Кто он?

      — И долго ты под ноги будешь смотреть? — недовольно бурчит парень и тянет мою руку, заставляя ускорить шаг.       Я пересиливаю себя, сгибая и разгибая ноги в коленях, хотя они еще ватные и несут меня вперед скорее силой привычки, нежели под моей властью. Мне дали оклематься лишь несколько минут, прежде чем отправиться на поиски новых развлечений.       — О нет… — только успеваю прошептать, глядя как мимо берега проносится парочка на водном мотоцикле. У нее в руках селфи палка, а он расслабленно управляет нехитрым устройством, заставляя мотоцикл биться о каждую волну, которую наспех преодолевает. Море сегодня спокойное. После позавчерашней бури Ричи не дает мне и шанса на спокойный пляжный отдых: он соблазняет (или хотя бы пытается соблазнить) меня на любую активность, лишь бы не сидеть в четырех стенах номера. В целом, я ему благодарна, но вот мое тело явно требует передышки.       — Милый… Мне надо отлучиться на пять минуток, — он взъерошивает мокрые волосы, смеряя взглядом наглотавшуюся соленой воды девушку, и принимает белый флаг временной передышки.       — Ладно, возьмешь по коктейлю на обратном пути? На такой жаре надо пить побольше, а то не хватало еще обмороков…       Я понимающе закивала, направляясь в сторону туалета, находящегося за баром, по дороге пытаясь привести в порядок свои волосы, выбившееся из тугого пучка. Еще раз я соглашусь сесть на банан и… Лиз напрыгивает на меня сзади, обнимает за плечи. В отличие от меня, она сухая и разогретая на полуденном солнце. Я для нее спасительная прохлада, а вот она — индикатор того, что я ужасно замерзла.       — Хорошо тебе с парнем астматиком. У него даже мысли не возникло бы сесть на эту чертову машину пыток…       Она хихикает, протягивая мне полотенце и поправляя лямки своего купальника:       — Зато с Ричи никогда не бывает скучно. Он отлично смотрится на фоне морской волны… Тебе еще не предложили серфинг под луной или что-то вроде этого?       — Я надеюсь, ты не озвучила ему свою романтическую идею для свидания, а иначе тебе придется сидеть в спасательной лодке с фонариком всю ночь где-то неподалеку.       Я подхожу за барную стойку, пальцем указываю на интересующие пункты из меню и отправляю пару купюр из набедренной сумки в стеклянную банку для чаевых. Пока бармен возится с коктейлями, а подруга обновляет крем для загара, я выскальзываю в дамскую комнату. В зеркале стираю со щеки прилипший песок и умываясь пресной водой. Так-то лучше.       В мое отсутствие к Лиз присоединился Билл. Он держит в руке стеклянный стакан и неспеша пьет оранжевую жидкость через трубочку, периодически поддакивая своей девушке, когда ее монолог затягивается.       — Я же тебе говорю, что свадьба по залету! Ну и что, что живот не видно. Да он сам говорил мне на парах, что ему другая нравится… — она показывала фотографию наших общих знакомых. Одногруппник Лиз был в темно-сером костюме и белой рубашке, а его невеста — в чрезмерно пышном платье, за которым все, что ниже груди, рассмотреть в деталях никак не получится.       — Красивый букет. Каллы не так просто достать… — отметила я, отпивая безалкогольный мохито.       — Да вы сговорились что ли?! — расстроенно фыркает Лиз и театрально уходит от нас в сторону шезлонгов, на что мы только усмехаемся. Иногда ее жажда посплетничать крепчает и она ищет свободные уши, чтобы не мучать нас. Местные нас не особо понимают, поэтому приходится выискивать в толпе сородичей или изъясняться через онлайн-переводчик. Это был четвертый день нашего отдыха, если считать день прилета, а значит меньше недели до возвращения на свою не столь солнечную родину. Я думала, что мне больше понравится загорать или купаться в соленой воде, но на деле я нахожу себя в сувенирных лавках или долго ищу подходящий архитектурный кадр через видоискатель. Так как отдых у нас вышел групповым, приходится чередовать виды деятельности, чтобы все были довольны, а сегодня не моя очередь.       — Мне кажется, раньше она не обращала столько внимания на чужие свадьбы. Думаешь, она ждет…       — Любая бы ждала, — с уверенностью ответила я. — Многие девушки мечтают получить предложение за границей, в отличной от быта обстановке. Это, конечно, не Эйфелева башня в Париже, но место вполне благоприятное.       На секунду мне почудилось, что Билл надеялся на другой ответ, а в его взгляде промелькнула растерянность. Или я просто надумываю? Эти двое встречаются дольше нас. Мы с Биллом жили в одном районе на окраине города, но начали общаться только к окончанию школы, так я и познакомилась с Лиз. У нас с Ричи все было иначе: мы выпили на университетской вечеринке год назад, поцеловались и как-то само собой начали встречаться. Мне казалось, что все только этого от нас и ждали, поэтому я решила, что быть вместе — правильное решение. Мы были разными, но наши противоположности притянулись, и нам не было в тягость проводить время вместе за не очень привычными занятиями. Ричи добавлял активности нашему отдыху, а я была каким-то островком уюта и стабильности. С ним я начала путешествовать и заниматься спортом, а он решил совладать с простым карандашом, пытаясь запечатлеть меня в естественной среде обитания. По итогу у меня дома появился целый альбом портретов, по которым можно было заметить не только художественный прогресс Ричи, но и то, как он меня видит. Он не пытался идеализировать картинку: специально добавлял выбившиеся из прически пряди темных волос, пытался оживить мешки под глазами во время подготовки к изнурительным экзаменам и даже не пририсовывал отсутствующую улыбку. Я достаточно часто улыбаюсь, но это всегда секундная трещина на теле, которая тут же зарастает и приходит в привычную (для меня) норму. Я думаю, Ричи это все еще напрягает, хотя он и не говорит об этом.       — Наверное, мне стоит задуматься о том, чего она хочет, а не витать в облаках. Это честнее, чем кормить завтраками, — заключил Билл, открещиваясь от этой темы до конца дня. Я не хотела навязываться со своей дружеской помощью, но все равно замечала, как он смотрит на витрины ювелирных магазинов, проходя мимо них.

***

      Лиз привела нас в подвальное помещение двухэтажки ближе к полуночи. Я понимала, что это не к добру, еще когда она заговорчески перешептывалась с Ричи, словно обсуждая план мести. Я несколько раз безуспешно пыталась перехватить их внимание на придорожный бар, но бестолку. Билл выглядел спокойно, даже слишком, отчего я решила, что я последний оплот адекватности в этой шайке.       — Мы пришли! — довольно завизжала Лиз, указывая на поцарапанную дверцу.       — Если честно, я ожидала немного другого, когда вы сказали, что мы пропустим сегодняшний ужин… — я замешкалась, разглядывая в тусклом желтом свете фонаря кирпичное строение.       — Так это, чтобы у тебя вдруг несварение не случилось, дуреха, — заботливо подметила девушка, два раза стуча в тяжелую дверь. Она открылась и отворила для нас просторный холл. Там пахло сыростью и света было не больше чем на улице. У входа стоял местный мужчина лет 50 с плотными усами и испариной на лбу. Он дымил сигарету у наших лиц и оглядывал незваных гостей.       — Мы Вам звонили, — вмешался Ричи, пытаясь жестами изобразить телефон. — Вот, нас четверо.       Мужчина понимающе кивнул, отходя в сторону и пропуская нас внутрь. В помещении стояло не меньше шести подпорок, но потолок все равно казался опасно просевшим. Пол же явно не раз видел потоп, что было не редкостью в низинах города. С другой же стороны, антураж комнаты больше походил на музей. Глаза цеплялись то за одну, то за другую безделушку, чье назначение было непонятно, но чувствовалось, что каждый предмет стоит на своем месте. Не было видно ни пыли, ни плесени, а на полу были разбросаны несколько мышеловок. В общем, жить бы я тут не стала, но пару часов на исследование уж явно бы потратила. Я остановилась у деревянной шкатулки с вырезанными на ней узорами. Она стояла на старой швейной машинке, та на ящике, а рядом стоял потрепанный торшер. Шкатулка выглядела достаточно обычно, грубо залакированная, темно-коричневая, наверняка изнутри она пахла деревом. Стоило мне протянуть к ней пальцы, как хозяин тут же оказался рядом и смерил меня пристальным взглядом. Он покачал головой и, я просто уверена, пробормотал на своем языке: “эх, туристы”. Я тут же вернулась к своей группе и взяла за руку Ричи: так, на всякий случай. Он тут же воодушевился, надул легкие и будто бы стал на сантиметр выше. Ему нравилась роль защитника, определенно. Мне же не составляло труда радовать его такими мелочами.       — Не волнуйся, на сайте обещали, что это в меру страшно, — Ричи прошептал это мне на ушко, мягко улыбаясь, что, по правде, не сильно успокаивало. Я никогда не была любителем кровавого месива в ТВ сериалах, но вот детективные истории любила, о чем мой парень был прекрасно осведомлен, потому-то я и надеялась на его благоразумие в выборе развлечений на вечер.       Тем временем мужчина провел нас в конец помещения и открыл деревянную дверцу, за которой углублялись бетонные ступеньки. Узкий коридор, факелы на стенах и общая атмосфера мрака — хороший аттракцион. Лиз вспомнила, что она все-таки девушка и сделала вид, что слишком напугана, чтобы идти первой, поэтому “рыцарь” Билл взял ее за руку и пошел в тоннель первым. Мы же не спеша отправились следом, постепенно привыкая к тусклому освещению. Дверь за нами закрылась, стоило пройти десяток ступеней, и по ногам пробежала прохлада.       — Теперь кто-нибудь расскажет мне, что мы здесь делаем? — Билл остановился первым, поворачиваясь к нам лицом и пожал плечами, мол не при делах. Даже Лиз слегка притихла, вдруг проникшись клаустрофобией.       — Это квест живого действия. Мы решили, что это куда круче постановочных залов, потому что здесь декорации настоящие. Подземные ходы, ловушки, загадки. Знала бы, как сложно было отыскать это место! — Ричи просто взрывался от восторга, как подросток предвкушая сладость приключений.       — О'кей. То есть идем прямо, пока что-то не преградит нам путь?       — Или кто-то, — улыбнулась Лиз.