О чём поют Боги

Сенку смог встать на ноги за неделю. Мысль о смерти родителей всё ещё больно откликалась, но он смог смириться. Ген всячески ему помогал. Он пытался поддерживать его и веселить, хотя по нему было видно, как он сам еле держится от того, чтобы не заплакать. Видимо, больной вид друга причинял ему сильную душевную боль. Похороны родителей прошли благополучно. Там собрались соседи, друзья, слуги. К сожалению, родственников не осталось ни со стороны матери, ни со стороны отца. Единственным родственником на похоронах был Сенку, их сын. Все вокруг жалели парня, сочувствовали, предлагали помощь, но Сенку отказывался. Он и сам сможет справиться. В конечном итоге жизнь на этом не заканчивается. Сенку познакомили с новым членом их компании. Цукаса – парень рассы оками. Сын доброй волчицы и воина. К сожалению, его мать тоже умерла, и его отправили сюда в ученики. В беде друга познают, так сказать. Парни быстро сдружились. Спустя ещё неделю Сенку смог полностью окрепнуть. Мысль о смерти родителей уже не так сильно тяготила демона. Ген был рад видеть Сенку таким радостным. Он стал больше времени проводить с младшими. Он играл с ними, бегал и смеялся. Улыбка поползла наверх, когда его утянули в игры. Парни смеялись и веселились. Теперь Гену было спокойно, он наконец почувствовал умиротворение в душе Сенку. В игры утянули сначала Укё, а затем и Цукасу. Увабами стоял в тени, непонятная злоба стала заполнять его. Это была ревность чистой воды. Он шипел от злости и с ненавистью смотрел на Цукасу. "Как ты смеешь меня вытеснять? Как ты смеешь отбирать у них моё внимание?!" – тихо шептал себе змей. В эту минуту к нему подошёл ворон и его прихвостень. — Опа, посмотри, как им весело, – начал ворон. — Цукаса занял твоё место, как жаль, – поддакивал прихвостень. — Скоро они тебя забудут, и ты останешься один. — Совсем один. Увабами решил не тратить свои нервы на них. Он вышел из тени и направился в свои покои. — Отвалите от меня! – пронзительно сказал он им напоследок. Когда Ген увидел Увабами, он подбежал к нему и хотел пощекотать, но Увабами ясно дал понять, что он не в настроении. Ген отшатнулся от друга и посмотрел ему вслед. За ним наблюдали и Цукаса, и Сенку с Укё. — Что это с ним? – спросил Укё. — Не знаю, – ответил Ген. Внутренняя ненависть разрывала парня изнутри. Он сжимал зубы до скрипа, сжал кулак до белых костяшек, что аж следы от ногтей остались на внутренней стороне ладони. Появление Цукасы в его жизни стало ошибочным. И то, он появился не в его жизни, а в жизнях Укё, Сенку и Гена. Одна только мысль о счастливых лицах парней рядом с ним приводила в нешуточную ярость. Вдруг он задумался, а откуда такая ненависть? Цукасса ведь ничего не сделала. Он просто с ними поиграл и всё. Он никак его не унижал, никак не вытеснял, так откуда такая злоба? Парень ушёл в свои покои и остался там на всё оставшееся время. _____________________________________________ Сегодня важное событие для Сенку. Он стал сиротой, поэтому теперь за его судьбу отвечают дядя с тётей. Сегодня он максимально заряжался положительными энергиями. Помолился и поставил благовоние богини Бэндзайтэн. Все его друзья подбадривали парня как можно больше. Сенку и не заметил отсутствие Увабами. Демон решил не тревожить тётю Идзанаги, у неё и так дел полно, а вот дядя Идзанами всегда в хорошем расположении духа, его редко можно встретить злым или расстроенным. Он ухаживал за статуями богов, чистя их от пыли и грязи. — Доброе утро, дядя Идза, — сказал Сенку с приветливой улыбкой. — О, Сенку, мальчик мой, доброе утро, как настроение? — Очень хорошо, давайте я помогу, — парень взял щётку и стал натирать статуи вместе с наставником. — Я заметил, вы сдружились с Цукасой. — Да, он очень хороший, приветливый такой. — Да. Такая светлая душа, даже несмотря на то, что его мать погибла. — Как она погибла? — Убили, пронзили сердце серебряным мечом. — Ужас какой. — Да, Сенку. Вообще, всё больше духов и богов стало умирать, то ли от людей, то ли от кого-то другого. — Дядя... я вот хотел с тобой поделиться своими переживаниями. — Ну, давай, поделись. — Понимаешь, я чувствую себя как не в своей тарелке. Мне охотничье дело... чуждо и страшит. Да и я вовсе не воин, я хотел бы поступить в школу Тэндзин, только я вот всё боялся, как вы отреагируете, поэтому молчал, но теперь я не боюсь. Минуты молчания давили на Сенку. Он боялся, что скажет дядя, что скажет тётя. Он боялся их гнева. — Сенку, что ж ты сразу не сказал? Я поговорю с Идзанаги и Тэндзином, обещаю. — Спасибо, дядя! — Сенку обнял наставника. Бог обнял воспитанника в ответ. Всё-таки переживания Сенку были лишними.