10. Unsaid words and misunderstanding
17 мая 2025 г., 21:14
***
На следующее утро Драко заметил, что что-то не так. Он еще ничего не сказал, но что-то изменилось — тонко, болезненно. За завтраком Гарри не сидел рядом с ним. Он снова сидел между Роном и Гермионой, как в старые добрые времена. Драко наблюдал за ним через Большой зал, держа вилку в руке, не пробуя ни кусочка. Он не был зол. Просто... сбит с толку. Нет, он обижен. Но это было не то, в чем он хотел признаваться — даже себе. Последовали занятия. Зелья, Защита, Астрономия. Каждый раз, когда Драко поворачивался, чтобы сделать небрежное замечание, Гарри уже отворачивался. Глаза опущены, губы сжаты в тонкую линию. Он перестал смеяться над сухими шутками Драко. Он перестал нарочно натыкаться на него. Он перестал смотреть на него. И Драко ненавидел то, что он все это замечал. Во время Травологии, когда профессор, как обычно, поставил их в пары, Гарри вежливо спросил, может ли он поменяться партнерами. Профессор моргнул, явно удивленный, но кивнул. Драко уставился вслед Гарри, который даже не взглянул в его сторону, присоединившись вместо этого к Эрни Макмиллану. Он почувствовал, как что-то внутри его груди сжалось.***
Позже тем вечером Драко сидел, свернувшись в кресле в общей комнате, с головой в руках, с открытой книгой на коленях, которую он полностью игнорировал. Панси плюхнулась рядом с ним, наблюдая за ним, наклонив голову. - Он избегает тебя. - А я и не заметил, - сухо ответил Драко. Паркинсон фыркнула. - Лжешь. Драко ответил не сразу. Он уставился на мерцание зеленого света костра, танцующего на каменной стене. В конце концов его голос стал тише, более усталым. - Я не знаю, что я сделал. Панси посмотрела на него мгновение. - Может, дело не в том, что ты сделал. Может, дело в том, чего ты не увидел. Драко нахмурился. - Он не мог... Я имею в виду, я ему не нравлюсь. Не в этом смысле. Он никогда не сможет. - Почему нет? Драко открыл рот. Закрыл его снова. И сказал почти с горечью: - Потому что я — это я. А он — это он. Панси тихонько вздохнула. - Вы такие идиоты. Драко не спорил. Он не мог. Потому что как бы он ни хотел сказать себе, что это неважно, что ему все равно... Он скучал по Гарри. Каждый дюйм пространства между ними ныл, как синяк, к которому он не мог прикоснуться.***
Двор был тише обычного. Теперь их было четверо — Гермиона, Рон, Джинни и Луна — они сидели у камина и ждали. Теплое сияние пламени танцевало на их лицах, пока шли минуты. Затем портретная дыра со скрипом открылась. Гарри вошел. На первый взгляд, все было в порядке. Он слегка улыбнулся. Подошел. Сел. - Эй, - мягко сказала Джинни, - Как все прошло? Гарри не ответил. Гермиона наклонилась вперед, в ее глазах читалось беспокойство. - Ты признался? По-прежнему ничего. Рон нахмурился. - Подожди-приятель, что случилось? Вы двое- вы теперь вместе или-? Это сработало. У Гарри перехватило дыхание. Он поднял руку ко рту, словно пытаясь остановить что-то, вырывающееся наружу — крик, всхлип, — но было слишком поздно. Его плечи затряслись, и он издал сдавленный звук. Слеза скатилась по его щеке, затем другая, и вскоре он дрожал перед ними, согнувшись вперед, словно если бы он мог стать меньше, может быть, это ощущалось бы не так больно. - Я... я не мог этого сделать, - выдавил он, - я собирался... я все спланировал, а потом... у него были цветы, и... и он сказал, что они от Эвана, и я подумал... Мерлин, я думал, что Эван признался ему, и он принял его, и это просто... просто больно... - О, Гарри, - выдохнула Гермиона, мгновенно двигаясь, чтобы обнять его. Джинни села рядом с ним с другой стороны, поглаживая его спину, пока он трясся. - Я думал, он... он выбрал кого-то другого. Я думал, что опоздал. А теперь он даже не знает. Я просто ушел. Я даже не сказал этого, - Его голос надломился, - Я люблю его. А он этого не знает. Рон выглядел беспомощным. Его руки сжимались и разжимались на коленях, словно он не знал, что с ними делать. - Но... а вдруг, это не то, что ты думаешь? Может быть, Эван на самом деле не...? - У него были цветы, Рон!! Луна, молчавшая до сих пор, нежно наклонила голову. - Может, Драко держал что-то, что ему не принадлежит. Люди иногда так делают. Гарри издал прерывистый смешок, покачав головой, когда потекли новые слезы. - Я такой идиот. - Нет, ты не такой, - твердо сказала Джинни, - Тебе просто больно. - И ты влюблен, - добавила Гермиона, крепко сжимая его. Гарри вытер глаза рукавом. - Я все испортил. Рон прочистил горло. - Слушай. Ты страдаешь из-за Малфоя, так что да, это странно, но ты ничего не испортил, приятель. Луна склонила голову на плечо Гарри, голос был спокоен, как всегда. - Любовь не заканчивается одним недоразумением, Гарри. Это просто значит, что еще не все кончено. Конечно. Вот продолжение этой мягкой, эмоциональной сцены — с Луной, которая является своей нежной, проницательной сущностью.***
Огонь тихо потрескивал, отбрасывая тени по всей комнате. Гарри снова затих, дыша ровнее, но его глаза все еще были красными. Остальные сели рядом, давая ему пространство, но не оставляя его одного. Затем Луна слегка сдвинулась, подтянув колени и обхватив их руками. Она посмотрела на него с тем спокойным, отстраненным пониманием, которое, казалось, всегда было в ней. Как будто она видела большее, чего не видят остальные. - Ты выглядел готовым взлететь, - тихо сказала она, ее голос был чуть громче шепота, - Что заставило тебя снова упасть?» Гарри моргнул, слова ударили сильнее, чем он ожидал. - Я..., - он колебался, - Я видел цветы. Он держал их и сказал, что они от Эвана. Я просто... Я был сбит с толку. Я подумал, что это что-то значит. Что, возможно, я опоздал. Что, возможно, он уже выбрал кого-то другого. Луна наклонила голову. - И ты сдался. Гарри вздрогнул. - Я не сдался. Я.., - Но слова застряли у него в горле. Его защита, уже потрескавшаяся и изношенная, рухнула еще больше, - ...Да. Думаю, так и было. Гермиона открыла рот, но Луна осторожно подняла руку — не для того, чтобы заставить ее замолчать, а чтобы дать Гарри закончить. - Я не хотел слышать, как он это говорит, - пробормотал Гарри, - Что он не чувствует того же. Я не мог вынести даже мысли о том, что он смотрит на меня с жалостью. - Ты не знал, что он скажет, - сказала Луна, все еще наблюдая за ним, - ты просто боялся этого. Гарри опустил взгляд. - А что, если ему действительно нравится Эван? Луна слегка улыбнулась. - Драко Малфой? Влюбиться в Эвана Розье?, - она медленно покачала головой, - Я не думаю, что он вообще видит Эвана, когда ты с ним в одной комнате. Гарри удивленно посмотрел на нее. Рон пробормотал: - Она права. Джинни фыркнула. - Он практически светится, когда ты рядом. Ты просто никогда не замечал - Я замечал, - признался Гарри, - Я просто... не верил. Луна потянулась к нему и нежно взяла за руку. - Иногда единственное, что страшнее прыжка... это осознание того, что ты уже это сделал. Гарри уставился на нее. Затем очень тихо прошептал: - Ты действительно думаешь, что еще есть шанс? Пальцы Луны слегка сжались в его. - Две души не встречаются случайно, Гарри. Гермиона и Джинни обменялись взглядами — полными тихой надежды. И Рон, благослови его, слегка толкнул Гарри в плечо. - Тогда подними свою задницу обратно в воздух, пока кто-то другой не сделал это за тебя. Гарри в последний раз вытер глаза. И хотя боль все еще была там, где-то под ней... искра вернулась.***
Драко сидел на краю одного из длинных диванов в гостиной Слизерина, локти на коленях, пальцы сплетены вместе. Цветы все еще лежали забытые рядом с ним — вялые и слегка раздавленные от того, как сильно он сжимал их ранее. Панси некоторое время наблюдала за ним краем глаза, сжав губы. Блейз прислонился к каминной полке, скрестив руки, его взгляд метался между Драко и Тео, который выглядел таким же неуверенным, как и Драко. Тишина сводила его с ума. - …Что я наделал?, - наконец спросил Драко, его голос был едва громче шепота. Паркинсон резко подняла глаза. - Что? Он сглотнул. - Я задал тебе вопрос. Что я наделал? Они обменялись взглядами. Никто из них не ответил. Драко нахмурился, заставив свой голос не дрожать. - Что-то явно произошло. Он позвал меня туда. Он собирался что-то сказать, а потом увидел цветы, и вдруг все изменилось. Он ушел. Но никто не произнес ни слова. Тишина была удушающей. Руки Драко сжались в кулаки. - Это ведь ты говорила, что я ему нравлюсь, не так ли? Все это время? Вы все настаивали. Ну и что..., - его голос надломился, и он отвернулся, - Что изменилось? Наконец Тео заговорил тихим голосом. - Мы не знаем. В этом-то и дело. Драко перевел на него взгляд. - Великолепно. Очень оптимистично. Панси скрестила руки на груди и вздохнула. - Драко-о, ты ничего не сделал. По крайней мере, ничего плохого. - Это не успокаивает, Панс. Она выдохнула через нос. - Тогда я не знаю, что тебе сказать. Он был весь в нервах и волнении из-за чего-то, а теперь он избегает тебя, как чумы. Может, это он что-то сделал не так. Может, это не ты. Драко не ответил. Он просто уставился на свои руки, сжав челюсти. Забини наконец пошевелился, голос стал тише. - Он посмотрел на тебя так, будто повесил звезды на твои плечи. Если он убегает, то это не потому, что ты его задел. Драко прижал ладони к глазам, сильно моргая. Его горло сжалось. Эта тишина ранее — то, как Гарри посмотрел на него, а затем полностью отключился — преследовала его. Он снова прошептал, на этот раз в основном себе: - …Тогда почему у меня такое чувство, будто я что-то сломал? Никто не мог ответить. И эта тишина ранила сильнее всего.***
В комнате было темно. Шторы были задернуты несколько часов назад, но Драко не потрудился зажечь ни лампы. Мягкий серый сумрак лип к стенам — достаточно света, чтобы видеть, но недостаточно, чтобы согреться. Он сел на край кровати — своей кровати, не Гарри, хотя их разделяло всего несколько футов. Но сейчас это был бы океан. Кровать Гарри была идеально заправлена. Не потому, что Гарри был опрятен — только Мерлин знал, что он не был таковым — а потому, что он не прикасался к ней. Не несколько дней. Не с тех пор, как... тогда. Драко уставился в пространство между ними. Он должен был уже привыкнуть к тишине. Но не к этой. Не к такой тишине. Она не была умиротворяющей. Она была пустой. Он медленно откинулся назад, погружаясь в подушки, глаза дрожали и закрывались. Он позволил своему сознанию плыть к сцене — к тому единственному моменту, который снова и снова проигрывался у него за веками. Двор. Письмо. Голос Гарри, тихий и дрожащий. - Я люблю тебя. Это был сон, конечно. Гарри во сне. Идеальный и реальный, как только могут быть сны. Драко увидел это. Почувствовал это. Услышал это. Эту глупую кривую улыбку, которую Гарри выдавал, когда нервничал. То, как он покачивался на каблуках, словно хотел убежать и остаться одновременно. - Я люблю тебя, Драко. И Драко... он поверил в это. Во сне он, по крайней мере, поверил. Он улыбнулся в ответ. Протянул руку. Сказал это тоже. Потом- Ничего. Птичий шум, слабый ветерок. Его глаза резко открылись. Комната все еще была пуста. Холодно. Кровать Гарри все еще была нетронутой. Драко медленно сел, прижав основание ладони к глазам, чтобы стереть жжение. Это не сработало. - ...Я бы сказал это в ответ, - он прошептал в пустоту. Никто не ответил. Тишина затянулась. Драко посмотрел на то место, где обычно стояли ботинки Гарри у двери. Исчезли. Он сглотнул и снова лег, слегка свернувшись на боку, лицом к кровати Гарри. Прошло мгновение. Затем два. - …Идиот, - прошептал он, Гарри или себе, он не знал.***
Гарри нашел его после урока. Это не было запланировано — на самом деле — но он наблюдал. Ждал. Надеялся на момент, когда Драко не будет окружен Блейзом или притворяться, что его заворожил учебник, который он явно уже выучил наизусть. На этот раз Драко был один. Он шел впереди, как всегда — гордо, с прямой спиной, мантия развевалась чуть более драматично, чем у кого-либо другого. Гарри ускорил шаг. - Драко, - он тихо позвал. Драко остановился. Совсем немного. Едва заметно. Но Гарри это увидел. Проблеск узнавания, колебания — и ничего. Драко продолжил идти, - Драко– Гарри протянул руку, пальцы коснулись рукава мантии Малфоя. Он остановился. Медленно повернулся. И когда он посмотрел на Гарри, все было не так, как прежде. В его глазах не было того мягкого поддразнивания. Никакого сухого веселья. Просто… холодная дистанция. Непроницаемая и точная, словно он надел еще один слой брони за ночь. - Что?, - Драко спросил голосом легким, но резким. Не злым. Просто усталым. Рот Гарри открылся, потом закрылся. Это было не так, как должно было быть. Он хотел сказать: "Я не хотел убегать". Или "Я подумал, что Эван… ". Или даже "Подумал, что я видел тебя с цветами, которые не предназначались мне". Вместо этого он сказал: - Мы можем поговорить? Драко слегка наклонил голову. - Разве мы не говорим уже? А, Поттер? У Гарри заболела грудь. - Наедине, - прошептал он, пытаясь снова, на этот раз мягче. Но Драко просто улыбнулся — не жестоко, даже не насмешливо. Просто… настороженно. - Мне нужно идти, - он снова пошел, - Позже, Поттер. И Гарри стоял там, затаив дыхание. Жжение не было острым, как проклятие, оно было медленнее. Тонущим. Как будто его замораживали изнутри. На уроках Драко не садился рядом с ним. Он не смотрел на него. Он отвечал на вопросы с той же элегантностью, что и всегда, передавал пергаменты через стол, даже не взглянув, и когда Слизнорт поставил их в пару для зелья дня, Драко не сказал ничего, кроме того, что требовалось. Гарри молча помешивал содержимое котла, чувствуя каждый сантиметр расстояния между ними, как будто он давил ему на грудь. И каким-то образом это — этот тихий холод — ранило сильнее, чем любая ссора, которая у них когда-либо была.***
- Окей, - начал Рон, когда Гарри рухнул в кресло напротив него, - Что случилось на этот раз? Гарри потер лицо руками, тяжело дыша сквозь пальцы. - Он очень холоден, - пробормотал Гарри, - Просто как... ничего. Как будто я не имею значения. Как будто мы никогда..., - он замолчал, - И я заслужил это. Гермиона, сидевшая рядом с Роном, наклонилась вперед. - Гарри, он, наверное, просто растерян. Ты сам сказал, что ушел, не успев объяснить. Пальцы Гарри сжались в кулаки. - Я не просто ушел, - ответит он грубым голосом, - Я оставил его там. С цветами в руке. Казалось, он чего-то ждал. И я ничего ему не дал. Рон неловко поерзал. - В смысле, может, он подумал, что ты передумал? Это заставило бы кого угодно вести себя немного... отстраненно. Гарри горько рассмеялся. - Нет. Он думал, что мне все равно. А теперь он ведет себя так, будто ему все равно. Гермиона закусила губу, протянула руку и положила ему на плечо. - Ты не знал, для кого эти цветы, Гарри. Ты думал, Эван... - Я должен был спросить!, - Гарри резко встал, - Я должен был остаться и объяснить и... и сделать что угодно, кроме того, что я сделал!! В комнате стало тихо. Гарри подошел к окну, тупо уставившись на серую, туманную землю. - А я оставил его там, - снова сказал он, на этот раз тише, - Одиного. И в замешательстве. И я сбежал. Гермиона тоже встала, говоря тихо. - Гарри, но он тоже тебя не звал. Может, он не знал, как с этим справиться. Но Гарри просто покачал головой. - Не в этом суть. Даже если он не знал, что сказать, он остался. Я нет, - его голос дрогнул, - Он заслуживает лучшего, - он отвернулся от окна, снова глядя на Рона и Гермиону, - Если ему нужно было побыть одному... если ему нужно было пространство, ответы или что-то еще, я мог бы хотя бы быть рядом. Но вместо этого я заставил его почувствовать себя брошенным. Гермиона посмотрела на него грустными глазами. Рон был необычно тих. Гарри тяжело сел, опустив плечи. - Что мне теперь делать?***
В коридоре было тихо. Слишком тихо для этого времени суток, как будто сам замок затаил дыхание. Гарри повернул за угол возле библиотеки, засунув руки глубоко в карманы мантии и опустив голову. Он никого не искал, просто шел. Движение помогало, даже если его разум отказывался оставаться неподвижным. А затем он поднял глаза. Драко. Пришел с другого конца коридора, один. Руки по бокам. Книги забыты. А глаза... Их глаза встретились. И на один застывший момент мир вокруг них остановился. Никаких шагов. Никаких голосов. Никакой магии. Только они. Нечитаемый взгляд Драко мелькнул по Гарри. Вспышка боли? Надежды? Гарри не мог сказать. Он тяжело сглотнул. Его сердце стукнуло один-два раза — достаточно громко, чтобы почувствовать. Он открыл рот. Драко тоже. Ничего не вырвалось. Вырвался вздох. Затем, словно по команде, они оба отвернулись и продолжили идти. Мимо друг друга. Назад в свои углы замка. Назад в тишину. Но грудь Гарри болела. И рука Драко коснулась бока, где были цветы.***
Гермиона вздохнула, скрестив руки, расхаживая перед огнем. Рон сидел на диване, хмурясь на пламя, а Луна и Джинни обменялись взглядами со своих стульев. - Он почти не ест, - пробормотала Джинни, теребя торчащую нитку на рукаве, - Можно подумать, он проклят. - Он говорит, что с ним все в порядке, - проворчал Рон, - что, очевидно, означает, что это не так. Гермиона вдруг остановилась. - Прошло уже несколько дней, а он все еще ведет себя так, будто кто-то умер. - Нет. Хуже, - тихо сказала Луна, - Как будто он потерял что-то важное... и думает, что не заслуживает того, чтобы снова искать это. Они замолчали. Гермиона снова вздохнула. - Мы не можем ждать, пока Гарри сам это исправит. Джинни кивнула. - А что тогда? Нам-то что делать?***
- Драко даже не пискнул, когда Флинт попытался проклясть его в классе, - пробормотал Тео, лежа вверх ногами на диване. - Это было вчера, - добавил Блейз, развалившись в кресле, - а сегодня он тридцать минут пялился на одну и ту же страницу в книге. Панси, скрестив руки и стоя спиной к классу, фыркнула. - Это выглядит жалко. Он же сам Драко Малфой, ради Салазара. Он не тоскует. Забини поднял бровь. - Он тоскует. Тео лениво покрутил палочкой. - Значит, мы это исправим. Только…, - он нахмурился, - Мы не знаем, что, черт возьми, произошло. - У них все было так хорошо, - тихо сказала Паркинсон, наконец обернувшись, - Он был счастлив. Ты знаешь, насколько это редкость? В комнате стало тихо. Затем Блейз вздохнул. - Мы слизеринцы. Мы не из... искренних. Тео поднял руку. - Говори за себя. - Я тебя когда-нибудь прокляну.***
Каким-то образом они все нашли друг друга. Не случайно. И не совсем запланировано. Но в тот момент, когда Гермиона увидела, как Панси и Блейз идут к своему столу, она встала в недоумении. - О, замечательно, - пробормотал Рон, - Змеи тоже здесь. - Успокойся, Уизли, - холодно ответила Паркинсон, - Мы пришли не для того, чтобы ссориться. - Мы пришли, - добавил Тео, - потому что Драко несчастен, и причиной тому ваш Золотой Идиот. - И наоборот, - сказал Блейз. Джинни моргнула. - Мы... сделаем это вместе? Луна слабо улыбнулась. - Да. Думаю, да. Гермиона глубоко вздохнула. - Хорошо. Тогда мы будем работать вместе. Рон застонал. - Это будет ужасно. Блейз ухмыльнулся. - Ты даже не представляешь насколько.
