Блондинка в законе и без.

Знаете, один из часто встречаемых мной вопросов по Ведьмаку, - это почему из всех чародеек в «Дикую Охоту» ввели Кейру, дав Геральту возможность для очередного романтического приключения именно с ней. Как мне кажется, ответ очевиден, - Кейра Мец была наиболее удобным для всяческих фантазий персонажем, поскольку несмотря на то, что она вроде бы постоянно мелькает где-то рядом, является участницей важных событий, но… при ближайшем рассмотрении оказывается, что сказать о ней мы можем удивительно мало. Сколько ей лет, где она родилась, какой у нее характер и предпочтения в жизни – все весьма зыбко и относительно. Разве что внешность можно обсудить подробно, хотя относительно внешности разработчики игр не сильно отошли от книжного описания. Например, в книге Кейра описывается как «невысокая, худощавая чародейка с длинными, прямыми, соломенного цвета волосами». Что ж, в игре у Кейры прямые светлые волосы до плеч, - то есть не очень длинные, сказала бы я как женщина, да и оттенок скорее платиновый, а не соломенный, но по крайней мере, игровая Кейра осталась довольно миловидной блондинкой. Цвет глаз Кейры в книгах, к сожалению, нигде не указан. В игре они у нее зеленовато-карие, что можно даже было бы отметить как удачное решение, ведь помимо просто красивого оттенка, таковой гармонировал бы еще и со вкусовыми предпочтениями Кейры в одежде… Однако как раз последнего в игре показать не случилось. Дело в том, что хотя о Кейре тоже нет пометки «одевается в…, носит то-то», но из трех раз, когда упоминался цвет наряда чародейки – кроме черного мужского костюма во время бунта, она бывала одета в оттенки зеленого и желтого. Зеленый гипюр на балу, зеленое с нарциссово-желтым платье в Цинтре. Упоминаются так же серьги с цитринами и туфельки из рогатой агамы, - и то и другое существует в природе и имеет вполне определенный цвет. Даже крест анкх, как бы намекает на цветовую гамму нарядов Кейры, поскольку в игре его изобразили канонично, как серебряное украшение с цирконами оливкового оттенка. Именно что, - настоящая женщина никогда не наденет красные камни к зеленому платью, а медальончик Геральт впервые увидел на Кейре на балу, в дополнении к зеленому гипюру и зеленым же туфелькам из агамы. Остается лишь предположить, что радикальная смена имиджа Кейрой в игре на сине-красно-белую гамму вызвана маскировкой. Как и отсутствие обуви. В книге Кейра во всю цокает каблучками, даже переодевшись для удобства в штаны. Видимо, рисовать модельке в игре обувь оказалось труднее, чем представить, будто изнеженная чародейка, которой доставляют безмерные страдания клопы, примется бегать по деревенскому навозу, а то и пещерам - босиком. Кроме того, цепкий взгляд Фрингильи в книгах отмечал, что декольте северянки, и Кейра в том числе, обычно носили в пределах разумного, а не по самое некуда, но отошлем и эту особенность облика чародейки к игровым условностям. Ну и последнее мое замечание о внешности чародейки, так это то, что Геральт в книге назвал Кейру не просто невысокой и худощавой, - как говорится худая корова еще не газель, - он назвал ее щуплой. То есть тощенькая Кейра была, субтильная. Хорошо-хорошо, миниатюрная, а не вот кровь с молоком из игры))) Деревенский воздух, он пользительный, что тут скажешь.))) О происхождении Кейры неизвестно ничего, кроме того, что она была из Каррераса, о котором тоже особо сказать нечего. Темерский город и крепость на Исмене в верхнем ее течении, на карте от Вызимы его обычно помещают на востоке, в сторону Эландера и гор Махакама. Каких-либо подробностей о городе, которые имели бы отношение к судьбе Кейры Мец, в книгах тоже не упоминается. В общем, нет даже намеков, от которых можно было бы отталкиваться и строить предположения о семье, статусе и их материальном положении. Если же присоединять к книжному канону игровую часть истории, то картина все равно яснее не становится. Вот, можно было бы сказать, что чтобы бегать босиком по травке, нужно иметь к этому сноровку, а прежде всего – допустить что-то подобное у себя в голове. Ну то есть, я люблю красивую и дорогую обувь, с чего бы мне вдруг приспичило бегать босиком? Обувь меня выдаст? Иллюзией замаскирую, чародейка я или где. Так что можно бы предположить, что эта босоногость, как и то, насколько ловко Кейра спряталась и обжилась в деревне, - говорит о том, что как раз у Кейры было «веселое» босоногое детство среди гусей и свиней, а потом уже одаренная магически девушка прошла долгий путь к богатой и уважаемой чародейке. Однако ее жалобы Геральту, как мне кажется, не вписываются в такую картину. Девушка, которая не понаслышке знает, что такое тяжелые условия жизни, - не будет ни крыс бояться, ни истерить по поводу клопов в постели. Клопы и клопы, не розовых лепестков же было ожидать в хижине. Кейра же в Веленских болотах искренне страдает от отсутствия привычных удобств и роскоши. Она не похожа на человека, который уже повидал всякого дерьма, добрался до вершины, упал, и теперь намерен выкарабкиваться обратно. Игровая Кейра ведет себя так, будто впервые испытывает лишения и все еще с трудом соотносит их с собой, но о Велене поговорим немного позже. Пока что вернемся к личности Кейры, и отметим, что о возрасте чародейки так же известно чуть более, чем ничего. «Установленная на такой высоте планка исключает тебя, Филиппа, исключает меня, исключает даже Кейру и Трисс, самых младших среди нас.» Крещение огнем. Ну, так себе указатель. Ясно ровно столько, сколько сказано, – что Кейра и Трисс самые младшие из членок Ложи, то есть младше 90та. Однако возраст Трисс мы знаем. Правда, нынче в двух вариантах: фанаты на основании собственных слов Трисс и датировки Родериком да Новембером штурма Каэр Морхена в 1185 году, выводят год рождения Трисс как 1235, а Проджекты в онлайн игре Гвинт в событии «Путешествие Трисс» махом означили дату ее рождения – 1221 год. По поведению и по описанию паном Анджеем событий – Трисс и Кейра ставятся примерно на один уровень. Они обе полностью находятся, скажем так, в фарватере Филиппы Эльхарт и на заседаниях Ложи и вне ее. «— Поцелуй меня в sempiternum meam, хитрец, — проворчал Дийкстра, скрещивая руки на груди. — Ори! Вылезай! Красный от долго сдерживаемого кашля секретарь вышел из-за портьеры. — Филиппа все еще торчит в Монтекальво? — Да, кхе, кхе. И с нею госпожи Ло-Антиль, Меригольд и Мец.» Да, упоминается еще и Маргарита, но Маргарита все же стоит немного в стороне, активно высказывает свою позицию и замечания, а Кейра с Трисс разве что переглядываются да пересмеиваются насчет нарядов нильфгаардских чародеек. «— Да с ней еще и кот, — шепнула Кейра Мец. — Ручаюсь, черный…» «Трисс закусила губу и многозначительно подмигнула Кейре». В общем, девчонки ведут себя если не как близкие подруги, то как хорошие подружки. Из чего я делаю вывод, что Кейра не просто младше остальных – до 90та лет разброс все же может быть существенный, - но и довольно близка по возрасту к Трисс. Разве что, чуть-чуть постарше. Все-таки Кейра стала советницей Фольтеста (а так же побывала его любовницей) раньше Трисс. Так что если Трисс в саге 33-35ть, а в «Дикой Охоте» - 38 лет, то Кейру я бы сориентировала на 40-45ть лет. Но опять же, - данные обстоятельства упоминаются настолько мимолетно вскользь и настолько неконкретно, что даже предположения строить практически не на чем. Правда есть еще один интересный и противоречивый момент. Так, на Танеддском балу Кейра бросает фразу, что она не пьет, потому что собирается забеременеть. «— Нет, благодарю… коллега мэтр, — ледяным голосом сказала Кейра. — Не пью. Не могу. Сегодня ночью собираюсь забеременеть.» Дальше мы узнаем, что это всего лишь отговорка, а Кейра не пьет, чтобы сохранить ясную голову в последующих событиях. Тем не менее, в качестве отговорки обычно выбирают ту, которая ни у кого не вызовет удивления, и таковая от Кейры удивления действительно не вызывает. Та же Марти спросила только «от кого?». Из этой фразы следует два очевидных вывода, и один не очень: - что чародейки могут беременеть, и никто в каноничной Аретузе нетфликсовскими извращениями не страдал. - что конкретно Кейра может забеременеть и это невесть какой сногсшибательный факт. - раз она может забеременеть и это не удивляет ту же Марти Содергрен, то Кейра еще находится в фертильном возрасте, а она не эльфка, у которых есть время до 100 лет. Правда, тут все же есть нюанс. Кейра не эльфка, но она чародейка. Йеннифер и в 80 продолжала пытаться найти средство от своего бесплодия, в том числе не самые волшебные, а те, которые ей могли предоставить жрицы Мелитэле… Но нет, последний пункт никак не противоречит замечанию, сделанному на заседании Ложи: «— И как ты думаешь, кого изберет не «нажимаемый» нами Ковир? Девушку из королевского рода, в жилах которой из поколения в поколение течет королевская кровь. Девушку молоденькую, соответствующую юному принцу. Девушку, которая сможет рожать, ибо речь идет о династии. Установленная на такой высоте планка исключает тебя, Филиппа, исключает меня, исключает даже Кейру и Трисс, самых младших среди нас.» Как видите, перечисляются все условия, а не только способность к деторождению. 40калетняя мадам, которая в принципе еще может зачать и родить, но с куда большими заморочками, действительно куда меньше подходит юному принцу, нежели 17летняя свежая во всех смыслах девица. Только и всего. Кстати, мне в обсуждении высказали предположение, что замечание о беременности было лишь этакой расхожей шуткой. Однако и в этом случае выводы сходятся в той же точке. Ведь с одной стороны, соль и в том, что абсолютно спокойно на щекотливую тему может шутить только тот, кого эта тема не задевает совершенно не касается. В противном случае либо шутки выйдут натужными и выдадут человека, либо он шутить на такую тему не будет вовсе, слишком переживательно. С другой стороны шутка хороша и уместна только тогда, когда она немножечко пикантна, и все-таки может как-то соотносится с объектом шутки. И получаем, что не обязательно Кейра может иметь детей в прямом смысле, но все равно все еще находится в том возрасте, когда таковое возможно. А то вон, Францеска на замечание о детях только бровку выгнула и едва у виска не покрутила. Так что я останусь при своем предположении, что Кейре около сорока. Что же касается ее характера и участия в событиях, то выглядит все довольно бурно и активно. Впервые, с Кейрой Мец читатель знакомится на Танеддском балу, том самом, где она щеголяла в зеленом гипюре, не скрывавшем крохотное родимое пятнышко над левой грудью, - а чуть позже и во время Танеддского бунта, в котором Кейра принимала самое деятельное участие. Собственно, бунт здесь более важен, поскольку даже на приеме она подошла к Геральту не из любопытства, и не совсем к Геральту, - она подошла к Филиппе, чтобы передать той сообщение от других заговорщиков, Радклифа и Детмольда. В ее случае воздушный гипюр тоже не более чем обманка, дань последнему писку магической моды. И в отличие от наряда, сама Кейра предстает дамой достаточно резкой. Она совершенно не намерена даже из вежливости поддерживать шутку Геральта, а к Марти и вовсе обращается грубо – «тебе какое дело, от тебя не отделаешься». В следующий раз читатель встретит ее уже в момент, когда Кейра кастетом вырубает Артауда Терранову. Причем вырубает она его не в бою, а в ответ на оскорбление. Терранова не самый приятный тип, но его уже держали реданцы, так что особой необходимости в ее ударе не было, Кейра просто отвела душу.  «Реданцы наконец осилили невысокого чародея и подняли его с пола, держа за руки. Это был Артауд Терранова, член Капитула. … — Не смей! — крикнул Терранова. — Не смей, Мец! Я — член Капитула. — Был. Теперь ты обыкновенный предатель. И поступят с тобой как с предателем. Обыкновенным. — А ты — паршивая, продажная девка, которая… Кейра отступила на шаг, развернулась в бедрах и изо всей силы ударила его кулаком по лицу. Голова чародея отлетела назад, и на какое-то мгновение Геральту показалось, что она вот-вот оторвется от туловища. Терранова обмяк в руках державших его людей, из носа и рта потекла кровь.» Впрочем, Кейра хоть и активнейший участник заговора, но не на первых ролях. Я уже упоминала, что она подходила к Филиппе передать просьбу о немедленном рандеву от сообщников. Затем, примечательна сцена уже во время бунта, когда Дийкстра привел Геральта: Дийкстрой Кейра позволяет себе командовать чуть ли не как собачонкой, но за окончательным решением вопроса бежит к другому заговорщику, магу. «Кейра Мец подняла голову, откинула волосы со лба. И тут увидела Геральта. — А он что тут делает, черт побери? Как он-то сюда попал? — Да вот — попал, — равнодушно ответил Дийкстра. — Хобби у него такое — попадать куда не следует. Что с ним делать? Кейра помрачнела, несколько раз топнула каблуком сапожка. — Стереги. У меня сейчас нет времени. … Кейра Мец вернулась очень скоро и не одна. Сопровождал ее чародей с льняными волосами, которого вчера представили Геральту как Детмольда из Бан Арда. Увидев ведьмака, он выругался, стукнул кулаком по ладони: — Дьявольщина! Это тот самый, который так нравится Йеннифэр? — Он, — подтвердила Кейра. — Геральт из Ривии. Проблема в том, что я не знаю, как обстоят дела у Йеннифэр… — Я тоже не знаю, — пожал плечами Детмольд. — Во всяком случае, он уже впутался. Слишком много видел. Отведите его к Филиппе, она решит. Наденьте на него наручники. — В этом нет необходимости, — медленно проговорил Дийкстра. — Я за него ручаюсь. Отведу куда следует. — Все складывается прекрасно, — кивнул Детмольд. — У нас со временем туго. Пошли, Кейра, наверху все осложняется…» То есть в иерархии заговорщиков, Кейра не то что не на равных с Филиппой, а как бы не просто исполнительница на побегушках, несмотря на весь гонор. Зато характер у Кейры воинственный и мстительный, о чем говорится прямо и показывается в книгах не раз: 1.«— Я — нет. — В черных глазах Сабрины на секунду полыхнул огонь ненависти. — Я не забыла! — Придет его час, — зловеще сверкнула глазами Кейра Мец.» 2.«— Значит, представится прекрасная возможность, — возбужденно воскликнула Кейра Мец, — отыскать Цири и одновременно взять за глотку Вильгефорца! Подожжем у подлеца землю под задницей!» 3.«— Когда ведьмак туда доберется, — прошипела Кейра Мец — он найдет развалины, от которых уже не будет даже нести гарью.» 4.«— Я все еще не уверена, — проговорила Шеала, — не ошиблись ли мы, доверив руководство ударной группой Сабрине и юной Мец. Кейре сломали на Танедде ребра, у нее может возникнуть желание отомстить.» И Шеала не преувеличивает свойства характера Кейры. Даже со сломанными ребрами и ногой, слегка контуженная вылетом из окна, Кейра – рвется обратно в бой: «— Возьми меня на руки, говорю! Покажу дорогу в Гарштанг. Мне необходимо добраться до этой суки Террановы. Ну чего ждешь? Сам ты входа не найдешь, а если и найдешь, тебя тут же пришьют подлецы эльфы… Я не могу идти, но еще в состоянии бросить парочку заклинаний. Тот, кто встанет у нас на пути, пожалеет.» При этом, нужно отдать должное, Кейра умеет сохранять хладнокровие и ясную голову в сложных ситуациях. Когда выяснилось, что с замком Рыс-Рун вышла осечка – Кейра спокойна. В приведенной выше ситуации с внезапно обнаружившимся не к месту ведьмаком – тоже, сходила и привела того, кто распорядится, что с ним делать. Даже свалившись оному ведьмаку на голову, раненная Кейра – нисколько не теряется, намерена вернуться обратно в бой и выбирает для этого оптимальное решение, да еще и поясняет по дороге за ситуацию. Не женщина, мечта поэта. Даже обидно, что совершенно ничего не известно о том, была ли Кейра на Соддене. Об этом нигде не упоминается, но ведь это не означает обратного. Мы не знаем полного списка тех 22 чародеев. Выжило 9, из них известны Трисс, Йеннифэр, Филиппа, Францеска, Вильгефорц, Феркарт и Радклифф, могла ли быть среди оставшихся двоих выживших Кейра? Теоретически – почему бы нет. Вот ее земляк Йойоль Гретхен из Каррераса в битве участвовал, к тому же, именно Кейра в это время была советницей короля Темерии, так что отношение к войне в любом случае имела самое непосредственное… Увы, пану Сапковскому подробности про Кейру были попросту не нужны, а в сценарий игры боевой ветеран – не вписывалась. Что же еще можно сказать про книжную Кейру напоследок? Что она находится под влиянием Филиппы, поддерживает ее планы и помогает в их осуществлении, - уже отмечалось. В том числе, действует она из личных амбиций. Так, довольно обидно, должно быть, из советницы короля стать изгнанницей. «Энид ан Глеанна задумалась. — Шеала де Танкарвилль, — сказала она наконец, — это скрытная отшельница, никаких связей. У Трисс Меригольд и Кейры Мец такие связи были, но сейчас обе они эмигрантки, король Фольтест изгнал из Темерии всех чародеев. Маргариту Ло-Антиль интересует только ее школа и ничего кроме. Конечно, в данный момент три последние находятся под сильным влиянием Филиппы, а Филиппа — загадка.» Тем более, когда ты вообще-то о благополучии этой страны тоже заботился, хоть и по-своему. Тем более, что в отличие от Трисс, у Кейры есть свое мнение, азарт и огонек в глазах, в этом она ближе к Сабрине, да и часто ее поддерживает (см. выше). Дым пожиже, труба пониже, но в принципе так же не скрывает своей неприязни к Нильфгаарду или эльфкам, так же не упускает возможности вставить свое веское слово. «— Недостает только Вильгефорца, — тихо, но с явной злобой прошипела Сабрина Глевиссиг, косо поглядывая на Йеннифэр. — И спрятанных в подземелье скоя’таэлей, — буркнула Кейра Мец. Трисс остудила ее взглядом.» Правда, Мец подвержена некоторым, скажем так, предубеждениям. Из ее замечаний можно сделать вывод, что Кейра в целом не любит эльфов, а не просто заимела зуб на Францеску со скоя*таэлями за Гарштанг. Так, когда Ложа обсуждает планы на Цири, доходит дело до невероятно скучного для кого-то обсуждения родословной вплоть до Лары Доррен, а, как приводится в эпиграфах, - есть минимум два варианта легенды о Ларе и Кренегане из Леды. В частности, версии расходятся в эпизоде усыновления ребенка Лары прекрасной Керо и Вриданком. В книге еще раз противопоставляется эльфская и человеческая версия событий. Францеска, - которая эту Лару скорее всего лично знавала, во всяком случае могла, - излагает историю нарочито сухо: «Возникли какие-то неясные сегодня конфликты личного свойства, ревность и зависть. Короче: в результате интриги Крегеннан был убит. Лару Доррен травили и преследовали, она скончалась от истощения где-то на безлюдье, родив дочь. Девочка уцелела чудом. Ее приютила Керо, королева Редании.» Однако не сдержалась, влезла с комментариями именно Кейра - с тем самым человеческим вариантом легенды, так что Филиппа ее даже одернула: «— Напуганная заклятием, которое посулила наслать на нее Лара, после того как Керо отказала ей в помощи и выгнала на мороз, — вклинилась Кейра Мец. — Если бы она после этого не приютила ребенка, на нее и на весь ее род обрушились бы страшные несчастья… Якобы… — Это-то как раз и есть те сказочные украшения, от которых отказалась Францеска, — прервала Филиппа Эйльхарт. — Будем придерживаться фактов.» Ну как бэ, если несчастную мать на краю гибели срывает то на мольбы, то на угрозы, лишь бы ребенка спасли – ничего необычного, удивительного или предосудительного в том нет, это про Лару.... Однако тут можно опять же сделать несколько выводов: Кейра не избавлена от предвзятостей в принципе, и к эльфам конкретно, даже не считая нужным вдаваться в детали и разбираться, кто там в чем виноват и кто первый начал. Я не обвиняю ее сразу прям в расизме, но применительно к политике, - есть основания предполагать, что в отличие от Йен или Тиссайи, которые были против того, как Северные королевства закрутили гайки с нелюдями перед Второй Северной Войной, Кейра политику Фольтеста или Дийкстры и виселицы вдоль дорог – одобрила бы. «Это ж эльфы, камон!»(с) Тем ироничнее игровое развитие событий. Ибо вот с таким скудным багажом мы подходим к играм. Хотя, нет, - стоит отметит еще два немаловажных момента. С одной стороны, они так же объясняют, почему именно Кейра самая удобная чародейка для игр, а с другой стороны – многое могут сказать о ее характере. Кейра удобна для романтического приключения – и не только с Геральтом, - потому что еще в книгах этому уделили особое внимание. «— Твой ведьмак, — сказала Францеска, — за один час наделал больше, чем кто-нибудь другой за всю свою жизнь. Не рассусоливая: сломал ногу Дийкстре, снес голову Артауду Терранове и зверски изрубил около десятка скоя’таэлей. Ах, чуть не забыла: он еще разбередил нездоровое возжелание Кейры Мец. — Это ужасно, — поморщилась Йеннифэр. — Надеюсь, Кейра уже пришла в себя? К нему претензий нет? Убеждена, что если, нездорово разбередив ее возжелание, он незамедлительно же ее не оттрахал, то виновата не нехватка уважения, а банальный недостаток времени. Заверь ее от моего имени.» Итак, во время Танеддского бунта Кейра свалилась из окна на Геральта, Геральт нес ее на руках и вот это вот все. Ах, какое сильное впечатление! Ну и постельные шутки про ведьмака прилагаются. Но в случае с Кейрой этот инцидент действительно имеет право претендовать на нечто большее, чем неуместная шутка. Что-то такое, что может говорить о самой Кейре, а затем дать толчок для фантазии сценаристов игры. Я уже сравнивала Кейру с Сабриной, только говорила, что у Мец дым пожиже, но тут очко за Кейрой. Сабрина не стесняясь признает, что любит мужчин, хохотнула на балу, что дала бы Геральту и на еже, - то есть подход у нее к вопросу, сажем так, утилитарный. А вот Кейра говорит «хотела бы я, чтобы меня кто-нибудь так любил». «— Слушай, — Кейра снова сплюнула, застонала, пытаясь приподняться на локте, — а что, все ведьмаки такие психи? В Гарштанге идет бой! Там творится такое, что аж штукатурка сыплется со стен. Тебе обязательно надо набить себе шишки? Без них ты не можешь? — Нет. Я ищу Йеннифэр. — Ха! — Кейра отказалась от попыток привстать. Легла. — Хотелось бы, чтобы и меня хоть кто-нибудь так любил.» То есть речь идет не о плотском сиюминутном удовольствии или пользе «для здоровья», а о нечто большем, что Кейра смогла разглядеть. Однако, раз уж речь вновь и вновь вращается вокруг Ложи, их планов на Цири и Геральте, то нужно упомянуть и то, что Кейра высказалась против того, чтобы отпустить Цири к Геральту: «— Я — против, — сказала Кейра Мец, — из практических соображений. Девушка и мне нравится, а упомянутый Геральт нес меня на Танедде на руках. Во мне нет ни крохи сентиментальности, но тогда мне было ужасно приятно. Была бы возможность отблагодарить его. Но нет! Ибо ты, Сабрина, ошибаешься. Девушка — ведьмачка и пытается нас по-ведьмачьи перехитрить. Короче говоря — сбежать.» Это выступление, как и замечание каждой чародейки, - многое говорит о характерах. Давайте, попробуем разобрать конкретно это. Думаю, никому не нужно пояснять про сарказм и ехидство, и что замечание о «практических соображения» проходят именно по этой статье. Как форма поддержания лица и статуса. А вот то, что Кейра упоминает, как Геральт нес ее на руках на Танедде и «мне было ужасно приятно» - это важно. Шутить про ведьмака и Кейру могла не только Францеска, и вряд ли Кейре такое могло нравится. Поэтому эти слова – способ дать понять, что шуточки ее не задевают, но одновременно тем самым она невольно выдает, что вообще-то Геральт ее реально зацепил. Чуть поменьше, чем смертельно бледную Фрингирлью, но зацепил. Кроме того, Кейра в свой черед отпускает замечание о ведьмачьих хитростях, дескать, этими хитростями прикрывается побег... Она говорит это прямым текстом. Неужто Кейру так задели приключения Фрингильи с Геральтом в Туссенте и то как Геральт обманул мазель Виго, поимев ее перед этим? Разрушение светлого образа? Или же Кейра сильно обиделась вот на это: «— У тебя не только нога, Кейра. Сломаны ребра. — Не бросай меня. — Вынужден. Я за тобой вернусь. — Как же…» Как мы знаем, Геральт тогда на Танедде не вернулся не только за Кейрой, но вообще не имел шансов вернуться, но… это не мешало мстительной Кейре затаить на то, что ведьмак реально ее бросил раненную, отрубающуюся от потери крови и прочего. И ради кого бросил она сразу знала, а потом совершенно точно сопоставила еще, что за девочка там была с Йеннифэр… А теперь эта девочка вот она, и имеет наглость чего-то там требовать… В общем, определенная доля зависти и мстительности в позиции Кейры присутствует. Впрочем, нельзя сказать, что Кейра действительно не рассуждает логично. Почему бы ей не подозревать, что Цири сбежит? Как сбежала Йен от Ложи из Монтекальво. Почему бы не обмануть? Как Геральт несчастную нильфгаардку. Хитрость против противника естественна и оправданна. И это то, что она видит там, где Сабрина видит совершенно обратное, - гордую девочку благородного рода, которая держит свое слово. Т.е. некая доля коварства присуща самой Кейре. Кроме того, это тоже можно использовать как еще один крохотный кирпичик в зыбких предположениях. Я бы предположила, что Кейра была – из богатой семьи, да, нужды не знала. Однако семьи либо купеческой, либо дворянской, но не шибко благородной, а что более вероятно – семьи, купившей себе дворянство. Ибо эта женщина привыкла к роскоши, привыкла к определенным привилегиям, но в ней одновременно есть привычка подчиняться и понимание иерархии. При этом есть азарт, стремление продемонстрировать себя, некий гонор, и претензия влезть повыше. Характерна и ее фраза Дийкстре - «стереги». Т.е. Дийкстра не маг, хотя и граф… Но Дийкстра вроде как на побегушках у Филь, а она выше по этому статусу... Ну и Дийкстра вообще граф из канавы… Комбо, снобизм Кейры непринужденно вылез в бездумном проходном замечании. Однако, в таком обществе снобизм будет свойственен не королю или герцогу, или даже барону, - они и так знают, что они главные, им не нужно это осмысливать, они наоборот сильно удивятся, если кто-то такое их право оспорит. Снобизм и гонор будет свойственен как раз тем, кто желает казаться больше, чем он есть или был. Впрочем, это не более чем вольные фантазии, поэтому лучше вернемся к фактам. В первой игре Кейра даже не упоминается. Хотя, если бы я не прочитала в пояснениях, что через зеркало Трисс разговаривает именно с Францеской, то я бы скорее подумала о Кейре. Моделька там использована весьма условная, как раз блондинки с длинными волосами, а Кейра ближе и Трисс, и руководительнице Ложе Филиппе, и даже Геральту, а речь в разговоре идет о ведьмаке… ну вот все, про что сказано было выше, указывало скорее на Кейру, чем на эльфку. В «Убийцах королей» Кейра хотя бы упоминается, - в разговоре с Цинтией. В Вергене с помощницей Филиппы (и шпионкой по совместительству) можно поговорить не только о Дикой Охоте, но и о других знакомых чародейках. Кейру с Маргаритой Цинтия охарактеризует как скучающих пресыщенных дам, давно утративших страсть к магии, а конкретно Кейру назовет гедонисткой и нимфоманкой. Странноватый, конечно, комментарий. Гедонисткой еще понятно, особенно с точки зрения нильфгаардки, но с чего бы Кейра стала нимфоманкой? Тем более забавно последнее звучит от девицы, только что весьма своеобразно развлекавшейся с милой Филь. Что касается страсти к магии, то учитывая, что Маргариту Цинтия одновременно упрекает в том, что ту не интересует ничего кроме школы, то скорее всего имеется в виду страсть к магии ради магии, что для Кейры магия давно не интересна сама по себе. Что магия является средством для достижения каких-то целей или благ. Что ж, возможно. В конце концов, разве все чародейки Ложи не используют магию ради достижения личных целей и амбиций? Ну и это все-таки личное мнение пусть и весьма наблюдательной шпионки. А затем вышла «Дикая Охота», в которой Кейре отведено изрядно времени. По-моему, даже со всеми заговорами и убийствами, нежно любимому мною Роше отведено меньше. Впрочем, Роше ведь нельзя заромансить…))) Не буду подробно пересказывать все перипетии квестов, связанных с Кейрой, у нас ведь все-таки анализ, поэтому остановимся на наиболее значимых моментах. Итак, Геральт встречает Кейру в Велене, - таком «райском» краю, вытоптанному войной вдоль и поперек, где нечего жрать, нечего брать, и обязательно наткнешься если не на нильфгаардцев, значит на реданцев, если не на реданцев, значит на баронскую вольницу, если не на баронских людей, так разбойников, если не на разбойников, то на монстров, а остальное волки доедят. Кейра обитает подле деревеньки Подлесье под видом знахарки. Что характерно, Кейра занята тем, что там прячется, и это, без сомнения, - самый умный и логичный поступок среди всех чародеек, особенно чародеек Ложи! Напоминаю, Совет в Лок Муинне в любом варианте прохождения заканчивается лютой резней. И этого факта, как и обстоятельств произошедшего, - не скрыть, ведь куча свидетелей все-таки осталась в живых. Тот же Кардуин из Лан Эксетера, Фелиция Кори прожила достаточно, чтобы добраться до Новиграда… Целые делегации Темерии и Аэдирна ушли. Нильфгаардцы! Это значит, что весь мир однозначно будет в курсе, включая древнюю слепую бабку в глухой деревне. Да и почему бы ей не быть, если Радовид спустил Охотников на Колдуний с поводка и начались массовые репрессии и казни? Однако некоторые магички умудряются вести себя так, будто это все какие-то мелкие неурядицы. Трисс – спокойно поехала в Новиград под самый нос к Иерарху и церковникам, Шеалу каким-то образом умудрились взять за задницу, Маргарита – прошляпила взятие Аретузы! Вот чем думали эти гражданки? На их фоне Кейра, которая первым делом спряталась, да к тому же умудрилась спрятаться так ловко, там, где ее никто не будет искать, и вообще творится форменный бардак, - выглядит образцом здравого смысла и выживаемости. Однако, на этом восторги заканчиваются, и переходим к замечаниям. Сразу же бросается в глаза, что характер Кейры в игре довольно смягчили. Куда делись ее резкость, воинственность, мстительность? Ее пикировки с Геральтом это именно что пикировки на грани флирта, практически заигрывание, а не жесткость или резкий тон. Игровая Кейра во всем более мягкая, нежная, уязвимая и ранимая. Увлекающаяся, но несколько в ином смысле, чем это было в книгах. Я вот не могу себе представить, что эта Кейра, которая обиженно со слезами в голосе говорит Геральту «уходи, просто уходи!», способна с разворота засветить кому-то кастетом в лицо. Она действительно становится беспечной гедонисткой и готова рисковать раскрыть свое убежище или хотя бы навлечь на себя неприятности в виде бандитов ради сиюминутного удовольствия. Ведь заказ из изысканного вина и деликатесного мяса не самый обычный для Велена и военного времени. А уж пресловутые клопы… Это не та же самая женщина, которая хладнокровно терпела боль. «Она охнула, когда он ее поднимал. — Прости. — Пустое.» Конечно, можно сказать, что набраться решимости и потерпеть боль от раны, это не совсем то же, что изо дня в день терпеть бытовые неудобства, и последнее способно измотать вполне крепкие нервы… Но все-таки в игре Кейра выглядит этакой «принцессой на горошине», а не боевой чародейкой в опасной ситуации. Она даже признается, что была настолько испуганна, что не связывалась больше ни с кем из других чародеек. В книгах Кейра была жестче, активнее и воинственнее Трисс, такой девочки-припевочки, страдающей ПТСР после серьезного боя и т.д., а в игре куда по крепче выглядит именно Трисс, хотя тоже прозябала в катакомбах среди крыс и клопы ее наверняка тоже жрали в той убогой халупе в Новиграде. Понятно почему так прописали для сюжета, но остается признать, что характер и этого персонажа серьезно поменялся по сравнению с книгами. Причем жалобы Кейры выглядят совсем уж курьезно, учитывая роскошную купальню, в которой Геральт беседует с ней в первый раз. Впрочем, во время этой беседы имеет место кое-что куда более интересное, нежели открытие, что чародейка спокойно может обеспечить себе горячую ванну. Геральт, конечно, может немножко похитрить, но все равно выяснится, что он ищет Цири, и Кейра тут же выложит ему об эльфском чародее, который искал похожую девушку, и покажет и расскажет, где искать новые подсказки… Это фактически фансервис. Отсылка к тому, как Геральт нес Кейру на руках на Гарштанге, а она отвечала на его вопросы, и отсылка к шуточкам про разбуженное либидо, поскольку выглядит встреча Кейры и Геральта в игре так, будто матерая чародейка просто в момент растаяла от Геральтовой харизмы, и усе, держите меня семеро. Однако это только внешнее впечатление из-за смягченного характера Кейры. Ведь как на Танедде помощь была взаимной: Геральт делал, что попросили, Кейра выдала ему информацию, так и в игрее имеет место такое же распределение. Кейра сообщила Геральту информацию, а взамен ей понадобилась помощь ведьмака, чтобы забрать кое-что после загадочного эльфа. Да и дальше она попросит у него помощи с заказом и Коломницей. Вместе с тем, удивительно то, что игровая Кейра удивительно лояльна к загадочному эльфу, - оное объясняют лишь тем, что тот «не вшивый скоя*таэль, с хорошими манерами», - и еще более удивительно труслива. Во всяком случае на словах. Да, колдовать она не разучилась, а в Каэр Морхене и вовсе спасет Ламберта, но это не мешает ей высказываться в духе «если б я знала, что меня тут ждет, никогда бы не согласилась», кричать при виде Ольхов в пещере «лучше я телепортирую нас домой, ты что совсем рехнулся, нужно немедленно уходить»… «Да пусть у них будет хоть три рулевых и попугай! Я рисковать больше не стану!» Не думаю, что Кейра, которая прекрасно знала, на что способен Вильгефорц и жаждавшая поджарить ему задницу собственноручно, вдруг напрудила бы в трусики при виде пятка Ольхов. Или что Кейра, которая одобряла карательные отряды вроде Черной Райлы и «Синих полосок», вдруг растаяла бы от захожего эльфа просто потому, что у того приличные манеры и тот не плюет «Бледе дхойне». Это другая Кейра. Более доверчивая, более избалованная и изнеженная, не столько мстительная, сколько обидчивая, и более трусливая, зато менее способная к каким-то логическим и продуманным поступкам. А значит и интригам. Я говорю это не просто так, а потому, что при плохом для Кейры развитии событий Геральт посвятит ей такую вот эпитафию: «Кейра Мец обожала плести интриги и манипулировать другими. Она была упряма даже для чародейки, но ей трудно было отказать в обаянии и даре убеждения. В глубине души Кейра Мец оставалась маленькой девочкой. Она ждала от жизни слишком многого и хотела получить все и сразу. А маленьких девочек, если они попадут в неподходящую компанию ждет очень плохой конец.» Если на счет маленькой девочки еще похоже, то хочется спросить, - Геральт, где ты там увидел интриганку и манипуляторшу? Да, в этот момент мы сразу переходим к вариантам развязки, коих как известно три. Развязку, где Геральт убивает Кейру я не беру за полной ее невозможностью. Надо реально упороться и совершенно не знать Геральта, чтобы допустить подобное. Впрочем, там не только Геральт противоречил бы самой игре. А вот оставшиеся две имеют право на существование. Только вся интрига заключается в том, чтобы принести Радовиду тетрадку с исследованиями в зубах и пообещать лекарство от чумы в обмен на амнистию за дела Ложи. Серьезно? Нет, - СЕРЬЕЗНО?! Вот это уровень интриганства? Сдаюсь, дяденька, только не бейте, я еще полезная, я работать могу? Я даже не знаю, что на это сказать. Ибо мы возвращаемся к тому, с чего начали, - к тому, что об отношении Радовида к чародейкам вообще и конкретно чародейкам Ложи, не знать было невозможно. Поэтому такой ход со стороны Кейры попахивает не интриганством, а идиотизмом со склонностью к суициду. В принципе, для чародеек Ложи в игре – это норма. Однако если рассуждать логически, все-таки выбор у Кейры был. Нильфгаардцы, например. Да, такой выбор тоже сомнителен, но по крайней мере, они рациональны, а не маньяк выковыривающий глазки и сажающий на кол. А самый оптимальный – это палочка-выручалочка Севера, Эстерад Тиссен. Не зря же Трисс тоже вывозит чародеев и алхимиков в Ковир. И если уж Кейра и Геральт не сомневаются, что Кейра сможет вполне самостоятельно добраться до Каэр Морхена (к стати как?!), то почему бы Кейре не телепортироваться в Порт Ванис и предъявить полезную тетрадку там? Надеюсь, после боя в Каэр Морхене у Кейры мозги прочистились, а может роман с Ламбертом на пользу пойдет. Все же, игровая Кейра, хоть и вышла совсем другой, чем в книгах, но получилась персонажем цельным и органичным. Приятным. Со своими слабостями и недостатками, но не отказывающей в помощи друзьям, и – что немало важно, - не строящей каких-то планов за спиной у друзей. Кейра в игре – вот она, стоит в Каэр Морхене после боя. То есть она вполне могла, как обмолвилась в Велене, поговорить с Цири. Она НЕ могла не слышать, о том, что Йен и Трисс договорились собирать остатки Ложи. И тем не менее Кейра в этом не участвует. Понятно, что то, что Кейра просто стоит и молчит – дань вариативности игры, и тем вариантам, когда Кейра до Каэр Морхена не дожила. Но, я не думаю, что стоило бы особых затрат труда и объемов памяти вставить модельку Кейры расчесывающейся уже в «Зимородке», за спиной у Маргариты во время разговора с Цири, и на берегу. Это было бы даже где-то канонично, когда Кейра вроде и в Ложе, но особого веса не имеет. А тут невольно, но игровая Кейра получилась благороднее всех этих мамзелей. Она просто честно сказала, с меня хватит, и пошла своей дорогой. Чем могла, как говорится, помогла, и, между прочим, вообще не обязана была помогать. В бою не струсила, на этом попрощаемся. Опять же, даже Эскель и Ламберт, которым Цири вроде как очень дорога, - тоже почему-то не поехали на Ундвик сражаться с Дикой Охотой дальше. Туда попиздрячили только Геральт и Йен, кому Цири дочь, Трисс, у которой тоже личные причины, Крах ан Крайт, который еще Цириной бабке клятву страшную давал, и Фрингилья, которую вообще никто не спрашивал. И Ложе-бабы, которые на Цири тут же начали строить новые планы. Игровая Кейра не вписывается в первый ряд, и слава богу не примкнула к другому. Тем самым этот персонаж, пусть и не каноничный, но получил главное – свое будущее. Оно продолжается где-то там. С Ламбертом или без. Может быть, в самом деле с изобретением лекарства, благодаря чему Кейра Мец войдет в историю как великая ученая, а не как нимфоманка и гедонистка... Хотя она по прежнему бегала бы босиком, носила декольте до пупа и устраивала себе милые тематические игрища с лошадями из мышек и потерянными частями туалета. ПыСы: туфельки у Кейры есть. Гера находит их в лесу во время "погони". Читала, что в файлах игры можно найти модель Кейры в белых туфельках. Наверное, даже к лучшему, что таковой вариант в игру не вошел. Во-первых, к книгам никакой отсылки не получилось бы, туфли Кейры на балу были зеленые. Во-вторых, белые туфли в Велене смотрелись бы еще экстравагантнее, чем просто босые ноги. А в-третьих, учитывая самое скверное развитие событий по линии Кейры, единственная отсылка получалась бы совсем злобная – к белым тапочкам известно где. Так что хорошо, что туфельки фигурируют только в качестве атрибута для заигрываний с Геральтом.