Раздражённый

      Джуно топит своё разочарование в крепком бурбоне.       Первый раз, что ли? Нет, конечно нет. Ему не пятнадцать и не двадцать, чтобы переживать кризис первого «облома», но что-то в Рексе... Нуриеве зацепило.       Сначала агент не впечатлил. Казалось бы, ни дать ни взять, простой, как пять копеек, – глупит, не улавливает контекст, балансирует между вежливостью и почти неловкой весёлостью, – но все ожидания разбились вдребезги, стоило Джуно сложить два и два. Агент с поддельным именем, внедрившийся в «Дарк Мэттэрс» специально для кражи артефакта, косвенно причастный к убийству, конечно, немного не тот, кого ожидает заполучить себе в помощники обычный детектив.       Хорошо, что Джуно далёк от обычности. Как Сисел и сказал, он потерял практически всё, что может потерять человек, так чем рисковать?       Джуно всё понравилось: от язвительных фраз и замаскированного флирта до запаха одеколона и поцелуя. Он ни на секунду не повёлся на сладкие речи, но Нуриев разжёг интерес своими действиями и сочетанием лжи с искренностью. Желание, светившееся в глазах – неподдельное, азартный вызов – тоже.       Джуно топит собственное отражение в бокале. Вечер мог бы быть восхитительным, будь он чуть менее внимательным или не попытайся Нуриев стащить ключи от сейфа. Было бы просто, приятно, в духе самых лучших интрижек на одну ночь, но всё получилось так, как получилось, и Джуно опустошает свои запасы алкоголя, не думая ни о печени, ни о похмелье.       Вот и думай о том, чтобы доверять. О том, чтобы получить хоть какое-то удовольствие спустя долгое время. Нормально пообщаться с кем-то, пустить за порог, не открещиваться от шанса на что-то хорошее.       Мир жуёт, перемалывая мощными челюстями, и брезгует закончить начатое, выплёвывая бесформенные массы, когда-то бывшие личностями. Джуно умело собирает себя в подобие человека, как делал много раз, и невольно размышляет о том, много ли подобных перемалываний ему осталось пережить. В квартире пахнет одеколоном, раздражением, разочарованием и неудовлетворённостью. Джуно смотрит в стену.       А ведь всё могло быть иначе. Моральный компас, будь он неладен. Какие, казалось бы, моральные компасы в тридцать восемь у жителя Гиперион-Сити?       Может быть, Джуно просто странный. Ночь проходит мимо с ощущением хмурости на лице, чего-то неприятного, ворочающегося под сердцем, и алкоголем в венах.       Джуно в который раз думает об умелых поцелуях, жёстких губах и роковых словах-взгляде.       Кажется, что лучше вообще не думать.