Если бы все знали, как мне сейчас плохо...
28 апреля 2025 г., 08:58
Проходили часы, дни, недели. Ситуация в сторону отца не менялась никак. Он также сидел в лаборатории и что-то изучал. А вот у сына всё становилось хуже. Он чувствовал себя брошенным. Он не чувствовал любви или заботы. Он постоянно сидел в комнате, стараясь как-то отвлечься. В душе было столько боли, столько тоски. Он не знал что ему делать. Эграссель сидит на кровати, не в силах контролировать эмоции. По его щекам снова текут слёзы, оставляя влажную дорожку и капая на одежду. Вид его был потрёпанный. Светлые волосы, средней длины, изначально собранные в хвост, были слегка растрёпаны. Тусклые тёмно-зелёные глаза, красные от слёз, с синяками под ними и грустный, наполненный болью взгляд. Влажные, розоватые щёки, губы сложенные в одну тонкую линию. Зелёный плащ, с длинными рукавами, что были местами пропитаны слезами, и чёрные штаны. Он сидел, поджав колени к груди, обхватывая их руками. Он не понимал почему всё так. Ему было очень одиноко, очень плохо, очень больно. Тогда он впервые решил попробовать самоповреждение. Он медленно встаёт на ватные ноги и мелкими шагами доходит до письменного стола. Его взгляд бегает, ища нужный предмет и останавливается на небольшом остром ноже, что был куплен на рынке. Эльф берёт его в трясущиеся руки и оголяет запястья. Холодное лезвие ножа проходит по руке, заставляя кожу покрыться мурашками. Он надавливает остриём на кожу и резко проводит по запястью, оставляя неровный порез. Эграссель шикнул. Ему было больно, однако теперь это была физическая боль. Он почувствовал облегчение. Тут же крепче сжимая нож в руке, он делает ещё один неровный порез и ему становится легче. Намного легче. Он смотрел за своими действиями как завороженный, словно не контролируя себя и делая больше ран. Но он остановился. Порезов было не так много, как хотелось бы, но он просто не мог допустить чтобы их кто-то видел. Он опускает рукава и прячет нож в дальнем углу стола. Сын понимает, что делать так со своим телом нельзя, что это вредит ему. Но ему было легче. Это самое главное. Он чувствовал себя удовлетворённым. Он вытирает слёзы рукавом и вновь идёт к кровати, садясь на неё. Теперь нужно обдумать, как это всё скрывать от отца. А если он заметит? Ох, Эграсселю тогда не поздоровится. Но он старается не думать о плохом. Он наслаждается ноющей болью в запястье. Ему лучше.
День. Тадмавриэль как всегда сидит за столом в лаборатории. Он не спит уже более четырёх дней, из-за чего свойственно и появились синяки под глазами. Он устало вздохнул и прикрыл глаза. Было тяжело. Очень тяжело. И ведь он не знал что делать. Поиски лекарства никак не продвигаются. Его это и злило, и расстраивало. В голову начали лесть мысли о жене, а чуть позже и о сыне. Как он вообще? Эльф прекрасно понимал, что Эграссе тоже сейчас нелегко. Ему тоже тяжело. А отец не рядом. Он почувствовал вину. Сыну ведь тоже нужна поддержка. Нужна забота, внимание. Ему всего 7 лет. От осознание, в груди начало неприятно покалывать. Он сжал руки в кулаки, злясь на самого себя. Ему жаль мальчика, он видит как тот страдает от потери, от этого становится хуже. Тадмавриэль встал со стула и медленно пошёл к выходу из лаборатории. В его голове крутилось множество мыслей. И одна из этих мыслей "Нужно поддержать своего сына, нужно позаботиться о нём". Он закрывает дверь в лабораторию и идёт в комнату к Эграсселю. По дороге обдумывая слова, которые он скажет ему.
Примечания:
Я пыталась сделать всё красиво, но получилось как всегда.
Все новости и спойлеры в тг канале https://t.me/Rika_1025
