Lullaby

– Осторожно! – на голове Дионы на мгновение поднялась белоснежная бумага от испуга. – Всё в порядке, не переживай! – я облегчённо подправил сиреневый цилиндр, осознав, что не поскользнулся на глазурной тропинке. – Мил, твой поезд пришёл, – робко коснулась своего розового бантика моя маленькая подруга. – Ах да, конечно... Тогда до завтра? – дружелюбно одарил её улыбкой. – До завтра! – мы крепко обнялись на прощание, и я сел в ирисковый транспорт. Завтра предстоял тяжёлый день. Наша группа должна была написать новую песню, но идей не было ни у кого. Жители нашего сладкого городка обычно брали вдохновение у сливочного водопада, у клубничного ручья, у мастикового леса. И у всех получались приторно-сладкие песни! Ни одной грустной песни, ни одной агрессивной. Сегодня я собирался провести время на зефирном диване до тех пор, пока не придумаю хотя бы свою партию на фортепиано! – Станция Карамельная нуга! – крохотное зёрнышко кукурузы, которое на днях сделало себе биозавивку, заставило меня вовремя опомниться и выйти на нужной станции. Всё было как и всегда: мармеладные кусты неизменно были усыпаны сахарными кристалликами. Разноцветное драже вновь вынесло на берег. Наверное, сейчас соседские детишки побегут собирать их. Шоколадные камешки оставались на своём месте, и любой мог присесть на них, помечтать. Я никогда не любил лежать на них, загорать. У меня постоянно появлялась дурацкая золотая корочка, и мне приходилось покупать много охлаждающих желейных пластырей и ванильного сиропа. Радуга становилась тусклее. Надо было спешить в пряничный домик. Включив разноцветные лампочки, я принялся заниматься вечерней рутиной. Сначала в молочный бассейн, чтобы охладиться и дать отдохнуть хлебному телу. Затем покормить Оладушка. И, наконец, проверить, все ли фантики на месте. У меня была уже настолько большая коллекция, мне нельзя было потерять ни одного! Чуть позже я почувствовал вибрацию от леденцовой палочки. – Деся? Да, привет, что-то случилось? – Привет, Мил! Нет, всё хорошо! Я просто хотела сказать, что конкурс перенесли на одну солнечную неделю, поэтому не стоит переживать за новую песню, – мило хихикнула клубничная. – Прекрасно, спасибо, что предупредила! – я и вправду расслабился. – Не за что! До завтра! – я положил палочку на прикроватную тумбочку, где аккуратно лежали сиреневые цилиндр и бабочка, пожелал спокойной ночи Оладушку и с счастливой улыбкой закрыл глаза. *** Карамельные звёздочки потекли лавой вниз. Окошко в тихой спальне резко открылось. – Что это? – стараясь уловить туманные очертания предметов, я сонно открыл глаза, чувствуя, как съеденные монпансье начали нехорошо бурлить во мне. А затем увидел малиновую лакрицевую лапку. Где-то глубоко внутри душа обледенела. Жуткое, безумное, ужасающее чувство нахлынуло на мою несчастную батонную голову. "Только не это", – вторая, третья, восьмая ножка поочерёдно трогали мягкий пол из голубоватого суфле. "Это карамельный паук!", – тот нежно проходил сквозь тень вечернего солнца. Огромный монстр водился в нашем сладком мире. Он прокрадывался в окна в поисках жертвы, дрожащей в постели. А когда он обнаруживал в сгущающейся тьме... Чудовище подкралось ко мне ближе. От каждой его лапки текла радужная жидкость, которая ярко светилась в темноте. Внезапно красный большой леденец упал, и паук в одно мгновение приполз ко мне вплотную. Я с ужасом понял, что паук сожрёт меня сегодня ночью! Он тихо смеялся и тряс белоснежными головами. Его лапы обхватили меня, а его язык дотронулся моих глаз. – Спокойней, тише, мой милый мальчик, не борись со мной, а то ты понравишься мне еще больше, – хрипло, с каким-то безумным наслаждением проговорил он. Уже поздно отступать или включать свет. Паук точно сожрет меня сегодня ночью! Паук накинулся на меня. И животный страх, какой-то совершенно фантастический ужас охватил меня при виде этой картины. Его тонкие алые лапки обхватили всё моё тело. Мне казалось, что меня съели тысячи миллионов дрожащих пушистых ртов. *** А потом я проснулся, дрожа в холодном поту. Первым делом проверил, в порядке ли Оладушек. Потом ринулся к испечённому из яблок столу, судорожно пролистал страницы особо важной книжки, насчитывая все фантики. Взгляд метнулся к окну. Оно было надёжно закрыто. Это был всего лишь кошмар. *** – Мил, а обязательно надо было ставить репетицию так рано? – недовольно зевнула Тайя. – Простите, пожалуйста. Но вчера со мной такое произошло! В общем, я придумал идею для нашей песни. Первый куплет...