Удар и обещание

Дерек зарычал — низко и угрожающе. Зубы стиснуты, кулаки сжаты по бокам. Его челюсть напряглась, ноздри раздулись, и он сделал шаг вперёд, вторгшись в личное пространство Стайлза с напором альфы, готового сорваться с цепи. — Я собираюсь ударить тебя в лицо... Стайлз, совершенно невозмутимый, моргнул, глядя на него с ухмылкой, едва дёрнувшей уголок губ. В глазах заиграл тот самый раздражающий блеск озорства. — ...своим ртом? — закончил он сладко. — Мягко? Потому что я тебе нравлюсь? У Дерека дёрнулся глаз. Стайлз склонил голову, распахнув глаза в притворной невинности, и наклонился чуть ближе. — Всё в порядке, большой парень. Признание — это первый шаг. Дерек резко вдохнул носом, будто пытаясь пережить совершенно сводящий с ума запах самодовольства Стайлза… и лёгкий привкус корицы — и чего-то ещё — что вился в воздухе, искушая. — Ты самый раздражающий человек, которого я когда-либо встречал. — Ты так говоришь, — пожал плечами Стайлз, ухмыляясь. — Но я отлично помню, как ты мчался через весь город в два часа ночи, чтобы забрать меня, когда Роско сломался. — Это было один раз. — А как насчёт того кофе с запиской: «Не умирай. Ты мой любимый источник мигреней»? — Совпадение. — И случай, когда... Дерек прижал его к стене, уперев руку рядом с головой, лицо теперь было всего в нескольких сантиметрах. Его глаза светились мягким голубым светом. — Скажи ещё хоть слово — и я тебя заткну. Стайлз даже не моргнул. Он подался вперёд, сокращая расстояние до минимума — их носы почти соприкоснулись. — Обещаешь? На секунду всё замерло. А потом Дерек поцеловал его. Сильно. И Стайлз — самодовольный маленький засранец, ничуть не удивлённый — поцеловал его в ответ, будто ждал этого всё чёртово время. Поцелуй закончился медленным, неохотным отрывом — губы разъединились с напряжением, будто воздух между ними потрескивал. Стайлз тяжело дышал, грудь поднималась напротив груди Дерека, он моргнул — словно мозг всё ещё пытался осознать происходящее. — ...Ладно, — прошептал он, с припухшими, покрасневшими губами. — Вот это было… вау. Дерек не двинулся. Всё ещё прижимал его к стене. Всё ещё держал его в ловушке одного лишь тела и того непроницаемого выражения, которое Стайлз никак не мог пробить, даже если бы попытался. Его глаза снова стали зелёными, но буря за ними и не думала утихать. — Мне не следовало этого делать, — пробормотал он хрипло, с нотками сомнения. — Но ты сделал, — отозвался Стайлз, дыхание перехватило, но он не отступил. — И если я не совсем уж неправильно всё понял — а, давай будем честны, вряд ли — тебе понравилось. Дерек сжал челюсть. — Ты слишком много говоришь. — И тебе это нравится. Признайся. Тебе нравится мой рот. Особенно когда... Дерек снова зарычал. Стайлз ухмыльнулся, сверкая зубами. — Вот он. Этот всплеск ярости каждый раз, когда я смею дерзить. — Ты не помогаешь. — Я и не пытаюсь, — сказал Стайлз, тише. Он медленно протянул руку, провёл пальцами по его челюсти. — Я пытаюсь дать тебе причину не убегать от этого. Дерек посмотрел на него — по-настоящему посмотрел. А Стайлз не отступил. Не пошутил. Просто выдержал взгляд — открытый, честный и куда более уязвимый, чем ему, вероятно, хотелось бы быть. — ...Я не люблю повседневные вещи, — наконец сказал Дерек. — Круто. Потому что я не умею по-простому. Они стояли в тишине. Всё так же близко. Дышали на одном выдохе. И медленно, осторожно, Дерек снова наклонился. Но теперь — как выбор. Не как реакция. Поцелуй был мягче. Медленнее. Без рычания. Без угроз. Просто два идиота, вечно круживших друг вокруг друга, наконец решивших встретиться посередине. Стайлз промычал ему в губы: — Я же говорил, что я тебе нравлюсь. Дерек вздохнул прямо в поцелуй: — Заткнись, Стайлз. — Заставь меня.