Без трекеров

Окно скрипнуло в знакомом ритме — Питер ловко влез в комнату, скинув маску и закинув костюм на стул. Он был весь в адреналине и чуть-чуть в синяках, но на удивление в хорошем настроении. Патруль прошёл спокойно. Почти. И, главное — никаких звонков. Никаких сообщений. Тишина. Питер лениво потянулся, скинул жучки и трекеры в банку на столе и усмехнулся: — Вот так-то лучше. Ни вибраций, ни тревожных пингов… свобода. — Свобода? — раздался низкий, холодный голос из тени. — Это ты называешь свободой, Питер? Питер вздрогнул. Повернулся. Баки стоял у дверного проёма, руки на груди, лицо — каменное. — Баки, ты чего тут в темноте сидишь, как маньяк? — Я думал, ты мёртв. Чёрт возьми, Питер, ты отключил всё. ВСЁ. — Потому что я устал, — резко ответил Питер. — Мне надоело, что ты постоянно следишь за мной! Я взрослый, Баки, я могу сам решать, куда и когда иду. — Правда? — голос Баки стал ниже, жёстче. — А если бы тебя подстрелили? Похитили? Ты вообще понимаешь, что значат эти грёбаные трекеры? — Значат, что ты мне не доверяешь! — вспыхнул Питер. — Постоянно всё контролируешь! Я не на поводке! Баки сделал шаг вперёд. — Это не про поводок. Это про то, что я с ума схожу, когда не знаю, где ты! Ты даже не удосужился написать. Ты исчез на три часа. Я уже думал, что найду тебя в морге. Питер отвернулся, челюсть сжалась. — Ну, извини, что хотел один раз просто быть пауком, а не твоим... проектом безопасности. Тишина. Баки смотрел на него, дыша тяжело, будто сдерживая что-то внутри. — Знаешь что? — сказал он медленно. — В следующий раз, когда ты снимешь жучки... Я просто вживлю тебе чип. — Что?! — Питер развернулся на каблуках. — Ты издеваешься? — Совсем нет. — Баки прошёл к нему ближе, нависая. — Прямо под кожу. Маленький. Удобный. Слежение в реальном времени. Может, тогда я хотя бы не буду бояться, что ты сдох где-нибудь в подвале. — Ты не имеешь права! — голос Питера дрожал, но в нём была ярость. — А я не хочу тебя хоронить, Пит. Вот и вся разница. И на секунду тишина. Долгая, тяжёлая. Они смотрят друг на друга, как два урагана перед столкновением. — Ты не понимаешь, что это значит, да? — голос Баки уже не был просто злым — он звучал, как трещина в броне. — Ты не видел, как люди умирают, потому что кто-то не успел добежать. Не знаешь, каково это — держать в руках тело, которое уже не дышит. — Баки… — Питер сделал шаг вперёд, но Баки отступил. — Нет. Не "Баки". Не надо успокаивать меня, когда ты сам делаешь всё, чтобы я поехал головой. Питер опустил голову, руки сжались в кулаки. Он хотел сказать что-то, что сгладит всё… но язык будто пересох. — Я не стеклянный, — наконец сказал он, едва слышно. — Я не ребёнок. — Правда? — Баки подошёл вплотную, сжав челюсть. — Потому что ты ведёшь себя как ребёнок. Как капризный, упрямый, безрассудный ребёнок, который думает, что ему всё сойдёт с рук. — Потому что ты обращаешься со мной так, будто я всегда на грани поломки! — выпалил Питер, отступая на шаг. — Я супергерой, чёрт возьми! Не только твой… парень… не только тот, кого надо прятать под подушку, чтоб не разбился! — А ты думаешь, мне не страшно? — Баки сжал кулаки. — Ты понятия не имеешь, что ты для меня значишь. И каждый раз, когда ты идёшь туда, где тебя могут убить, я умираю внутри. — Значит, мне вообще не выходить из дома? — Питер задохнулся от злости. — Посадишь на цепь? Дашь ошейник? — Я просто хочу знать, что ты в порядке! — рявкнул Баки. — Не просыпаться в холодном поту от того, что все твои трекеры молчат! — Я хотел тишины, Баки! Хотел хоть на минуту не быть под микроскопом! Они оба замолкли. Только дыхание. Тяжёлое, быстрое. Питер отвернулся к окну, плечи дрожали. — …я просто устал, — выдохнул он, почти сломлено. — Я устал бояться всё время. Устал, что ты боишься за меня. Что я боюсь за нас. Я просто хотел одну ночь… быть пауком. Без страха. Баки стоял молча, сжав челюсть. Потом подошёл медленно и обнял его со спины, осторожно, как будто Питер и правда был из стекла. — Прости, — шепнул он в волосы. — Я просто… я не умею иначе, когда дело касается тебя. — Знаю, — Питер прижался к нему. — Я тоже. Тишина снова опустилась, но теперь — мягкая. Примиряющая. Питер не говорит, что снова наденет трекеры. И Баки не требует. Но оба понимают — они услышали друг друга.