Джисон:
Я не хочу ехать.
Отец: Меня это мало волнует. Прием в честь твоего вступления в наследование активами. — Чёрт…Джисон:
Это так важно? Мое присутствие?
Отец: Да! Кому важно мнение Джисона, если его ни во что не ставят? Даже собственный отец относится к нему как к ненужной шавке, от которой проще избавиться, чем терпеть присутствие. Вся жизнь Хана из этого и состоит. Он никому не нужен. Ладно Минхо, но собственная семья… Джисон вышел из комнаты, когда вдоволь наплакался. Свет в гостиной ударил в глаза, стоило ему открыть дверь собственной комнаты. Но окончательно его добило присутствие альфы за кухонным столом. Минхо сидел, сложив руки на груди. Он сверлил темным взглядом пол, но когда Джисон вышел из комнаты, поднял взгляд на него. — Я думал, тебя еще нет, — буркнул Хан. Он прошел мимо стола и налил себе стакан воды. — Завтра светский ужин в восемь. — Знаю. Твой отец мне звонил. — Ясно, — прошептал омега и опустошил стакан. — Извини. За те слова. Я не должен был говорить тебе подобного. — Все нормально. Ты прав, — сухо ответил Джисон. — Иногда я и сам себя ненавижу. Джисон выдавил улыбку и поспешил вернуться в свою комнату, чтобы спрятаться в коконе из одеяла и уснуть. Желательно вечным сном. Минхо схватил его за руку возле дивана и усадил на свои колени, прижав голову к груди. — Что ты… — Тц! Пользуйся моей добротой, пока я позволяю это делать, — тихо произнес старший. Джисон прикрыл глаза, сдерживая слезы. Он удобнее устроился на бедрах Минхо и уложил голову на плечо, уткнувшись носом в шею. Рука Минхо легла ему на спину, нежно поглаживая. Слезы потекли по щекам, но Минхо не спешил отодвинуть от себя омегу. Он обнял его крепче. Джисон не помнил, как и в какой момент он уснул, но спал он спокойно. Проснулся он около одиннадцати, умылся, позавтракал и выбрал себе наряд. У него не было настроения ехать и улыбаться знакомым отца, потому что его они не интересовали, да и все можно было сделать по-тихому. Зачем раздувать шумиху из-за обычного наследства, доставшегося ему от папы? Отца Джисону не понять никогда. Альфа явно отыгрывал роль заботливого папаши перед такими же как и он сам, а Джисон был просто марионеткой. Конечно, он же омега. Когда Джисон и Минхо приехали на место, Хан закатил глаза и сказал, что уедут они сразу после церемонии. Минхо ему на это ничего не ответил. Изначально «Гранд Риджент» был эксклюзивным гостиничным комплексом, появившемся в Сеуле благодаря какому-то американцу, захотевшему расширить сеть гостиниц, но его быстро перехватили Сеульские толстосумы и перекупили несколько проектов, переделав их под себя. Натянули одеяло так, что оно треснуло по швам, а потом и порвалось. А отец Джисона вовремя подоспел с нитками и иголкой. Теперь же «Гранд Риджент» был одним из активов «Тэян», чему очень радовался альфа и равнодушно относился омега. Ему было достаточно квартиры, доставшейся от папы и баснословной сумме на карте, которой он пользовался в крайних случаях. В бизнес он не лез и лезть не собирался. — Ты в порядке? Джисон хмыкнул и кивнул. Он не в порядке. Его подташнивало и кружилась голова. Запахи, которые ударили в нос, стоило им войти в церемониальный зал, усугубили ситуацию. Омега старался дышать через рот, чтобы окончательно не сойти с ума. Его омега принюхивалась к каждому, ища свой любимый, но расстраивалась и скулила каждый раз ошибаясь и ничего не находя. — Ты бледный. — Я хочу выпить. Хан подошел к высокому столику с шампанским и взял бокал. Игристые пузырьки защипали на языке, отвлекая от раздражающей обстановки. — Я отойду. Если почувствуешь себя не очень, позвони мне. — Ничего со мной не случится, — отмахнулся Хан. Минхо еще раз посмотрел на его бледное лицо и отошел в сторону, где стояли телохранители и охранники. Он увидел среди них знакомое лицо. Джисон же нашел своего брата и даже обменялся с ним нейтральными вопросами-ответами, допивая шампанское. Отца не было видно несколько минут, а потом он поднялся на сцену и постучал по микрофону, привлекая к себе внимание. Его речь прозвучала где-то на фоне. Джисон изо всех сил старался не упасть в обморок, нанюхавшись смешавшихся запахов альф и омег. Он стал слишком чувствительным по неизвестной ему причине. Отец сказал что-то про своего любимого сына. Да, конечно. Ссать в уши он умел. Хан моргнул, фокусируясь на альфе. Ему всего-то нужно подняться на сцену, поклониться и забрать бумажку с подписью папы, а потом поехать домой. Где Минхо? Джисон покачал головой, отгоняя мрачные мысли. Внутри острыми когтями полоснуло по ребрам. Почему он думает о Минхо? Какого… — Встречайте! Мой любимый младший сын — Хан Джисон! — чуть ли не проорал в микрофон отец. Зал взорвался аплодисментами. — Сынок, поднимись ко мне. Джисон еле сдержался, чтобы не закатить глаза. Он поставил бокал на столик и поспешил пробраться через толпу, которая давила на него со всех сторон. Запахи смешались и нависли над ним неподъемным облаком. Джисон на ватных ногах поднялся на сцену и улыбнулся своей самой очаровательной улыбкой. Которую он едва смог из себя выдавить. Отец притянул его для объятий. В нос ударил коньяк. Джисон его ненавидел. А потом ему вручили документ, подтверждающий его положение и вторую долю бизнеса отца. Какая радость. Джисон не помнил, как он добрался до шампанского и выпил сразу три бокала подряд. Его поздравляли, позволяли себе дотрагиваться до его рук и спины, на что он сжимал челюсти, сдерживая себя, чтобы не взорваться. И он бы вот-вот это сделал. Взорвался бы на наглого старого альфу, нагло лапающего его за плечо, если бы не Минхо. — Прошу прощения, — улыбнулся Ли. Его улыбка больше на оскал смахивала. Он скинул лапу старика и показательно встал перед его лицом спиной к нему. Растерянность окрасила лицо старикашки, но он ничего сказать не успел, потому что Минхо отвел Джисона в сторону, всем видом показав, что слушать его не намерен. — Минхо, — Джисон обхватил шею альфы руками и приблизился к его лицу. — Я хочу уйти отсюда. — Ты, кажется, уже напился, да? — по-доброму усмехнулся альфа. — Раз лапаешь меня при всех. — Я, черт возьми, наследник этого дерьма, — прошептал Джисон. — Могу себе позволить. — Ох, точно, — засмеялся Ли. — Хочешь сбежать? — Очень. — Как пожелаете, господин Хан. У Джисона едва передвигались ноги, голова шла кругом, но он шел за Минхо, вцепившись в его рукав, что было удивительно. обычно Минхо стоял и ходил позади него. Лифт спустил их на первый этаж отеля, а потом они вышли на парковку. Свежий воздух ворвался в легкие, выдавливая скопившуюся там какофонию разных запахов. Омега блаженно выдохнул. — Черт, как же хорошо. — Стало легче? — Да. Погнали в клуб! — Чего? Джисон прошмыгнул мимо альфы и забрался на заднее сиденье авто. — Хочу отметить свое новое положение, от которого меня тошнит. Хочу, чтобы меня стошнило от алкоголя, а не от поганого ощущения внутри. — Я не буду носиться с тазиком до утра. Спи рядом с унитазом тогда. — То есть… ты отвезешь меня? В глазах-галактиках зажглись новые звезды. Либо Минхо сошел с ума. — Я не могу отправить тебя в клуб одного, но пить я не буду. Минхо закрыл дверь и обошел BMW, чтобы сесть на водительское. Стоило ему это сделать, как короткий поцелуй остался на его правой щеке, а Джисон уже радостно пристегивал ремень безопасности и закатывал рукава рубашки. Блять.★¸.•☆•.¸★
В клубе Джисону стало легче только тогда, когда он наглотался коктейлей и разлегся на диване. Минхо терпеливо сидел рядом и ждал, когда омега напьется до состояния жижи, чтобы вынести его из клуба. Или же попросится домой сам. Но Джисон сегодня преуспел. По крайней мере он так думал, пока яркий луч не ослепил его. Он игнорировал запахи ровно до тех пор, пока мог залпом осушать стаканы с коктейлями и танцевать, но уже десять минут он не мог задницы поднять, чтобы подрыгаться на танцполе. Его рубашка заметно помялась, но это последнее, что его волновало. Флешбэки той ночи медленно, но четко пробирались в его мозг, заставляя шестерёнки крутиться с новой скоростью. Нужно подняться и пойти танцевать. Вдруг ему повезет. Допив остатки пойла из стакана, Джисон наконец оторвался от дивана и встал на ноги. Его качнуло. Минхо посмотрел на пьяное тело перед собой, но ничего не сказал. Джисон бы все равно его не послушал. Он его уже третий час не слушал. — Я пошел! — прокричал Хан и сделал шаг, но… — Упс! Запутавшись в собственных ногах, он рухнул прямо на Минхо. Ли окольцевал его талию руками и усадил на бедра так, чтобы обоим было удобно. Джисон пьяно рассмеялся и положил голову на плечо альфы. — Какой красивый альфа. — Спасибо. — Не трогай меня, а то Минхо сломает тебе руки, — засмеялся Джисон. Минхо вскинул брови. — Кто такой Минхо? — Ой, я тебе не расскажу, потому что это секрет, но он, ик! Блять, — рука Джисона поползла по груди альфы. Пальцы коснулись кожи на шее. Джисон был пьян и не соображал, что творит и говорит. — Он очень красивый и добрый! — Правда? — Да! И ты тоже… Джисон приподнял голову и посмотрел на лицо альфы. В глазах все кружилось и мелькало, а мозг подал сигнал. Минхо не понял ровным счетом ничего. Губы Хана коснулись его губ, а руки-плющи появились на шее уж как-то слишком быстро и неожиданно для возможности придумать, как это предотвратить. Сначала Джисон просто прижался к губам старшего, а потом попытался его поцеловать. Из-за алкоголя в организме это получалось смазано, но Джисон старался. И если с ним все понятно — был пьян, то Минхо не понял, что произошло с ним, когда он ответил на поцелуй.