Бесконечный runtime

1. Обыденность Дождь барабанил по крыше такси, словно пытался выстучать код, который Алиса так и не расшифровала за месяцы в лаборатории. Водитель, щурясь на навигатор, пробормотал: — Обычно такие красавицы, что отправляются в горячую точку, редко возвращаются. Вам повезло. — Не говорите ерунды, — Алиса бросила деньги на сиденье. «Повезло». Это слово теперь резало, как осколок в ране. Дома пахло воском и старыми книгами. Мать, не отрываясь от вязания, кивнула на холодильник: — Картошка с грибами. Разогрей себе и покушай хорошо, — проговорила она с заботой и тоской по прошлой Алисе, которая всегда приходила, заряженная энергией. Отец в гараже возился с двигателем, как будто за год ничего не изменилось. Только взгляд его, мельком скользнувший по её длинным волосам, выдал напряжение. — Как машина? — спросила Алиса, ломая тишину. — Подшипники стучат, — он вытер руки тряпкой. — Завтра посмотрю, и будешь кататься, — сказал отец, пытаясь ухмыльнуться, дабы приподнять настроение своему ребёнку, которого не мог полностью принять, но любил безгранично. Они говорили о железе, масле, пробках — обо всём, кроме того, что её грудь теперь не плоская, а голос звучал так, будто девушка имитирует мужскую речь. 2. Лаборатория: Первая нить Флешбек. Три месяца назад. Комната напоминала стерильный бокс, если не считать пятен крови на полу. Мужчина в маске ввёл иглу в её позвоночник. — Нейроинтерфейс активирован. Тест №1. Боль была белой и беззвучной. На экране замигали сигналы: импульсы её мозга сплетались с алгоритмами имплантов. — Объект №9. Реакция стабильна. — Зачем вы это делаете? — Алиса пробормотала, практически в бреду. Она не знала, сколько уже прошло с момента похищения, и просто хотела, чтобы однажды игла врача проткнула не то, что нужно, и отправила её на покой. — Поверь, дитя, если бы я знал, зачем это «Ему»... — его глаза выражали безумие и сожаление, но вместе с тем сломленный разум радовался своему творению. — Одно я могу сказать точно: всё это не зря. «Он» не станет заставлять делать такое просто так. О ком шла речь, да и кто проводил все эти эксперименты, было неведомо — как будто никому во всей лаборатории. Кроме этого безумного врача. Он — зачинщик и воплотитель всего ужаса, что здесь происходит? Или нет? Кто тот самый «Он» и какие цели преследует? Хотя какое дело до этого той, кто страдает от каждого вздоха на хирургическом столе? 3. Возвращение в тишину Чудо или чьё-то вмешательство, но Алиса получила свободу. Не помня, что и как произошло, она очнулась рядом с пепелищем некогда футуристической лаборатории, наполненной ужасами безумного учёного. Но она чётко помнила, что с ней сделали, и как этим пользоваться. Она не хотела, чтобы страдания, что она испытала, просто пошли прахом. Я должна вернуться к ней… — мысли затмила лишь одна личность. Лишь из любви к Лере Алиса не отдала душу богу в самые первые дни. Путь домой был нелёгок. Алиса не могла ожидать, что её похитили в другой конец мира. Пришлось обращаться в полицию с просьбами о помощи и ждать, пока подтвердится, кто она и что её действительно похитили. Оказалось, пропала она на три месяца и изменилась слишком кардинально. Мальчишеские черты сгладились, и теперь было сложно сказать, что перед вами парень, которым Алиса родилась. Скорее что-то среднее. Радости это добавило, но и сложностей тоже. Оказавшись в родном городе, нельзя было не радоваться каждому уголку, что она видела с детства. В первую очередь нужно было увидеть Леру — лишь ради неё она так хотела выжить. Заветная дверь. Волнение, глядя на свои шрамированные, истончённые руки… Это последний радостный момент, что светил ей в ближайшее время. «Либо я, либо она!» «Алиса, прости...» «Иди, тебе не нужна калека, как я». Три фразы, принадлежащие каждой из трёх, что когда-то были одним целым. Почему Вика так поступила? Алисе было не понять. Они не были близки, но и чужими друг другу не стали. Почему же она просила прощения именно у неё? Почему Алиса не стала бороться? А могла ли она что-то предложить? Поток мыслей, что затмил всё, с которым нельзя было жить. 4. Война: Уроки выживания — Не от лёгкой жизни… — проговорила Алиса, глядя на карту. — Да, но всё же девушкам в армии тяжело, а трансам вообще, мне казалось, вход закрыт на четыре засова, — ответил Глеб, не скрывая удивления. — Глеб, мне кажется, ты перебарщиваешь, — возмутилась Юлия, медсестра, приставленная к отряду «Зенит». — В любом случае, командир — хороший человек и всегда готова помочь. — Лично мне интересно, — перебил Марк, — как такой, с виду хилый человек, который не выглядит как опытный боец, может так хорошо воевать? Талант? Или секреты есть? Алиса опустила взгляд. Боль в её глазах сказала больше слов: — Послушай, даже если я объясню, ты откажешься от такого пути. Я не просто единичный случай. Надеюсь, что единственный. Никому такого не пожелаю… Кархадия. Аэропорт, превращённый в крепость. Взвод «Зенит» залёг под шквальным огнём. Им предстояло спасти пленных и гражданских, запертых в окружённой зоне. — Слева! Там снайпер! — крикнул Марк, сжимая гранату словно чётки. Алиса прикрыла глаза, позволив имплантам просканировать пространство. Нервные окончания жгло, но она увидела траектории — паутину из света и тени. — Юля, в укрытие за колонной! Глеб, ползи ко мне! — её голос звучал чужим, будто нити управляли связками. Никто не ожидал танка, выехавшего из-за руин. Первый снаряд уже летел в их сторону. Жжение. По телу разлилось приятное тепло. Боль, копившаяся месяцами, вырвалась наружу. Нити рассекли снаряд до детонации. Рывок — и танк превратился в груду металла. У костра Глеб дрожал, не сводя с неё взгляда: — Как ты... Ты скрывала такое?! — Да. И хочу, чтобы вы тоже молчали, — Алиса потянулась за термосом, пряча шрам. — Никто не должен знать. — Почему тогда ты здесь? — Марк схватил её за руку. — Ты живёшь на армейские гроши, а жалование отправляешь семье. Ты пришла не за деньгами. Ты здесь, чтобы умереть. Грохот миномётов заглушил ответ. 5. Разрыв Алиса ненавидела атаки. Её взвод должен был спасать, а не зачищать город под артиллерийским огнём. Она могла бы уничтожить всех в одиночку, но боялась за тех, кто стал семьёй. Импланты трещали от перегрузки, отслеживая снаряды и тепловые сигнатуры. Но, следя за другими, она забыла о себе. Выстрел снайпера попал в чип на позвоночнике. Алиса рухнула, обездвиженная. Паника. Мозг, обрабатывающий данные со скоростью света, осознал ошибку: Они полагались только на меня. Они не готовы. Снайпер убивал их одного за другим. Юлия. Марк. Глеб. Тьма. Воздух затрепетал. К утру город был пуст. Нашли её среди трупов погибшего «Зенита» — на коленях, с зажившими ранами. 6. Возвращение к началу Родной город встретил снегом. У витрины кафе «Берлин» Алиса замерла уйдя в воспоминания. Вика поправляла Лере шарф, смеясь над чем-то. Алиса несла тёплые напитки и булочки с ветчиной и сыром. Их общий с Викой смех над Лерой которая как ребёнок обиделась что ей не дали сразу напиток, а слегка остудили как маленькой. Кулаки сжались. Нити под кожей затрепетали, готовые разбить стекло. Но вместо этого она достала телефон. На экране: «Мы ждём. Ты готова к празднику?» Сегодня её день рождения. Праздник, который перестал радовать ещё до Леры. 7. Праздник отчаяния За столом собралась вся семья: бабушки, дедушки, братья и сестра. Единственное, что осталось якорем. Алиса играла роль счастливой дочери, пряча шрамы под свитером. Они не знали, что она потеряла ещё одну семью. Не знали, что всё ещё ждёт Леру, которая ушла, испугавшись её боли. «Я должна двигаться вперёд», — подумала она, глядя на торт со свечами. Но внутри шептало иное: «Ты уже мертва. Просто ещё не упала».