Пазл Бога

      Перебравшись через небольшую речку и выбравшись на берег, Эппл Блум с великим удовольствием дошла до травы и улеглась на нее, улыбаясь.       — Какой кайф. — мурлыкающим тоном простонала она, ворочаясь на газоне.       — Это действительно так хорошо? — удивилась Флаттершай.       — Когда всё детство провела на ферме, а потом тебя внезапно ссылают в пустыню и ты годами не видишь привычной для тебя зелёной травы, то ценишь каждый момент, что даёт тебе погрузиться в те беззаботные деньки.       — Пожалуй, я просто недостаточно долго провела в пустыне, чтобы соскучиться по этому. — обернувшись, Флатершай еще раз взглянула на море песка с противоположной стороны берега, где еще виднелось начало Ржавой пустыни. — Думаешь, мы правильно сделали, что так оставили Абиссала в той крепости?       — А что мы могли сделать? Убить его?       — Нет! Я бы никогда... Просто он связан, но ведь мы могли передать его кому-нибудь.       — Тратить время и делать крюк, чтобы привести его в какой-нибудь город, где не факт, что его не посадят в тюрьму? Спокойней, Флат, мы связали его и сломали его уникальное оружие.       — Но если он так умрет с голоду?       — Рано или поздно его найдут, то место довольно популярно, несмотря на не слишком большую популярность Ржавой пустыни, да, его могут убить или накуканить, но наша ответственность заканчивается на моменте, когда мы его оставили. Он знал, на что шел, когда принимал задание, и его судьба очень милосердна, как по мне.       Флаттершай нахмурилась.       — Это звучит очень жестоко и бессердечно, но, полагаю, винить кого-то вроде тебя, кто прошел через многое, — это весьма неуместно. И всё же... Если он продолжит нас преследовать и попытается отомстить?       — Тогда мы встретим его и вновь победим, — серьезно и недолго думая ответила Блум. — Но что-то мне слабо верится в то, что он вернется.       — Хотелось бы и мне в это верить, кто знает, что униженный и злопамятный враг может устроить.       — По собственному опыту могу сказать, что они много пытаются, но не преуспевают в мести. — Эппл Блум перевалилась на бок и достала из сумки записную книжку. — Так, мы вышли из пустыни, через пару километров мы увидим останки железнодорожного пути между Понивиллем и Эппллузой, нам останется только идти по ним, и мы дойдем до города назначения без проблем.       — То есть никаких опасностей или сложных участков пути впереди?       — Только если на нас не нападет очередной прихвостень Маски. Да, маршрут затрагивает часть разросшегося вечнорыжего леса, но этот лес показался мне далеко не таким опасным, каким он когда-то был, по крайней мере, когда я в последний раз была в нем.       — Ну и отлично, чем меньше препятствий встретится на нашем пути — тем лучше. Отправляемся?       — Да, только дай мне секунду.       Эппл Блум выгнула спину, лежа на боку, и, перекатившись разок, встала на ноги, отряхнувшись от пыли и кусочков зелени.       Как и говорила Эппл Блум, через примерно двадцать минут они вышли к поросшей травой железной дороге, ее деревянные шпалы, несмотря на обильную пропитку креозотом, истлели и почти полностью сгнили, стальные рельсы держались лучше и хоть и были покрыты тонкой пылью из мельчайших частиц ржавчины, внутри прекрасно сохранились, оставаясь ориентиром для путников.       Идя по дороге, они не встречали никого, даже дикие звери и существа, прибывшие после катаклизма, предпочитали держаться в глубине чащи и не выходить на относительно открытое пространство железной дороги. Да, наша группа, бывало, натыкалась на странные аномальные промежутки, где железнодорожное полотно вздымалось над землей и закручивалось с пластичностью вареных макарон в различные волнистые, дуго- и спиралеобразные формы. Но такие участки пути они попросту обходили стороной, на всякий случай, и не испытывали от этого никаких трудностей.       Спустя еще примерно час Флаттершай начала припоминать местность вокруг них, несмотря на то, что этот некогда луг превратился в лес.       — Хей, Эппл Блум, а я помню это место.       — Да?       — Здесь недалеко была поляна, где обычно практиковалась Рейнбоу Дэш. Путь впереди делает долгий поворот направо, что если мы свернем и сократим его? Смотри, тут даже тропа сохранилась. — удивилась Шай, указывая на тропинку, отклоняющуюся от железной дороги в сторону Понивилля.       — Может, тогда срежем по ней?       — Эппл Блум, мне кажется, не стоит этого делать. — категорически вставила Луна.       — Почему?       — Тебе не кажется, что соваться в лес, который может быть напичкан аномальными зонами и монстрами, для сокращения часа беззаботной ходьбы — это немного странное решение?       — Но разве по приходу в Понивилль мы не собираемся также лезть в гигантский терновник, который может быть напичкан аномальными зонами и монстрами, для выполнения нашей миссии?       — ... Да, что-то я не подумала об этом. Хорошо, давайте срежем.       Не найдя никаких противоречий к идее того, чтобы сократить маршрут, Флаттершай и Эппл Блум сошли на тропу. В этом участке леса довольно странные деревья вечнозеленого леса, что собой больше напоминали карликовые аналоги деревьев из мангровых лесов с довольно гладкой корой, вечно облепленной мхом и обтянутой лианами, смешивались с осинами и березами, разбавляя общую мрачность, которая обычно появлялась от плотной посадки и общего уровня плотной кроны деревьев. Тропа выглядела вполне безобидно и была неплохо освещена, что также придавало им уверенности в выбранном ими маршруте.       — А, кстати, пока мы не углубились.       — Что такое?       — Дай мне пару минут, мне надо отлить.       — Эппл Блум, могла бы не уточнять!       — Прости-прости, я быстро.       Отойдя на пару минут и сделав все свои грязные дела за небольшим кустом в нескольких метрах от тропы, Эппл Блум вернулась на тропу, но Флаттершай там уже не было.       — Чего? Флаттершай, ты где? — крикнула Блум, оглядываясь по сторонам. — Какого черта, ей что, так противны естественные потребности, что она ушла дальше, чтобы не слушать меня? Эй, Флаттершай! — В ответ тишина. — Луна, ты что-нибудь чувствуешь? Луна?       Взглянув на свою грудь, Эппл Блум не увидела там банданы, и это напугало ее до легкой дрожи, она потянулась, сделав шаг назад, и принялась осматриваться с дикими глазами.       — Луна?! Флаттершай?! Вы где?       Заметавшись из стороны в сторону, она обошла куст, где только недавно справляла нужду, думая, что Луна незаметно слетела с ее шеи там, но ничего подобного не происходило.       — Какого хрена? Я же помню, что не снимала ее с себя, тогда как и когда она исчезла? А что, если на них напали и похитили? — Эппл Блум потребовалось еще с полминуты, чтобы прийти к более очевидному выводу. — Нет, это невозможно, похитили не их, похитили меня.

***

      — Чего она так долго? — спросила сама себя Шай.       — Флаттершай! — из-за кустов послышался встревоженный голос Луны.       Долго не думая, Шай подбежала и заглянула за куст, на траве лежала повязка с Луной, два конца повязки были связаны в узел, как будто ту стянули с шеи, не развязывая. Рядом с Луной трава блестела от влаги, явный признак того, что Блум успела сделать то, что планировала.       — Принцесса, а где Эппл Блум?       — Я... Я не знаю, я даже не поняла, в какой момент оказалась на траве одна.       — Это не к добру.

***

      В десятый раз осматривая куст с влажным пятном травы, Эппл Блум пыталась понять, как и кто ее похитил, но все было безрезультатно. Тогда, не находя ответов, она рванула к рельсам, но, несмотря на то, что они не успели уйти глубоко в лес, к рельсам она так и не вышла. Она продолжила бежать вперед, пока не наткнулась на небольшой участок, похожий на загородное поселение из кучки полуразрушенных и целых домов, рядом с тропой стояла деревянная табличка, на которой красной краской было намалевано название: «Дискордова тропа». "Дискордова? Черт, теперь точно ясно, что это не просто пространственная или временная аномалия."       Решив, что это место — приманка, Блум развернулась и побежала в противоположном направлении, но через пару минут активного бега она вновь вышла к тому же месту с той же стороны. Тогда она вновь развернулась и повторила, но результат был тем же, тогда она продолжила бежать вперед, но пробежала мимо, ожидаемо она вернулась в ту же точку.       — Черт, — выругалась она через отдышку. — И как я...       Её слова были прерваны прилетевшим ей в лицо листом бумаги. Сняв лист с лица, она заметила на нём следующий текст:       "Добро пожаловать на Дискордову тропу! Чтобы выбраться отсюда, вы обязаны соблюдать несколько простых правил и следовать игре, иначе умрете. Правила нашей игры следующие:              *Прочитав это письмо, вы автоматически становитесь участником игры, тот, кто эту игру не закончит, останется здесь навсегда.       *Любая попытка сопротивляться правилам после начала игры и до ее конца закончится вашей смертью. Обманывать можно, но если обман будет раскрыт, это засчитается за сопротивление правилам.       *Ведите себя непринужденно. Не бойтесь, как только вы подадите признаки страха и их раскроют, вам конец. Я ЗА ТОБОЙ СЛЕЖУ.       *Выполняй все задания. За неправильное выполнение — смерть. Не выполнишь всё до конца дня — смерть.       Твое первое задание: чтобы что-то получить, надо что-то отдать. Покажи, как ты следуешь этому правилу, выпросив у одного из жильцов что-то простое, что есть у каждого, и расплатись мелочью в знак благодарности. Следующие указания после выполненного задания."       Закончив читать, Эппл Блум с опаской огляделась, ее лоб покрыла легкая испарина, но, вспомнив о том, что проявление страха карается смертью, она лишь поморщилась и вздохнула. Затем письмо было перечитано еще раз.       — Ладно, Эппл Блум, ты сделаешь это, — подбодрила она себя шепотом.       Бросив свой взгляд на дома, Эппл Блум двинулась на выполнение первого задания. Подобрав дом, который выглядел самым обитаемым из всех, и постучалась в дверь. В доме горел свет и мельтешили цветные силуэты, но разглядеть что-либо было невозможно, все окна были матовыми и пропускали через себя лишь сильно размытые облики. Вдохнув и выдохнув, она попыталась расслабиться, пока шаги за дверью приближались.       Как только дверь открылась и послышалось непринужденное «здравствуйте», Эппл Блум замерла неподвижно. Крик застрял у нее в горле, сжимаемый до боли напряженными мышцами, а лицо начало приобретать нездоровый оттенок. Она с силой проглотила крик с частью воздуха и, сомкнув глаза, еле разлепила их, чтобы вновь увидеть вышедшее из дома существо.       Это была пони, точнее, почти была. Если не считать отсутствия головы ровно по середину рта. Нижняя челюсть безжизненно свесилась вниз, в то время как влажный язык трепыхался, как живой, повторяя все те же движения, что повторял бы, произнося фразу «здравствуйте», у кого-нибудь во рту. Когда после обращения к Эппл Блум повисла тишина, язык воспользовался возможностью и принялся выковыривать застрявший кусочек укропа меж двух нижних маляров. При этом всем его корень то и дело сжимался бугорком или расслаблялся, расплываясь, уходя в черную пустоту вечно сокращающегося разреза гортани, имитирующего глотание и дыхание, вся эта конструкция была окружена влажной, но не кровоточащей плотью, пустующими сонной артерией и яремной веной и срезом позвоночника. Но самым страшным для Эппл Блум было то, что в бежевом окрасе и кьютимарке в виде трех конфет она узнала Бон Бон, хотя она и была более чем уверена в том, что это не она.        — Я могу вам чем-то помочь? — поинтересовалось существо с долей скепсиса в голосе; в голосе, который звучал так, словно бы отсутствие головы никак не сказывалось на речи.       — Мне... Э... У вас поваренной соли не найдется?       — Ах да, конечно, секунду. — существо удалилось на несколько секунд и вернулось уже с небольшим бумажным конвертиком и почти пустой пачкой соли. — Вот, держите.       — С-спасибо, а это вам в благодарность.       Эппл Блум приняла в копыта конверт и пачку и протянула в ответ один драхм. Пони без головы наклонила голову, якобы рассматривая монету, в этот момент Блум заметила, что по срезу ползает толстая мясная муха, сверкая своим зеленым брюхом на солнце. Пару раз перелетев на разные части разреза, она по итогу приземлилась на корень языка, потерла друг об друга мохнатые лапки и на них же уползла в глотку, скрывшись в темном; Блум чуть не вывернуло наизнанку от этого вида. После этого фигура без головы отвлеклась на кашель, а после и вовсе молча откланялась.       Эппл Блум тут же отдалилась от дома и подавила в себе рвотный рефлекс. Справившись с отвращением, она обратила внимание на конверт, вскрыв его, Эппл Блум обнаружила нечитабельный набор символов. Легко догадавшись, что это шифр, Эппл Блум принялась его разгадывать, она складывала лист в разные формы, высматривала подсказки в окружении, пыталась смотреть на свет через лист, но ничего не помогало ей разобраться в написанном. Приостановив поиски смысла, Эппл Блум вновь всмотрелась в лист. Символы были расставлены неравномерно, и пробелы между ними вырисовывали силуэт, похожий на детский рисунок дома. "Бред какой-то" — подумала Блум, и у нее уже возникло желание вновь постучать в дверь и спросить, что это письмо может значить, но ее привлекла форма и расположение дома, в который она недавно стучала.       Дом стоял наискось и имел странную форму. Решив кое-что попробовать, она достала из сумки карандаш и пририсовала очертания постройки к первому кусочку символа в строке. К ее удивлению, у нее получилась буква. Тогда Эппл Блум принялась перерисовывать все формы домов, стоявших в округе, к остальным кусочкам, и на листе начал проступать текст. Порядок, в котором требовалось ставить символы, был цикличен, и, по сути, самой сложной частью шифра был поиск ключа к нему. По итогам расшифровки получился следующий текст:       "Поздравляю, первое испытание пройдено! Для дальнейшего продвижения тебе лишь нужно продолжить путь по дороге, там тебя встретят. Твоим вторым заданием будет разговор с тем, кто встретится на твоем пути."       Не теряя времени, Эппл Блум пошла по дороге, которая до этого возвращала ее обратно. Шла она осторожно, стараясь вслушиваться и вглядываться в окружение. То, что в письме ее обещали встретить по дороге, совсем ее не радовало. Находясь в напряжении, словно пружина, она разрывалась между тем, чтобы не терять зря время, и тем, чтобы не ошибиться в прохождении.       Совершенно беззвучно из ближайших кустов перед ней выпрыгнула и пробежала крошечная фигурка. Блум вскрикнула и попыталась отыскать фигуру взглядом, но ее словно след простыл.       — Испугалась? — спросил шипучий голос, звучащий как пар, выходящий под давлением из перегретого котла.       Блум не растерялась и не показала страха. Медленно обернувшись, она увидела, что у нее на спине сидит жеребенок, в его глазах она прекрасно видела свое отражение, ведь они были абсолютно черными, без каких-либо проблесков белков или радужки. Жеребенок улыбнулся рядами острых и уродливых зубов.       — Испугалась ведь?       — Нет. — спокойно отвечала Блум.       — Твой крик говорит сам за себя.       — Что, прости? — Эппл Блум скинула жеребенка со спины, словно в родео, тот с шипением приземлился на землю. — Видишь, ты тоже крикнула, но не от страха, а от удивления. По-твоему, передо мной каждый день жеребята из кустов выпрыгивают, чтобы я молча на это реагировала?       Жеребенок замялся, по-видимому, утверждение оказалось неудобным, и сама кобылка уже рассчитывала на легкую жертву.       — Ладно, твоя взяла, — недовольно буркнула кобылка, вновь забираясь на Блум. — В любом случае, неси меня вперед — это твое задание.       — А разговор?       — Поговорим по дороге.       Пожав плечами, Блум пошла вперед.       — И куда тебя надо донести?       — Просто иди вперед.       — Это мое задание?       — Нет, твое задание — это собеседование. Как ты думаешь, зачем ты здесь?       — Я не знаю, но хуже пытки, чем собеседование при приеме на работу, представить трудно. Но ты намекаешь на то, что это не пытка и не ловушка, а испытание?       — Именно, ты оказалась здесь случайно, даже я не знаю, почему ты здесь. Многие до тебя пропадали в этом месте, потому что оно появлялось во всех уголках Эквестрии, в случайном месте. Но почему оно выбрало конкретно тебя в этот раз? Должно быть, что-то тянет тебя сюда.       — А для чего существует это испытание?       — Чтобы понять, достойна ли ты. Смелость, изворотливость, решимость, смекалка и прочее, лишь тот, кто обладает всеми этими качествами, сможет уйти отсюда с наградой.       — И кому-то это удавалось до этого.       — Нет, — с ехидной зубастой улыбкой протянул жеребенок.       — Я не удивлена, никто не обладает всеми навыками сразу.       — Значит, ты признаешь свой проигрыш?       — Нет, я лишь признаю свое несовершенство. Для того чтобы справляться с подобными ситуациями, у меня есть друзья, что всегда помогут мне.       Существо улыбнулось сильнее.       — Решимость и добросердечие... Они погубят тебя, дурочка. Чрезмерно полагаясь на своих друзей, ты накликаешь на себя беду, они предадут тебя, передохнут как мухи и утащат тебя за собой в могилу. — закончив, маленький чертенок засмеялся хриплым смехом.       Эппл Блум промолчала с суровым лицом.       — Мои настоящие друзья так со мной не поступят, а ненастоящих у меня нет.       — Это ты так думаешь. Но будешь ли ты или они думать также, когда на горизонте будет сиять сила, сравнимая с божественной?       — Я знаю, что ты пытаешься сделать, но у тебя не выйдет.       — Думаешь? Тогда докажи.       — Что?       — Отдай мне зуб.       — Что?! Откуда ты?..       — Я что, слышу страх в голосе?       — Н-нет, я... Откуда ты знаешь про зуб?       — Просто знаю. Ну что, отдашь мне его, чтобы выполнить задание? А может, чтобы спасти своих якобы друзей? — фигура начала давить Эппл Блум на горло. — Ну что скажешь?       — Х-хорошо, забирай, если сможешь его забрать, — самонадеянно сказала Блум.       Жеребёнок нагло ухмыльнулся и с лёгкостью просунул копытце в щеку Блум, вытянув зуб наружу. Как только зуб покинул тело Блум, она встала на месте в шоке.       — Хех, сразу бы так.       — Эй, отдай!       — Нет, если ты хочешь что-то получить, ты должна чем-то отплатить, разве первое испытание тебя этому не научило? Ну или можешь попытаться забрать его, но... Хе-хе, ты же не ударишь жеребенка?       — Верно, не ударю.       Эппл Блум стащила жеребенка со спины и взяла на удушающий.       — Но ты ведь не жеребенок, а хрен пойми что! И что же я получила в таком случае, маленькая гадина? Ты ведь врешь мне о том, что за этот зуб ты выпустишь меня отсюда.       Сущность высунула язык наружу и безуспешно пыталась освободиться из захвата. После нескольких неудачных попыток она постучала по рукам, давая понять, что сдается. Эппл Блум расцепила захват и закинула кобылку обратно на спину.       — Сучка... Ты нарушила правила, и теперь ты умрешь. — прохрипел жеребенок.       — Хрен там, я ничего не нарушала. В условии задания ничего не сказано о том, что я не могу останавливаться или вредить тебе.       — Сучка... — повторил жеребенок. — Напала на паранормальную сущность, которая может убить тебя в одно касание, да ты безумная. Но ты прошла, доказала, что готова на полное безумство ради достижения цели, забирай свой зуб.       — Ну и стоило оно того.       — Да, стоило. Мне ведь твои удары и захваты по-настоящему не навредят, в отличие от моих собственных приемчиков, что могут располосовать тебя в два счета. Жаль, я не могу проверить, что из двух вещей ты предпочтешь, когда выбор встанет между другом и частью трупа.       Эппл Блум помрачнела и задумалась, не став отвечать на вопрос.       — Ладно, достаточно с тебя. — сказала кобылка, спрыгивая со спины. — Второе задание выполнено, можешь гордится собой. Твое третье задание будет проще всех предыдущих, оно проверит твою выносливость и силу. Тебе нужно будет лишь добраться до конца пути, допустим, за пять минут.       — И тогда я выйду отсюда?       — Да, но есть нюанс.       Ноги Эппл Блум подкосились, и она рухнула, не почувствовав силы в ногах. Оказавшись на земле, она заметила, что ее копыта кровоточат, а ноги не подымаются, ее сухожилия были перерезаны.       — Не успеешь — останешься здесь навсегда, — сказала малышка и дико засмеялась. — Тик-так, часики тикают.       Эппл Блум встрепенулась и поползла вперед, волоча свое тело локтями по земле. С каждым метром ей все сильнее казалось, что она не успевает, путь, хоть она и не знала, где его конец, казался ей все длиннее. Метр за метром ее напрягало то, что ее скорость уменьшалась все быстрее и быстрее без видимых причин, как вдруг до нее дошло: раз это часть испытания, то и правила продолжают действовать, а значит, страх все еще ее противник.       Прикрыв глаза, она сделала пару вдохов, чтобы успокоиться, и продолжила ползти вперед.

***

      — Эппл Блум! Эппл Блум, где ты?! — бродя по лесу, кричала Флаттершай.       Стоило пегаске на секунду прерваться, как в ее периферическом поле зрения замаячило движение — это была Эппл Блум, выползшая из-за куста. Зажмурившись, земнопони ползла вперед чуть ли не на локтях, не разбирая дороги.       — Эппл Блум!       — Флаттершай? — земнопони наконец разлепила глаза и устало опустила голову на траву.       — Что случилось? На тебя напали? Кто, где и как?       — Напали? Я... Я ничего не помню.       — Мы с Луной почти сорок минут тебя искали.       — Но я правда не помню. — заметив кровь на траве, Эппл Блум с удивлением приподняла копыто и посмотрела на него. — Когда меня успели поранить и кто?       — О звезды, видимо, сейчас это уже не важно, нужно срочно оказать тебе медицинскую помощь.       — Флаттершай.       — Что?       — А что это? Нитки?       Эппл Блум протянула ей крупную катушку с бледно-желтыми полупрозрачными нитями. Присмотревшись, Флаттершай заметила, что эти «нити», как ей показалось вначале, на самом деле мало чем походили на таковые, у них была продолговатая вытянутая структура, полное отсутствие ворса, они были совершенно гладкими, несмотря на свою сухость и зрительную жесткость, они хорошо тянулись и гнулись. Но самое удивительное, голова Дискорда при приближении этой катушки начала легко вибрировать, зубы у Эппл Блум также начали поднывать, и даже Луна пришла в какое-то странное нервное возбуждение.       — Это часть трупа! — удивленно заявила Шай. — Судя по виду, это никакие не нити — это сухожилия!       — Фу...       Флаттершай задумалась на несколько секунд, а затем ее будто осенило. Достав походную аптечку, она вынула крючковатую медицинскую иглу и, орудуя когтем на крыле, продела в нее нить сухожилия и отрезала часть.       — Эппл Блум, дай свои копыта.       — Что ты задумала, это же артефакт.       — Я сама не до конца понимаю, но когда я держала катушку, мне инстинктивно прошла мысль воспользоваться артефактом именно так. Артефакт подал мне эту мысль, Эппл Блум.       Удивленная Блум протянула копыта к Шай, и та принялась штопать ее раны, не заморачиваясь над аккуратностью и правильностью. По сути, она соединила лишь края разрезанной плоти, не скрепляя сухожилий, нервов и кровеносных сосудов, но как только она затянула шов, соединив две половины, кровь из раны моментально остановилась.       — И это поможет? — спросила морщащаяся от зуда и неприятной боли Блум.       — Надеюсь.       Повторив то же самое со всеми остальными копытами, Шай спасла подругу от того, чтобы та истекла кровью насмерть. Эппл Блум заметила, что, когда Флаттершай заканчивала с последним копытом, швы на первом уже начинали срастаться с кожей, вовсе исчезая вместе с раной, а в само копыто начала возвращаться подвижность. Пятнадцать минут спустя Блум уже могла встать на ноги без посторонней помощи.       — Охренеть, все зажило.       — Не знаю, что это было, но нам невероятно повезло, что после твоей пропажи ты вернулась с артефактом, который спас тебе жизнь. Хотя если бы ты не пропадала, то и помощь артефакта нам не нужна была.       — Но мы потратили его часть на это.       — Не волнуйся, Эппл Блум, — успокоила ее Луна. — Насколько я могу видеть, нить очень медленно, но все же восстанавливается. По моим расчетам, если мы используем всю катушку целиком, то на полное восстановление уйдет около суток.       — Вот она какая, магия Дискорда. — Эппл Блум азартно улыбнулась. — Это может значить только то, что мы на верном пути и сделали еще один серьезный шаг, став сильнее. Флаттершай, я думаю, никто не будет возражать, если артефакт останется при тебе.       — Хорошо, хотя то, что он не сливается с телом, как и голова, доставит нам некоторые неудобства.       — Это мелочи, подруга. Ну что, продолжаем путь к Понивиллю?

***

Получен артефакт (часть трупа): Сухожилия — не слишком стерильно, но очень эффективно. Слияние — отсутствует Тип эффекта — вспомогательный Особый эффект: При использовании в качестве хирургической нити останавливает кровотечения, способствует ускоренной регенерации ран и сверхъестественному заживлению. Измерение показало, что длина нити составляет 1,6 м, а скорость восстановления после использования 0,5 мм/мин. Эффект можно ускорить количеством наложенных за раз швов, но это закономерно приведет к ускоренному израсходованию нити.