Пленённый алой страстью

«Бархатные сумерки, наполненные ароматом цветов, обволокли белокаменный дворец. Жара, что не давала покоя жителям столицы, опустилась в колодцы, расстелилась вдоль реки, закованной в гранит.  Переливалась вода в часах, неумолимо приближая час, когда престолонаследник Сяньлэ должен был спуститься в темницу для встречи с пленником. В золотом кубке принца плескалось прохладное фруктовое вино, но сам он сгорал от нетерпения.  Мятежный демон, закованный в тяжелые цепи, ожидал справедливого суда. Долгие годы он собирал кровавые жертвы с бедной страны, которой правил, душил восстания и наполнял тюрьмы пленниками обоих полов. Говорили, что жестокий тиран был ненасытен в своей похоти, а потому после ночи с ним несчастная (или несчастный) не выживала. Демонический владыка выпивал всю жизнь и кровь из своих жертв, увеличивая свою силу.  Тирании настал конец с тех пор, как на престол взошёл светлый принц Сяньлэ. Он собрал армию и разбил орду демонических приспешников, пленив главнокомандующего. Одно его имя — Собиратель Невинных Цветов Под Кровавым Дождём — наводило трепет на всякого, кто слышал его. Теперь о демоне думали лишь в качестве пленника принца Сяньлэ.  Возвратившись из победоносного похода, юный наследник престола немедленно занялся государственными делами, которых накопилось немало за время его отсутствия. Когда разрешились насущные вопросы, принц обратил свой взор на пленника. Сяньлэ не верил в то, что в сердце демона только тьма, а потому желал перевоспитать его. Намерения наследного принца были также чисты, как и деяния его, репутация и мысли. Безграничней была лишь доброта Сяньлэ и чувство справедливости.  Однако далеко не все во дворце разделяли образ мыслей наследного принца. Вот и сейчас, удерживая в ладони кубок с молодым вином, он слушал речи генералов.  — … демон этот превратил плодородную почву в камень, уничтожил несколько сотен поселений, нет числа человеческим жертвам, а потому Его Высочеству лучше оставить все попытки перевоспитать дьявольское отродье и казнить его!  — Собиратель Невинных Цветов Под Кровавым Дождём бесчестен и порочен, как сама бездна, что исторгнула его! — вторил генералу Юго-Востока генерал Юго-Запада.  — Я должен лично отправиться в темницу и поговорить с ним прежде, чем совершить суд, — мелодичный голос наследного принца прокатился по тронному залу, вызвав у придворных ропот.  — Позвольте сопровождать вас! — вызвался генерал Юго-Востока.  — Не стоит, — отставив вино, Сяньлэ поднялся с трона.  Он прошествовал через тронный зал в полной тишине. Провожая наследного принца взглядами, все чиновники и министры возносили богам молитвы, чтобы Его Величества не коснулась скверна, которую источал демон».  — … Се Лянь! Ты меня слышишь? Мы пойдём на обед в столовую или в кафетерий? — Ши Цинсюань, похоже, уже задавал этот вопрос.  — Да, — отозвался Се Лянь, опуская телефон в карман джинсов.  — Что — «да»?  — Извини, я отвлёкся. Пойдём в кафетерий? Там продают твой любимый бабл-ти. — Хорошо! — просиял Цинсюань. — А на что это ты отвлёкся?  — Да так…  — Ну покажи-и-и!  — Веб-новеллу читал, — ответил Се Лянь, отводя взгляд.  — Новеллу? Я думал, тебе только классическая литература интересна, — протянул Цинсюань, чуть не ляпнув: «ого, друг, ты вообще знаешь, что такое веб-новеллы и сам нашёл сайт, где их публикуют». — Не только. Я разное читаю.  — И о чём веб-новелла? Интересная?  — О походах полководца древнего государства на дальнем востоке. Это фэнтэзи, все персонажи и события вымышленные. — И что это за полководец? Он бесстрашный воин и у него целый гарем красивых жёнушек?  — Нет, конечно. Кто вообще о таком в веб-новеллах пишет?  Цинсюань закусил щёку изнутри, чтобы не расхохотаться. Иногда складывалось впечатление, будто Се Лянь жил в параллельной вселенной, настолько он не интересовался миром за пределами собственного уютного микрокосмоса.  — И о чём же там? — Я только начал читать. Если тебе интересно, то могу пересказать тебе сюжет, как только прочитаю дальше.  Се Лянь лукавил. Делал он это редко, а потому никому и в голову не приходило заподозрить его в неискренности. Веб-новелла «Пленённый алой страстью» повествовала о вечной любви: двое, встретившись однажды, сделались неразлучны. Даже смерть не могла разорвать красную нить, что связала возлюбленных. «Пленённый алой страстью» стал долгожданным (для Се Ляня) продолжением веб-романа «Трон из роз и шипов» того же автора. В первой герои умерли, но переродились во второй части.  И в тот самый момент, когда наследный принц Сяньлэ почти добрался до темницы с ждущим его, томящимся демоном, Цинсюань увлёк Се Ляня в кафетерий. Не то, чтобы не хотелось есть, но почему оторвали на самом интересном месте?!  Листая меню в приложении кафетерия, Се Лянь выбирал то, что желал бы съесть, но мыслями был далеко. Действительно, отчего его так зацепил этот веб-роман? Именно что не новелла, не рассказ, а самый настоящий любовный роман? Однажды Се Лянь не уследил за зарядом на телефоне и остался с пустой батарейкой. Он отправился в библиотеку, чтобы не мокнуть под дождём, пока заряжается аккумулятор. Старенький телефон не подавал признаков жизни, а потому блуждающий взгляд Се Ляня упёрся в монитор одного из компьютеров. Предыдущий пользователь разлогинился из браузера, но оставил открытой страницу.  «Трон из роз и шипов? Что за нелепое название?» — подумал Се Лянь, но его взгляд заскользил по строкам.  Дождь стих, телефон зарядился, но он продолжал читать. Из библиотеки Се Ляня почти выставили, но он успел переписать адрес сайта и запомнил название романа, а потому продолжил чтение по дороге домой. После нарушил собственный запрет и скроллил в кровати. Поспав часа полтора, Се Лянь с покрасневшими от бессонной ночи глазами, продолжал читать новеллу в метро по дороге в университет.  Текст автора с кокетливым никнеймом «Твой Муженёк» читался очень легко, а история не просто цепляла, но и касалась потаённых струн души. Се Лянь настолько переживал за главных героев, что уже на третьей главе полюбил их, словно дорогих друзей. Каждый раз погружаясь в роман, он будто приходил к ним в гости, садился за стол и узнавал, как дела у них, в королевстве, где разворачивались события, неприятели их что, живы до сих пор? Ну, дела… А ещё роман пробуждал в Се Ляне особенные чувства. Иногда он даже откладывал телефон или закрывал полыхающее лицо руками, отгораживаясь от строчек на мониторе — настолько впечатляло его прочитанное, заставляя сердце колотиться жарко-жарко. Автор писал о любви так, словно и сам горел тем же чувством. То, как он описывал взгляды, прикосновения, эмоции двух главных героев, накрывало Се Ляня тёплой волной, растворяло в обожании и нежности.  «Неужели, можно так чувствовать? Настолько горячо любить?!» «Можно. Именно так. Одного-единственного», — писал о той-самой пламенной любви автор уже второй роман.  «Сяньлэ спустился в подземелье, взяв с собою лишь фонарь. Тюрьма Тысячи Душ, чёрная, словно безлунная ночь, поглощала каждый луч и звук, что оказывались в её утробе. Ненасытная темница была создана поклонявшимся демонам колдунами для усмирения всякого, кому не посчастливится оказаться в её стенах. Тюрьма выпивала из заключённого все силы, чтобы сломить волю: только так можно было поставить упёртых в стремлении к злодейству на праведный путь.  — Ваше Высочество наследный принц? — голос демона звучал хрипло. — Как же долго я ждал встречи с Его Светлостью.  Сяньлэ остановился, удивлённый внезапной дружелюбностью Собирателя Невинных Цветов Под Кровавым Дождём. Неужели темница успела сломить его волю? Принц вспомнил слова своих генералов о коварстве демона: никакого раскаяния, лишь изощрённое коварство в сердце его, потому следовало быть настороже.  — Отчего ты ждал меня?  — Как не думать о доблестном воине, который смог пленить демона? Сяньлэ приблизился. Свет фонаря просочился сквозь прутья решётки, но не достал демона, словно тьма в сердце дьявольского отродья отторгала чужое ей.  — И о чём же ты думал?  — Зачем Его Высочеству нужен демон? Наследный принц не похож на тех, кто стал бы насмехаться или подвергать пыткам.  Сяньлэ изумлённо приподнял брови: подобное ему просто не пришло в голову.  — Ты признал свои прегрешения: как облагал народ свой податями, истязал тех, кто не повиновался твоей воле, как иссушил земли и разрушил святыни. Однако, ты не раскаялся и не пожелал обратиться к свету.  Демон расхохотался, словно перед ним стоял и не наследный принц, а паяц, выдавший самую смешную шутку из своего репертуара.  — Назови хотя бы одну причину, Твоё Величество, — голос дьявольского отродья звучал сладостнее мёда, скрывая под собой яд издёвки.  — Потому, что так хочу я, ты мой пленник. Я приказываю тебе раскаяться и обратиться к свету, — произнёс на одном дыхании Сяньлэ.  — Подойди ближе и посмотри на меня внимательно, мой принц. А после повтори свои слова, глядя мне в глаза.  «Он испытывает меня?» — странное чувство поселилось в душе Сяньлэ.  Слова демона обожгли, словно удар плетью, но взбудоражили, словно покрасневшей кожи нежно коснулась прохлада. Сяньлэ бесстрашно сделал шаг к решётке, прижался грудью к стальным прутьям.  Скованный цепями демон сидел на полу совершенно обнажённый. Принц запоздало вспомнил, что с пленника сняли все амулеты, обереги, зачарованные драгоценности, видимо, для верности и одежду, вдруг шелка рубашек или кожа и сталь доспехов заколдованы тоже. Лицо демона, на удивление, оказалось юным и красивым — неестественная бледность, лихорадочно горящие чёрные глаза и пухлые алые губы только подчёркивали уникальность черт.  Зазвенели по каменным плитам цепи, зашуршали длинные волосы дьявольского отродья, стекая по обнажённой спине. Плавным змеиным движением демон подобрался к решётке, глядя на Сяньлэ с вызовом, изгибая в глумливой улыбке губы. Принц зачарованно смотрел, не пытаясь отшатнуться или остановить пленника. Демон сел у его ног, бесстыже ухмыляясь. Его дыхание коснулось руки принца, горячее, словно тот стоял не возле холодной решётки, а рядом с печкой. Потянувшись вперёд, демон почти коснулся приоткрытыми ртом ладони Сяньлэ, будто желая укусить, но вместо этого медленно провел языком по кончикам пальцев.  — Повтори свои слова, — прошептал демон, вылизывая руку принца, словно пёс. Нет, не собака, коварный лис, который может урчать от удовольствия, свернувшись на коленях, но перегрызёт шею, если утратить бдительность.  Демон обхватил указательный и средний палец Сяньлэ губами, вовлекая глубже в рот, приласкал языком шершавую от упражнений с мечом кожу, довольно прикрыв алые глаза.  — Ты покоришься мне, обратившись к свету и раскаешься в своих грехах, — повторил Сяньлэ внезапно охрипшим голосом, но взгляда не отвёл.  — Будь по-твоему, мой принц. Но тебе придётся приручить меня, — прошептал демон, потираясь щекой о пальцы принца…» — … эй ты, а ну-ка извинись!  Се Лянь очнулся от внезапного возгласа и рефлекторно перевернул телефон, пытаясь понять, что же такого важного случилось. Его снова оторвали от чтения, когда началось самое интересное!  К ним с Ши Цинсюанем за обедом присоединились Фэн Синь и Му Цин. Первый был школьным другом Се Ляня, а второй товарищем по играм, сыном маминой домработницы. Учёбу в том же университете оплатили родители Се Ляня, чтобы не разлучать сына и двух его давних товарищей. Об этом он успел пожалеть уже с десяток раз. Фэн Синь и Му Цин носились за ним, словно две няньки, иногда оберегая больше, чем следовало бы.  Вот и сейчас дорогие соседи по комнате пытались то ли спровоцировать драку, то ли её предотвратить. Не всегда было понятно куда эти двое воюют и чего ради.  За соседним столиком сидели студенты из элитного клуба Alfa-Whatever. Се Лянь так до конца и не разобрался чем же таким плохим эти парни занимались, но при виде их Фэн Синь с Му Цином принимались всячески выражать своё недовольство. Видимо, и сейчас они сцепились с Ци Жуном — самым младшим из Альфа-что-то-там.  — Извиниться?! А на спину тебе не насрать?  — Фэн Синь, пусти меня, сейчас я ему втащу!  — Ага, и нас исключат из студсовета из-за драки. Сиди, мать твою.  — Чё, язык в жопу сунул? — не унимался Ци Жун. — Пхах, так и знал.  — Не реагируй на его подначки, — Се Лянь рассеянно улыбнулся Му Цину. — Ты же знаешь, что иногда Ци Жун ведёт себя хуже ребёнка.  — И ты позволишь своему кузену говорить про тебя гадости прилюдно?!  — Можно подумать, что Ци Жун первый год это делает, — Се Лянь пожал плечами. —  Пусть его. Как говориться: караван лает, собака идёт.  Цинсюань всё-таки не сдержал смеха и бабл-ти пошёл носом. Рассерженный Фэн Синь негромко хлопнул ладонью по столу, призывая к порядку.  — Пора на занятия.  Се Лянь вздохнул про себя: вроде бы и пообедал — вот обёртка от картошки-фри, на дне коробки с наггетсами остались только крошки — однако зачитался так, что не запомнил, как съел всё это. Хорошо, что не успел проглотить десерт!  Друзья направились к выходу, засобирался и Се Лянь, пытаясь закинуть на плечо сумку, а также удобно перехватить телефон и пирожок. Вдруг удастся почитать до начала лекций? На перекрёстке рядом с университетом зелёного света иногда приходилось и по минуте ждать, потому осилить страницу, а то и две — легко. Погружённый в свои мысли, он не заметил, как в кого-то врезался. Надкушенный пирожок, испачкав футболку незнакомца, вывалился из пальцев Се Ляня.  Ох! — П-простите, — пробормотал он, поднимая взгляд.  — Ничего страшного.  Се Лянь тупенько моргнул, осознавая, что натворил. Его угораздило вписаться не просто в случайного посетителя кафе, а в одного из сообщества Альфа-неважно. Его Се Лянь запомнил просто потому, что из всех членов элитного сообщества этот парень одевался ярче всех, рассекал на ярко-красной спортивной машине и неизменно собирал на себе восхищённые взгляды.   Неловкую тишину прервал чудо-юноша из Альфа-да-пофиг, продолжая лучезарно улыбаться.  — Вы учитесь на художника? — он оттянул испачканную футболку, чтобы та не так тесно прилегала к его накачанному торсу, чтобы лучше рассмотреть пятно. — След от джема похож на цветок, — резюмировал юноша, широко улыбнувшись. — Мне нравится.   — Э… но я испортил вашу вещь, — пробормотал Се Лянь. — Позвольте, я отнесу вашу футболку в химчистку! Или куплю вам новую! — Не нужно, правда, — юноша лукаво улыбнулся и склонил голову на бок. — Кое-что в качестве компенсации я уже получил.  Он продемонстрировал укушенный Се Лянем пирожок. Перехватив взгляд Се Ляня, юноша надкусил его ещё раз, пачкая губы красным джемом, а после довольно прикрыл глаза и обвёл кончиком языка изгиб верхней. Ох. Это же почти поцелуй! Или считается, если отпили из одной чашки? Святые угодники, что только за мысли в голову лезут!  —  Х-хорошо. Мне правда очень неловко. Простите. Хорошего вам дня, — Се Лянь, пытаясь не покраснеть до корней волос, поспешил ретироваться из кафе. На выходе его уже поджидали недовольные Фэн Синь с Му Цином и загадочно улыбающийся Ши Цинсюань.  — Ты что делаешь?! Ты вообще смотришь перед собой?! А если бы шею себе свернул?!  — Да ещё и с этим извращенцем заговорил!  — Вы чего? Ничего страшного не произошло. Этот любезный молодой человек не разозлился из-за футболки. Извращенец? Кто?  — Хуа Чэн, вот кто, — Фэн Синь кипел от ярости.  — Тот хмырь, который забрал у тебя пирожок, — пояснил Му Цин, чтобы окончательно убедиться, что Се Лянь сложил А и Б.  — А, по-моему, очень милый молодой человек, — Се Лянь заправил за ухо прядь волос, пытаясь куда-то деть  руки, чтобы скрыть смущение. — Подумаешь, пирожок забрал.  — Подумаешь?! — Фэнь Синь едва ли не на метр подпрыгнул. — Да ты хоть представляешь, что он за человек?! Дальше Се Лянь слушал в пол-уха, иногда кивая или произнося что-то вроде «ох» или «вот дела», а оба его друга разливались рекой, пересказывая слухи. Бедный Хуа Чэн, если верить перебивающим друг друга Фэн Синю и Му Цину: состоял в Триаде, был владельцем не очень легального бизнеса, соблазнил и бросил несколько десятков девушек (и даже юношей!), сделал три пластические операции, употреблял алкоголь, носил с собой поддельные документы и древнюю китайскую саблю. Не понятно с какой целью, но носил! Исключительно опасный тип, с которым даже рядом стоять не стоит — забеременеешь (и неважно, что ты парень)! Се Лянь слушал и кивал, а про себя улыбался: Фэн Синь и Му Цин так походили на генералов Юго-Запада и Юго-Востока из «Пленённого алой страстью»! Почти теми же словами они увещевали наследного принца Сяньлэ убить демона, пока Его Величество не стал жертвой его коварства. Се Лянь, удивлённый данным открытием, чуть не врезался в столб, но его вовремя ухватил за рукав Ши Цинсюань.  Разве мог кто-то наблюдать за ним и описывать рутину студенческих будней так романтично — все эти дворцы, сражения на мечах, принцы и демоны? А если и да, то разве мог он, самый заурядный студент, привлечь внимание известного автора интернет-новелл Твоего Муженька? Хотя, так разобраться, не такой уж и заурядный: сын богатых и известных родителей, отличник, получающий стипендию, имеющий множество дипломов и наград… «Да ну, бред какой-то», — отмахнулся от своих раздумий Се Лянь.  «Парадную залу освещали сотни свечей, разгоняя тьму, затаившуюся в углах. Ни один предмет не отбрасывал тень, чтобы у демона не было и шанса использовать свои силы. Если бы остался единый тёмный уголок, пленник ускользнул бы, или, что ещё хуже, воззвал к первородной чёрной бездне, призывая всю свою мощь. Однако Сяньлэ верил, что демон так не поступит.  Наследный принц проводил почти всё своё свободное время в компании пленника и уже узнал о нём немало. В первую очередь — истинное имя. Доверив Сяньлэ самое сокровенное, демон будто вложил в пальцы принца острый нож, одним ударом которого можно убить, развеять в пыль, даже если лезвие просто коснётся кожи.  Саньлан — так его звали.  Кроме того, демон не всегда таковым был. Саньлан родился человеком, а после случилось в его жизни нечто, заставившее навсегда отвернуться от света. Что именно Сяньлэ пока не выяснил, но горел желанием узнать и разорвать эту порочную связь. И если советники и генералы уверяли принца, что пытками и калёным железом выведать тайну демона будет проще всего, Его Высочество выбрал иной путь. Он решил стать Саньлану верным другом, поступками своими доказать, что в этом порочном мире есть верность и любовь, сила которых могущественнее даже первородной чёрной бездны! — Ваше Высочество, за этим огромным столом так много места, но вы отчего-то выбрали самое дальнее. Разве так удобно будет нам разговаривать?  — И правда, — Сяньлэ удивлённо приподнял брови. — Слуги накрыли стол как положено: почётный гость должен находиться по другую сторону, напротив меня. Однако ты прав, Саньлан, это слишком далеко. Я сяду ближе.  Несмотря на поздний час, есть принцу не хотелось. Он подхватил золотой кубок да гроздь розового винограда и направился через всю залу к Саньлану. Теперь принц и демон сидели так близко, что почти соприкасались коленями под столом.  — Ты совсем ничего не съел, Саньлан. Тебе не нравится наша еда? — мясо на тарелке демона лежало нетронутым.  — Нравится, Ваше Величество, но она совсем не насыщает меня.  — И ты молчал? Я велю подать другие блюда. Скажи, что бы тебе хотелось съесть? Другое мясо? Быть может, фрукты недостаточно свежи? Или ты любишь сладости?  В глазах демона разгоралось алчное пламя, будто отражая огонь свечей.  — Нет, мой принц. Еда людей не подходит для демонов. Мы питаемся чувствами людей. У каждого есть свои предпочтения. Кто-то питается страхом, иные болью.  — Я могу отдать тебе свои чувства, Саньлан, — наследный принц улыбнулся. — Можешь укусить меня. Или напугать. Или… как это делается? — Ох, мой принц. Этот демон питается страстью, — уголки губ Саньлана приподнялись, а взгляд тёмных глаз соскользнул с лица Сяньлэ на его обнажённую шею. — Но я не посмею коснуться тебя.  Под горячим взглядом демона наследный принц ощутил, как жар приливает к лицу, груди. Он не знал страсти в свои восемнадцать лет. На балы и наложниц у Сяньлэ не оставалось времени после тренировок с мечом и молитв за свой народ. Поданные были уверены в том, что солнце восходит на востоке, заходит на западе, а наследный принц чист душой и телом потому, что воля его тверда и сама мысль о развлечениях до брака чужда. На самом деле девушки нисколько не привлекали Сяньлэ. Образованные ли, писанные красавицы ли, иноземки с белыми волосами или грозные воительницы — со всеми ними принц мог лишь дружить, но не видел ни одну своей супругой. Но демон пробуждал в принце желания и мысли, чуждые до встречи с ним. Сяньлэ хотел, чтобы тот дотронулся. Желал, чтобы обнял за талию, притянул к своей сильной груди и властно разомкнул языком губы, подарив горячий поцелуй.  — А если я прикажу прикоснуться ко мне? — произнёс Сяньлэ так быстро, что мысли не успели за языком. — Велю съесть мою страсть?  — Я исполню волю Его Высочества, чего бы он ни пожелал, — Саньлан почтительно склонил голову, жарко улыбнувшись.  Крылышки носа демона плотоядно трепетали, когда его взгляд скользил по телу Сяньлэ» …  Би-бип! Би-и-би-ип!  От чтения Се Ляня отвлёк звук клаксона. Что-то случилось? Опустив телефон на колени, он огляделся, подслеповато щурясь после долгого созерцания экрана с подсветкой. На остановке автобуса Се Лянь остался один, а сигналил ему не автобус, а водитель красной спортивной машины. Хуа Чэн?  — Простите? Вы что-то спрашивали? Се Лянь мельком взглянул на часы и запаниковал: последний автобус ушёл час назад! Как он умудрился его пропустить, сидя на остановке?  — Вас подвезти? — Хуа Чэн погасил фары. — Автобусы в это время уже не ходят.  — Да… — Се Лянь почесал в затылке. — Я доберусь сам, спасибо!  — Право слово, я всё равно возвращаюсь в кампус, а вам идти отсюда пешком часа полтора. Дождь собирается и шансов вызвать такси у вас всё меньше.  Он прав, подумал Се Лянь. Да и на такси не то, чтобы у него имелись лишние деньги. — Да, спасибо, очень любезно с вашей стороны, — Се Лянь подхватил со скамейки сумку и направился к машине. В салоне приятно пахло чем-то сладким и пряным. Радио Хуа Чэн убавил до минимума, и, бросив на Се Ляня вопросительный взгляд, был готов выключить вовсе.  — О, не нужно, музыка нисколько не помешает.  — Всё для вашего удобства.  — Вы так добры. Спасибо вам.  — Я? — в голосе Хуа Чэна прозвучало неподдельное удивление. — Вы первый, кто назвал меня добрым.  — Ни разу не встречал злых людей, — Се Лянь перевёл взгляд на нового знакомого и тепло улыбнулся. — Меня зовут…  — Я знаю, — Хуа Чэн коротко обернулся, чтобы ответить Се Ляню сконфуженной улыбкой. — Как вас не знать. А я…  — Хуа Чэн. И меня можно на «ты».  — Хорошо, гэгэ. Раз знаешь, как меня зовут, то слышал и всё то, что рассказывают. Машина остановилась на светофоре, красный свет очертил профиль Хуа Чэна, будто вселенная на что-то намекала Се Ляню.  — Неужели стоит верить слухам? — Сотни тысяч леммингов не могут быть не правы, — процитировал Хуа Чэн героя из сериала девяностых.  — Здравый смысл, и это великолепно знают лемминги, имеет свои пределы, — ответил Се Лянь продолжением данной цитаты.  Машина тронулась с места на зелёный свет, и салон наполнил хохот.  — Вот уж не думал, что кто-то знает это старьё.  — Я люблю ретро-фильмы. И читать.  Хуа Чэн загадочно улыбнулся в ответ.  Всю дорогу до кампуса они весело болтали, перескакивая с одной темы на другую, будто давно знали друг друга.  — Вот, возьми мою визитку. Если вдруг пропустишь автобус снова, я приеду и отвезу тебя в кампус. Или куда захочешь, — Хуа Чэн почти вложил пахнущую дорогим парфюмом визитку в руку Се Ляня.  — Хорошо, Хуа-ди. Доброй ночи! Се Лянь повертел картонку в пальцах и просунул под чехол на телефоне: оттуда точно не потеряется. Какой любезный молодой человек этот Хуа Чэн. И отчего за его спиной говорят все эти неприятные вещи? Наверное, Му Цину и Фэн Синю просто стоит узнать его поближе!  С такими мыслями Се Лянь вернулся в комнату в общежитии, которую делил с Ши Цинсюанем. Дорогой сосед ещё днём отправился на свидание с Хэ Сюанем из Альфа-и-какие-то-буквы и до сих пор не вернулся. «Оно и к лучшему», — подумал Се Лянь и немедленно обругал себя за такие мысли. Конечно, он ждал возвращения друга и был уверен, что в компании Хэ Сюаня Цинсюань в полной безопасности, но если бы сосед ещё погулял с полчаса, то Се Лянь успел бы дочитать главу! Он сел на кровать и разблокировал экран телефона.  «Демон ждал приказа, пытливо поглядывая на растерянного принца. Какова же будет воля Его Величества, не искушенного в плотских утехах? Саньлан ждал целую вечность и мог потерпеть ещё немного. Он помнил каждое мгновение, проведённое с Сяньлэ в прошлой жизни, и ради того, чтобы дождаться перерождения возлюбленного, обратился к первородной тьме. Люди не могут жить столетиями, могут лишь демоны.  — Подойди ко мне, — произнёс Сяньлэ. Власть в его голосе уступила место смущению и желанию, не оформившемуся, но горячему, словно разгорающиеся в камине угли. Демон поднялся из-за стола и приблизился, глядя исподлобья, будто невинная дева, но хищная улыбка выдавала его истинные намерения.  — Разденься, — Сяньлэ показался чужим собственный голос. Принц просил, подрагивая от нетерпения и вожделения. Вскинув бровь, демон улыбнулся ещё шире. Не сводя взгляда с лица Сяньлэ, он потянул прочь шёлковые одежды, обнажая сильные плечи, высвободил руки из рукавов, демонстрируя мускулы, играющие под смуглой кожей. Ослабив пояс, Саньлан позволил просторным штанам упасть к его ногам. Лишь распущенные чёрные волосы служили теперь ему одеждой.  Взгляд Сяньлэ непроизвольно скользнул по груди демона вниз, останавливаясь на уровне бёдер.  «Такой огромный», — промелькнула в голове принца заполошная мысль, когда перед его взором предстало мужское достоинство Саньлана.  Сяньлэ поднялся из кресла и сделал шаг навстречу.  — Поцелуй меня, — прошептал принц.  Горячие ладони демона сомкнулись на талии Сяньлэ. Саньлан почти коснулся горячим ртом разомкнутых губ принца и прошептал:  — Как же я хочу овладеть тобой, моя любовь, прямо на этом столе». Се Лянь зажмурился, смущённый и смятённый прочитанным. Он покосился на дверь, прислушался, не возвращается ли Цинсюань, и, убедившись, что всё тихо, коснулся пальцем экрана телефона, чтобы перейти на следующую страницу. Смартфон завис, закрутилось колёсико и браузер выдал ошибку: нет доступа к сайту. Да как так-то?! Се Лянь вернулся на предыдущую страницу, но и там вместо текста возникло оповещение: «На вашем счету закончились денежные средства, пожалуйста, пополните баланс для возобновления доступа к интернету». Да, он опять забыл про оплату телефона!  Решение сложившейся ситуации пришло в голову мгновенно. Кузен Ци Жун жил в соседней комнате и мог бы по-братски поделиться интернетом. Конечно, придётся терпеть его дурацкие подколки, но такую цену за возможность дочитать главу Се Лянь был готов заплатить.  — Обана, чё припёрся?  — Ци Жун, мне надо… по учёбе, не мог бы ты, пожалуйста, расшарить интернет? Я забыл пополнить счёт на телефоне.  — А что мне за это будет? — Проси, что хочешь, мне очень нужен интернет прямо сейчас.  — Проходь, садись. Я подумаю пока.  Пройти и сесть оказалось сложнее, чем сказал Ци Жун. В его половине комнаты царил бардак. Вещи, обёртки от еды, объедки покрывали пространство ровным слоем. Только Ци Жун ориентировался в этой Свинарнии и орал, как резаный, если кто-то пытался навести в комнате порядок. Присев на край кровати, Се Лянь ожидал, когда кузен продиктует пароль от точки доступа.  — Ёж твою мать, всё с заглавной в одно слово.  Он ввёл пароль и, нажимая на кнопку «подтвердить» смахнул с экрана какое-то оповещение. В следующую секунду на экране телевизора, висящего на стене, отобразилась открытая в телефоне Се Ляня страница браузера с новеллой. Он запаниковал, принялся искать в настройках, как отключить трансляцию, но было слишком поздно. Ци Жун уже читал вслух текст с экрана телевизора.  — «Как же я хочу овладеть тобой, моя любовь, прямо на этом столе…» мля, ахахаха! Се Лянь, ты припёрся, чтобы дочитать вот это? Серьёзно?  — … — То есть, ты правда ничего до сих пор не понял?! Се Лянь растерянно помотал головой. Он, наконец, нашёл, как выключить трансляцию и погасил экран телевизора. Поднявшись, Се Лянь зашагал к двери, но Ци Жун ухватил его за рукав.  — Блин, ну ты дурак. Вот это всё Хуа Чэн пишет про тебя, балда, уже не зная, как с тобой ещё познакомиться! Вот и настукал про тебя целый роман, раз ты всегда ходишь, утыкаясь то в книгу, то в читалку на телефоне.  От осознания действительности у Се Ляня немного закружилась голова. Неужели все эти два романа действительно были о нём? Его любят с такой силой и страстью уже очень давно, а Се Лянь всё это время не замечал очевидного?  Высвободив руку из хватки Ци Жуна, он достал из-под чехла визитку Хуа Чэна, открыл мессенджер и, скопировав номер, стал набирать сообщение.  «Да, — ответил принц Сяньлэ. — Я хочу быть с тобой, но сначала хотел бы познакомиться поближе. Быть может, пообедаем вместе?»  Ответ пришёл моментально: гифка с довольным лисом и ворохом алых сердечек.  Следующую главу они напишут вместе.