Наказание Венеры

Когда Солнце проснулось и закричало, ища Меркурия, обе планеты замерли на секунду, первой отреагировала Венера, которая, не колеблясь, позвала Солнце, а за ней последовал Марс, который быстро закрыл рот Венере, чтобы она не могла издать ни звука. — О, вот ты где, Меркурий! — радостно сказало Солнце. Венера и Марс замерли в ожидании: Солнце смотрело в противоположную сторону от них и, казалось, говорило с Меркурием. Венера отчаянно пыталась освободиться от Марса. Проснувшееся Солнце было бы идеальным для того, чтобы отправить им всем солнечную вспышку, по крайней мере, за то, что они не на своих орбитах. Ей нужно было только крикнуть, чтобы привлечь его внимание, и она будет свободна. Марс усилил хватку и держал Венеру под контролем. Ему нужно было воспользоваться возможностью, которую давал Меркурий, поэтому он схватил грязную тряпку, которой он вытер Венеру раньше. — Сол- Венере удалось крикнуть, но ее прервал Марс, который засунул ей в рот грязную тряпку, чтобы она не издавала ни звука, не используя рук. — Кажется, я что-то слышал, — упомянуло Солнце, глядя в сторону. Марс только ждал, чтобы он не повернулся, прижимая Венеру к себе. Тот крик был слышен, но короток, настолько короток, что любой мог бы сомневаться, действительно ли он был слышен, тем более если ты не видел, от кого он исходил. — Ты прав, это, должно быть, было ничто, — ответило Солнце Меркурию, с которым, как предполагал Марс, оно беседовало. Внезапно, без предупреждения, начались толчки: такие быстрые, сильные, глубокие и резкие. Без всякой осторожности Марс трахал вход Венеры, в отчаянной попытке кончить внутрь нее. Венера выгнула спину и отбивалась ногами, чтобы отделиться от Марса и от невыносимой боли, которую он причинял. Если раньше было больно, то теперь она страдала. Без всякой осторожности он осквернял ее изнутри, разрывая ее нежность и делая ее все менее девственной. Марс слышал мольбы, заглушаемые той грязной тряпкой, он слышал ее крики и то, как ее горло разрывалось все сильнее, и даже слышал ее плач. Слезы начали течь вместе с отвагой и печалью. Ее тело крепко удерживалось за бедра, которые были помечены руками Марса и дрожали, как и ее ноги, делая невозможным для нее двинуться, чтобы остановить его. Ее голова была откинута назад, пытаясь избежать стыда, который она испытывала, показывая свое лицо Марсу, покрытое слезами, потом, синяком на щеке и слюной, которая стекала с грязной тряпки, которой он ее вытер раньше, поэтому она была полна крови и оставляла неприятный привкус во рту. Меркурий оставил Землю, потому что у него было предчувствие, что Солнце вот-вот проснется. И он угадал, потому что прибыл как раз вовремя, чтобы объявить о своем присутствии. Солнце, как всегда, обрадовалось, найдя его на своей орбите, и, конечно же, собиралось поболтать с ним, возможно, о своем недавнем сне, как всегда. Для Меркурия уже вошло в привычку разговаривать с Солнцем каждый раз, когда оно просыпалось, не потому, что ему нравилось составлять ему компанию, кроме того, это отвлекало его, чтобы другие планеты вернулись на свои орбиты после какой-либо встречи или игры, но на этот раз он хотел дать время Марсу. Ему было все равно, оставаться ли часами, болтая с Солнцем. Он предположил, что Марс контролирует Венеру, так как едва был слышен прерванный крик. Расстояние между ними было в километрах, окружность Солнца была огромной, и поскольку они были на другой стороне, было очевидно, что он не услышал его так хорошо. Тем не менее, Солнце пришлось спросить, слышал ли он то же самое. Меркурий отрицательно покачал головой и быстро сказал ему: — Э-эй, Солнце, я хочу послушать одну из твоих шуток, — предложил Меркурий. — Серьезно?! — Солнце маниакально растянуло улыбку до краев. — Да, на этот раз я хотел бы посмеяться, — ответил Меркурий немного нервно. — Ну, если ты так настаиваешь, — Солнце приготовилось говорить, взяв несколько секунд. Меркурий только ждал шутки, он успокоился, потому что Солнце забудет тот маленький звук Венеры. Ему придется преподать ей урок и напомнить, что было бы совершенно бесполезно искать помощь у другого небесного тела. — Знаешь, почему планеты следует считать цветами? — Ммм, почему? — ПОТОМУ ЧТО ОНИ ПОДСОЛНУХИ ХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХ! — Хахахаха, какая отличная шутка, Солнце! Меркурий притворился, что смеётся, чтобы угодить Солнцу, а затем перешёл к другой теме разговора. Солнце было более чем довольно, оно радовалось, болтая с Меркурием, своим самым близким другом среди всех планет, и не из-за положения на его орбите. Вот почему оно часами отвлекается от своих обязанностей, от проверки того, находятся ли планеты на своих орбитах. И Меркурий собирался продлить свой разговор на столько времени, сколько потребуется для его друзей. Марс даже не дрогнул от шутки Солнца, он был полностью сосредоточен на том, чтобы трахать Венеру, чтобы наконец оставить в ней своё семя. А для Венеры это было сплошное мучение, она чувствовала, что может снова разорваться в любой момент, от любого из сильных ударов и глубоких толчков, которые делал Марс. Марс обнял Венеру, чтобы притянуть её ближе, обхватив правой рукой за талию, а левой касаясь её спины, опуская голову, пока его учащённое дыхание не коснулось груди Венеры. Красный теперь мог чувствовать не только боль, но и холод тела Марса, сталкивающегося с его полностью горячим телом, и хватки, которые всегда оставляли синяки, где бы они ни проходили. Если так будет продолжаться, его тело станет не красным, а фиолетовым. Теперь он прекрасно слышал задыхающееся дыхание Марса, который подавлял свои стоны, чтобы не привлечь внимание Солнца. Он был полностью взволнован, лёд на его поверхности даже, казалось, таял, проливая тёплый пот. Удовольствие, которое он чувствовал, он не мог игнорировать, он думал, что не сможет сдержать свои собственные стоны, поэтому стиснул зубы. Он хотел выйти за пределы своих возможностей и продолжать игнорировать усталость, которая нарастала с каждым толчком. Он не мог смотреть в лицо Венеры, только на её избитое, дрожащее и хрупкое тело, подбадривая себя продолжать трахать её, продолжать метить и делать своей. Марс поддавался своему эгоизму. Венера откинула голову назад, пряча своё страдающее лицо, избегая любого зрительного контакта с Марсом и ожидая, когда это, наконец, закончится. В облаках или в космосе, хотя он уже был в космосе, казалось, будто он парит, его голова закружилась, и волна удовольствия пробежала по его телу. Он достиг своего пика, полностью остановившись, чтобы эякулировать, издав хныканье, которое хотело быть стоном. Он посмотрел на тело Венеры, его руки схватили грудь красного, и он поднял голову к шее, снова укусив оставленный ранее след и всасывая, чтобы он остался как засос. Он не рассчитал свою силу так, что этот укус пронзил кору Венеры, причиняя ещё большую боль и оставляя небольшую рану. — Хахаха, Солнце, с каких это пор твои шутки стали такими хорошими? — Меркурий держался за живот, притворяясь, что у него болит живот от смеха. — Вот видишь, какой я весёлый? — Солнце похвалило само себя. — Тебе не нужно быть с другими планетами, чтобы веселиться. Меркурий притворился, что немного посмеялся, и Солнце на минуту задумалось, перебирая свои же слова. "Планеты". Точно! Он не проверил, находятся ли его планеты на своих орбитах. Он некоторое время смотрел на Меркурия, который успокаивал свой смех. Хотя ему очень нравилось разговаривать с Меркурием, он не мог игнорировать свои обязанности; при одной мысли о том, что его планеты не соблюдают его правила, у него время от времени подёргивался глаз. Он огляделся вокруг Меркурия и его орбиты, издалека наблюдая за газовыми гигантами и ледяными гигантами, но ни одного из каменистых планет. Поэтому он предпочёл спросить Меркурия, чтобы не прерывать разговор со своим другом. — Эй, Меркурий, — самый маленький поднял взгляд, всё ещё улыбаясь, отвечая на зов Солнца. — Что случилось, господин Солнце? — сказал он радостно, тоном, который многим казался очаровательным. Солнцу нравилось, когда его называли господином, потому что это звучало очень элегантно. Он улыбнулся и спросил: — Ты знаешь, остальные каменистые планеты на своих орбитах? — Солнце пыталось спросить элегантным тоном, но у него не получалось из-за его пронзительного и грубого голоса. Меркурий моргнул пару раз, когда услышал этот вопрос. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы подумать. Прошло примерно двадцать минут с тех пор, как Солнце проснулось, так что Марс уже должен был закончить использовать предоставленное ему время. Меркурий скрыл свою злорадную улыбку, придумывая отличную идею, и с естественным выражением лица ответил Солнцу обширной историей. Марс освободил Венеру. Сначала он вышел из неё, испустив последний вздох, удовлетворённый тем, что имплантировал своё семя в красное тело, которое он внимательно разглядел, спустившись с небес. Венера дышала с трудом и со всей болью в теле свела ноги, чтобы скрыть беспорядок, который устроил Марс, чувствуя влажность между бёдрами, надеясь, что кровотечения нет. Она согнулась, чтобы посмотреть на Марса, который приблизился к ней, чтобы схватить её за подбородок, сильно сжимая её щёки пальцами. Она нахмурила брови от дискомфорта и страха, ожидая, что бы ни сказал Марс. — Ради твоего же блага, я надеюсь, ты будешь подчиняться всему, что я скажу, — Марс начал говорить требовательным тоном, снова с теми же глубокими и тёмными глазами. Венера не хотела его слушать, но, конечно, это не было вариантом. — Ни слова Солнцу, не ищи его помощи, потому что мы оба знаем, что первое, что он сделает, это запустит в тебя солнечную вспышку, и ты ведь этого не хочешь, верно? Сказав это, Марс освободил связанные запястья Венеры, это заняло минуту, так как эти верёвки были так туго затянуты, что при их снятии на запястьях остались заметные следы, в то же время Венера почувствовала, как кровь снова потекла по её руке. Как только её руки были свободны, Венера схватила запястье и руку, которой Марс держал её подбородок, сжимая с той небольшой силой, которую она ещё могла контролировать. — И не пытайся избежать своего наказания. После этого мы будем следить, чтобы ты не выходила со своей орбиты. Если ты выйдешь без нашего согласия, и особенно чтобы пойти к какой-либо другой планете, тебя ждёт гораздо худшее наказание. Сказав всё, что Венера должна была знать, Марс другой рукой прикоснулся к лицу Венеры, нежно поглаживая и вытирая оставшиеся слёзы, затем он сунул пальцы ей в рот, чтобы вытащить тот платок, который почти лишал её дыхания. — Ты меня поняла? — Венера могла только смотреть на него, она не знала, как это выразить. Обида? Печаль? Гнев? Тревога? Марс не придал этому значения, ведь если Венера не поймёт, он и остальные позаботятся о том, чтобы она поняла. — Без криков, — Марс резко вытащил платок, отчего Венера мгновенно закашлялась и задыхалась, пытаясь восстановить дыхание. Марс отпустил Венеру, которая отошла, чтобы успокоиться, теперь глубоко вздыхая и вытирая рукой слюну, стекавшую с куска ткани. Марс посмотрел на тот кусок ткани, который держал в руке, совершенно грязный от любой жидкости, которая могла быть, кроме того, для чего он на самом деле должен был служить – вытирать слёзы, как любой обычный платок. Он аккуратно сложил его и убрал, чтобы потом почистить, что не осталось незамеченным Венерой. — Ты, ты проклятый, — сказал он, всё ещё ощущая ужасный привкус платка со всей этой отвратительной субстанцией. Он хотел продолжить ругаться, но не стал из-за этих глаз Марса. Чёрт, почему он не может просто игнорировать эту особенность? ЭТО ПРОСТО ГЛАЗА. Он отвернул голову, чтобы посмотреть в другую сторону, но… — МАРС, ВЕНЕРА! Зов Солнца сотряс поверхность обеих планет, которые вздрогнули и повернулись, чтобы посмотреть вверх, на огромное и гигантское солнце их системы, которое имело раздражённое выражение лица. — Солнце! Я… я могу объяснить ситуацию! — поспешно сказал Марс с нервной улыбкой и лёгким потом на лбу. — Не нужно, Марс, Меркурий уже всё мне рассказал, — Солнце скрестило руки и посмотрело на Венеру, которая начала отдаляться, почти прячась за Марсом, что ещё больше разозлило звезду. — Возвращайся на свою орбиту, Марс, я поговорю с Венерой об этой ситуации. Обе планеты были сбиты с толку. Что Меркурий мог сказать Солнцу? Что бы это ни было, Марс знал, что он не хочет выдавать себя и что он будет действовать в интересах всех троих, чего Венера боялась. Если он пойдёт против Венеры, что сделает с ней Солнце? Марс повернулся, чтобы уйти, но не раньше, чем медленными шагами подошёл к Венере и повторил ей те же слова: — Ни слова, — прошептал он, только чтобы красная планета услышала. Венера почувствовала озноб, увидев, как Марс уходит на свою орбиту, не оглядываясь. Может быть, было бы лучше, если бы Марс остался? — Венера! Упомянутый не успел даже ответить на зов, как уже получил солнечную вспышку, издав душераздирающий крик, почувствовав, как всё его тело горит. Через несколько секунд чистой агонии огонь прекратился, позволяя ему дышать, задыхаясь от огромного испуга. Он поднял взгляд, наблюдая за местом, куда ушёл Марс, и как тот тоже наблюдал за ним. Разве он не говорил ему, что если он ничего не скажет, то не получит ни одной солнечной вспышки? НУ ОН ДАЖЕ РТА НЕ ОТКРЫЛ, И ПОСМОТРИ! Марс вздрогнул, услышав такой крик Венеры, так сильно, что повернулся, чтобы посмотреть, что вызвало эти страдания. Увидев солнечную вспышку, а затем Венеру, которая смотрела на него с яростью. Он не мог не почувствовать обиды, видя, что только что противоречили его словам. Он поговорит с Меркурием позже, чтобы прояснить ситуацию, когда Солнце снова уснёт. А пока он будет ждать на своей орбите. После того, как Марс исчез, Венера повернулась и посмотрела прямо на Солнце, которое почему-то всё ещё было раздражено. — Я тебя предупреждал несколько раз! Венера, я не хочу видеть тебя рядом с Меркурием и тем более, чтобы ты его ранил! — Ох, Солнце, что... — Господин Солнце для тебя! Перебила звезда, повысив голос и яростно вспыхнув своим светом, заставив поверхность планеты дрожать, чувствуя угрозу. — В последний раз ты чуть не убил Меркурия метеоритом. И Я НЕ НАМЕРЕН БОЛЬШЕ ТЕРПЕТЬ ТАКОЕ ПОВЕДЕНИЕ! Венера отступила ещё дальше от ярости Солнца, казалось, что в любой момент оно может послать ей ещё одну солнечную вспышку. — И тем более сейчас, когда ты вовлекаешь других планет. Если я снова услышу, что ты создаёшь проблемы, СЧИТАЙ СЕБЯ ЖАРЕНОЙ ПЛАНЕТОЙ! Сказав всё это, Солнце начало беспорядочно извергать солнечные вспышки, как бы в качестве предупреждения. Венера, вся испуганная, закрыла глаза, ожидая, что ни один порыв не столкнётся с ней. Когда Солнце успокоилось, оно просто сказало: — Оставайся на своей орбите, ты снова предупреждён. И оно отвернулось, чтобы посмотреть в другую сторону от той планеты, которую оставило в полном страхе. Венера была ошеломлена, Солнце уже ушло, оставив её одну в глубокой тишине. Она посмотрела на своё тело и на то, насколько оно было грязным, особенно пеплом, который оставил её поверхность обожжённой той солнечной вспышкой. Она принялась аккуратно очищать и удалять пепел, так как её тело всё ещё болело. Обнаружив свою поверхность, она заметила, насколько сильно было повреждено её тело. Синяки здесь, синяки там, которые приобрели фиолетовый оттенок, пятная её "эстетику". И так она считается планетой красоты? Выглядит нелепо. Она проклинала остальных за причинённую боль, и особенно Марса, который оставил укус на её шее, который тоже горел. Она провела пальцами по этой области, чувствуя следы, оставленные зубами Марса, и как она даже могла почувствовать, что вытекает немного красной жидкости. Она потёрла, чтобы успокоить это жжение, и вспомнить, как это было произведено. Вокруг неё образовалась пустота, ибо да, она была одна, и что может быть лучше, чем чувствовать, как эта внешняя пустота поглощает твой внутренний мир. Всё ещё ощущать прикосновения, которые ей сделали, всё ещё слышать каждое непристойное слово, каждое оскорбление и ту маленькую похвалу в адрес её тела. Чёрт, её тело не переставало дрожать, как и не переставало болеть. Новое жжение появилось в её глазах, увлажняя и затуманивая её зрение. Она обняла себя, обхватив руками грудь и всё ещё крепко сжимая ноги, чтобы начать рыдать. ЧЁРТ. Она ненавидела это, вспоминать всё. Худший момент в её жизни. Пусть все идут к чёрту. Ничего из этого не должно было случиться, и, конечно, никогда не должно случиться. И если она хорошо помнит. Всё было её виной. Оставив всё в стороне, она одна. Это хорошее время, чтобы отдохнуть и погрузиться в глубокий сон. Затем наступит очередь Земли. — Действительно ли была так необходима эта солнечная вспышка? — Марс задал вопрос Меркурию, который без колебаний ответил. — Конечно, это послужит ей предупреждением. Она должна знать, какие последствия будут, если она продолжит своё плохое поведение, — ответил Меркурий, держа пакет, полный нептунского льда. Кстати, в той ссоре, с которой всё началось, Венера нанесла сильный удар по щеке Меркурия. Который теперь он прикрывал льдом. Это удивило Марса. — Что ты именно сказал Солнцу? — Ну, Меркурий, я думаю, Земля занята со своей луной, так что она не придёт, — сказало Солнце так же довольно, как всегда, повернувшись или вернувшись, чтобы посмотреть на Меркурия. — О, никаких проблем, думаю, я смогу увидеть её позже, — Меркурий улыбнулся Солнцу. — Эй, Марс, разве я не говорил тебе идти на свою орбиту? — прокомментировало Солнце, почти не меняя своего весёлого тона. Услышав недавно услышанное, он вспомнил о своих лунах. Казалось, что с тех пор, как он их видел, прошло много времени, так что было бы хорошо пойти забрать их, предполагая, что они с Луной и Землёй. — Прости, Солнце, я просто пришёл посмотреть, как Меркурий, — прежде чем Солнце ответило, Марс продолжил говорить, — В любом случае, я уже уходил, если ты не возражаешь, я пойду заберу свои луны. Сказав это, Марс повернулся и направился к орбите Земли. — Не задерживайся слишком долго, Марс! — предупредило Солнце. Он ненавидел, когда вещи не были на своих местах. Что, чёрт возьми, делали луны Марса с Землёй? Но сейчас это неважно. — Тебе хорошо со льдом? Я его не растапливаю, верно? — спросило Солнце с явным беспокойством. — Эй, не волнуйся, Марс дал мне лёд в своё время, так что мне больше не нужно, — сказал Меркурий, упомянув момент, когда они договорились наказать Венеру. Солнце надуло губы. Ему не нравилось видеть своего лучшего друга раненым, ему никогда не нравилось видеть кого-либо раненым, и ему также никогда не нравилось не замечать, пока ему не скажут. Особенно если речь идёт о его лучшем друге. — Просто скажи мне, если он снова тебя повредит. — Хмм? Меркурий заметил раздражение Солнца. Ему это нравилось. Так Солнце не будет на стороне Венеры. — Мне не нравится, что он тебя ранит, в последний раз это было метеоритом, который мог тебя убить. — Бах, он просто задира. Я сообщу тебе, если он снова будет меня беспокоить, чтобы ты запустил в него одну из своих солнечных вспышек, — Меркурий просто улыбнулся, чтобы успокоить Солнце. — В этом можешь быть уверен. Солнце не сомневалось в помощи своему лучшему другу. Ему никогда не нравилось плохое поведение Венеры по отношению к его маленькому другу, ему никогда не нравилось, что он был задирой и невежливым. Но... Его удивило, что недавняя солнечная вспышка вызвала крик, но странно более душераздирающий, чем в предыдущие многочисленные разы. И он хорошо знал, что на этот раз он дал ей дополнительную дозу ожога, но всё же... Может ли он чувствовать хоть немного жалости? Хотя он и не хотел, он ничего другого не сделает, Венера сама напрашивалась на эти солнечные вспышки. Она это заслужила.