Дымчатые маргаритки

Если мы выберемся живыми из глубин морей, компас приведет тебя куда угодно.

Zella Day — Compass

Самайн был важен, и ни одного из студентов не устраивало стандартное, мирное торжество, устроенное преподавателями. Оно не казалось плохим или недостаточно волшебным, но никому не хотелось просто хлопать и есть пироги. В общем и целом это не то чтобы была несанкционированная вечеринка, потому что, да ладно, учителя живут не первое десятилетие, они делают вид, что ничего не знают, и всех это устраивает ровно до тех пор, пока кто-то не начинает взбираться на крышу с метлой. Гриффиндор и Слизерин не договорились о том, кто занимается организацией, поэтому один предоставил помещение, другие занялись украшениями. В итоге это была огромных размеров выручай-комната с гирляндами в виде очень реалистичных змей. Когтевран отвечал за музыку и спецэффекты, Пуффендуй любезно согласился прийти с крайне неприличными запасами еды и напитков. Были приглашены только последние три курса. Мать воспитала в Тео много хорошего и плохого, но его уважение к традициям закончилось на том моменте, когда празднование стало предполагать карнавал. Пусть кто угодно будет хоть единорогом или самим Волдемортом, но он останется при своём, даже если это практически ничем не отличается от школьной формы. Здесь было просто всё. От разноцветных шотов и дыма в виде драконов до летающих тыкв на пару с призраками (на его вкус тыкв даже слишком много), но гораздо больше его беспокоила ненормальная фантазия сокурсников, которые умудрялись наряжаться в платья с подолом размером в ползала. Музыка чуть замедлилась, стала немного тише, и те, кто секунду назад стирал обувь на танцполе, ушли к закускам и напиткам. С постоянной сменой освещения и пестрыми костюмами всё превращалось в нескончаемый водоворот, и это начинало действовать на нервы. В углу располагался мини-бар, за которым, к всеобщему облегчению, стояли не Фред и Джордж, так что выпивка была хотя бы относительно безопасной. Тео устало подошел к стойке и заказал стакан чего-то под названием «призрачный бум» (Салазар, кто это придумал), когда его плечо задело что-то мягкое и…с перьями. Луна сидела по правую руку от него, с крыльями и просто баснословным количеством блесток на одежде и глазах. Волосы закручены и распущены, рукава воздушные и полупрозрачные, но само платье идеального белого цвета, с пышной юбкой выше колена. Она сонно улыбалась бармену, забирая бокал с чем-то голубоватым, но к ней подошла Джинни, и Луна сразу же повернулась спиной к нему. Тео закатил глаза, услышав этот непрекращающийся лепет, и уже почти вернулся к своему «призраку». Почти. Кормак Маклагген скользнул на место справа от неё и сделал вид, что очень заинтересовал в меню. Из рукава его пиджака выскочил маленький флакон с порошком, чьё содержимое моментально растворилось в стакане Луны абсолютно незаметно. Флакон исчез так же быстро, как и появился, и Кормак подозвал бармена, уходя с ним на другой конец стойки. Джинни всё говорила и говорила, пока её не забрал Поттер, и Луна вернулась к напитку. — Не советую, — твердо сказал Тео, указывая на чужой стакан, — вряд ли оно стоит того жуткого похмелья. — Это просто газировка с соком, — ответила Луна, пожав плечами, — я не пью, — она покрутила стекло в руке, — так что всё хорошо. — Не надо, — Тео внезапно потянулся вперед, она не отшатнулась, но нахмурилась, — просто, — он замялся, неопределенно жестикулируя вокруг неё, — поверь, не надо. Он мог бы сказать ей, что Кормак что-то сделал, что он не уверен, для чего и зачем. Ему не хотелось объяснять это ей, только не ей и только не это. Луна несколько секунд смотрела на него, не моргая, а потом взяла стакан, наклонилась на стол и опрокинула его куда-то за барную стойку. Молча. — Лучше возьми что-то, — неуверенно продолжил Тео, будто не совсем знал, что хочет сказать и вообще зачем это делает, — запечатанное. — Хорошо. — Она спокойно кивнула, но, вопреки его словам, даже не взглянула на полки с уже готовыми коктейлями. Его как закоротило. Мерлин ему свидетель, он никогда не понимал, как с ней разговаривать, хотя они контактировали в лучшем случае только на совместных занятиях и то по крайней необходимости. — Ты не спросишь почему? — Тео уже совсем забыл о том, что его сюда привело (чтобы напиться, да): она не давала ему покоя, будучи такой умиротворенной. — Ты бы не стал говорить такое без веской причины. — И ты мне просто поверила? Луна улыбнулась, положив локти на стол и подперев рукой подбородок. — Да. Ладно, в конце концов, всё обошлось. И наконец-то он может пить. Он нашёл тихое, укромное место в углу за портьерой со стаканом чего-то…чего-то красного, слабо напоминающим вино: не самое распространенное представление о веселье, и тем не менее. — Тео, — Пэнси протянула его имя, показывая искусственные клыки, — как всегда один. Она выбелила лицо в тон платья, нарисовала черные стрелки и накрасила губы ярким красным, но сейчас она была слишком пьяна, чтобы походить на вампиршу. Ноги неровно скользили по паркету, разрез на бедре казался значительно больше, чем следовало, и от неё ужасно несло ментолом из-за попыток скрыть запах алкоголя. На Пэнси белый смотрелся трупно, мертвенно, но на Луне выглядел органично и прекрасно. Ему не следовало удивляться этому: у Пэнси был костюм вампира, у Луны — ангела. Всё так и задумывалось. Тео оставался на месте, приподняв голову, и молча смотрел на неё — ему в принципе некуда идти, она буквально зажала его в угол. — Не хочешь мне что-то сказать? — Она подошла вплотную, чуть не пролив на него огневиски. — Тебе хватит, — равнодушно ответил Тео, поглядывая на её бокал в правой руке. — Ты действительно так думаешь? — Действительно. Она не выглядела обиженной или удивленной, но её лицо затуманилось, ресницы почти легли на раскрасневшиеся щеки, когда Пэнси приблизилась, чтобы поцеловать его, и Тео отвернулся так, что она практически упала на него, полоснув его помадой в районе скулы. — Пэнс, — он постарался мягко оттолкнуть её от себя, убедившись, что ей удастся твердо стоять на ногах, — иди подыши. — Да, наверное, — она заулыбалась, поправляя контур губ, — не скучай. Вряд ли она вспомнит об этом завтра, учитывая её почти фанатическое отношение к Драко, так что на этот счёт можно было оставаться спокойным. «Призрачный бум» трижды подряд был ужасной идеей, но он это понял слишком поздно. В его голове смешивались цвета, звуки, ощущения, запахи, картинка менялась, вращалась, и он едва мог ходить. Что бы туда ни положили, эта штука могла свалить кентавра, и если так, у него примерно полчаса, прежде чем он вырубится. Тео прихрамывал, держась за каменную стену коридора, пока шёл к лестницам, но только об одной мысли об этом у него начинал крошиться череп. Мало вероятно, что он там убьётся, зато вполне может сломать пару костей, что тоже не самое лучшее времяпровождение. О, и надо будет написать матери, как чудесно он отпраздновал Самайн. — Тебе плохо? Он вздрогнул, резко повернув голову, и снова увидел крылья, теперь переливающиеся в свете луны (очередные глюки из-за «призрака»). В левой руке Луна держала босоножки с лентами вместо ремешка, её прическа была более растрепанной, чем раньше, и блестки с глаз рассыпались по щекам. И от нее пахло апельсинами (или он бредит, почему нет). — Нет, — Тео махнул рукой, задевая перья ее крыльев, — всё нормально. — Он повернулся обратно к стене, прищурившись из-за света в сочетании с блеском костюма, и продолжил медленно пробираться дальше. — Иди. — Ты уверен? — Луна слегка нахмурилась, будто не только его слова не произвели на нее особого впечатления, но и она для себя уже решила что-то до его ответа. — Полностью. Иди. Тео пытался не смотреть на неё, пока шел вдоль стены, практически используя его в качестве костыля, но спустя несколько шагов понял, что тень от крыльев никуда не исчезла. — Почему ты не уходишь? — он сорвался в голосе, зная, что это прозвучало слишком агрессивно и резко, чем следовало бы, и не успел исправиться, прежде чем Луна отреагировала: — Ты говоришь неубедительно. Она сказала это просто и спокойно, и он рассмеялся, ударяясь виском о камень (он никогда её не поймёт). — Как скажешь. — Тео больше не стал возражать, пока они вместе шли, хотя было видно, что Луна идёт гораздо тише. В какой-то момент он запнулся, потеряв равновесие, коридор как зашатался и очень быстро размылся. Его голова проехалась по неровной шершавой стене, но он не упал — его придержали за руку, обхватив всё запястье до локтя. — Подожди немного, — Луна практически развернула его спиной к стене, и Тео совсем не сопротивлялся (как минимум был не в состоянии, как максимум — она делала это очень аккуратно), — можно посмотреть? Он не до конца понял, что она имела в виду, пока не указала на его висок. Видимо, он молчал слишком долго, потому что Луна отпрянула, восприняв это как отказ. — Да, можно. Она легко кивнула и поднесла руку ближе, осторожно касаясь его раны. Крови совсем немного, обычная царапина, ничего смертельного, зато ужасно ссаднило. Она убрала прядь его волос за ухо, чтобы они не прилипли, и неожиданно замерла, спустившись ниже, к скуле. Её пальцы щекотали кожу, но прикосновения были такие невесомые, что он не мог поверить, что она действительно прикасалась к нему таким образом. — Это часть костюма? Её вопрос застал его врасплох, и ситуация показалась непривычно неловкой, потому что она увидела следы помады. Он старался не думать о них оставшуюся часть вечеринки (в основном из-за того что оно не смывалось никак), и алкоголь в этом очень помогал до поры до времени. Этот отпечаток ощущался липко и неприятно, как вторая кожа в худшем смысле слова. Более чем вероятно, что Пэнси специально добивалась такого эффекта. — Если бы, — Тео шумно вздохнул, — скорее досадная ошибка. Луна выглядела так, будто перебирала какие-то непонятные варианты, когда поставила пару босоножек на пол и задрала край юбки (совершенно не обращая внимания на его округлившиеся глаза), достав палочку, которая держалась на повязке, прикреплённой к ноге. — Не двигайся, — твёрдо сказала она, поднося палочку к его лицу, — Тергео. Сначала Тео почувствовал, что у него остановилось сердце, потому что применение этого заклинание к людям, а не к вещам, требовало точности и мастерства, терпения, чего не было у большинства волшебников. Но потом ощутил, как с него срывают наклейки, как следы помады слоями отходят от кожи. Практически безболезненно, если не считать лёгкого пощипывания. — Возможно, будет немного красное, — Луна мягко провела пальцем там, где раньше был отпечаток, — но к утру должно пройти. Она отстранилась, чтобы спрятать палочку обратно (в этот раз он благоразумно отвел взгляд) и взять босоножки. — Спасибо, — запоздало вспомнил Тео, на что Луна всё так же по-доброму улыбнулась, — мне пора идти, до подземелья всего один лестничный пролёт. — Ты плохо стоишь. — Бывало и похуже. — Верю. Одному ему эту лестницу не преодолеть, даже если он очень сильно захочет. Он это знал, и она это знала. Луна помогала, когда это было нужно, но по возможности старалась избегать контакта: скорее всего по той простой причине, что Тео пытался максимально самостоятельно передвигаться, даже если у него жутко болела голова, и не вынуждать кого-то, Салазар ему помоги, тащить его. Утром он проснулся с еще более худшим похмельем и с блестками на щеке.