Бойся когда ты два

— Кто автор идеи?! На громкий командный голос одновременно обернулись два человека с одинаково удивлённым взглядом. Переглянувшись друг с другом, они молча пожали плечами. — Этот ответ меня не устраивает. Икар не мог сам к такому прийти, поэтому повторяю свой вопрос: кто из вас ему подал идею? Один из них, юноша в тёмно-серой водолазке с серебряной рубашкой поверх, провёл рукой по своим аккуратно уложенным с помощью лака волосам. Непослушные длинные кудри с медным отливом держаться в идеальной причёске не собирались, поэтому пара особо мелких прядей уже выбилась из общей картины, падая на лоб. — Если ты про крылья, то идея же хорошая. Это быстрый и удобный транспорт, который подойдёт для разведывания обстановки вдали от Полиса. Пап, ты сам хотел после снятия Купола увеличивать размеры города, чтобы сюда мог прийти любой, кому нужна помощь и кто желает обрести свой дом. Продолжение гневной речи будто встало Архонту поперёк горла. Вот и что он может возразить на такое? Сделав глубокий вдох и выдох и успокоившись, Тесей подошёл к сыну, с лёгкостью взлохматив его волосы и окончательно разрушив укладку: — Мне даже возразить тебе нечего. Сам виноват, раз воспитал такого умного. Наблюдая за их взаимодействием, третий находившийся в комнате человек нахмурился и скривил губы: — Ну начинается... Он кинул на стол гаджет, в котором до этого пытался разобраться, и поднялся со стула. Худой, не очень складный, с неровно остриженными короткими тёмными волосами, в чёрной одежде с цепями... Он слишком выделялся на фоне общего порядка, белизны и искусственного света. Такой настоящий, живой. Но ощущался здесь чужим, лишним. Хотя... Для него так и было. — Брат, стой! — Кудрявый резко вскочил со своего места и кинулся к уходящему, успев схватить его за руку. — Я с тобой иду. Ты к Икару собрался? — Вообще-то нет, но можем и к этому гению заглянуть. Как раз узнаем, что они со вторым придумали новое про крылья. — Не называй Брута «вторым», у него имя есть. — Как будто бы одно другому не мешает. Голоса эхом отражались от стен, когда двое братьев удалялись всё дальше и дальше по коридору. Тесей медленно опустился в кресло. Скоро жизнь кардинально изменится. Уже сейчас Купол модифицирован, а работа над браслетами идёт полным ходом. В ближайшее время жители Полиса обретут свободу, а город распахнёт свои двери для всех нуждающихся в доме. И вот как он докатился до жизни такой? * * * Срок Договора истёк на днях, и Тесей ждал любых вестей. Тогда, 20 лет назад, они с Бардом не договорились — что делать спустя такое долгое время, когда и где встречаться, о чём говорить? И как подводить результаты их действий? Но предаваться тоске не давал родной сын, который сейчас, нервно покусывая кончик ручки, изучал устав Полиса. Наследник, будущий Правитель... Город останется в надёжных руках. Мальчика нашли на границе Купола незадолго после ухода Барда. Он лежал, закутанный в рваные тряпки, но не плакал, лишь с недетским интересом в голубых, как небо до падения, глазах рассматривал мир вокруг. То, что это его сын, Тесей понял почти что сразу — похожие черты лица, взгляд, волосы... Рыжеватые... Да и сердце во многом подсказывало. Ребёнка Архонт взял на воспитание, стараясь вырастить достойного человека, которому можно будет оставить Полис. И, как он надеялся, всё получилось. Над именем Тесей думал недолго. Помнил, что несколько раз в разговорах о их будущем Рита упоминала о варианте «Персей». Любовь к той женщине была слишком сильной, так что её желание исполнилось — сына Персеем он и назвал. Персей. Персей Тесеевич. Родной сын Архонта. А были ещё двое, его приёмные братья — Икар и Брут. Тесей взял их под опеку в основном с подачи сына, который сам сделал выводы: эти два мальчика однозначно заслуживают расти в семье, а не в приюте, получать хорошее образование, ведь талант в них видно невооружённым глазом. Но вернёмся к тому самому дню, когда Тесей размышлял об итогах их с Бардом эксперимента. В кабинет заглянул Икар, желая что-то уточнить, но вопрос задать не успел — Персей тут же отправил его в другой конец помещения за новой ручкой вместо той, что он сгрыз во время тяжёлого мыслительного процесса. Икар недовольно пробурчал себе под нос пару ласковых в адрес слишком наглого наследничка, но ручку принёс. И где-то в этот момент Фемида оповестила о приходе гостей, статус одного из которых позволил Искусственному Интеллекту пропустить всех сразу. — Здравствуй, мой давний друг, — родной голос, запах, окутавший комнату... Тесею даже не нужно было поднимать голову, чтобы осознать, кто здесь. — Бард... Предводитель Изгоев смотрел на него с мягкой улыбкой на лице, слегка щурясь. А из-за его спины выглядывали двое: черноволосая и очень красивая девушка с любопытством рассматривала людей в комнате, а вот юноша явно был готов в любой момент начать обороняться. Заметив вопросительный взгляд Архонта, Бард поспешил их представить: — Это Муза и Бродяга, мои дети. Я решил, что им стоит показать Полис. Надеюсь, ты не против нежданных гостей. — Нет, конечно нет. У меня и свои же есть. Икар, Персей. Ещё Брут, но он пока не с нами. И прежде чем два правителя продолжили свой диалог, неловкий, начавшийся впервые после такой долгой разлуки, Бродяга с явным подозрением в голосе обратился к сыну Архонта: — Ты Персей? — Верно. Персей Тесеевич. Отец рассказывал, что такое имя очень любила моя мать. — Быть не может! Это моя мать любила такое имя, она сама мне говорила. Поэтому так и назвала! — Кажется, нам нужно много что обсудить, — вмешался Бард, пока двое спорящих не перешли к более решительным действиям. Точнее, перешел бы именно Бродяга, который уже готовился влезать в драку. — Однозначно... — У Тесея в голове сложился пазл, цельная картинка, в реальность которой поверить было невозможно. Но пришлось. Долгая беседа пролила свет на многое, открыла завесу тайны, явив миру правду. Оказывается, Персеи были братьями. Двойняшками. Оказывается, Рита, когда поняла, что не сможет заботиться одновременно о двух детях, решила одного подкинуть Полису. Того, который внешностью больше похож на Тесея, только с рыжими волосами. Так сказать, живое напоминание о ней самой. Оказывается, о личности матери Бродяги Бард только подозревал, но всё равно воспитывал мальчика как собственного ребёнка. И вот с тех пор привычная жизнь сильно изменилась... * * * Изгои на некоторое время задержались в Полисе, пока шёл процесс обсуждения результатов Договора и дальнейших действий. Поэтому пришлось как-то друг с другом уживаться. Персей с Бродягой сошлись быстро, будто и не было между ними пропасти размером почти что со всю жизнь. Они оба довольно легко приняли и поняли чужое мировоззрение, чужой взгляд на мир, чужие ценности и принципы. Словно вмиг стали одним целым. А вот с Тесеем были проблемы. Нахождение общего языка для него и Бродяги казалось почти что невозможным делом. Они постоянно вступали в дискуссии, огрызались друг на друга, спорили по пустякам. И пусть Персей всеми силами старался подружить отца с братом, у него не получалось ровным счётом ничего. Причём Архонт сам был готов идти на уступки, искать компромиссы. Разговоры с Бардом сильно преисполнили его, что Тесей даже согласился на ослабление влияния браслетов на эмоции и чувства и уменьшение контроля над жителями Полиса. Но Бродяга всё никак не соглашался даже просто выслушать биологического отца. Он избегал его всеми силами, игнорируя каждую попытку пойти на сближение. * * * Тесей откинулся на спинку кресла. Голоса сыновей становились всё тише, различить что-то в их диалоге уже не предоставлялось возможным. Надо же, крылья! И всё же, кто подкинул Икару эту идею? Бродяга? Бард? Муза? Скорее, третье. Юный гений в ней просто души не чаял. Если кто-то скажет, что любви с первого взгляда не существует, Тесей покажет им этих двоих. Лия, которой вроде как Икар планировал предложить начать встречаться, была забыта сразу же. Первая красавица Полиса на это сильно обиделась, так что до сих пор из их всей компании разговаривает только если с Брутом. И то крайне редко. Муза... Мечтательная, наивная... Со стороны так и кажется, несмотря на внутренний стержень. Вполне возможно, она что-то говорила про полёты, звёзды, птиц... Вот Икар и решил сделать всё, только бы исполнить её заветную мечту. А теперь Персей с Брутом на пару придумывают этому всему логическое объяснение, чтобы обосновать все новые затраты. И вроде уже в районе двадцати лет всем, а ведут себя, словно несмышлёные дети. Даже больше это относится именно к детям Барда. — К нашим, как мы с тобой определились. — Я вслух сейчас говорил? — Тесей поднял голову на вошедшего человека. — Да, снова. Тебе бы отдохнуть, а не загружать себе голову. Не маленькие, сами разберутся. — Они скорее взорвут что-то... — Ну что ты, такие крайности сразу! Ты, мой друг, совсем пессимистично настроен. Я не думаю, что ребята, — договорить ему не дал прогремевший на улице взрыв. Не очень громкий, но вполне слышимый. Тесей подскочил и кинулся к окну. В центре площади догорали остатки крыльев. Рядом на корточках сидела Муза, которую обнимал и, кажется, успокаивал Икар. Бродяга нарезал круги вокруг них, убегая от Брута, который что-то кричал про сорвавшийся эксперимент и про то, что сделает с виновником всего произошедшего. И только Персей, стоя в сторонке, активно делал заметки у себя в планшете, иногда ловко уворачиваясь от пробегавших мимо. Почувствовав на себе взгляд, он вскинул голову, а затем помахал отцу, после показывая большой палец, мол, у нас всё под контролем, не переживай! Тесей глубоко вдохнул, выдохнул... Затем опять вдохнул и выдохнул... И опять... И снова... И только после отошёл от окна: — Как ты там сказал? «Не маленькие»? И это ты называешь самостоятельностью? Бард развёл руками, улыбаясь: — Никто же не пострадал. — Это пока! А что дальше? Вместо города останутся руины? Этот твой Бродяга... — Во-первых, по сути он твой. А во-вторых, я повторюсь: мы решили, что они все наши. Я очень надеюсь, что благоразумия Брута с Персеем хватит, чтобы не дать городу оказаться уничтоженным. Да и Икар с Музой к этому не стремятся. А Бродяга на самом деле давно уже тебя простил и принял, только гордость и волчья натура не дают это показать. — Ты не шутишь? Правда принял? Он даст мне шанс? — В таких делах не шутят. Правда. А теперь идём, тебе стоит отдохнуть. — Ты останешься со мной? — В голосе на мгновение проскользнула паника, тень страха. А если это сон? Не может быть всё настолько хорошо! — Я больше никуда не уйду. Обещаю. А когда они уже почти что вышли из кабинета, Тесей вдруг остановился: — Фемида! — Чем могу помочь? — Механический голос раздался откуда-то сверху. — Сбрось сама-уже-знаешь-какой счётчик. — Однажды на нём точно будет большая цифра, — задумчиво протянул Бард, слушая их переговоры. — Да? — В голосе явное недоверие, даже сарказм, — чтобы у наших детей? И набралась большая цифра? — Понял, даже спорить не буду. Хотя надеяться всё же стоит. — Возможно. Фемида, сбросила? — Счётчик дней без косяков – 0, — уведомил их Искусственный Интеллект. * * * — Брут, как вы прокомментируете случившееся? Почему новый гаджет тестировался не в лаборатории? — Учёный быстро скользнул взглядом по подошедшей Деметре и указал на Бродягу: — Все вопросы к нему. Журналистка с сочувствием в глазах посмотрела на золотого мальчика, усталость у которого была буквально написана на лице: — Тяжело придётся Полису с двумя, да? — Не бойся, когда ты один. Бойся, когда тебя двое, — Муза вставила в разговор когда-то услышанную у Барда цитату, при этом энергично помахав в камеру. — Скорее уж, бойся, когда ты три... — Брут пристально глядел на Персея с Бродягой, которые активно что-то обсуждали, в то время как Икар крайне внимательно их слушал, иногда добавляя свои комментарии. — Троих Полис однозначно не выдержит, — оптимистично заключила Муза под печальный вздох Брута и смешок со стороны Деметры.