Инквизитор нового мира

Глаза бога смерти! Не только красные, а всех цветов радуги!

Только у нас! Вы сможете увидеть продолжительность жизни

других людей! Избавление от половины своей никчемной жизни

в подарок! Обращайтесь в Куюр и К, Гамми-Сити

В рекламе об этом не говорилось, но настоящие глаза бога смерти мог обрести не любой встречный, заплативший половиной жизни, а лишь инквизитор, пес Королевы, божий избранник. Таковым был мистер Найт. И обе половины его жизни были при нем. Помимо глаз бога смерти у мистера Найта было две тетради. Они немного отличались между собой по способу воздействия на преступника. В черную он записывал смертников, а в фиолетовую — тех, кого необходимо было подвергнуть допросу нулевой степени — неприятная, но эффективная процедура. Эффективная для всех, кроме одного — самого опасного человека Лондона, мистера Элвина Лоу. Мистер Найт как раз стоял перед огромными воротами его особняка. Каждое подобное посещение выматывало его, и он сам не понимал, почему. Мистер Лоу открыл ему сам — как всегда, бледный и взъерошенный, одетый как босяк, даром что потомок древнего английского рода. При виде мистера Найта он остался невозмутимым, словно они всегда встречались по пятницам для игры в бридж. — О, мистер Найт. Как поживаете? — Добрый день, мистер Лоу. Я к вам по делу. Мистер Лоу, разумеется, догадался, по какому делу, но по лицу его невозможно было прочесть ничего. Он был для мистера Найта как запертая изнутри комната, ключ к которой невозможно подобрать, и это вызывало у него крайнюю степень раздражения. — Вы будете обедать? — спросил мистер Лоу, забираясь с ногами на кресло. Никаких манер. Впрочем, с его деньгами он мог позволить себе и более эксцентричное поведение. — А что вы можете мне предложить к обеду? — М-м-м, дайте подумать. Фазана или куропатку. Вамми, пожалуйста, передай мистеру Найту крыло фазана. Или лучше передай ему все, пусть выберет сам по праву гостя. Призрачный дворецкий поставил перед мистером Найтом блюдо с фиолетовой птицей, действительно очень похожей на фазана. — Я лучше ущипну кусочек грудки, — улыбнулся мистер Найт, и мистер Лоу едва заметно вздрогнул. — Если вы не возражаете, драгоценный мистер Лоу. Мистер Лоу не возражал, но аппетит у него заметно поубавился. Зато мистер Найт с наслаждением вгрызся зубами в свежее мясо. — Кстати, кто это настрелял вам фазанов? Вам же запрещено ходить на охоту. — Но мне не запрещено получать посылки, — вежливо парировал мистер Лоу. — Настрелял их один мой знакомый охотник. Он всегда присылает мне дичь. Он произнес это с непередаваемым выражением лица и тем самым разозлил и без того злого мистера Найта еще сильнее. — Вот как. Повезло вам со знакомством, фазан отменный. Правда, я не вполне понимаю, почему он фиолетовый. — Это все соус, — пояснил мистер Лоу. — Вамми добавил в соус базилик. Вижу, вы готовы приступить к делу. Не тяните. Мистер Найт и не собирался тянуть. Спектакль-то с угощением затеял не он. — Где вы провели вчерашний вечер? Вижу работу мысли на вашем лице… говорите как есть, вы же знаете, что я проверю информацию. — В театре. Королевском театре, если быть более точным. О, он даже не сомневался, что мистер Лоу солжет. — Я знаю завсегдатаев театров Лондона и уже опросил несколько человек. Вас никто там не видел, мистер Лоу. — Я был в своей закрытой ложе. Хорошая отговорка. — Кто-нибудь может это подтвердить кроме вашего дворецкого? А то сами понимаете, он слишком вам предан. Он ненадежный свидетель. — Театральный служитель, который проводил меня в ложу, для вас достаточно надежный свидетель? — В зависимости от того, что вы ему дали — соверен или гинею. — Вы правы. Соверен и гинея сразу же переводят свидетелей в статус ненадежных. Мистер Найт откинулся на спинку стула, сложил вместе кончики пальцев обоих рук. — Мистер Лоу, мне неловко напоминать, но вы являетесь… пока что свидетелем по делу реставрационистов. Но уверен, если копнуть глубже, вы станете подозреваемым. Королева высоко ценит ваши заслуги, поэтому смерть вам не грозит даже в этом случае, вы будете использованы на благо Альбиона. Однако с некоторых пор вы находитесь под моим надзором, и я не желаю, чтобы вы выходили из дома вот так и исчезали неизвестно где. Если это понятно, переходим к следующему вопросу. Мистер Лоу кивнул, тем самым подтверждая, что он все понял. Хотя у мистера Найта оставались сомнения на этот счет. — Я сейчас занимаюсь поисками одного человека. Это актер вашего любимого «Стрэнда», Шерри Верне. Помните его? Мистер Лоу сразу оживился. Он, вероятно, действительно любил театр, даже если и не посещал его так часто, как утверждал. — Такой высокий, играл у них главные роли? — Вам виднее. Я не посещаю сомнительные места. — А что он натворил? Плохо сыграл братца Тома? Мистер Найт усмехнулся. — Он соучастник убийства. Слышали о безвременной кончине принца Дрого? Конечно, слышали. В газетах об этом не писали, но вы по вашим каналам, конечно, в курсе. Не надо лгать, мне достоверно известно об этом, ведь я читаю вашу почту. Мистер Лоу не стал отрицать этот факт. И более того, он продемонстрировал степень своей вовлеченности в дело следующим вопросом: — Разве делом принца Дрого не занят некий детектив-консультант? Королева думала поручить его мне, но что-то поменялось, как мне известно. — Этим делом теперь занят я. Итак, мистер Лоу. Где сейчас находится Шерри Верне? — Не знаю, — слишком уж быстро ответил мистер Лоу. — Я даже не знал, что он замешан в преступлениях против Короны. Вы можете это проверить, вы же читаете мою почту. «Ах ты, сукин сын! Все ты знал, ты же и помог это преступление спланировать», — зло подумал мистер Найт, однако на лице его сохранялось вежливо-надменное выражение. — Вы знаете и скажете мне, — холодно сказал он. — Последний раз я видел мистера Верне во время представления несколько дней назад, — словно рассуждая вслух, сказал мистер Лоу. — Откуда я могу знать, где он сейчас? За несколько дней много чего могло произойти. — Вы вынуждаете меня использовать тетрадь, мистер Лоу. Лицо мистера Лоу застыло — белая маска и на ней огромные черные глаза. Он даже не спросил, какую. Он знал, что черную тетрадь мистер Найт на нем использовать не мог, да и не хотел. — Даже если вы это сделаете, тайное знание о том, где находится некий актер, в моей голове не появится. Он еще пытается острить! — Ну, это мы сейчас проверим. — Собираетесь прикончить меня из-за того, что я не знаю, где человек, которого вы ищете? — Нет, вас же нельзя убивать. Думаю, двух-трех будет достаточно. Мистер Лоу сразу перестал улыбаться. Он знал, что за этим последует. Мистер Найт вынул из кармана сюртука фиолетовую тетрадь и чернильную самопишущую ручку, и, открыв нужную страницу, вписал имя мистера Лоу. «Сердечный приступ — тридцать секунд» — он мог задавать время пытки. По настоянию мистера Найта мистер Лоу регулярно проходил обследования сердца, чтобы было достоверно известно, сколько он может выдержать приступов подряд. Чтобы убить человека, нужно сорок секунд, но чтобы пытать, достаточно пятнадцати. У мистера Найта в фиолетовой тетради была целая страница, отведенная под мистера Лоу. По ней можно было проследить, сколько таких сердечных приступов он уже перенес. Мистер Найт равнодушно смотрел, как мистер Лоу схватился за сердце и тяжело дышал, мучительно втягивая воздух — пока еще на кресле. — Ну как, вы вспомнили, где сейчас Верне? — Я… не могу вспомнить... того, чего... не знаю, — прошептал мистер Лоу. — Еще раз, — сказал мистер Найт, поднимаясь со своего места. Он подошел поближе к мистеру Лоу и только потом снова записал его имя. Он хотел посмотреть на этот спектакль вблизи. Мистер Лоу схватился за сердце и сполз на пол… девять секунд, двенадцать, двадцать. Он пытался подняться, цепляясь за ноги мистера Найта, но у него не выходило, а мистер Найт ему не помогал. — Вам так нравится испытывать дикую боль? — Кому... это… нравится. Мистер Лоу с трудом поднялся на ноги. Зачем он это сделал? Логичнее было бы остаться лежать, а то можно же при падении удариться головой. — Тогда скажите мне, где Верне. Нет? Еще раз. На этот раз мистер Найт успел подхватить мистера Лоу, когда тот начал оседать на пол. Он откровенно любовался чистым, беспримесным выражением беспомощной ненависти на его лице. Какие короткие тридцать секунд. Нет, продолжать больше нельзя. Доктор говорил, что четыре подряд — это предел. — Возможно, стоит перестать вас жалеть и отправить на дыбу, — с долей сомнения произнес мистер Найт. — Но вижу, вам нравится валяться у меня в ногах, а я не могу отказать себе в удовольствии. Мне ведь тоже это нравится, драгоценный мистер Лоу. Ну так что? Мистер Лоу помотал головой: притворился, что у него не осталось сил на слова. Вот же лжец! — Хорошо. Вы либо действительно не знаете, либо… — он не договорил, поскольку был раздосадован. Этот проклятый Верне так дорог мистеру Лоу, что тот согласен переносить ради него такие муки? Это невыносимо, что в мире есть кто-то, кто так ему дорог! Мистер Найт был уверен, что уже избавился от всех таких людей. Мистер Найт проводил мистера Лоу до постели, дал ему лекарство от сердца и на прощание придумал, как еще ухудшить ему жизнь: — С этого дня я, как инквизитор и ваш официальный инспектор, запрещаю вам выходить из дома. Я узнаю, если вы нарушите запрет, постарайтесь не усугублять ваше положение. Я ясно выражаюсь? — Как скажете, — бесцветно произнес мистер Лоу, отворачиваясь к стене. *** Когда стемнело, и в небе появилась луна — красная, как глаза мистера Найта, мистер Лоу проснулся. Сердце все еще гулко билось в груди, но он нашел в себе силы встать с постели и спуститься в подвал. Верне ждал его там, как они и договорились в театре. Он был бледен и казался растерянным, ни следа былой уверенности. Он сидел на одной из каменных скамей, оставшихся здесь со времен, когда никакие Великие Древние еще ниоткуда не вернулись. При виде мистера Лоу он вскочил на ноги и бросился к нему. — Вы как, в порядке, Элвин? — Да, — сказал мистер Лоу. — За моим домом следят, вам нужно быть осторожнее. Даже если тайный ход не обнаружат, все равно. И попробуем теперь использовать другие способы связи, а то мне запретили покидать дом. Вы давно меня ждете? — Я был здесь с обеда, и слышал… все, что произошло с вами. Мистер Лоу промолчал. Он не ожидал от мистера Найта такой прыти и не успел подготовиться. — Я уже был готов сдаться, когда мне показалось, что этот псих сейчас остановит ваше сердце… — дрогнувшим голосом произнес Верне. Нужно было как-то его успокоить. — Да, такая власть ему дана. Но не волнуйтесь. Он не убьет меня, я это знаю, и так мне легче… справляться. — Он устроил вам три приступа подряд! Откуда такая уверенность, что он не пытался вас убить? — А об этом я предпочту промолчать, если вы понимаете, о чем я. — Понимаю, — Верне печально улыбнулся. — У меня на той стороне есть человек, которого я не смогу убить, даже если он будет угрожать моей жизни. Ну, если вы в порядке, тогда? — Изложите ваше дело, — сказал мистер Лоу, забираясь с ногами на каменную скамью.