Овечка с зонтом и керасином

Солнце, уходящее за горизонт, окрашивает небо в палитру нежных розовых, оранжевых и фиолетовых оттенков, словно художник пролил на холст свою богатую палитру. С высоты птичьего полёта город предстаёт, как гигантский муравейник, где миллионы огней, словно светлячки, начинают мерцать и вспыхивать, оживляя темнеющий пейзаж. Горизонт расчерчен силуэтами небоскребов, похожими на громадные колонны, устремленные к небу. Внизу среди многочисленных улиц крошечные машины кажутся игрушечными, а потоки людей – муравьиной толпой, спешащей по своим делам. По сравнению с той властью, что он имел, эти букашки, казались, столь жалкими, что больно было смотреть. Шум машин на автостраде вместе с гулом ветра, разрывали гробовую тишину в тёмном пространстве, которое освещали лишь тусклые лучи солнца. Оно медленно скрывалось за горизонтом. Знаменитый офис в Нью-Йорке окружали чёрные машины элит и охраны. Дым сигарет и дорогой алкоголь смешивались друг с другом. Казалось, все вокруг окутывала молочная пелена, укрывающая кабинет с красной дорожкой. Она вела прямиком к широкому столу, за которым сидел мужчина азиатской внешности. Каждую минуту он перебирал документы, рассматривая отчёты, сохраняя между ними дистанцию. Все его действия отражались в прозрачном стекле, как и в жизни людей. Всё здесь пестрило напряжением для обычных обывателей, но для Натаниэля вся эта рутина казалась обыденностью. Его глаза бесстрастно скользнули по синему небу, которое приобретало непонятный оттенок, словно оно смешивалось с серой грязью, выхлопными газами и черными облаками из труб. Белые тучи плыли куда-то вдаль, словно в замедленной съёмке кино, что никогда не покажут на большом экране. Человек перед ним в прозрачных стеклах, уставился на него своим измученным и в то же время холодным взглядом. Так смотрели убийцы. Он был его отражением, которое не было похоже ни на один осколок почерневшей души. Отражением человека, чье имя он не желал называть. Рыжие влажные волосы слегка завивались на концах. Редкие капли падали на бардовый костюм в клеточку. Может ему не стоило так наряжаться ради одного человека. Шелест бумаг, тиканье часов и клацанье компьютерных клавиш превращались в монотонную мелодию, которая эхом отражалась от темных стен. — Зачем вызвал? Я уже говорил, что не вернусь к Воронам, – Натаниэль без особого интереса перевел взгляд на отражающийся силуэт в окне. Мужчина в черном смокинге не спеша складывал бумаги в папку, поднимая глаза, на собственное отражение, слегка потрепанное, но все такое же серьёзное. Он глубоко вздохнул, приглаживая черные волосы, которые уже выбивались из укладки. — Думаю, тебе доложили о новом задании, – Ичиро сложил пальцы домиком, смотря Натаниэлю в спину. — Мы это уже обсуждали, я больше не убиваю людей. — Что если я скажу о том, что этот человек подчиненный твоего отца? Он явно может принести тебе проблем в будущем. Не пойми меня неправильно, я лишь хочу, чтобы нашей империи ничего не угрожало. — Мои задачи? — Завтра в 16:15 состоится мероприятие в Манхэттене. Под открытым небом будет показываться проект компании конкурентов. Точный адрес передаст мой подчиненный сегодня вечером со всеми нужными атрибутами, в том числе поддельные документы и маскировка. Твоя задача, не привлекая внимание убить нужного мне пса. Его данные пришлют тебе на электронную почту. — Как насчет оружия? — Я предоставлю все, что потребуется. Только есть одно условие. — “Без глупостей”, – Натаниэль медленно обернулся, оглядывая комнату. Черные и красные оттенки, строгая геометрия мебели и контраст фактур создавали атмосферу властной роскоши, но, ни единая клеточка его тела не трепетала от этого вида. Здесь было так же пусто, как и у него на душе. Огромные, почти трехметровые двери из темного дерева, инкрустированные сталью, были похожи на врата в другой мир – мир, где царят свои законы и своя иерархия. — Я надеюсь, мне не придется прикрывать тебя? — Отнюдь, – Натаниэль медленно зашагал в сторону двери. — Полиции будет достаточно на том участке, поэтому будь аккуратнее. Мои люди не смогут сгладить все углы, – мужчина неотрывно наблюдал за тем, как мальчишка уверенным движением снимает с крючка черный зонт. — У меня аллергия на аккуратность. Когда мой отец разделывал жертву, она внезапно выкрикнула об этом и лишилась конечностей. — Во всяком случае, не заставляй меня волноваться. — Завтра днем будет дождь, – он не спеша раскрыл зонт, рассматривая его со всех сторон, крутя в пальцах и приглядываясь к каждой малейшей царапине, все ещё демонстрируя не заинтересованный вид. — Надеюсь, это не помешает твоей миссии? — Вовсе нет. Если будут металлоискатели, зонт не станут изымать в отличие от того же ножа или пистолета. — Если ты планируешь им убить, то кирпич в этой ситуации будет эффективнее, чем это, – Ичиро вновь взял пару бумаг, убирая их в сторону, искоса поглядывая на подопечного. — Напротив. Вычти его стоимость из моей зарплаты, – он сложил зонт, продолжая изучать материал и вес предмета. Ичиро с недоверием смотрел на открывающуюся перед ним сцену. Этот мальчишка был для него загадкой, что каждый раз продолжал удивлять его. Непредсказуемое нечто, что невозможно было поймать при свете ночи, а днем и подавно был другим человеком с отдельной историей. — Мой знакомый хорош в закладке бомб. Он изменит конструкцию этой безделушки. — Ты уверен в этом? — Когда людей начнут проверять, полиция не успеет сообразить, что орудием убийства стал обычный зонт. Я подошлю овечку с бензином. Все пройдет гладко. Мне даже не придется подходить близко. И это было правдой. Для того, чтобы избавиться от не нужной пешки, заморачиваться было излишним. Когда польет дождь, он незаметно проникнет в ряды охраны, а та в свою очередь пронесет этот зонт в руки жертвы. Шансы не велики, но никто не уточнял какое количество погибших должно быть. И того минимум шума и долгое расследование, которое не сразу раскроют. Натаниэль собрался с мыслями. Завтра ему предстоит тяжелый день. Ещё одно убийство может обратиться не предсказуемыми последствиями для его и так больной психики. Мужчина закрыл компьютер с глухим хлопком, беря в руки телефон. — Вернусь, как закончу. — Буду ждать. — Насчет вознаграждения, решу позже. Отчет отправлю, как только он будет готов. Натаниэль махнул рукой в знак прощания. Огромные двери открылись перед ним и он скользнул в щель, не дожидаясь, когда они полностью распахнуться. Ичиро лишь проводил его взглядом, поднося телефон к уху. Послышались протяжные гудки, а после на другом конце провода раздался женский голос: — Слушаю. — Проследи за ним. Заплачу вдвое больше.