Концептуальный Бог

Бодрые гитарные запилы одной из групп, так удачно мною скаченных на старенький плеер от Sony, мешались с японскими текстами, которые я на удивление даже понимал. Грамматические и другие правила языка передались мне полным контекстом вместе с памятью оригинального владельца. Японским языком я интересовался и ранее, однако тут мой интерес был наконец-то удовлетворён. Конечно, очень обидно что я не нашёл на просторах интернета моих любимых «penguin airways», однако другого разнообразного альтернативного рока хватало, прямо в моем вкусе. Надо будет узнать насчёт других жанров музыки и моих любимых артистов. Отчётливо вспоминая о том, что некий Матсудзаки отберёт плеер, как только увидит меня с ним, я и особо на него не полагался. Это скорее было лёгкой альтернативой осознанного контроля мыслительного процесса, которую следует использовать когда возможно. Надеюсь на меня прямо сейчас не смотрят посредством ясновидения, ибо это было бы очень и очень неловко. Аккуратные ряды шкафчиков были уже близко, а вышедшие погулять на перемену школьники… безразлично проходились по мне взглядами. Что, честно говоря не особо удивительно, возможно и до меня были те безумцы, которые пытались приходить с плейерами в академию. Но! Я был тем самым безумцем, который планировал при плейере остаться. Переодевшись в сменку и захлопнув шкафчик, я аккуратно выглянул из-за угла и наметив себе путь через дальнюю лестницу, подальше от учительского и административного кабинетов, бодрым шагом направился прямо к ступенькам, которые не то чтобы пустовали, однако были оккупированы лишь парочкой гяру, скучающе разглядывающих своих ногти. Ничего особенного. Контингент PK был разнообразным, чего только стоила Терухаши Кокоми, де факто самая красивая девушка этой реальности. Впрочем, красота субъективна, не знаю произнесу ли я поистине легендарный «Ой», в оригинале звучащий больше как «Офу~», однако мне все же стоит его произнести, а то бедная девушка с ума сойдёт, если появится ещё один аутсайдер её бесконечного шарма. Песенка закончилась и началась другая, за авторством Split End, как же я был рад, когда нашёл творчество этой кавер-банды на просторах интернета, вот что, а без музыки жизнь в этом мире была бы истинным чистилищем, как бы не Адом, раз на то пошло. Однако от переживаний насчёт художественного таланта человечества, меня отвлекло некоторое недоразумение. Привычно бросив взгляд сквозь пролёт, привычка у меня такая – смотреть вверх, я узрел коричневые туфли и серые штаны. Воображение привычно достроило образ до нужного и отстранившись чуть назад, от чего гяру на лестнице, мимо которых я прошёл секундой назад, отпрянули. Буквально выдернув наушники из ушных раковин, моя рука отыскав кнопку паузы на корпусе плейера, вжала её внутрь, заставляя музыку, прекратить свою игру. Привычными движениями намотав провод на кулак, я завёл руку за спину и принял скучающий и усталый вид, пока ноги в расцветке серого смокинга медленно спускались вниз. Хатекияма Якумо, “Змей Якумо”, Хатекияма-сенсей… как только не звали этого высокого и вполне очкастого мужчину. Общего у нас было мало, скорее только одна вещь и это очки. - Хакари… - Приветствую Хатекияма-сенсей. Странное зрелище, вот он, стою я, вытянувшись в струнку перед Хатекиямой и странное шуршание за спиной, которое намекало на компашку из девушек, активно удаляющихся от опасного лично для них элемента иерархии. Хатекияма Якумо был довольно странным человеком, на людях мужчина вёл себя собранно и спокойно, однако стоило ему остаться наедине с нарушителем, то учитель умело морально давил на провинившегося. И было это внушение настолько эффективным, что когда в коридорах дежурил Хатекияма, то любые стычки, нарушения порядка – все они не только прекращались, но пресекались и переносились “на потом” прямо на месте выяснения. Только чтобы не попасть на ковёр к Хатекияме. - В учительскую, за мной. – Кратко и чётко выдал Якумо и развернулся, снова поднимаясь по лестнице. Выдохнув, я медленно перевёл взгляд вверх. Угораздило же меня напороться прямо на куратора, прямо на дальней лестнице, прямо в самом начале перемены. Ну, раз так хочет судьба – будем страдать, терпеть и превозмогать. Как самый настоящий герой сеннена, тьфу. На деле, все не было так плохо. Подход к таким людям как Хатекияма был довольно прост. Нужно всего лишь дать им того, чего требуют от тебя правила. Ну а если правила для тебя неприемлемы, то в этом мире есть прекрасная словесная конструкция под коротеньким названием “Постараюсь”. Поход по коридору выдался весёлым, десятки пар глаз, уставившись на конструкцию из строгого учителя и провинившегося ученика выражали не то сочувствие, не то злорадство. Классика. Дойдя до кабинета, учитель, пропустив меня вперёд, аккуратно закрыл дверь и медленно, плывущим шагом проследовал к своему креслу. Я же, заняв место согласно заслуженному хулигану и прогульщику, встал прямо перед ним. Хатекияма, снял очки, мягко положив на салфеточку, которая была настолько ровной, насколько и сам стол куратора класса А отличался от столов других преподавателей. Казалось что в персональном мире учителя не было место ни хаосу, ни беспорядку в любом из его проявлений. А я, как одно из таких проявлений, нарушал эту гармонию. Устало протерев глаза кулаком, Хатекияма вздохнул и пару секунд молчания спустя выдал: - Пункт третий, подпункт четвёртый устава Академии PK. Мне нужно повторять его тебе, Хакари-кун? Разум подметил некоторую мягкость голоса, учитель судя по лингвистике и общему тону обращался ко мне снисходительно. - Что-то про опоздания? Признаю, провинился, больше не… - Ты в определённом смысле прав, «Что-то про опоздания». Однако, Хакари-кун, я бы не позвал тебя сюда, если бы дело было только в опозданиях. — Перебил меня Хатекияма. Впрочем, ему можно, в этом разговоре он царь и бог, а я преступник и грешник, как бы не хотелось это признавать. Этикет, черт бы его побрал. Или культурные нормы, которые я сейчас немного, но все же нарушал. По сути мне надо взять, наклонить голову в пол и выслушивать порицания. И вот не разберёшь, это так наследие знаменитого «Азиатского Деспотизма» проявляется, или просто я бескультурное и попирающее нормы, асоциальное чмо. - Твои оценки за предыдущий итоговый тест. Плохие отзывы от учителей. Тенденция спать на уроках. Отсутствие какого-либо внимания или попыток усвоения материала… А теперь ты решил добавить к своему репертуару опоздания, Хакари-кун? Может мне стоит поговорить с твоими родителями? Ооо, большие пушки используете Хатекияма-сенсей. Угрожать школьнику родителями это очень весомый аргумент в таких спорах. Хотя, какие споры, скорее отчитывают нашкодившего котёнка, тыкая его лицом в лужицу желтоватой жидкости, которую он оставил вне лотка. - Сегодня утром, я был немного не в себе. Один из проблемных учеников А-класса второго года, не явился на занятия. Без каких-либо предупреждений или заявлений об отсутствии, которые могли бы сгладить факт отсутствия. И вот сейчас этот проблемный ученик стоит передо мной и не показывает никаких признаков раскаяния. Как мне это понимать, а Хакари-кун? Таки да, асоциальное и попирающее нормы чмо. Только вот теперь меня предупредили об этом прямым текстом. Честно говоря, то менять тактику уже поздно. Если я сейчас показательно осунусь, то это будет совсем кромешный позор. И от меня ждут ответа, который должен объяснять все прецеденты. Эхх, надо было поспать, а не в рейд на кристал грот идти… - Хатекияма-сенсей, я понимаю как это выглядит со стороны, поэтому я хочу принести извинения за моё поведения. Я постараюсь измениться в лучшую… - Эти слова из твоих уст я слышал уже несколько раз. Лучше скажи мне, что помешало тебе прийти на занятия вовремя? Ох и проблемы ты мне оставил, Макото. Впрочем, какой из меня попаданец если не будет разбираться с репутацией тела? Итак, сказать что я играл это будет последнее, что я скажу перед отчислением или звонку родителям. Сказать что убирался, тоже не вариант, спросит почему не отложил уборку на вечер. Тогда остаётся только играть на повышение… - Хатекияма-сенсей, если вы готовы меня выслушать, то… - Готов. Признаться, мне действительно интересны перемены в твоём поведении. Раньше, ты не стоял с гордо вскинутой головой, постоянно смотрел в пол и отвечал гораздо тише. Что же с тобой произошло за эти выходные Хакари-кун? — Кинув взгляд на часы, обёрнутые вокруг запястья Хатекияма позволил себе улыбнуться краешком губ. — Времени у нас полно, почему бы не выслушать? Ну что же я маленьким то не сдох…

***

Чем дальше Сайки слушал мысли Макото, тем больше тот его напрягал. То, что хранилось у псионика в памяти совершенно не совпадало с тем, что он слышал сейчас. Нет игровых терминов, нет нерешительности и явного страха. Сначала он даже направил в сторону подозреваемого, куратора его класса, Хатекияму, дав телепатией подсказку о дальней лестнице. И когда Макото встретил учителя, то стало ещё непонятнее. Макото не нервничал, вообще. С неестественной быстротой, он убрал плеер в задний карман брюк и покорно пошёл за куратором, транслируя мысли, в которых винил судьбу в том, что ему так не повезло. И не волновался. Ни капли. Когда ученики PK встречались с Хатекиямой Якумо, даже непрошибаемый Конго начинал волноваться, на задворках сознания, но нервничать. Хакари же высказывал лишь усталость. Ещё более странным показалась Сайки манера мысли главного подозреваемого в его поутихшей головной боли. Хакари думал на двух языках, переодически их сменяя. Были реплики на… русском и вставки на японском, хоть и основной язык мысли оставался все же русский. Незнакомые речевые конструкции резали слух, хоть и смысл воспринимался в полноте. Телепатия часто позволяла Сайки миновать языковой барьер как раз из-за свойств мышления человека. Люди думали в основном образами, иногда подкрепляя их речью в голове. Но вот когда подкрепляющая речь ведётся на двух языках сразу… такое Сайки слышал только у туристов и иностранцев, приезжающих в японию и свободно говорящих на японском языке. Практики в распознании такой манеры мысли у него было мало, если не было совсем. Хидеривакибара не славилась своими красотами или чем-либо ещё, что могло бы привлечь глаз туриста, так что тут их можно было пересчитать по пальцам. Но на этом странности не кончались. Самая удивительная часть этого разговора началась когда Хатекияма начал допрашивать опоздавшего. Куратор класса А был весьма добрым учителем, скрывая свою доброту под маской отчуждённости и собранности. Сайки искренне уважал этого преподавателя, просто потому что тот действительно старался на благо собственных классов и вкладывал в свою преподавательскую деятельность всего себя. И когда тихий, отчуждённый Хакари встал перед сенсеем в полный рост, не поклонившись и не извинившись, это было очень странно. И как только Хатекияма передал мяч разговора в руки Хакари, случилось самое странное. - ...почему бы не послушать? В голове Хакари промелькнуло полсотни образов, каждый из которых показывал то, чего он хотел рассказать учителю. Некоторые из них были полным враньём, в некоторых из них Хакари сидел перед компьютером или убирался, самые обычные отговорки. Удивиться Сайки заставило другое. В трёх или пяти частях мысли, разными действиями занимался совершенно другой человек. Эти образы промелькнули быстро, но достаточно для того чтобы псионик заметил их. И самое странное в них, что Сайки слышал эту категорию мыслеобразов раньше. И в случае Хакари Макото… явление которое их вызывает было неожиданно, но вполне вероятно. Наблюдение покажет что ты… - Хэй, братан, ты там че застыл? А?! По плечу псионика прилетел слабенький удар. Да ну нет… ну на самом интересном же…

***

Преподаватель моим рассказам поверил, даже впечатлялся в каком-то смысле. Вот такой вот я, Хакари Макото, раньше играл в игры и в целом сидел в депрессии и постоянном эскапизме, но после того как я задумался о своей жизни и перебрал её от начала до конца, то понял что так жить нельзя. И решил измениться. Нет, не так. Измениться! Пообещал Хатекияме-сенсею что возьмусь за учёбу, что буду относиться серьёзнее к экзаменам и так далее и тому подобное. Он же в свою очередь похвалил меня за то что я бросил компьютерные игры и теперь решил интегрироваться в общество, сказал что как увидел мои завязанные в хвост волосы, то сразу понял что я повзрослел. Потом конечно припечатал звонком родителям, если это все окажется пустыми словами и пообещал в выпускной характеристике, если я конечно займу достойные места на Итоговом Экзамене, затереть этап моей «хандры», если конечно можно так выразиться. Сколько это достойное место в таблице лидеров в цифрах, я уточнять не стал. Поблагодарил его за благосклонность и пообещав что учитель увидит результаты как скоро, так сразу, вышел наконец из учительской. Наконец выдохнув, ужаснулся насколько оказывается сложно говорить с Хатекиямой. Нет, я в своей… дело не в том, что это был именно такой человек, а в том, что моё тело, выпустило наверное столько грамм кортизола в мозг, что можно было бы наполнить чашечку петри этим занятным составом. Действительно, страшный человек. Хотя, когда знаешь что от этого человека ожидать — страх пропадает. Вернувшись в класс, и под удивлённые взгляды уже собравшихся внутри одноклассников, разговаривали мы с куратором недолго, но этого хватило чтобы перемена закончилась, сел на своё место. Реакция была феноменальна, не знаю что именно на них так повлияло. Моя поза, выражение лица или завязанные и помытые волосы, однако даже моя соседка, абсолютно непробиваемая отличница, та, чьё имя сидит в десятке учебного рейтинга с самой начальной школы, Цубаки Айка, приспустив очки уставилась в моё самодовольное лицо. - Хакари-кун? Был огромный соблазн ответить что-то вроде «Да, моя любимая Айка-чан?», однако это подняло бы такую бучу, что репутация моя, рассыпалась бы в осколках. Поэтому ограничившись чуть более скромным хмыком, я повернул к ней голову и ответил: - Да, Цубаки-сан? - Чего это с тобой? - Да так, в другой мир на выходных смотался. Лицо девушки надо было видеть. Даа, привыкайте господа, Хакари Макото, каким вы его знали уже давно нет. Я изменился.