Мондштадтский одуванчик

      Столовая была выполнена в уже привычном мне стиле, единственное различие от моей фантазии и реальности было в её размерах.       Ожиданием было что-то большое, не знаю, стол на двадцать человек и массивные колонны по бокам, реальность же... оказалась более скромна, чем я предполагала. Или же это было специально сделано?.. Не верю, что здесь нет той столовой, что я ожидала увидеть, но так или иначе, а привели меня в иное помещение.       Всё ещё большая, но явно проигрывающая разыгравшемуся воображению, комната, покрытая уютным полумраком.       Основной свет исходил от свечей на столе, что стоял по центру, но также были зажжены лампы(Свечи? Факела? Уж больно слабый свет от них, как для ламп...) по краям комнаты. Сам стол, за которым, к моему удивлению, никого не было, был не сказать, что огромен или что сделан хотя бы человек на пять. Простой стол на двоих, пусть и большой. Максимум, на четверых, но и то, придётся тесниться.       Как там Аи говорила? "Чуть ли не романтику при свечах вам устроила, ха-ха!.."       Действительно, романтика при свечах... Никакой иной ассоциации в голове попросту не возникало, как бы не хотелось обратного.       Немного потопчась на пороге, осматривая помещение, делаю первые шаги внутрь и тут же вздрагиваю от резкого голоса за спиной. - Леди? Рад, что ты уже пришла, – резкий разворот на каблуке и вот я уже спокойно киваю в ответ на слова Панталоне, тихо шепча "взаимно", - Позволь...       Позволяю даже не просто помочь мне снять плащ, а буквально таки стянуть его с меня самостоятельно. Слегка смущающе, особенно в такой атмосфере, особенно вспоминая слова Аи, но приятно.       Не заметив моих метаний, Панталоне отходит, чтобы повесить одежду, перед этим пригласив меня к столу. Не дожидаясь его возвращения, спешу принять это приглашение.       С каждой секундой, что я сижу за этим столом, я ощущаю всё большее волнение, стеснение и... предвкушение? Ну не спроста же такая атмосфера создана!       Никто не стал бы так заморачиваться, чтобы просто поиздеваться надо мной.       Занятая собственными мыслями и чувствами, прихожу в себя, только когда взор на стол застилает собой аккуратный букет фантастических цветов. Быстро оглядываюсь, пытаясь уловить ситуацию, но картинка упорно не желает складываться.       Панталоне, стоящий около моего сиденья и держащий в руке букет, сам букет, что был прямо перед моим взором и радовал глаз своей красотой, романт... кхм, интересная атмосфера в комнате... Подозрительно, но стоит пока отодвинуть эти мысли и сделать хоть что-то, а то уже неприлично становится.       Аккуратно беру букет из рук Панталоне, зарываясь в них лицом, дабы учуять аромат. Великолепный букет, как запахом, так и просто! - Благодарю, Панталоне... Букет сказочно красив! – под конец в голос проскальзывает нотка настоящего восторга. Это не скрылось от его слуха, так что мне была предоставлена возможность лицезреть крайне редкую картину: мягкую, довольную улыбку, расцветающую на его лице. Красивое зрелище, определённо...       Помимо этого... необычного эпизода ничего более... более, не происходило, к моему удивлению. В воздухе сохранилась эта атмосфера чего-то не досказанного и романтичного до самого конца ужина, но она не усилилась и не развеялась, что фоном приводило меня в замешательство.       Этим вечером Панталоне был диво галантен, буквально, превзошёл себя!       А это действительно сложно, он и в прошлые наши встречи отличался особыми манерами, но сейчас... Краснеть я не переставала, благо, как я надеюсь, макияж смог скрыть большую часть моих эмоций.       Обстановка на наших встречах всегда была слегка, я бы сказала, с ноткой недосказанности и странного напряжения, но если раньше атмосфера отходила на второй план, уступая место обсуждениям, сегодня же... Сегодня она была на первых планах, под ручку с разговорами о разном.       Лёгкий смех, лёгкое помутнение в голове, лёгкость движений, лёгкость восприятия...       "Лёгкость" под конец вечера стала идеальным способом описать моё состояние и ощущение происходящего. В столь ощутимую атмосферу добавились нотки азарта и интереса, а через призму моей расслабленности и "легкости", а то есть через призму пары бокалов роскошного вина, вечер вообще другими красками заиграл!       Даже не знаю, моё ли это желание или алкоголя во мне, но слегка нарушить правила этикета и зайти за рамки установленного было на диво легко.       Первой протянуть руку для поцелуя, прижаться слегка ближе, чем то было необходимо, говоря слова благодарности за такой чудесный букет и вечер, взять под локоток, пока идём к верхней одежде...       Многие мелочи, что я считала ранее не допустимыми, теперь казались такими естественными! Я, очевидно, совсем потеряла чувство меры и стыда. Даже в моей походке ощущалась та игривость, что была у меня в крови. Бедра покачивались сильнее, а руки чаще поправляли причёску будто сами собой. Наконец, распрощавшись с Панталоне и уверив его, что проводник однозначно будет лишним, ибо путь на этот раз я всё же запомнила, отправляюсь в свои покои.

***

      Великолепный вечер, однозначно! Хи-хи, и вино превосходное просто!..       Слегка покачиваясь из стороны в сторону при ходьбе, мысли медленно текли в голове.       Стоп! А кольцо моё... где?       Посмотрев на руку, прищуриваюсь, а потом и щупаю для надёжности, понимая, что забыла кольцо на столе.       И зачем я его снимала?.. Не столь важно, вернусь обратно, не далеко ушла.       Подойдя к нужной мне двери, слышу чей-то диалог, со знакомым мне голосом. На автомате прислушиваюсь, совершенно не имея такой цели изначально. - ... Утилизированы согласно вашим указаниям, – грубый, совершенно незнакомый мне голос. Вроде бы... слишком плохо слышно, за такой дверью тяжко понять, чей голос, если это не уже хорошо знакомый мне. - Прекрасно. Я не желаю, чтобы это распространилось дальше этой комнаты. Если об этом узнает кто-то ещё, особенно, если это будут наши гостьи — головы полетят у всех в этом зале, это понятно? Узнаю, от кого конкретно Ле... гостьи узнали... я надеюсь, легко догадаться, что станет заменой быстрой и безболезненной смерти, – по залу разошлось неразборчивое для меня, но понятное по интонации, эхо смиренного согласия. Вот это совершенно незнакомый мне голос! Ладно, голос знакомый, это Панталоне, но я никогда... никогда не слышала его таким! Таким ледяным, бескопромиссным и безэмоциональным.       Я протрезвела моментально, сразу, как до меня дошёл смысл его слов. Кровь застыла в жилах, а сердце набатом начало стучать в голове. Я не то, что звука не могла издать, моё тело замерло, будто окоченело, а глаза расширились в чистом ужасе.       О чём мы... или я конкретно? Он ведь запнулся, точно "Леди" хотел сказать! Так о чем я не должна узнать? Что может быть скрыто таким тоном?! Почему... Почему он кому-то смертью угрожает?! С пытками, твою мать! В случае, если я что-то узнаю! Что блять?! А чего я стою?! Блять, Агата, пришла в себя, развернулась и побежала нахер отсюда! Только тихо!       Мысленный окрик подействовал и я побежала что есть мочи в сторону своего номера, заранее сняв каблуки, чтобы быть максимально тихой.

***

      Влетев в свой номер, грязно ругаюсь, пытаясь осознать ситуацию. Не замечаю, как начинаю ходить туда-сюда по гостиной, медленно расплетая причёску и зарывая пальцы в волосы.       Только когда пальцы стали с ощутимой болью впиваться в голову, становится возможно вообще хоть что-то соображать.       Какого. Хрена. Это. Было?! Ахуенно за колечком вернулась, просто!       Варианты по типу "Это был не Панталоне" можно откинуть сразу, голос абсолютно точно был его, как бы ни хотелось утверждать обратное.       Так... Архонты, за что вообще первым зацепиться?! За то, что именно я чего-то знать не должна? За то, что кого-то, блять, утилизировали и я с этим связана? Так. Вдох-выдох, рассуждаем, а не истерим. Сначала надо понять, что именно скрывают, потом уже, почему именно от меня.       Кого-то убили. Очевидно, что "утилизировали" лишь красивая формулировка, синонимичная более грубому варианту. С учётом того, что я знаю фатуи пять от силы... Помощник Панталоне? А я тогда при чём? Стоп. А это был не его ли голос?       Бездна! Как я не узнала-то?! Абсолютно точно, это был его голос! Блять, да что произошло-то? Думай, думай!       Кружа по комнате, мысленно перебирая варианты, в голове наконец вспыхивает наиболее вероятный вариант.       Те солдаты на входе! "Виновные будут наказаны по всей строгости", — Так ты это имел в виду?! Убийство?!       Никто иной попросту не подходил, как бы я не пыталась искать иные варианты. Там ведь был не один и не два человека, примерно четверо... Четверо молодых на смерть только из-за упорства и мелкой провинности? Да ещё и по личному приказу? Это что, шутка такая? Почему Панталоне вообще лично этим занялся?!..       От накатившей вновь истерики, только уже с мыслями о том, что я косвенно убила четыре человека, стало совсем плохо. Ходить по комнате кругами уже не представлялось возможным, колени подрагивали, да и ноги в целом не держали. Пришлось срочно садиться на край кресла, машинально сворачиваясь на нём калачиком и тихо скуля. Сердце болит...       Стоп. А сердце-то тут причём?       Панталоне... Панталоне обманул мои ожидания, напомнив, что он предвестник, не более. И лишь подтвердив слухи. Архонты, он реально убивает людей... А я, дура-дурой, искренне считала, что он просто блять банкир! Банкир! Да какой "просто" банкир в подобной организации?! Я... для меня это всё ещё дикость.       В Тейвате в целом спокойнее относились к убийствам и смерти, а также к возрасту, когда уже "можно" убивать. В моём... в том мире, откуда я пришла, любое убийство было неприемлемо. В Тейвате же убийство — базовый навык для выживания в походах и длительных поездках. Нападения хиличурлов, разбойников, разных других не менее опасных зверушек, — всё это считалось базовым риском при длительной поездке. И, очевидно, защищаться от этого всего с помощью убийства было нормой. Конечно, за прошедшее время я смогла свыкнуться с местными нормами, но это не значит, что я их приняла. Да даже если бы приняла, убивать кого-то просто за косяк и грубость... Дикость, иначе и не назвать.       А Панталоне... Почему меня это так покоробило, если хорошо подумать? Ведь я не ожидала этого именно от Панталоне, даже зная, какие слухи о нём ходят, да и о фатуи в целом. Что такого в моих эмоциях к нему, что я принимаю это настолько лично?       Хотелось бы сказать, что я воспринимаю его как друга, поэтому так коробит, но...       Стоит наконец-то перестать врать самой себе и запрещать себе даже думать в этом направлении.       Давай, Агата, продолжи мысль в слух, не раздумывая над сказанным. - А Панталоне я... – тяжёлый вздох вырывается из легких сам собой. Небольшая заминка, скорее, для принятия, чем для попытки оттянуть момент признания хотя бы на пару секунд, - люблю. Лю-ю-юб-лю-ю...       Задумчиво тянуть безжалостное "люблю" в полном одиночестве, в идеальной тишине комнаты, когда даже за дверью ничего не слышно, казалось, было больнее, чем ножом по сердцу.       А вот и причина, почему сердце и душа столь сильно болят.       Осознавать это так... так странно-ожидаемо. Даже с легким налётом насмешки над собой, это ведь было так очевидно... В глубине души я давным-давно заметила свою влюблённость и просто не позволяля себе даже размышлять в эту сторону, опасаясь последствий, а сейчас... Сейчас принять это было на диво легко. Я лишь признала свершившийся факт, который произошёл ещё давным-давно. Это не отменяло наличия опустошенности внутри от такой новости, но хотя бы помогало не окунуться в неё целиком.       Странность же заключалась в двоякости моего восприятия произошедшей ситуации спустя пару часов раздумий. Без конца прокручивая в голове импульсивный спор себя с собой, я вновь и вновь находила новые аргументы для обеих сторон, даже если к концу они скатывались в уже совсем бред какой-то...       Он убийца. Он предвестник, я сейчас серьёзно? Из-за него я — косвенная убийца! Он убил их, потому что они нахамили мне! Что косвенно говорит о том, что там есть взаимность...       На этом моменте сердце стучало в бешеной ритме, но я не делала даже небольшой паузы, стараясь найти выход из этого бесконечного повторения.       Он убил из-за меня! Он убивал и до меня, но сейчас убил ради меня! Ради?! Чего "ради"? Я в опасности была? Нет! Он... он сделал это, потому что дорожит мной и ценит меня! Он, блять, высокопоставленный дипломат-банкир-убийца с непонятно какими целями! Который ещё ни разу мне не навредил... Да и кому я вру, я же и раньше подозревала, что он не просто банкир...       А-а-а! Достало! Аргументов накопилось уже под сотню и с той, и с той стороны, но большинство являлись таким бредом! Уже просто тошно даже думать об этом, тошно повторять себе одно и тоже из раза в раз, надеясь, что вот сейчас-то я приду к единственно верному выводу.       Голова шла кругом и адски болела от всех размышлений, что занимали мои мысли. Возможно, также от слёз, что были пролиты во время истерики осмысления произошедшего, но это скорее второстепенная причина.       Не могу. Не могу я так решить!       Панталоне вроде и очень галантен, настолько, что даже намёков на легкую грубость по отношению ко мне вспомнить нереально, и цветы дарит, да и не только цветы, разные я от него подарки получала... все приятные, все под мой вкус, явно запоминал, что мне нравится... и ему ведь очевидно интересно со мной! Тяжело не вспомнить наши бесконечные встречи и разговоры на часы. Да он даже помогает мне, зачастую безвозмездно, или же, в крайнем случае, за смехотворную для меня стоимость или услугу! И даже... даже убивает из-за меня... ради меня? Пока не определилась, но это не столь важно.       Что это, если не заинтересованность? Гарантия безопасности? Или, в самом безумном для меня случае, взаимность нежных чувств? Но с другой стороны... Он убил из-за меня. Он высокопоставленный человек, центр всех денег Снежной, если говорить кратко, он тот, кого профессия вынуждает иметь сотни масок. Что, если он и тут..?       Нет-нет-нет, я так не могу. Мне нужен с ним разговор, иначе я свихнусь, пытаясь прийти к одному решению!       Прийти к такому выводу ощущается, как удар под дых. Мало того, что заговорить с ним надо, так ещё и в ближайшие сроки, чего как раз таки дико не хочется... Но иначе проблему не решить. Слишком много всего осознала, слишком много чего подвязано на восприятие Панталоне, слишком... слишком.       Тряхнув головой, пытаюсь сообразить, а как же лучше сделать...       Стук в дверь застал меня врасплох. Я подскочила, сердце забилось, как сумашедшее, то ли от неожиданности, то ли от страха, руки слегка затряслись и волосы совсем запутались. - Леди? Ты уже спишь? – ... бля. Бойтесь своих желаний, иначе и не сказать. Похоже, что отойти от своих мыслей я попросту не успею, прежде чем состоится разговор... - Ты забыла кольцо на столе. Я оставлю его в твоей гостиной, если ты уже уснула.       А-а-а! Хочется кричать в голос! Какая гостиная?! Не надо никуда заходить, отдай кольцо при встрече, Архонты!       Быстрый осмотр себя в зеркале показал плачевные результаты.       Макияж весь размазан, на память о себе оставив лишь заметные разводы по всему лицу, волосы хоть и распущенные, но на вид это не моя ухоженная причёска, а какой-то сумашедшей. Всколоченные волосы были в каких-то местах будто слегка вырваны, в каких-то образовывали один большой колтун, а где-то ну просто один в один походили на солому! Платье выглядело лучше всех, но вкупе с остальным было отчётливо видно все мятости и мокрые пятна на рукавах, и остатки макияжа там же. Ещё и убежать в другую комнату не выйдет, двери тут тяжёлые, меня будет слышно.       Создавать более неловкую ситуация совершенно не хочется, поэтому, пересилив себя, проговариваю достаточно громко: - Не вхо-кха-ди... – от ярких эмоций и долгого молчания голос звучал очень хрипло. Откашлявшись, повторяю более чётко, - Не входи, Панталоне, прошу.       Подойдя к двери, казалось, можно было уловить его удивление и определённо забавное выражение лица, что отчётливо рисовалось в голове. Но как бы не хотелось сейчас весело рассмеяться, надо сдерживать эти порывы, явно остатки истерики проклёвываются. - Леди? Ты в порядке? – нет. Не-а, мой милый Панталоне, но тебе об этом точно пока знать не надо. Я не готова к диалогу с тобой, а если ты поймёшь, что что-то не так, он определённо состоится, - ...Агата? Не молчи, прошу. Это напрягает ещё сильнее, чем твой заплаканный голос.       ... Да блять! На голосе спалиться, серьёзно?! - Панталоне... – м-да, и что говорить? – Да, да я в порядке, – это ложь, мы оба это понимаем, - Ты, главное, не заходи. Я... просто только после душа, не том виде, в котором меня должен видеть кто-либо ещё, помимо меня и зеркала. Оставь кольцо за дверью, я подберу, как соберусь.       Давно я так нагло не врала, но вышло вроде неплохо. Надеюсь, что сработает. Или он хотя бы поймёт всю нежелательность нашего диалога.       Минута тишины за дверью казалась целый вечностью, за время которой я успела всем телом прижаться к двери, лишь бы посильнее её закрыть и даже немного повспоминать молитвы. - Как скажешь, я оставлю его перед дверью, – за дверью и впрямь раздаются шорохи, а позже и стук каблуков, разносящихся эхом по коридору.       Дождавшись, пока эхо стихнет, жду ещё немного для большей уверенности и медленно открываю дверь.       Пустой коридор, безжизненный, я бы сказала. И одинокая открытая коробочка с небольшим букетом цветов рядом, что лежали на идеальном расстоянии от двери, не слишком далеко, но и не так, чтобы можно было дверью задеть. В коробочке, в центре лежит знакомое мне кольцо, от вида которого на лице появляется слабая улыбка. Новый, не столь пышный как прошлый, но тоже очень даже красивый букет цветов пробуждает целую лавину разнообразных чувств, от которых хочется взвыть вот прям щас.       Подбираю оставленное и, оборачиваясь к двери, замираю.       Коченею, бледнею от ужаса, единственное, что могу сделать от паники — так это глаза пошире раскрыть, дабы выразить всю степень своего шока.       Панталоне стоял прямо за дверью собственной персоной. Сперва осмотрев меня, а позже и отметив мою реакцию, его и так не слишком радостное выражение лица лишается и имеющегося, полностью заполняясь волнением и недоумением. По крайней мере, я хотела бы думать, что это именно эти эмоции. - Леди... – видя, как я вздрогнула всем телом только от одного его голоса, он осекается, явно задетый таким положением дел. С небольшой заминкой продолжает, но уже в разы более успокаивающим тоном, - Я не буду ничего у тебя спрашивать. Совершенно, клянусь. Ни причин твоего состояния, ни чего либо ещё, буду просто молчать, но прошу, позволь помочь хотя бы той малостью, что я могу тебе дать.       Услышав это, я чуть не зарыдала в голос. И вот этот человек для меня опасен? Да, он опасен сам по себе, но для меня?.. Вот он решит, что я неугодна и отправит на убой? Вот он, тот, кто сейчас выглядит как побитый щенок, тот, чей взгляд наполнен таким количеством волнения и переживаний, что сердце щемит, тот, кто просто так предложил мне помощь? При этом соглашаясь молчать, даже если очевидно, что его распирает от желания всё узнать. Вот этот Панталоне, мой Панталоне и опасен для меня? Несовместимые вещи. Наверное. Нет, стоп! Несовместимые, я уверена.       Просто... просто нет. Возможно, для кого-либо ещё да, но точно не для меня. Звучит конечно, будто я — главная героиня из сопливого романа, но как есть. Так говорит моя интуиция, коей я склонна доверять. Да и в целом... ну не верю я. Может, это мне ещё аукнется, но будь, что будет! В конце концов, сама буду виновата, если что...       Молчание затягивалось, но мне было всё равно, я думала. Я вновь всё перекраивала и переосмысляла, вновь осознавала, что готова рискнуть. Готова поверить, что мой Панталоне — не тот, которого знает и опасается большинство. Но какое мне дело до них, если вот он, стоит и ждёт моего решения, будто перед судом предстал?       Отрывистый, резкий кивок даётся мне на удивление легко. Хватаю его за руку и буквально тащу к дивану в гостиной, совершенно не чувствуя сопротивления. Приятно, но от такого послушание сердце колит ещё сильнее, а мысли всё сумбурнее.       Толкаю его на диван, садясь сверху на его колени и почти сразу начиная рыдать, перед этим, всё также молча, не в силах вымолвить хоть слово, ощутимо дрожа, прижимаюсь к нему.       Хотя бы на пару минут без слёз меня хватило, дальше стало попросту не выносимо.       Даже не рыдать, выть от всех тех эмоций, что скопились от всего того, что я пережила за пару часов. От тех эмоциональных качелей, от того стресса, что раздирал меня на куски. От тех противоречий, что сейчас будто сражались в голове на мечах, пытаясь понять, кто же выиграет.       И лишь мягкая ладонь на спине, которая гладила меня, и лёгкие покачивания, как если бы маленького ребёнка укачивали, не давали мне перейти от простых завываний к вымещению эмоций через битье ваз и разнос помещения.       Прошло... не знаю сколько? Буквально. Слёзы кончились, осталась усталость и желание спать, а также тёплый камин, не пойми когда разведённый, приятные поглаживания спины и парфюм Панталоне, что окутал меня полностью, сразу, как я в какой-то момент прижалась к его плечу, и... и тихая мелодия, слова которой я даже не разбирала, но звучало как колыбельная. Или это из-за пения Панталоне всё колыбелью кажется?..       Состояние полусна пришло ко мне внезапно и я попросту не успела на него среагировать, так и уснув, полностью истощенная после истерики.       Так и не почувствовав, как меня куда-то переносят, что-то шепчут и аккуратно, взяв моё лицо в ладони, нежно целуют в лоб, щёки, даже в нос, но не в губы.