The expectation of happiness

Солнце лениво просачивалось сквозь неплотно задернутые шторы, окрашивая комнату в мягкий янтарный цвет. Дазай, стоя на шаткой стремянке, пытался приклеить последнюю наклейку с изображением сонного медвежонка. Чуя, удобно устроившись в кресле-качалке, наблюдал за его неуклюжими движениями, тихонько посмеиваясь. Живот Чуи был уже довольно большим, и каждое движение давалось ему с трудом, но он упорно отказывался от помощи, наслаждаясь предвкушением материнства. "Осаму, ты уверен, что правильно приклеил? По-моему, он смотрит куда-то вбок," - заметил Чуя, прищурившись. Дазай, потеряв равновесие, чуть не свалился со стремянки. "Да, все идеально! Это просто художественный взгляд," - отмахнулся он, спешно слезая. Он подошел к Чуе, нежно погладил его округлившийся живот и прошептал: "Скоро здесь будет жить наше маленькое чудо." Комната преображалась с каждым днем. Стены были выкрашены в нежный лавандовый цвет, над кроваткой висел мобиль с плюшевыми зайчиками, а на полках красовались книги с детскими сказками. Чуя лично выбирал каждую деталь, тщательно продумывая все до мелочей. Дазай, хоть и не всегда понимал его энтузиазма, старался поддерживать его во всем, чувствуя, как внутри него растет теплое чувство ответственности. Вечером, уставшие, но довольные, они сидели в кресле-качалке вместе. Чуя прислонился к плечу Дазая, чувствуя, как ребенок толкается у него в животе. "Интересно, на кого он будет похож?" - прошептал Чуя. Дазай улыбнулся и обнял его крепче. "Неважно, главное, чтобы был таким же вредным, как и его родители," - ответил он, и они оба рассмеялись. В этот момент они были просто двумя любящими людьми, готовящимися к самому важному событию в их жизни.