Мама, в нём сорок градусов

Последняя рюмка явно была лишней. Или последние три - Сергей затруднялся с подсчётом. Посиделки у графа Аверина затянулись за полночь. Участковый пристав Виктор Геннадьевич первым покинул особняк графа, кажется, в районе десяти, сославшись на предстоящую утром поездку к тёще. У Мончинского же планов на воскресенье не было, и, пользуясь расположением Гермеса Аркадьевича, он позволил себе в кои-то веки расслабиться. Работа в Управлении, хоть и увлекала, отнимала много сил, а несколько недавних громких дел, в которых Сергей сыграл не последнюю роль, окончательно его вымотали. Несмотря на разницу в возрасте и опыте, с графом у них постепенно сложились добрые приятельские отношения, и в его доме Сергей чувствовал себя спокойно и раскованно. Вероятно, именно это и сыграло с ним злую шутку. Под непринуждённую беседу и виртуозные угощения домработницы Аверина Маргариты компания сначала приговорила вишнёвую наливку, а затем и марочный коньяк, принесённый Виктором Геннадьевичем. Графский див Кузя довольствовался клубничным компотом, а див Мончинского, всегда сдержанный и холодный Владимир, с явным удовольствием цедил бокал сухого красного вина. Впрочем, общими усилиями усаженный за стол и втянутый в разговор, Владимир тоже несколько раскрепостился и даже, заручившись разрешением своего колдуна, позволил себе снять опостылевший пиджак. Опьяневший Сергей откровенно любовался перекатами крепких мышц дива под белоснежной рубашкой и одёрнул себя, лишь наткнувшись на вопросительный взгляд Владимира. Сергею даже показалось, что за бокалом див спрятал короткую усмешку. Он смутился и опустил глаза. Обычно молодой колдун держал себя в руках и не позволял крамольным мыслям задерживаться в голове. Свои любовные предпочтения он тщательно скрывал ото всех, и, пожалуй, только его мать догадывалась о нестандартных вкусах сына, но тему лишний раз не поднимала и допросов не устраивала. Сергей же не стремился завязывать отношения, поставив в приоритет карьеру и развитие колдовского потенциала. Да и свободных мужчин со схожими интересами поблизости не наблюдалось. Но здоровый мужской организм требовал своего, а высокий градус выпитого за столом вовсе не способствовал сдержанности. Чего греха таить, своего дива Сергей считал привлекательным. Он, конечно, осознавал, что внешность Владимира - всего лишь одна из его личин, но в повседневной рутине это знание уходило на второй план. Когда они ежедневно трудились бок о бок в Управлении, выезжали на вызовы, а порой даже оставались вместе на несколько дней в доме Мончинских, Сергей воспринимал Владимира скорее как напарника, соратника, иногда даже наставника или старшего товарища. Несмотря на то, что он регулярно наблюдал и другие формы дива, в том числе демоническую, а сам Владимир не уставал напоминать о своём истинном происхождении и о сути их взаимоотношений, Мончинский продолжал вести себя с ним по-человечески. Не склонный к грубости, насилию или агрессии, Сергей даже в спорные моменты стремился решать проблему разговором, наказывать дива отказывался наотрез, а колдовскую силу предпочитал демонстрировать в бою и на тренировках. В такие моменты он порой не без удовольствия замечал, как на мгновение теплеет обращённый на него взгляд Владимира, обычно равнодушный и прохладный. Дивы любят чувствовать силу хозяина - это Сергей знал ещё со времён обучения, хоть и не совсем понимал, что именно они испытывают. И всё же считал, что связь следует укреплять не жестокостью и деспотизмом, а совместным трудом и общением. Коллеги поначалу подтрунивали над Мончинским, считая его чересчур мягким и слабовольным. Но связь молодого колдуна с его дивом крепла, а результаты в работе говорили сами за себя. Пересуды сошли на нет, и даже Владимир стал реже упрекать Сергея в излишнем добросердечии. На самом деле, они неплохо сошлись. Див периодически гостил у Мончинских и, как бы ни упирался вначале, всё же сдался под напором Сергея и его матери, Елены Николаевны: стал ужинать с ними за одним столом, ночевать в выделенной ему спальне и даже менять казённую форму на домашний костюм. И Сергей считал это своей маленькой победой. Владимир по-прежнему не гнушался колкими высказываниями или резкими замечаниями в его адрес, но Сергей больше не воспринимал их как посягательство на свой авторитет. По большей части советы дива пригождались, а за строгим тоном скрывалось, как колдун ощущал через узы, нечто схожее с беспокойством и даже заботой. То, что его симпатия к Владимиру выходит за рамки простого сотрудничества, Сергей понял не сразу. И пришёл в замешательство, осознав, что див привлекает его как человек. Как мужчина. Он знал, что подобные связи случаются, но имеют обычно принудительный характер и вовсе не похожи на обоюдную привязанность. Он такое не одобрял, потому твёрдо решил, что никогда не отдаст диву компрометирующий приказ и постарается ничем не выдать себя. Конечно, была связь, и Сергей затруднялся сказать, способен ли див через неё считать направленное на него желание колдуна. Он надеялся, что Владимир просто не обратит на это внимание или не сможет классифицировать чужие эмоции. В том, что див не станет по своей воле задавать ненужных вопросов, колдун был уверен и так. Чего Сергей точно не ожидал, так это того, что к концу приятного вечера в дружеской компании его фантазия, подстёгнутая выпивкой, потечёт совсем не в то русло. Взгляд снова метнулся к Владимиру, пробежался по длинным ровным пальцам, покачивающим почти пустой бокал, переместился на предплечья и пополз выше, пока не натолкнулся на лёд светло-голубых глаз. Див прямо смотрел в ответ, его красивое спокойное лицо, казалось, ничего не выражало, но Сергей почувствовал, как дрогнули узы. На фоне о чём-то распинался Кузя, и Мончинский понял, что давно потерял нить беседы. Он кашлянул, разрывая зрительный контакт, и неловко завозился в кресле, пытаясь собраться. - Прошу прощения, Сергей Дмитриевич, - негромко проговорил Владимир, наклоняясь к нему и отставляя в сторону свой бокал, - Вам не кажется, что мы уже злоупотребляем гостеприимством Его сиятельства? - О, конечно! - вскинулся Сергей. - Гермес Аркадьевич, мы так засиделись! Вам давно следовало нас спровадить. - Ну что Вы, Сергей Дмитриевич, - усмехнулся Аверин, - в приятной компании и время летит незаметно. Хотя, пожалуй, мы и вправду увлеклись. Граф многозначительно взглянул на опустевшие бутылки и приподнял брови. - Зато как обалденно отдохнули! - радостно заметил Кузя. - Вы же ещё придёте к нам?! На последних словах див стушевался и уставился в пол, решив, видимо, что перегнул палку, проявляя инициативу. Но Гермес Аркадьевич, казалось, совсем не разозлился. - Конечно, мы всегда рады Вам, Сергей Дмитриевич, - подтвердил он, - и тебе, Владимир. Обязательно повторим при случае. Див вежливо склонил голову, благодаря, первым поднялся из-за стола и ловким движением надел свой пиджак. - Я помогу, - тихо сказал он, заметив, что Сергею едва ли удаётся встать. Владимир придержал колдуна за локоть, помогая выбраться из кресла. Сергея повело, алкоголь ударил в голову, и он зарделся, осознавая своё бедственное положение. - Извините мне мой неприглядный вид, Гермес Аркадьевич, - пролепетал он, прилагая максимум усилий, чтобы удержаться на ногах, - обычно я не склонен к возлияниям, не рассчитал. - Не берите в голову, мой друг, - улыбнулся Аверин, - с кем не бывает! С Вами Владимир, а, значит, я спокоен, что до дома вы доберётесь в целости и сохранности. Это главное. - Не извольте беспокоиться, Ваше сиятельство, - отозвался Владимир. - Я прослежу, чтобы всё было в порядке. Он слегка подтолкнул Сергея вперёд и сам пошёл рядом, аккуратно поддерживая за талию. - Пойдёмте, хозяин, нужно одеться, - шёпотом произнёс он ему на ухо. - Машина у ворот, долго идти не придётся. Сергей решил во всём слушаться своего дива и медленно побрёл в прихожую, где Владимир на пару с Кузей сумели-таки надеть на него объёмную тяжёлую шубу. Ещё раз поблагодарив за вечер, гости наконец распрощались с графом и его дивом и вышли на улицу. Поляна перед домом накрылась тонким слоем свежего снега. Пушистые белые хлопья кружились в морозном воздухе. Сергей остановился на полпути, запрокинул голову и уставился в раскинувшуюся над ними темноту, вдыхая носом ночной холод. - Хозяин, - то ли позвал, то ли спросил Владимир. Сергей перевёл на него подёрнутый дымкой взгляд и засмотрелся на снежинки, запутавшиеся в светлых волосах дива. - Красиво, - тихо сказал он. - Да, ночь действительно прекрасная, - кивнул Владимир. Усмехнувшись, Сергей продолжил путь к машине. Владимир открыл ему дверь и помог устроиться на пассажирском сидении, а сам в мгновение ока занял место водителя и завёл мотор. - Ты ведь тоже пил, - запоздало вспомнил Сергей, - это ничего? - Ничего, - ответил Владимир и нажал на газ. Он ехал аккуратно и не слишком быстро, но Сергея, укутанного в тёплую шубу, всё равно укачивало. Он приоткрыл окно наполовину и глубоко вдохнул морозную свежесть, стало немного легче. - Простудитесь, - предостерёг див, покосившись на колдуна. - Да брось ты, Владимир, - отмахнулся Сергей, - я так пьян, что капля свежего воздуха вряд ли хоть как-то мне навредит. Чёрт бы побрал эту шубу! Жарко, как в преисподней! Сергей вдруг принялся елозить, пытаясь высвободиться из мехового плена, что, впрочем, получалось неважно. Он путался в рукавах, половина пуговиц так и остались застёгнутыми, а полы обернулись вокруг бёдер и не давали нормально шевелиться. - Сергей Дмитриевич, успокойтесь, - прозвучал твёрдый голос Владимира, - мы скоро приедем, подождите немного. Но Сергей, словно не слыша его, продолжал крутиться и дёргать туда-сюда ни с того, ни с сего опротивевшее ему одеяние. - Да что же это такое, - пробормотал себе под нос див и свернул на обочину. Едва автомобиль остановился, Сергей тоже резко замер и непонимающе уставился на Владимира. Тот выглядел напряжённым. - Злишься? - спросил Сергей первое, что пришло в голову, и обмяк на сидении, оставляя в покое многострадальную шубу. - Нет. Хочу Вам помочь, но не понимаю, как именно. Сергей шумно вздохнул и пожал плечами. Владимир вдруг подался к нему и принялся расстёгивать пуговицы на шубе, а затем потянул её с плеч колдуна. Сергея пуще прежнего бросило в жар. Затаив дыхание и не отводя взгляда от сосредоточенного лица дива, он позволил тому выпутать свои руки из рукавов. Без тяжёлой одежды он почувствовал себя свободнее, но головокружение не отступало. Близость Владимира, ощущение чужих рук на своём теле, неравнодушие дива - всё это будоражило, а сорвавшийся с цепи разум подбрасывал картинки одну пикантнее другой. Сергей стремительно терял остатки самоконтроля. В висках стучало, рубашка на спине промокла насквозь, а в паху потяжелело. Невыносимо хотелось протянуть руку к диву и тоже дотронуться. - Хозяин, Вам плохо? - Голос Владимира звучал будто издалека. - Так плохо, что даже хорошо. - Сергей издал сдавленный смешок. - Что Вы имеете в виду? - Так бывает, - расплывчато ответил колдун и, откинувшись на спинку, сдул со лба упавший локон. - У людей. У дивов, наверное, нет. - Если мне плохо, то плохо, - подтвердил Владимир. - А если хорошо, то хорошо. - Тебе хорошо со мной? - Вопрос вырвался раньше, чем Сергей успел прикусить язык. - В смысле, как с напарником и... - Да, мне хорошо с Вами, Сергей Дмитриевич, - перебил его див. - Вы порядочный человек, ответственный коллега и талантливый колдун. Хоть и отказываетесь в полной мере проявлять свою силу. Но я знаю, на что Вы способны. - И на что же? - Сегодня, в доме его сиятельства, я ощущал через связь Ваши эмоции. Вы смотрели на меня иначе, чем обычно. - Иначе? - Голос Сергея дрогнул. - Так, будто хотели дать волю силам. Обратить их на меня. Владимир произнёс это с такой интонацией, что у Сергея защипало загривок. То, что див различил его желание, взволновало и напугало одновременно. Поддавшись невесть откуда взявшемуся азарту, Сергей задал следующий вопрос. - Владимир, и что же, по-твоему, я хотел сделать с тобой? - Не знаю. - Див задумчиво провёл пальцем по губам, и Сергей взглядом проследил жест. - Вы не любите наказания, не склонны к грубости. Не похоже, чтобы Вы хотели причинить мне боль. - Конечно, нет, - мотнул головой колдун, прядь волос снова упала на лицо. Владимир протянул к нему руку и мимолётным движением поправил русый локон, задевая лоб. Пальцы дива были очень тёплыми. - Ты говоришь так, словно проявление силы связано исключительно с жестокостью, - заметил Сергей. - По большей части именно таким способом люди демонстрируют власть, - спокойно ответил див. - Но ведь не всегда... - с сомнением произнёс Мончинский. - Владимир, подожди, я что-то совсем запутался. Див вопросительно изогнул пшеничную бровь. Сергей, с трудом собирая воедино разбегающиеся мысли, продолжил: - Судя по твоим словам, сила колдуна приносит диву преимущественно страдания. Тогда зачем ты из раза в раз требуешь от меня проявлять её в отношении тебя?! - Я не смею требовать, хозяин. - Владимир покорно склонил голову. - Я лишь делаю то, что могу, чтобы помочь Вашему потенциалу раскрыться. - Ты что-то недоговариваешь, - подозрительно прищурился Сергей и заметил, как губы дива на секунду дрогнули в подобии такой редкой для него улыбки. - Прикажете объяснить? - Лицо Владимира вновь стало непроницаемым. - Попрошу, - поправил Сергей. - Говори как есть. - Как пожелаете. - Владимир снова кивнул. - Дело в том, что див чувствует себя по-особенному, когда хозяин даёт выход силе. Находиться бок о бок со своим колдуном, который открыто демонстрирует возможности, не сдерживает мощь - это обалденно, как выразился бы Кузя. - На что это похоже? - Снедаемый любопытством, Сергей даже подвинулся ближе, чтобы ничего не пропустить. - Пожалуй, это схоже с человеческим опьянением. Будто частично лишаешься воли и вверяешь себя другому человеку. А ещё... Владимир внезапно замолчал, глядя в мерцающую снежными крупицами тьму за лобовым стеклом, словно размышляя, стоит ли раскрывать все карты. - Ну же! - Сергей едва сдерживал нетерпение, настолько сильно ему хотелось понять. - Люди называют это возбуждением. - Зрачки дива сузились, превратившись в вертикальные щёлки, но спустя миг вернулись в обычное состояние. Нетрезвый разум Сергея не смог сформулировать ничего пристойного в ответ, кроме протяжного "о-о-о". Такого признания от своего дива молодой колдун совсем не ожидал, а, услышав, окончательно растерял остатки самообладания, захлебнувшись потоком нахлынувших образов. - Хозяин, поедемте домой. - Ровный голос Владимира вернул его в реальность. - И окно лучше закрыть - Вы замёрзли, у Вас уже губы синие. Сергей только сейчас понял, что салон автомобиля действительно выстудился. Он вздрогнул, облизал приоткрытые губы и, поспешно подняв стекло, кивнул. Владимир исподлобья проследил за его действиями и, убедившись, что хозяин готов, тронулся с места. Дальше они ехали в тишине. Владимир уставился на дорогу и не проронил больше ни слова, а растревоженный Сергей пытался уложить в голове всё сказанное дивом. Но одурманенный мозг упорно подбрасывал чертовски привлекательные картинки, иллюстрирующие описанное Владимиром. Колдун, полностью потерявшийся в эмоциях, неясных отголосках связи и так некстати охватившей тело похоти, весь сжался в комок и вперил расфокусированный взгляд в сложенные на сведённых коленях ладони. Было жизненно необходимо успокоиться, но никак не получалось. - Приехали, хозяин, - объявил Владимир, паркуясь у тротуара. - Я вас провожу. Заглушив мотор, он в долю секунды оказался возле пассажирской двери, распахнул её и протянул Сергею руку. Колдун только непонимающе посмотрел на раскрытую ладонь перед своим лицом, а потом поднял глаза на дива. - Сейчас, я всё сделаю сам, - тихо произнёс тот. Владимир без особых усилий извлёк обескураженного Сергея наружу, наспех закутал его в шубу и, для удобства закинув его руку себе на плечо и придерживая за пояс, повёл к дому. Прижатый к твёрдому телу своего дива, сбитый с толку усилившимся головокружением, с пылающим от ночного мороза лицом, Сергей отчего-то захотел смеяться. Подавляя рвущиеся из горла смешки, он с трудом волочил ноги по присыпанной снегом дорожке, увлекаемый вперёд Владимиром. Снег усилился, захотелось, как в детстве, высунуть язык и ловить холодные хлопья. Едва они оказались в полутёмном холле, освещённом лишь притаившимся в углу торшером, из глубины квартиры донеслись шаги. - Серёжа, это ты? - окликнула Елена Николаевна, появляясь из-за угла. - Ой, что же это?! Володя, и ты здесь? Женщина, одетая в домашний халат и ночной чепец, скрывающий причёску, застыла в дверном проёме, удивлённо взирая на представшую перед ней картину. - Ма-ам, - протянул повисший на плече дива Сергей и расплылся в глупой улыбке, - ты чего...это...не спишь? А мы тут... Вот. Он многозначительно повёл рукой в воздухе и хихикнул. Несмотря на самостоятельность, карьерные успехи и возраст, при матери он чувствовал себя нашкодившим подростком. - Добрый вечер, Елена Николаевна. - Владимир поприветствовал хозяйку лёгким наклоном головы. - Извините за позднее вторжение. - Всё хорошо, мам. - Сергей сделал шаг навстречу, но тут же споткнулся и не свалился лишь благодаря диву, крепко удержавшему его за талию. - Гермес Арка.. Гермес Аркадьич принимал нас в своём доме, мы чуточку засиделись. Я выпил...немало! Ой... Вообще-то, Сергей хотел сказать "немного", но что-то пошло не так. Прикрыв рот ладонью, он сдавленно хохотнул. - Это я вижу, - с шутливым укором заметила Елена Николаевна. - Иди-ка ты спать, Серёжа, время позднее. Твоя комната тоже готова, Володя. Ты же останешься? Незачем ехать куда-то среди ночи. Как бы Сергей ни уговаривал мать, та упорно продолжала использовать именно такую форму имени Владимира, а тот, конечно, не поправлял женщину. Видимо, всем Мончинским было не чуждо очеловечивать дивов. Елена Николаевна, знакомая только с человеческой личиной Владимира, обычно характеризовала его как "весьма приятного молодого мужчину". И нередко вслух делилась своей радостью относительно того, как её сыну повезло служить вместе с таким серьёзным, опытным напарником. - Благодарю за гостеприимство, - отозвался див, - думаю, Сергею Дмитриевичу нужна небольшая помощь. Я провожу его в комнату, если Вы не возражаете. - Нисколько. - Мягко улыбнувшись, женщина потрепала сына по голове. - Доброй ночи, молодые люди. Хорошо, что вы дома. Сергей ощутил, как на долю секунды напряглась связь, но в его состоянии нетрудно было и ошибиться. Владимир внешне оставался собран и невозмутим. Он взаимно пожелал Елене Николаевне приятных снов и развернулся к хозяину. Заметив, как с волос дива стекает подтаявший снег, Сергей, поддавшись неведомому порыву, потянулся к нему и кончиками пальцев стёр с виска прохладные капли. Связь снова слабо дрогнула. - Давайте уже избавим Вас от этой шубы и отправимся отдыхать, - никак не прокомментировав жест, предложил Владимир. - Постойте минуту, пожалуйста, я быстро. Сергей толком не понял, как оказался без верхней одежды и обуви. Владимир снова приобнял его за пояс и повёл вглубь квартиры. - Ты нравишься моей маме, - зачем-то сообщил Сергей. - Воло-о-одя... Он засмеялся и с удивлением услышал, как подобие смешка издал и Владимир. - Я знаю, - голос дива, однако, ничем не выдавал его реакции, - она сама об этом упоминала. И не единожды. Они добрались до спальни Сергея. Владимир подтолкнул колдуна вперёд и, как только они оба оказались внутри, плотно притворил дверь за своей спиной и щёлкнул выключателем, зажигая маленькие настенные бра. - Мне тоже, - застыв посреди комнаты, вдруг выдал Сергей. - Мне ты тоже нравишься. Щёки тут же вспыхнули, когда он осознал сказанное. Но отступать было некуда - Владимир высился монолитным изваянием буквально в паре шагов от него и пристально смотрел в глаза. Нити связи ощутимо вибрировали, и теперь Сергей был уверен, что это точно не плод его хмельного воображения. - Сергей Дмитриевич, Вы нетрезвы... - начал Владимир, но договорить ему не дали. - А, может, это вовсе не из-за выпитого? - вскинулся колдун и слегка покачнулся, делая крохотный шаг вперёд. Его охватил странный кураж, резко захотелось вытворить какую-нибудь глупость - из тех, о которых потом приятно вспоминать, но никому нельзя рассказывать. Сергею - скромному по своей сути, но всегда старательному, исполнительному и самоотверженному в делах - подобные настроения были не свойственны. Тем острее ощущалось это спонтанное душевное бунтарство - разгоняющиее пульс до предела, полыхающее огнём в груди и румянцем на бледных щеках, пронизывающее каждую клеточку молодого тела. Сергей сделал ещё один шаг. - Чего Вы хотите, хозяин? - Голос Владимира прозвучал ниже обычного. - Тебя. Короткое слово, произнесённое хриплым шёпотом, оглушило в первую очередь самого Сергея. Густую тишину, повисшую в полумраке спальни, можно было резать ножом. Владимир не шелохнулся, только его зрачки расширились, закрывая собой голубую радужку. Отсветы тёплых ламп красиво обрисовывали его монументальный силуэт. Сергей, сбросив оцепенение, решительно двинулся вперёд, пока не оказался буквально нос к носу с дивом. Беглый взгляд колдуна скользнул по нечитаемому лицу и остановился на сжатых губах, казавшихся сухими и холодными, но от того не менее манящими. - Вы вольны поступать, как пожелаете, - наконец проговорил Владимир и, по-своему истрактовав слова колдуна, без промедления оказался на коленях со смиренно сложенными за спиной руками. От этой напускной покорности Сергея передёрнуло - не того он ожидал и не того хотел. Затопившая его было волна страсти резко схлынула, подобно отливу, обнажая тревогу и отчаяние. - О, нет, Владимир, нет-нет-нет, - зачастил он, опускаясь на пушистый ковёр напротив дива, - я совсем не то имел в виду. Я не собираюсь тебя... Не собираюсь ничего делать против твоей воли, честно! Сергей подполз на коленях совсем близко и с молчаливой мольбой заглянул в склонённое лицо дива. - Мне просто, показалось, что ты тоже... - робко признался он. - В общем, уже не важно. Наверное, я действительно слишком пьян и ошибся. Прости меня и... - Вы не ошиблись, - на грани слышимости произнёс Владимир и поднял на него блестящие глаза, но тут же снова замолчал. - Объясни, пожалуйста, я не понимаю, - взмолился Сергей, старательно прислушиваясь к связи в надежде различить там хоть что-нибудь внятное, но ловя лишь отголоски то ли тревоги, то ли раздражения. Он всё-таки решился коснуться Владимира и осторожно дотронулся до его плеча. Див не шелохнулся, но на долю секунды по его бесстрастному лицу пробежала тень нечитаемой эмоции. - Я уже говорил, как может колдун влиять на дива, - расплывчато ответил Владимир. - Погоди... - Внезапная догадка заставила Сергея вспыхнуть. - Ты что же, хочешь, чтобы я продемонстрировал силу? - Мне понравилось то, что я чувствовал сегодня от Вас там, в доме Его сиятельства, - признался Владимир. - Вы хотели овладеть мной. И сейчас тоже хотели, но я, видимо, сделал что-то не так. - Провались я в Пустошь... - выдохнул Сергей, застигнутый врасплох такой прямотой. - Ты же понимаешь, что я не хотел тебя подчинить? Уж точно не так, как ты привык видеть! Кажется, впервые с момента их знакомства колдун увидел на лице Владимира нечто похожее на замешательство. - Думаю, Вы могли бы приказать мне, - див помедлил и продолжил вкрадчиво, - сделать что-то приятное для Вас. Вы заведены и взбудоражены, я мог бы помочь. Брови Сергея взлетели вверх, а пальцы, так и лежащие на плече дива, непроизвольно сжали ткань пиджака. - Владимир, ты же не вещь, - запальчиво затараторил Сергей. - Ты не моя собственность, запомни это, и я не собираюсь использовать тебя для... Личных нужд. Див кивнул, давая понять, что услышал. В связи проскользнули нотки разочарования. Сергея, окончательно сбитого с толку, вдруг осенила сумасбродная идея, но анализировать её он был не в состоянии, поэтому сходу выдал первое, что сумел. - У меня есть предложение. Если ты так хочешь, я покажу свою силу. Так, как посчитаю нужным. Владимир посмотрел на него заинтересованно. И, воодушевившись его реакцией, Сергей воспрянул духом. Он плохо представлял, чем обернётся его затея, но азарт вернулся, а вместе с ним - и желание наконец-то прикоснуться к этим чёртовым губам в сантиметрах от него. - Владимир, - он постарался, чтобы голос звучал твёрдо, - сейчас ты выполнишь всё, что я прикажу. Ты не будешь сопротивляться, но, если тебе что-то не понравится, сразу об этом скажешь. Он замолчал, предоставляя диву возможность ответить. - Да, хозяин, - отозвался тот, наклонив голову. Сергей глубоко вздохнул и приступил к делу. В висках бешено стучала кровь. - Сними свой пиджак. Он слегка отстранился, и Владимир немедленно выполнил просьбу, оставшись в рубашке и брюках. Сергей протянул руку и мягко провёл по его груди, ощущая под хлопковой тканью крепкие мышцы. Придвинувшись совсем вплотную, он коротко взглянул на застывшее лицо дива и начал аккуратно расстёгивать пуговицы. Пальцы слушались плохо, но Сергей был упорным. Расправившись с половиной, он взялся за воротник и распахнул рубашку, взгляд упал на внушительную плетёную цепь на шее дива. Он взялся за ошейник и слегка потянул, вынуждая Владимира немного податься навстречу. До одури хотелось целоваться, но он не стал торопиться, не зная, к тому же, как отреагирует див. Пока что тот вовсе не двигался и смотрел в основном куда-то за спину колдуна, лишь изредка бросая короткие взгляды на его лицо. Отпустив цепь, Сергей запустил пятерню в немного растрепавшиеся светлые волосы дива и стал перебирать их, задевая короткими ногтями кожу головы. Владимир на мгновение сомкнул веки, и в этот момент Сергей склонился к нему, чтобы коснуться губами сначала гладкого лба, следом одной ровной брови, затем второй и спуститься ниже к острой скуле. Покрывая невесомыми поцелуями лицо Владимира, он сам прикрыл глаза, а, распахнув их, когда связь зарябила, столкнулся с ошарашенным льдистым взглядом. - Ты хочешь мне что-то сказать? - хриплым шёпотом поинтересовался Сергей. Див на это отрицательно мотнул головой. - Тогда продолжим. Сергей запустил одну руку за воротник рубашки и обхватил шею Владимира, вторая легла на обнажённую грудь. Колдун втянул носом сгустившийся воздух, провёл раскрытой ладонью по горячей коже, до ключиц и обратно, попутно поглаживая шею и загривок. Отсутствие ответных действий смущало, а напряжение, волнами бьющее по связи со стороны дива, вызвало у Сергея ассоциацию с приручением норовистого жеребца. Только вот "жеребец" словно затаился, и было неясно, терпит ли он, готовясь взбрыкнуть с минуты на минуту, или всё же испытывает хоть толику того удовольствия, что и его хозяин. По связи не ощущалось ни ярости, ни агрессии - это придало Сергею уверенности. Пока хмель окончательно не выветрился из головы, он решил действовать смелее. Всё-таки он обещал диву демонстрацию силы, пусть и в своём понимании. Продолжая оглаживать контуры грудных мышц и крепко держась за шею Владимира, Сергей притянул сам себя вплотную к нему и, склонив голову, прильнул губами к нежному местечку под ухом. Там пахло Владимиром - терпко, солоновато и одуряюще хорошо. Не удержавшись, Сергей лизнул раскалённую кожу, Владимир шумно вздохнул. Вдохновлённый, колдун прочертил языком влажную дорожку вдоль линии крепко сжатой челюсти, оставил пару поцелуев на шее, лизнул дрогнувший кадык и выпрямился, чтобы наконец завладеть желанными губами. Мягкие и сухие, они оставались сомкнутыми, пока Сергей поочередно прижимался то к верхней, то к нижней. - Поцелуй меня, - прозвучало не столько требовательно, сколько просяще. И Владимир ответил, будто только и дожидался приказа - мягко коснулся губ хозяина, а потом приоткрыл рот, выпуская на волю горячий язык. Провёл им по губам Сергея, словно пробуя на вкус, и с готовностью отозвался, когда тот толкнулся навстречу своим. Сергей простонал в поцелуй и, рванув рубашку с плеч дива, всем телом прильнул к нему, беспорядочно шаря ладонями по предплечьям и плечам. Касаться Владимира так открыто было восхитительно. - Ляг на спину. - Разорвав поцелуй, Сергей упёрся ладонями в грудь дива, подталкивая. Владимир, сфокусировав на нём немигающий голодный взгляд, в два счёта избавился от измятой рубашки и беспрекословно улёгся на ковёр, вытянув руки и ноги. - Ты же помнишь, что должен сказать мне, если захочешь всё прекратить? - на всякий случай уточнил Сергей. - Да, хозяин, - ответил Владимир. - Хорошо. Откровенно любуясь раскинувшимся перед ним мужчиной, Сергей быстро разделся выше пояса. Он не был чрезмерно искушён в любовных утехах и действовал больше по наитию, но энтузиазма ему было не занимать. В брюках давно было тесно, но он не стремился к быстрой разрядке - задача стояла другая. Хотелось доказать диву, что в некоторых случаях мягкая сила куда более эффективна, чем принуждение и жестокость. А если Сергей ставил перед собой цель, то шёл к ней планомерно и настойчиво. Он на коленях подполз к Владимиру сбоку и огладил обнажённый торс, то спускаясь почти к самому поясу брюк, то поднимаясь к шее. Напряжённые мышцы рельефно вырисовывались в приглушённом жёлтом свете ламп. Проведя ладонью по плоскому животу, Сергей наклонился и дотронулся губами до соска. Плотнее обхватив его, он сделал пару круговых движений языком и затем проделал то же самое со вторым. От него не укрылось, как в ответ на эту нехитрую ласку под его рукой напряглись мышцы живота дива. Царапнув ногтями пресс, Сергей кончиками пальцев провёл вдоль дорожки светлых волосков, уходящей под брюки, и на ощупь стал расстёгивать ремень, а следом пуговицу. Проскочила мысль, что он не до конца знаком с особенностями физиологии дивов. Само собой, он не раз мельком видел Владимира обнажённым, когда тот перекидывался из одной формы в другую и одежда не сразу оказывалась поблизости. Но о том, способна ли человеческая личина испытывать плотские удовольствия, не задумывался. Предстояло это выяснить, и Сергей, выпустив изо рта влажный от слюны сосок, переполз к коленям Владимира и потянул вниз его брюки. В груди вспыхнул восторг, когда он увидел контуры вставшего члена под бельём. Сладкая судорога прошила копчик, а с губ колдуна сорвался короткий выдох. - Приподнимись, - скомандовал он, и див оторвал таз от пола, чтобы было удобнее снять брюки. Высвободив длинные ноги дива из штанин, Сергей придержал в руке одну из его ступней и легонько провел подушечками по выступающим венам. Владимир был идеальным, от макушки до пальцев ног - по крайней мере, так казалось Мончинскому. Вернув ступню на ковёр, он медленно двинулся вверх вдоль тела дива, ведя ладонями по сильным ногам, пока не достиг бёдер, на которых и устроился, оперевшись коленями по бокам от горячего тела. В пах упёрлось чужое возбуждение, и Сергей плавно вильнул тазом, проезжаясь по выраженной выпуклости. Он наконец решился взглянуть на Владимира, тот смотрел на него прямо, широко распахнутыми глазами с заполонившими радужку зрачками. Его щёки едва заметно порозовели, а губы были приоткрыты. Сергей набросился на них жадным поцелуем, раздвигая языком и проникая внутрь. Собственный член требовал внимания, и Сергей снова толкнулся бёдрами, вторя движениям языка. Руки беспорядочно блуждали по торсу и плечам дива, лаская распалённую кожу. Сила трепетала на кончиках пальцев от соприкосновения с желанным телом, покалывала искрами, стремясь вырваться на свободу. Сергей сместился поцелуями к шее, облизал и слегка прикусил кожу, и Владимир откинул голову назад, подставляясь. Колдуна прошило острой вспышкой наслаждения - то ли чужого, по связи, то ли своего собственного от осознания покорности дива. Зная, что следов все равно не останется, Сергей сильнее сомкнул зубы на стыке шеи и плеча и, успокаивая, прошёлся языком по месту укуса. Если бы он был дивом, то, наверное, сожрал бы Владимира целиком. О том, что сам Владимир с удовольствием сожрал бы его, колдун предпочитал не думать. Он снова сполз ниже, не преминув на мгновение сильнее вжаться в чужой пах своим, и принялся выцеловывать хаотичные узоры на груди дива, попутно ныряя ладонью под бельё. Сердце сорвалось в голоп, когда Сергей сомкнул пальцы вокруг крупного члена и на пробу двинул рукой. Уперевшись лбом в солнечное сплетение Владимира и тяжело дыша, он повторил манёвр, задавая плавный, тягучий ритм. Собственное покрывшееся испариной тело полыхало от желания. - Хозяин, - вдруг подал голос Владимир, - подождите. Это неправильно. У Сергея сердце ухнуло вниз. Он нехотя поднял голову и сфокусировал поплывший взгляд на обеспокоенном лице дива. - Это неправильно, - повторил тот. - Вы не должны... Это я должен... Делать Вам приятно. К вящему удивлению Сергея, див казался смущённым. - Тебе не нравится то, что я делаю? - спросил он. - Отвечай честно. - Нравится, - тихо ответил Владимир, отводя глаза. Сергей решил идти до конца. Выпрямившись, он свободной рукой взял Владимира за горло и слегка сжал. - Посмотри на меня, - потребовал он. Светлые ресницы дрогнули, и из-под них на него уставились голубые глаза. - Ты, кажется, забыл мой приказ. Своенравный див... Зрачки Владимира сузились, а язык на мгновение скользнул по приоткрытым губам. - Твой колдун желает, - голос сорвался, но Сергей продолжил, сглотнув, - чтобы ты получал удовольствие. Это понятно? Див быстро кивнул. - Тогда не мешай мне. - Пальцы чуть сильнее сдавили шею, не причиняя, впрочем, никакого вреда. - И я буду делать то, что посчитаю нужным. Ты по-прежнему можешь сказать, если что-то не понравится. Сергей ослабил хватку и, не дожидаясь ответа, поцеловал Владимира в губы. Тот откликнулся, и Сергею на секунду показалось, что языком он почувствовал удлинившиеся клыки, но, когда решил проверить, зубы дива были обычными. Тело колдуна тряслось от возбуждения. Разорвав поцелуй, он рывком спустился к паху Владимира и стянул его бельё к коленям, высвобождая налитую кровью плоть. На животе дива блеснул след от выделившейся смазки. Сергей не долго думая слизнул его широким мазком, сквозь шум в ушах уловив вырвавшийся из груди Владимира сдавленный стон. Придержав член за основание, Сергей дотронулся до покрасневшей головки кончиком языка, собирая вязкую влагу, а потом обхватил её губами. Ему понадобилось немного времени, чтобы приноровиться, но вскоре он уже аккуратно брал наполовину, помогая себе рукой. Когда он выпустил член изо рта и провёл языком по всей длине, обводя выступающие венки, Владимир, до этого притихший, выгнулся в пояснице и практически зарычал сквозь зубы. Пару раз рвано двинув кулаком вдоль ствола, Сергей снова взял в рот, на этот раз плотнее обхватывая бархатистую плоть, и задал интенсивный темп. Див выпустил когти и, проткнув ими ковёр, царапнул по деревянному полу. - Хозяин, - срывающимся голосом позвал Владимир, - хозяин, прошу Вас... - Что такое? - прохрипел Сергей, сталкиваясь с бешеным взглядом дива - суженные зрачки тонули в расплавленной стали, отсвечивающей золотистыми всполохами. - Прикажите мне, - выдохнул Владимир. - Прикажите не навредить Вам. Мне трудно сдерживаться... Пожалуйста, я не хочу причинить вам боль. Он зажмурился, переводя дух. Когти всё ещё скребли пол. Окинув его обалдевшим взглядом, Сергей собрал последние крохи самообладания. - Ты не причинишь мне вреда, не сделаешь мне больно, - твёрдо произнёс он и добавил на всякий случай, - и не сожрёшь меня. Интерьер желательно тоже не портить, но это опционально. Усмехнувшись, он взглянул на когти, которые тут же чуть уменьшились и выпустили ковёр. - Вот и договорились, - подытожил Сергей. Собрав большим пальцем смазку с головки дива и распределив её по члену, он возобновил движение рукой. Вкус Владимира и ощущение разгорячённой налившейся плоти на губах понравились колдуну, и отказывать себе в этом удовольствии он был не намерен. Заметив, что див, кажется, перестал паниковать и тоже отдался наслаждению, Сергей снова взял в рот. На этот раз он сосал более интенсивно, втягивая щёки и пуская в ход язык. Владимир зашевелился под ним, прогнулся, отрывая копчик от пола, и слегка качнул бёдрами навстречу. Сергей насколько смог расслабил горло, чтобы пропустить член глубже. Связь бушевала, стягиваясь обжигающими узлами под рёбрами. Упиваясь растущим в каждой клеточке блаженством и властью над чужим телом, Сергей, продолжая ритмично двигать головой, потянулся к так и лежащим по швам рукам дива и крепко обхватил запястья, сжимая. - Хозяин, - сбивчиво проговорил Владимир, - пожалуйста... Я тоже хочу... Вас... Позвольте мне, прошу, позвольте... Игнорируя его мольбы, Сергей лишь ускорил темп, предвкушая скорую разрядку дива. Набухшая головка толкалась ему в горло, заставляя слёзы скапливаться в уголках глаз. Но неистовая страсть настолько захлестнула колдуна, что о таких мелких неудобствах и мысли не было. - Сергей Дмитриевич, хозяин... - исступлённо бормотал Владимир, мотая головой из стороны в сторону. - Сергей Дмитриевич... Сергей... "Кончай же, Владимир, давай!" - Сергей отчего-то решил, что сможет передать послание через связь - такой сильной она ощущалась. Он почувствовал, как крупная дрожь сотрясла тело Владимира, член запульсировал на губах, див взвыл, сжимая зубы, и в рот брызнула густая сперма. Сергею показалось, что нити связи запели, мигнули, потрескивая, лампочки в настенных бра, в нос ударил запах озона, а кончики пальцев, сжатых на запястьях дива, обожгло магией. Он почти выпустил истекающую плоть, но не отодвинулся, позволяя остаткам семени испачкать губы и подбородок. Остальное он машинально проглотил, не испытав, впрочем, никакого дискомфорта. От зашкаливающих эмоций, наполнивших комнату запахов и вида разнеженного Владимира кружилась голова. Сергей потянулся к своему члену, понимая, что понадобится пара мгновений, чтобы довести себя до долгожданного финала. - Разрешите мне, хозяин. - Владимир приподнялся на локтях и смотрел на колдуна с нескрываемым восхищением. - Позвольте Вам помочь... Сергей только успел коротко кивнуть, как в следующий миг Владимир, оказавшись позади, перехватил его поперёк груди и прижал спиной к себе. Другой рукой он ловко расправился с застёжкой на брюках колдуна, приспустил бельё и сразу крепко обхватил сочащийся предсеменем член. Остатки самоконтроля Сергея разбились вдребезги, он застонал в голос, закрыл глаза и откинулся на плечо своего дива, вцепляясь в его предплечье. Как он и предполагал, хватило пары быстрых движений и несдержанного, на грани укуса поцелуя в шею, которым одарил его Владимир, чтобы, хрипло вскрикнув, достигнуть пика. Он обмяк и завалился бы на пол, если бы не крепкие руки, удержавшие его. Владимир помог ему осторожно опуститься на мягкий ковёр, а сам лёг рядом, касаяся расслабленной кисти колдуна тыльной стороной ладони. Сергей сосредоточился - связь ощущалась стабильной и, если можно так сказать, насытившейся. В голове царила блаженная пустота, и даже отголоски опьянения, казалось, исчезли. - С Вами всё в порядке, хозяин? - с привычной сдержанностью спросил Владимир. - Более чем, - хмыкнул Сергей и, лениво повернув голову, взглянул на спокойное лицо дива. - Скажи честно, тебе понравилось? - Это приказ? - Владимир улыбнулся уголками губ. - Научный интерес, - ухмыльнулся колдун. Владимир на долю секунды задумался, но заговорил, видимо, уловив напряжённость со стороны Сергея: - Со мной ещё никто не делал так... Не вёл себя, как Вы. Это была... Магия. Мне было очень хорошо, правда. И сейчас тоже хорошо. Див не может соврать своему колдуну. Сергей перевернулся на бок и нежно провёл пальцами по щеке Владимира, с тихой радостью подмечая, как доверчиво тот прикрывает глаза и подставляется под ласку. - Ты очень красивый. И мне тоже понравилось, - признался он. - Вот только... - Я всё-таки сделал Вам больно, да? - всполошился див. - У Вас были слёзы, я видел, простите. Как мне загладить вину? - Угомонись. - Сергей мягко потянул его за руку, заставляя улечься обратно, и переплёл их пальцы. - Мне не было больно, ты же знаешь. Но я хочу, чтобы в следующий раз ты тоже...ммм...принимал участие в процессе. - Это приказ? - Владимир игриво вздёрнул бровь. - Это приказ.

***

Сергей проснулся поздним утром в своей постели. В горле пересохло, но в остальном он чувствовал себя на удивление прекрасно. Владимира поблизости не наблюдалось. Потянувшись, он сел в кровати и осмотрелся. Ковра тоже не было. Дверь тихо открылась, и на пороге показался див, аккуратно причесанный и одетый в домашний костюм. - Где ты был? - спросил Сергей. - Отнёс в чистку ковёр, вчера он немного... Испачкался. А ещё я здесь, - Владимир кивком указал на пол, - кое-что попортил... Сергей переполз на край матраса и присмотрелся - на паркете в свете солнечных лучей ярко выделялись глубокие царапины от когтей. Вспомнив, при каких обстоятельствах они появились, он зарделся и упал обратно в одеяла, прикрывая лицо ладонями. - Извините, что так получилось, - услышал он. - Но Вы очень сильный колдун, Сергей Дмитриевич. У меня не было шансов устоять.