мне сотрут всю память, я найду дорогу к тебе, — произносит Калеб прежде чем уткнуться носом в твою шею и оставить там едва заметный поцелуй.       Лёгкое касание мягкими губами заставляет тебя прекратить дрожать и повернуть к нему голову. Его глаза даже в темноте отливают какой-то неведомой красоты туманностью. Он смотрит на тебя так пристально, что ты вмиг ощущаешь себя в безопасности. В той, которую он тебе даст несмотря ни на что.       И если случится очередной апокалипсис и вы останетесь лишь вдвоём в этом диком, кишащим Странниками мире, ты знаешь — он отдаст тебе всё. Всё, что принадлежит ему — твоё.       Кончиками пальцев ты задеваешь его слегка грубоватую кожу на скулах, наслаждаешься моментом тишины и понимания между вами. Вы даже дышите в унисон.       Калеб прикрывает веки. Он любит, когда ты вот так вот нежно прикасаешься к его лицу, не важно, к щеке ли, к губам. Он принимает любое твоё внимание.       — Малявка, — шепчет он и трется щекой о твою ладонь. Забирает себе всю ласку, которую ты ему даришь. И не важно, что прошло несколько месяцев с тех пор как он уехал на эту миссию, не важно, что с каждым разом они затягиваются на всё дольше и дольше, отнимая его у тебя.       Не важно.       Главное, что сегодня он вернулся и сейчас его дыхание ласкает твоё лицо и губы, которые ты облизываешь одним движением языка от неконтролируемого волнения.       Не узнавая саму себя, ты сначала соприкасаешься с ним, задевая кончик его носа своим, а потом тянешься и к теплым сухим губам.       Это он.       Всё тот же Калеб.       Даже на вкус он как чертов яблочный сидр из прошлого, с приторной сладостью. Меняется лишь только то, что теперь между вами совершенно другое притяжение. Иные флюиды растекаются по коже покалывающей патокой. Он обнимает тебя сильнее, и ты совсем не удивлена тому, как ускоряется ваше сердцебиение.       — Я тоже по тебе скучал, — слетает с его губ, пока ты жадно вдыхаешь после нескромного поцелуя. — Но не предполагал, что настолько сильно.       Он вновь целует тебя, нависая сверху и защищая от всего мира. Ты уверена, что рядом с ним тебе теперь не страшен ни один кошмар, потому что он развеет его в звездную пыль одним лишь взглядом.