Актёры

Актёрская площадка, некоторые фигуры ярко играют свои роли в свете прожекторов, но не Стоун, он лишь как всегда отстранённо стоит в тени и с потухшим в глазах интересом, наблюдает за актёрами. Рабочий день уже заканчивается и большая часть рабочих, в том числе и актёры уже ушли. Осталось лишь почти полностью пустое здание, в котором царил лёгкий полумрак. Здание значительно опустело. Утром тут была толпа народа, все суетились, что-то обговаривали, отыгрывали дубли, а Стоун помогал с освещением, реквизитом и прочими закулисными хлопотами. Сейчас же, Стоуну словно выделили роль на сцене, где практически никого не было, а он подметал, как вдруг, его позвал режиссер. —Стоун, это—твой напарник в романтическом сериале. Ты один раз уже снимался, когда мы не смогли найти замену и это было потрясно! Я позабочусь о том, чтобы тебя не заклевали наши продюсеры и сценаристы, а вы пока познакомьтесь со Скиппом поближе и можете расходиться. Он тоже парень не промах, но в отличии от тебя отлично снимается.—Сказав это, режиссёр оставил парней на едине, даже не дав Стоуну хоть что-то сказать, оставив в шоковом состоянии, в котором, Стоун простоял минуты три, переваривая и осознавая какая ответственность на него свалилась. Их режиссер отличался тем, что часто мог предлагать какие-то резкие и порой безумные идеи прямо по ходу съёмок произведения, однако, оно зачастую не становилось от этого хуже, а фильм со Стоуном так и вовсе смог порвать кассу. Наконец, вернув себе хотя бы способность двигаться, Стоун перевёл взгляд на Скиппа, что должен был быть его напарником. Это был рыжеволосый кудрявый паренёк с веснушками, видневшиеся на всех открытых частях тела и в полосатой футболке. Одет он был ближе к стилю хиппи. На руках были разные кожаные и не только браслеты, а на шее красная косынка, которая явно была весьма потрёпанна жизнью и самую малость выцвела, что как будто придавало ей шарма. Рыжеволосый первым нарушил неловкое молчание. —Что-о-ж....мы должны будем сыграть парочку вроде, ты когда-нибудь играл в романах?—Поинтересовался тот, оглядывая перешуганного собеседника. —Нет...я в принципе второй раз в жизни буду сниматься, я... так-то только за кулисами работаю...—В смятении проговорил Стоун, нелепо таращась на Скиппа. —Ого, да ваш режиссёр тот ещё импровизатор! —Усмехнулся голубоглазый. —Ладно, ничего страшного, думаю, по ходу съёмок сориентируешься. Я тебе подскажу если что. —Улыбнулся тот. —Покажешь мне тут всё?—Стоун неловко кивнул и стал показывать рыжему площадку для съёмок, гримёрки и т.д.; со временем шоковое состояние Стоуна сменилось на лёгкое раздражение и усталость, хотелось уже поскорее поехать к себе домой, а осмотр всё не заканчивался, к тому же, Скипп оказался очень болтливым и энергичным, что утомляло Стоуна и раздражало. Голубоглазый так же был очень тактильным и не уважал личные границы темноволосого, таская за руку туда-сюда и постоянно тараторя, да спрашивая. Наконец, спустя долгое время, экскурсия окончилась и Стоун пошёл забирать свою куртку. Он надеялся добраться до дома в тишине и спокойствии, не спеша, но не тут-то было. Рыжеволосому оказалось чёрт возьми по дороге. —Пока, Скипп...—Коротко сказал Стоун. Темноволосый идя до метро всё время чувствовал, что ща ним кто-то идёт и наконец не выдержал, с раздражением обернувшись. —Да, какого ты за мной ходишь?! —Нам просто по дороге, но я выйду позже тебя из поезда.—Улыбнулся солнечный паренёк, ни чуть не изменив свой радостный и добродушный вид. Зеленоглазый чуть не взвыл от досады, но взял себя в руки и как всегда не показал виду, что злиться, лишь на секунду дёрнулся глаз. Те шагали по тёмной сухой улице, ночь была приятной и тёплой, но не душной, а приятно щекочущей кожу. Дойдя до метро, вход которого светил ярким выходом в ночи, Стоун ещё раз посмотрел на Скиппа и те пошли к своему перону. Сев в маршрутку, парни поехали по домам. Поезд слегка покачивался и словно убаюкивал, даже Скипп притих. Ну и слава богу, пусть хотя бы в поезде помолчит, а то голова болит от него уже. Парни ехали с музыкой в наушниках словно Инь и Янь, один—худощавый и высокий, с тёмными волосами и глазами цвета шалфея, а второй —понижк ростом, но с кудрявыми яркими рыжими волосами, да голубыми небесными глазами, полными жизнерадостности. Стук колёс успокаивал, вводя в лёгкий транс, из которого Струна вывело объявление его станции. Он даже не распрощался со Скиппом, поспешно покинув вагон, оставив голубоглазого парнишку наедине с самим собой. Идя в сторону дома, Стоун погрузился в свои мысли. Прошедший день казался сумбурным и ярким на события, пожалуй даже слишком. Но это пожалуй было позади. Сейчас, Стоун шёл спокойно, чувствуя приятную усталость в теле и никуда не спеша, не слушая чьи-то нескончаемые рассказы и не напрягая лишний раз мозг. Тёмные улицы стилист тёплым коаром в ночной тишине, был слышен лишь шум ветерка, да сухих листьев, что он переносил. Зайдя в грязный подъезд, в котором спали как правило бомжи, а после и в скромную квартиру, Стоун заглянул в холодильник, там был лишь жалкий остаток колбасы, немного хлеба, пара яиц, немного молока и огрызок сыра. —"М-да...не густо.."—Подумал про себя зеленоглазый, закрыв "врата в Антарктиду", так ничего и не взяв оттуда. Зеленоглазый переоделся, принял душ и с облегчением лёг спать, понимая, что завтра будет непростой день и он будет очень нервничать от своей роли. А пока ему нужен был здоровый сон... К слову, в комнате в которой он уснул, были тёмные обои, старый ободранный диван, из которого местами торчал поролон. Шкаф высокий, при чем даже слишком, ибо до самых верхних полок Стоун не доставал без стула, при росте сто семьдесят. Задрипанный ковёр, и небольшая скромная кухня. Стол с компьютером. Совсем небольшой уголок, но Стоуну его вполне хватало. Уснул тот под мысли о новом партнёре... какого будет с ним работать? И как вообще играть эту вашу любовь?