Твои голубые глаза

Уилл сидит на полу в окружении собак, он играет с ними, возможно, он поистине счастлив. Уилл учит Эбигейл ловить рыбу, на лужайке бегают собаки, радостно лая. Грем чувствует тепло, которое волнами растекается по телу, он улыбается Эби и переводит взгляд куда-то в глубь леса, находившегося позади реки, тёмный силуэт с оленьими рогами. Улыбка пропадает. Кадр резко меняется — Уилл просыпается, он смотрит по сторонам, темнота и запах крови давит на него. Неужели он навредил кому-то? Нет. Нет... Он не мог. Кто угодно, но не он. — Грем! — кажется, это голос Джека. Уилл его игнорирует, нет, конечно же, не намеренно, этот человек просто не может заставить его встать. - Уилл! Уилл, ну же, очнись! — Алана? Что она тут забыла? Грем хочет открыть глаза, он очень старается, но не может. Он чувствует себя беспомощным, брошенным на улице псом. Его зовут, манят вкусняшками, но он преданно ждёт того, кого хоть и ненамеренно, но выбрал своим хозяином. Мягкая ладонь ложится на щёку, его погладят? Почешут за ушком? Нет. Его челюсть сжимает сильная рука, вынуждая открыть рот, в горло проскальзывают пальцы, из глаз льются слёзы. Пальцы выскальзывают, кадык жжёт. Грем до боли сжимает колени ладонями, откуда у него вообще силы на подобное? Уилл медленно открывает глаза, пытается смахнуть оставшиеся слезинки с ресниц. Над ним нависли размытые фигуры, он почти не замечает их, он видит лишь одну фигуру, хозяин? Хозяин с ним, он не бросил, он не бросит. Уилл просыпается на больничной койке, на стуле перед ним мирно спит Ганнибал. Грем дёргается, пытаясь встать. Лектер медленно открывает глаза и смотрит, улыбаясь, это улыбка искренней радости, может, грусти? Нет. Издевательство. — Как ты, Уилл? — Что ему ответить? Что сказать? Он не знает. Он уже ничего не знает. - Что произошло? — голос предательски дрожит. — Предполагаю, что этот вопрос должен задать я. — секундное молчание и спокойный ответ: — Ты наглотался таблеток, аспирин. — Ганнибал, кажется, гордится. Он гордится собой или же поступком Уилла? Грем молчит, прикрывая глаза. Кажется, ему стыдно. - Что последнее ты помнишь? - Капли размывают белые линии — последнее, что осталось от моего тела. Когда меня уже нет и прошло время. Легче дорисовать по памяти то, что всем нужно было сохранить целым. — Ганнибал усмехается, Уиллу больно.