Белые цветы украсят мой последний день

Хикконт Фингер, девяти лет от роду, сгорбившись, вошел в покосившийся дом. Запах вареной брюквы, обычный для ужина, сегодня душил его. После нескольких часов работы на поле, за жалкие гроши, он мечтал о тепле очага и простом разговоре. Но атмосфера была густой, как вчерашний суп. Отец, обычно молчаливый, хмурился, сверля взглядом стол. Мать нервно теребила край фартука, избегая взгляда сына. Он ковырнул деревянной ложкой в своей миске, но кусок брюквы застрял в горле. -"Что-то случилось?" – выдавил Хикконт. В ответ – лишь молчание, еще более давящее, чем запах брюквы. Отец откашлялся, мать всхлипнула. Тишина стала невыносимой. В порыве, мальчик оттолкнул миску и выбежал из дома. Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в багряные и лиловые оттенки. Хикконт бежал, не разбирая дороги, пока ноги не стали ватными, а в горле пересохло. Сумерки окутали землю, превращая знакомые тропинки в призрачные коридоры. Он замерз, дрожа всем телом, когда увидел его. Мужчина, словно сошедший со страниц сказок, стоял посреди поляны. Его одеяние, расшитое золотыми нитями, сияло в полумраке. Высокий, статный, с мудрым взглядом, он казался неземным. Хикконт затаил дыхание, не зная, бежать ему или остаться. Мужчина улыбнулся, и в этой улыбке было обещание чего-то необыкновенного. -"Здравствуй, мальчик," – произнес он голосом, мягким, словно дым от его курительной трубки. "Кажется, ты заблудился?" —"Простите меня, господин!" громко выразился мальчик и небрежно поклонившись посмотрел на него -''Я не заблудился, господин-с… ой... а как вас звать?" неловко спросил его, опустив взор в траву оглядывая свои окровавленные пальцы на ногах краем видимости. -"мое имя тебе знать не нужно. лучше скажи, почему ты скитаешься? отчего же у тебя даже обуви нет". незнакомец начал в открытую осматривать его с головы до ног. его одежда была изодрана, больше сходила на маленький мешок брюквы за 1 монету в местном торговом районе. -"Я...." Хикконт решил не говорить правду, так как был очень зол на своих опекунов, поэтому кротко ответил -"Мама с папой. бросили меня" он попытался сделать шаг назад, но его ватные ноги с кровью под пальцами подвели его. последний момент, который он сумел запомнить - это закат... такой нежный лиловый цвет, что прежде был как обыденность, но сейчас этот свет прогонял яркие нотки воспоминаний в его маленькой головушке, словно жизнь проносится пред очами. Незнакомец нахмурился, будто пробуя на вкус ложь. —"Ложь – горькая отрава, мальчик. Она отравляет душу сильнее гнилой воды". Он присел на корточки, его темные глаза, казалось, проникали прямо в сердце. —"Вставай, я помогу тебе". Его голос был низким, но в нём чувствовалась сила и власть, что способна раздвинуть горы. Мальчик, удивленный такой внезапной заботой, попытался подняться, но острая боль пронзила его ноги. Незнакомец подхватил его на руки, словно пушинку. —"Не бойся. Я позабочусь о тебе". Его прикосновение было теплым и сильным, совершенно не соответствовавшим суровому лицу. В голове мальчика все еще кружился лиловый закат, смешиваясь с ощущением мягкости незнакомых рук. Он прижался к теплому телу, чувствуя, как усталость берет свое. Впервые за долгое время он почувствовал себя в безопасности. Очнулся он в незнакомой комнате. Мягкий свет лился из камина, отбрасывая льющиеся тени на стены. Он лежал на белой кровати, укрытый теплым одеялом. Ноги его были перевязаны чистыми бинтами. В комнату вошел незнакомец, неся поднос с едой. —"Проснулся, наконец. Я уж думал, ты навеки останешься в объятиях Морфея". молча смотрел на него, чувствуя, как к горлу подступает комок. —"Кто вы?" - прошептал Хикконт, боясь нарушить хрупкую тишину. Незнакомец улыбнулся, и его лицо внезапно стало мягким и приветливым. —"Зови меня просто - дядя". Хикконт удивился, но не стал придавать этому должного значения, хотя лучше бы все же задумался над этим. Принимая поднос еды у так называемого дяди Хикконт увидел его белоснежные и нежные руки, явно непригодные для меча или же суровой работы. — "Можно ли у вас поинтересоваться, господ...-дядя. Вы из знати?" Хикконт удобно положил поднос взирая на эту великолепную еду, о которой слышал лишь из маминых сказок о жизни прекрасной принцессы, что вышла замуж за простолюдина и стала счастливо жить среди народа. Она даже пахла по-другому, не как он себе представлял, хотя что он мог представить. Он ел только брюкву, а по праздникам маленьких соленых рыбок. — " Правильно думаешь, малец. Я из знати, но, пожалуй, тебе лучше не знать кто именно я и из какой родовой ветви." -"я понял Вас, дядя. можно начать есть?" Он немного прищурился, смотря на еду, сдерживаясь, чтобы не съесть все без разрешения. -"Трапезничай, малец. Хикконт." он пугающе улыбнулся и посмотрел на мальчика. -" Ведь так тебя зовут, да?" Хикконт сильно удивился, не ожидая такого поворота... (откуда он знает?! что еще он может знать??) В этот момент его дядя поднес к его руке сияющий, невероятно пугающий позолоченный нож С этого момента прошла неделя, пришло время снимать повязки с ног. Фингер до сих пор был явно удивлен таким радушным и приятным приемом, хоть и с того разговора, который он всю жизнь будет именовать "золотистое сияние острых ножен" Хикконт по сей день пребывает в шоке. С того момента дядя не приходил, походу... чуется мальчику, что он пытался избегать его. Но почему? я же все принял и понял! хоть это и было удручающе, все же... кто же знал, что это на самом деле так... Сегодня он пришел ко мне на перевязку, человек способный сдвинуть горы лишь своим едким темным взором в мою сторону. Коль душа моя ему еще не надоела, он продолжал за мной ухаживать, нынче даже родня не так добра и мила со своими детьми. — " Хикконт. Забудь тот разговор, не хочу тревожить и без того бессмысленные деньки в своих покоях." кратко вымолвил дядя, осторожно разматывая вымокшую рану от влажности и тепла, обнадёживающего на спасение. -"Дядя, мне все равно на то что произошло, это истина, без единого дефекта. Да, пускай и в мимолетном мгновении я жаждал побега, но обессудьте, вы не плохой человек." Хикконт посмотрел на него взглядом полной надежды, ярко синие глаза отдавали морскими бризами от слияния двух, совершенно как казалось, разных стихий. -" Я тебя понял, Хикконт. Сегодня приезжает моя дочь, дочерь божья. возможно слышал, или же нет. Она в последнее время часто занимается служением божеству, что дало нам горы, реки , процветание во веки ." Он скрестил пальцы в замок и улыбнулся от своих же говоров. -'' Буду искренне рад, если вы подружитесь. Она тебя старше на 2 года, наряду с тем тебя многому может научить. Она мудрая не по своим летам, поэтому прислушивайся к ней, а я, пожалуй, откланяюсь.'' Дядя закончил перевязывать глубокие раны от осколков и прочих увечьев. -" Спасибо Дядя. Я Вам обязательно отплачу" Дядя кивнул, его лицо смягчилось в слабой улыбке, и он быстро вышел из комнаты, оставив Хикконта наедине со своими мыслями. Мальчик посмотрел на свежие бинты, ощущая легкое покалывание заживающих ран. Он был благодарен дяде за его заботу, за его терпение, за то, что он принял его, несмотря ни на что. Мысль о предстоящей встрече с дочерью дяди вызвала в нем смешанные чувства. С одной стороны, ему было любопытно познакомиться с девушкой, о которой дядя говорил с таким благоговением. С другой – он немного волновался. Что, если они не найдут общего языка? Что, если она не примет его? В оставшуюся часть дня Хикконт старался не думать о предстоящей встрече. Он читал книги, тренировался с мечом во дворе и помогал слугам по хозяйству. К вечеру он был уставшим, но довольным. После ужина он отправился в свою комнату и лег в постель. Он долго не мог заснуть, ворочаясь и размышляя о том, что его ждет впереди. На следующее утро Хикконта разбудил шум у ворот. Он выглянул в окно и увидел карету, украшенную гербами семьи. Он понял, что дочь дяди приехала. Он быстро оделся и спустился вниз. В гостиной уже собралась вся семья. Дядя стоял у камина и разговаривал с юной девушкой в длинном белом платье. Она повернулась к Хикконту и улыбнулась. —"Хикконт, это моя дочь, Харин," – представил ее дядя. Харин подошла к нему и протянула руку. "Рада познакомиться," – сказала она. Ее голос был мягким и мелодичным, как звон колокольчиков. Хикконт пожал ее руку и почувствовал, как волнение отступило. Но он не знал, получится ли у них сдружиться? Хикконт застенчиво улыбнулся в ответ. Харин была не такой, какой он ее себе представлял. Он ожидал увидеть надменную и избалованную аристократку, но перед ним стояла скромная и приветливая девушка с пшеничными глазами. Он почувствовал, как в его сердце зарождается надежда на дружбу. Дни летели очень долго и душно в обществе Харин. Она оказалась прекрасным собеседником и интересным человеком, но все ее слова были лишь про богов, которым она служит, мудрых книгах, чайных девичниках. Он, в свою очередь, молча слушал. Как Хикконт понял, она впервые была кем-то услышана. Они часто прогуливались по саду, играли в шахматы, скорее он просто мотал конем туда-сюда. Хикконт вопреки ожиданиям дяди не чувствовал умиротворение и покой от зализывания старых ран, ведь было ощущение, что его раны просто застывали во времени, постепенно обрастая рванными рубцами. Харин оказалась не только умной и доброй, но и очень проницательной. Она быстро поняла, что скрывается за маской угрюмости и замкнутости Хикконта. Она видела его боль, его страх и его одиночество, но так и не смогла добиться от него ответов хотя бы на один вопрос о его прошлом. И она делала все возможное, чтобы помочь ему справиться с этими чувствами. Она учила его верить в себя, не бояться открываться миру и находить радость в мелочах. Хикконт не понимал её учений, поэтому ему не становилось лучше, хотя... Он и не старался. Хикконт был благодарен Харин за ее дружбу, за ее поддержку и за её любовь. Хоть он и не шибко ей доверял, но она была его единственной подругой, возможно до этого он просто не пытался даже заговорить с кем-то кроме своих родителей. Она старалась быть для ним ангелом-хранителем, путеводной звездой, опорой и защитой, но ему было уже даже много просто подруги. Он понимал на подсознательном уровне, что с ней он сможет преодолеть любые трудности и достичь любых высот. Однажды вечером, сидя у камина, Харин спросила Хикконта о его прошлом. Он долго молчал, не решаясь рассказать ей о своих страданиях. Но, посмотрев в ее добрые и сочувствующие глаза, он понял, что может дать шанс такому человеку. Хикконт начал озвучивать свою ''биографию'': -''Я с самого рождения живу в трущобах… Ну, наверное, я не помню ничего до своего 6 дня рождения. С того дня, а может быть и раньше, я начинал вылазить из трущоб и гулять по торговым путям и районом. У каждого невнимательного человека брал по одной монетке, у каждого пьющего старичка по 3 монетки. Я работал так 2 года, пока меня не поймали. Изначально пострадавшие от моих вылазок кричали смертная казнь! Голову с плеч!!, но потом, увидев меня все отчего-то затихли. У меня не оставалось смысла жить, поэтому я встал поближе к палачу, но один из самых богатых людей, пострадавших от моей руки финансово, крикнул, якобы неадекватно лишать такого маленького мальчика жизни, а поэтому меня приговорили к 3 годам работы в полях. Прошел почти год с того момента, и я уже свыкся, зато деньги в дом приносил. Хотя бы брюква была на застольях. В один из крайне трудных дней я вернулся в отчий дом, на ужин. Атмосфера была в разы хуже, чем обычно, вот я и… убежал от проблем семьи… Так я и встретил твоего отца, хоть я и не знаю из какой вы даже семьи, но мне приятно называть твоего отца дядей, жаль он мне и не родной. ''