Долгожданное прощание

Любовь — это самое ужасное и в то же время лучшее чувство, что присуще человеку. Мы сгораем в ней, рушим выстроенные барьеры. Порой не замечаем когда-то дорогих нам людей, полностью растворившись в любимом человеке. Любовь медленно уничтожает. Не дает нам опомниться, как ранит сердце, оставляя глубокие раны. Кому-то понадобится месяц, чтобы вернуться к привычному ритму жизни. Когда другим и года не хватит. Есть счастливая, наполненная любовь. Она придает сил, горит радостью. Освещает своим светом всё вокруг. В ней ты чувствуешь себя живым, дышишь этим чувством. С твоего лица не сползает улыбка, глаза настолько яркие, когда смотришь в такие же, родные и любимые, что готов горы свернуть, лишь бы этот человек всегда смотрел на тебя с этой любовью. А есть другая. Разрушающая. Она съедает тебя без остатка. Прочными цепями сковывает все чувства, душу и самое главное — сердце. А когда ты снова хочешь влюбиться, эти железки сжимаются на органе жизни крепче, больнее, не дают забыть прошлое. Такая любовь убивает, не дает вдохнуть полной грудью, хочет тебя уничтожить. Перед глазами мелькает тот образ, в нос забивается тот запах, а тело ощущает те фантомные касания. Они не позволяют забыть. Забыть то, с чем тебе пришлось жить тогда и как ты с этим живешь сейчас. Эта обреченная любовь. И обычно в такой любви страдают оба. Обстоятельства, друзья, судьба — всё против. Воспоминания не отпускают. Как на фотопленке каждый раз прокручиваются перед сном. Вы хотите друг к другу, сломя голову бежите, но всё тщетно. Два человека по разные стороны бесконечной дороги, где нет пешеходов, машин, людей. И на этой дороге стоит невидимая прочная стена, что ни в каких из всевозможных вселенных не сломается, не подпустит, лишь даст лицезреть друг друга на таком ничтожно близком, но дальнем расстоянии. - Тэ, ты сегодня идешь к Джину? - складывая вещи в рюкзак, спрашивает Чимин. Тэхён поднимает голову с парты, сонно смотря на друга. Идти никуда не хочется. Из него словно всю душу высосал дьяволёнок на плече. Он промаргивается, собираясь с мыслями. - Да, нужно развеяться. - Тогда я зайду за тобой в шесть, - и улыбается так по-детски. Тэхён ему по-доброму завидует. Он бы тоже хотел почувствовать ту радость, что в Чимине никогда не заканчивается. Дома сидеть бессмысленно. Тэхён в очередной раз включит какой-то романтический фильм, будет есть мороженое и думать. Очень долго и мучительно думать, думать, думать. Переключить мысли не получается, когда он остается наедине с собой. А на вечеринке их общего знакомого шум разговоров заглушит его мозговую активность. Нужно сделать перерыв. Тэхён заходит в квартиру. Кидает рюкзак в дальний угол коридора. Единственным желанием сейчас является кровать. Но он идёт в душ. Чимин зайдёт через два часа, а значит, на сборы у него осталось полтора часа. Он быстро принимает ванные процедуры. Сушит светлые волосы феном, оставляя их в беспорядке. Ему не перед кем там красоваться. Зауженные тёмно-серые джинсы облепляют худые ноги. Тэхён смотрит на себя в зеркало и обречённо прикрывает глаза. Он слишком похудел. В его рацион питания в последние полгода входит только кофе и сигареты. Если бы друг узнал, то свез бы в клинику для душевнобольных. Оставив терзания на потом, Тэхён надевает черную футболку, поверх которой накидывается широкая кофта на замке. Видок так себе. Черные круги под глазами благополучно скрываются консилером. С какого времени он плохо спит? Что конкретно повлияло на его сон? Ответов нет. И искать их бессмысленно. Тэхён надевает на правую руку кольцо, где камни красиво переливались в искусственном свете. Тэхён без него никуда не выходит. Из-под футболки выглядывает кулон с чужим созвездием. Он подцепляет его дрожащими пальцами. Проводит аккуратно по маленьким точечкам, где в середине мерцают крошечные камушки. Тэхён переворачивает украшение. Глаза цепляются за уже изученную надпись. "E anche dopo la morte saremo legati" Слез уже не осталось. Прошло слишком много времени. - Тэ, ты не открывал, поэтому я воспользовался своими ключами, - кричит Чимин с коридора, кидая дубликат на тумбочку. Тэхён нервно засунул кулон под футболку. Быстро взглянув на часы, ужаснулся. Он простоял на одном месте полчаса. Видимо, мозг посылает не просто звоночки, а бьет в колокол, что пора сходить к психологу. - Извини, я не услышал, был в ванной, - врет, пока подхватывает телефон с зарядки. - Я готов. - Давай скорее. Юнги ждет нас в машине. Под весёлую музыку они доезжают до особняка. Уже у ворот дома слышно, как громко бьются о каменные стены басы песни. Огромное количество алкоголя стоит везде, где только можно. Все присутствующие разделились на компании по пять-шесть человек. Они протиснулись через толпу на кухню, где их встретил Джин. Тот сразу же растянул губы в широкой улыбке и заключил всех по очереди в крепкие объятья. - Тэ-Тэ, я так рад тебя видеть, - кладет руку на плечо, ближе притягивая. - Извини, у меня даже не было возможности тебе написать. Скоро сессия, сам понимаешь. - Всё нормально, и я тоже рад тебя видеть. Надеюсь, у тебя всё хорошо? - Иначе быть не может. Джин заглядывает в карие глаза. На минуту зависает. Тэхён весь сжимается. Джин — тот тип людей, от которых не скроешь даже самые глубокие и страшные тайны. Он их раскроет, залезая глубоко в душу, но никогда в жизни не расскажет другим. Тэхён хочет отстраниться, спрятаться, утонуть в кучке народа, но почему-то твёрдо стоит на одном месте, позволяя другому считывать себя. Наверное, ему нужно это. Нужно, чтобы хоть кто-то заметил, что именно скрывается за весёлой маской. Нужно, потому что сил с каждым днём становится всё меньше. - Тэ... - начинает Джин, но разбитая улыбка его останавливает. - Со мной всё будет хорошо, - тихо отвечает, а старший даже через громкую музыку улавливает его слова. - Нальешь мне выпить? - Конечно. Джин исчезает в толпе, оставляя его одного на большой кухне. Тэхён спокойно выдыхает и садится за барный стул. Нервы пошатнулись. Алкоголь даст забыться на время, натянет красивую квадратную улыбку и заставит глаза светится. Пусть этой ночью он станет собой прежним, ведь утром всё вернется с двойной силой. С двойной болью и огромной дырой в сердце. Чимин и Юнги растворились, словно их и не было рядом. Джин сидит напротив, молча попивая свой коктейль. Видно, что хочет что-то сказать, но не решается. - Ты можешь сказать, - прерывает молчание Тэхён. Джин оставляет стакан в сторону, складывая руки в замок под подбородком. Внимательно смотрит на младшего пару минут и со вздохом спрашивает: - Не прошло? - Нет. - Болит? - Очень. Односложные ответы сами вырываются с уст. Тэхён на этот раз не сбежит и не спрячется от вопросов. Он не хочет. - Ты до сих пор носишь кулон? - Да, - поднимает разбитый взгляд. Маска начинает трескаться. - Для чего? Ответа на этот раз не следует. А для чего? Может, потому что он хоть как-то согревает замерзшее сердце? Или потому, что это единственная вещь, которая хранит счастливые воспоминания? Для чего Тэхён его носит? Он не может его убрать в коробку или выбросить. Сколько раз порывался это сделать, но какие-то невидимые цепи связывали его руки на самом важном моменте. Он словно родился с этой вещью. Она острыми шипами вонзилась в его грудь и при малейшей попытке снять начинала разрывать кожу, покрывая тело кровью. Тэхен не может физически снять кулон. - Не могу. - Если...если вы встретитесь, - аккуратно подводит к главному. - как ты отреагируешь? Тэхён задаётся этим вопросом каждую ночь. И каждый раз ответ разный. Он может разозлиться, бросится с кулаками и слезами на щеках. Будет спрашивать, зачем с ним так поступили, для чего разбили и так хрупкое сердце. Тэхён может застыть, утонуть ещё раз в чёрных, как смоль, глазах и, не проронив ни слова, подойти и сжать в объятьях. Уткнуться лицом в крепкую грудь и вдыхать любимый запах одеколона. Тэхён может просто пройти мимо, будто это незнакомый человек, пока сердце будет вновь и вновь склеиваться и разрываться под натиском эмоций. - Не знаю, - пожимает плечами и выпивает залпом крепкий алкоголь. Наступает тишина. Пора Тэхену задавать волнующие вопросы. - Как он? - В порядке. - Счастлив? Джин молчит, обдумывает ответ. Соврать или сказать правду? Покалечить своими словами младшего еще больше или сохранить то, что и так не подлежит починке? Слишком тяжело делать выбор, но остановиться на чём-то нужно. - Нет. Лучше горькая правда, чем сладкая ложь. - У него...кто-то есть? - сам себя режет без ножа. - Тэ... - Джин. - Не знаю, - ловит недоверчивый взгляд. - Правда, не знаю. Последние три месяца мы почти не общаемся. Я занят учебой, а его гоняют по соревнованиям из города в город. - Где он сейчас? - Тэ...он в... - Ким Тэхен, нам нужно уходить, - врывается на кухню Чимин. Тэхён замечает встревоженный взгляд. Тот постоянно облизывает губы, зрачки не могут остановиться на одной точке. Чимин всё время оборачивается, будто хочет кого-то или что-то разглядеть. - Что происходит? - подходит к другу, смотря ему за спину. Никого нет. - Тэ, любимый мой, пошли. Нам пора, - тянет Тэхен к заднему выходу. - Джин, спасибо за приглашение, было очень весело, но нам правда пора. - Постой, Чимин, - вырывает руку из захвата. - Что происходит? Ты рвался сюда как ужаленный. Вы с Юнги поссорились? Что он сделал? - Ничего, правда. У нас с Юнги всё хорошо, просто... Нам нужно уйти. Так будет лучше. Тэхён замечает грустную ухмылку Джина и хмурится. Вообще-то Тэхён планировал сегодня напиться, а ему всё обламывают. Голова взрывается от вопросов, от странного диалога с Джином, от Чимина, что мельтешит перед глазами, еще больше напрягая. " -Тэ...он в..." Незаконченный ответ. Нервный Чимин. Грустный вид Джина. Два плюс два и слезы на глазах. Тэхён глубоко вздыхает, но воздух застревает на половине пути, когда появляется отдаленно знакомая фигура. Парень подходит ближе, крадется, как хищник на свою добычу. Тэхён опирается о стену. Из-за образовавшегося кома в горле не получается вымолвить ни слова. - Хен, - тянет грубый голос. Тэхёна не заметили. - Родители сказали, что ты меня встретишь в аэропорту, а ты тут тусовку устраиваешь?! Мог и подождать два часика. - останавливается напротив Джина, сложив руки на груди. Черные глаза останавливаются на Чимине. Брови слегка приподнимаются вверх от неожиданной встречи. - Привет, Чимин. - Привет, - скользит взглядом по фигуре притаившегося друга. - Ты тут с Юнги? Где он? - голос заметно повеселел. Чонгук поворачивает голову, в поисках лучшего друга. Стены вмиг стали мутные, образовывали странные фигуры. Музыка перестала бить в уши, оставляя лишь приглушенный шум. Сердце... Оно замерло. Словно перестало выполнять свою привычную функцию. Глаза бегали по знакомому лицу. Перед ним другой. Не тот, кто во снах приходит. Не тот, чей голос эхом слышал. Не те глаза, в которых он растворялся. Не то тело, которое в своих руках держал. Это чужой. Другой. Не его. Чонгук подходит чуть ближе. Всматривается в карие радужки. В них исчез блеск, в них больше нет радости. Лишь огромную тоску и безмерную боль можно увидеть. Впалые щеки, огромные синяки под глазами и опухшие веки пытались скрыть консилером. Бесполезно. В приглушенном свете видно всё. Видимо, Тэхёну про это никто не сказал. Ноги, словно палочки, слишком худые. За широкой кофтой походу скрываются слишком выраженные рёбра и осиная талия. Он не оставлял его в таком виде. Тэхён не выдержал разозлившегося взгляда. Выбежал на улицу, подставляя лицо под крупные капли дождя. Тело от холода стало трястись. Дрожащими пальцами он вызывает такси. - Тэ, - слышит голос друга. - Тэ, прости. Я должен был сразу сказать. - Чимин, - с легкой улыбкой отвечает. - Всё нормально. Я всё оставил в прошлом. Поверь мне. - Тогда, почему ты уходишь? - Чимин ему не верит. Никогда не верил. Только делал вид, лишь бы друг не возвращался в то состояние даже днем, в котором утопал ночью. Чимин виноват. Нужно было оставаться с ним, когда его заверяли, что всё в порядке. Нужно было подставить дружеское плечо и позволить Тэхёну выплакать всё, что его гложет. Чимин должен был быть другом, а не его призраком. Он видел, как Тэхёну плохо, но всё равно оставался в стороне, не желая давить на больное. - Я плохо себя чувствую, - бросает и садится в такси. --------------------------------------------------- - Что вы сделали с ним?! - эмоции взяли вверх над разумом. - Разве не ты мне сказал, что будешь следить за ним? А, братец? Ты мне обещал. Клялся в трубку, что не позволишь ничему случиться, - голос срывает. Стаканы летят на пол. Чонгук подхватывает бутылку с виски и залпом выпивает половину. - Так теперь я виноват?! - у старшего брата нервы тоже не железные. - Ты свалил с новоиспеченным пареньком, которому нужны были лишь твои деньги, а потом писал Тэхёну, говорил, что скучаешь, любишь, чуть ли жить без него не можешь. А потом пропадал хрен знает где. - Не я один виноват, что так случилось. - Вы виноваты оба. Двое дебилов, - запускает пальцы в волосы. Немного успокоившись, продолжает. - Тебе не хватило терпения тогда, ему сил. Вы друг друга калечите. Склеиваете обратно и снова разбиваете. Вы не можете ни любить друг друга, ни дружить, но и порознь... тоже не можете. Объясни мне, как так? - Не знаю, - прикрывает глаза. В темноте снова всплывает худощавое тело и грустные глаза. - Сам не понимаю. Меня ломает, как наркомана, если я не слышу его голос, но... потом я злюсь на самого себя, потому что снова начинаю что-то чувствовать к нему. Меня разрывает, Джин. Тэхён - мой личный ад. - Тогда, почему вы не хотите быть вместе? - Мы не можем. Когда всё становится хорошо, обязательно что-то случается или всплывают отголоски прошлого. Это карма. Может, за ошибки в прошлых жизнях или в этих. Не знаю. - Гуки, вам нужно поговорить. Еще раз.

***

Тэхён смотрит в панорамное окно, в руке стакан с виски. Какая по счету эта бутылка? Он сбился. Но сколько бы в нём ни было алкоголя, Тэхён остаётся трезвым. Дождь за окном только усилился, заливая весь город. И всё-таки он предпочел третий вариант. Прошел мимо. Что разозлило того, кто занимает все его мысли? Почему Чонгук вмиг стал сам не свой? Может, из-за того, что они пересеклись? Скорее всего, он вообще не хочет видеть Тэхёна. В последнюю встречу тот чётко дал понять, что Тэхён ему только мешает. И всё же, что бы там ни было, в глазах напротив он уловил ещё кое-что. Что-то очень отдалённое, зарытое глубоко внутри. Тэхён увидел переживание. Оно чётко мигало в чёрных радужках. Так захотелось прижаться к крепкому телу, чтобы чужие родные руки скрыли от внешнего мира, не дали утонуть в нём. Хотелось, чтобы его заверили, что больше не уйдёт, не отпустит, не кинет на произвол судьбы. Тэхён слышал, как громко стало биться сердце напротив. Оно отвечало на его собственное. Ладони, что стали к нему тянутся, повисли на полпути. Тэхён бы без промедлений прижался к ним, если бы не увидел напряжения из-за собственных действий. Чонгук будто боялся к нему прикоснуться. Почему? Не хотел, чтобы Тэхён запомнил эти касания и напридумывал себе того, что на самом деле не несло никакого смысла? Тэхён усмехнулся и допил остатки алкоголя. Пора это заканчивать. Ему двадцать два года, вся жизнь впереди, а он три года не может избавиться от фантомного присутствия бывшего. Бред. Пора взять себя в руки и начать жить эту жизнь, а не просто в ней существовать. Тэхён больше не позволит разбить своё сердце, но какая-то часть до сих пор теплилась надеждой на воскрешение давно убитого. В дверь настойчиво постучали. Все нервы натянулись. Тэхён нервно вздохнул, на трясущихся ногах подошел к входной двери. Даже не удосужился посмотреть в глазок. Открыл и отошел на несколько шагов назад, будто чувствовал, кто там. Человек распахнул дверь и выдохнул, словно сбросил с плеч непосильный груз. - Что тебе надо? - первым прервал молчание Тэхен, разворачиваясь. Никакого желание на него смотреть нет. Чонгук последовал за ним на кухню. Следил за каждым движением, боясь что-то пропустить. Тэхён был в шортах до колена, открывая худые ноги с бледной кожей. А серая футболка висела на плечах. Тэхён закурил. Дрожащими пальцами держал сигарету, не смея на него смотреть. Чонгуку нужен был его взгляд, как воздух. - Поговорить. - А есть о чем? - хмыкнул, перебирая края футболки. - Что ты с собой сделал? - резко бросил вопрос. Тэхён наткнулся на встревоженные глаза. Сердце сжалось. - Не понимаю о чем ты. - Ты всё понимаешь! - подорвался с места. Терпения не осталось. Чонгук повернул бледное лицо за подбородок на себя. Прикосновения разгоняли кровь по венам, учащали пульс. В легкие забивается запах карамельного геля для душа. Как же его не хватало. Воспоминания проносятся одно за другим. Чонгук зарылся пальцами в волосы на затылке, притягивая ближе. Их лица разделяли жалкие сантиметров десять. Слишком близко. Слишком больно и необходимо. С Тэхёном всегда было всё слишком. - Зачем ты себя гробишь? - прозвучало растерянно. - Зачем? Скажи мне, - но Тэхён молчал, испытывал его терпение. - Тэ, ответить мне! - Разве тебя это касается? - убрал руки от себя. - Я вот думаю, что нет. - Тэ... Тэхёну порядком это надоело. Крики, скандалы, выяснение отношений, которых и так нет. Зачем каждый раз поднимать одну и ту же тему, а потом разбегаться по разным углам и делать вид, будто они никогда не были в жизни друг друга. Чонгук то уходит, то приходит. То смотрит на него с любовью, то с раздражением. Он сам себе противоречит. - Зачем ты пришел? - Я уже ответил, - оперся спиной о стену и закурил. Никотин успокоит, приведет в нормальное состояние. - Нет, - мотает головой. - Чонгук, зачем ты пришел? - тот смотрит пронзительно и усмехнувшись, опускает голову. - Я хотел тебя увидеть. - Для чего? - Не знаю. Честные ответы лились один за другим, выбивая из колеи. Тэхён провел пятерней по волосам и подошел к окну. Дождь размывал дорогу, все фонари давно погасли, лишь лунный свет пробивался сквозь тучи. Луна оставляла надежду. Она нужна была Тэхёну. Послышались тихие шаги. Массивное тело остановилось позади него. Теплое дыхание опалило шею, заставляя кожу покрываться мурашками. Тэхён прикрывает глаза, слушая размеренный стук, что вырывался с чужой груди. Это сон. Самый ни на есть реальный сон, который по пятам следовал за ним долгое время. В этот момент все проблемы отошли на задний план. Как бы Тэхён не протестовал, он всё время будет тянуться к нему. Неважно, как больно сделает Чонгук потом, сейчас, стоя рядом с ним, ощущая его присутствие и тяжелое дыхание, Тэхён готов сдаться. Снова. - Я... - он запинается, пытается подобрать правильные слова. - Это началось полгода назад, - начинает свою исповедь. - В одно утро я не ощутил голода, и с каждым последующим днём у меня не возникало его. Я понимал, что поступаю с собой неправильно, но кусок в горло не лез, как бы я себя не заставлял. Так что кофе и сигареты стали моими верными спутниками, - горько усмехается. Алкоголь временами дополнял их компанию. - Представляешь, - вглядывается в черные тучи. - Даже заснуть у меня не получается. Я не помню, когда последний раз крепко спал и ни о чем не думал. А еще... - горло сдавливает ком. Он облизывает губы, собираясь с духом. Тело предательски начинает трясти то ли от пронизывающего холода с открытого окна, то ли от своих же слов. - Я словно разучился любить. Ко мне подходили знакомиться, предлагали и дружбу, и отношения, но... Во мне ничего не екнуло. Сердце не трепетало. Наверное, это слишком ценное чувство для меня, поэтому Бог и не даёт его мне. - А сейчас... оно трепещет? - тихо спрашивает, боясь нарушить необходимую тишину. Она как облако, укутывает в свои объятья, согревает, создает интимную атмосферу. Им и не нужно громче. Им нужен этот покой. Тэхён разворачивается. Медленно тянет руку к чужому запястью. Чонгук сглатывает, когда его ладонь касается груди с левой стороны. Он ощущает сбившийся ритм, сердце бешено колотится, отвечает на все вопросы. Тэхён выглядит слишком хрупким сейчас. Он опустил голову и закрыл глаза, всё еще касаясь холодными пальцами горячей кожи. Тэхён словно ищет то тепло, которое ему не дают. Пытается найти это тепло в том, кто его забрал вместе с собой. - Мы постоянно делаем друг другу больно своими поступками, - уходит от прикосновений. Чонгук напрягается. Наступает самая нелюбимая часть разговора. - Ревность топит нас, а нежелание слышать накрывает волной. Мы пытаемся бежать, но ничего не выходит. Я часто вспоминаю тот вечер, - Чонгук тоже. - Ночь тогда была особенно холодной. А еще пошел снег, - Тэхён в тот день навсегда разлюбил зиму, хотя это была его любимая пора года. - Я постоянно задерживался на учебе, не ставя твои желания в приоритет. Была лишь навязчивая мысль: как сдать сессию? Но я не только про тебя забыл, - хочет хоть как-то оправдаться. - Я и про себя забыл. Даже про Чимина, который всегда мельтешил рядом. А потом... ты получил те фотки, - слезы полились по щекам. - Это был не я на них, но ты даже слушать не захотел. Подумал, что я изменяю и прикрываюсь учебой, - Чонгук закусил губу до боли, кожа разорвалась под крепким натиском зубов, пуская алую дорожку. Не хотелось это слушать, вспоминать. Прошлое крутило ими как хотело, не давая передохнуть. - Да, ты всё узнал позже, но вернуть те слова никогда не сможешь. И я свои тоже не верну. Я устал. - Я тоже устал, - упирается носом в загривок. Тянет сладкий запах и сходит с ума. - Ты магнит, Тэхён. Каждый день и ночь, когда просыпаюсь и засыпаю, ты врываешься в мои мысли, не позволяешь себя отпустить. Я так устал о тебе думать. Я помню твой задорный смех и яркие глаза. Помню твою мягкую кожу и теплые губы. Улыбку, невыносимый временами характер, слезы, радость... Я не могу это стереть с памяти. Ты оставил большой след. Ты приковал меня к себе, - слова лились сами, Чонгук не успевал обдумать их. - Но я тоже помню тот роковой день. И я не могу простить ни тебя, ни себя. И... всё, что было потом, тоже. - Тогда почему ты возвращаешься? - Я не могу не вернутся. - Ответить почему! - бьет со всей силы в грудь, выплескивая всё, что накопилось. - Почему ты меня бросаешь, но позже говоришь такие вещи!? - слезы градом срываются. - Ты эгоист, думаешь только о себе, а на меня тебе плевать и на мои чувства тоже. - Не говори так! - А что? Это разве не правда? - истеричный смех срывается с уст. - Ты свалил из города, нет, не так, ты свалил из страны! Лишь бы не пересечься со мной, только бы меня не видеть. Я настолько противен тебе? -Ты знаешь, что это неправда. - Ты встречался с кем нибудь? - не хотел Тэхен этого спрашивать. Не хотел знать. Но, увы. - Что...? - Ты был с кем-то в постели? Был тот, кто дарил поцелуи по утрам? - Нет! - срывается. - Не было! Никто не задерживался больше, чем на два часа. И всё из-за тебя! Я даже на минуту не мог допустить мысли, что буду делить сон с теми, кто не ты. Я ненавижу себя, ненавижу тебя и всех, кто меня окружал там. Ненавижу. Оказывается, всё, что было до, не так больно, как слышать это. Особенно от того, кто до сих пор держит его сердце в руках. Тэхён пятится назад. В глазах застыли слёзы, а тело онемело. Ненавижу себя. Ненавижу тебя. - Тэ...я не это хотел сказать. - Нет...не надо, - обнимает себя за плечи. - Уйди. - Ты же знаешь, что я так не думаю, - хочет оправдаться, хочет исправить. Хочет обнять и успокоить, но ноги приросли к полу. Пусть Тэхён кричит, бьёт, пусть делает хоть что-то, но не смотрит так... Безжизненно. У Чонгука сердце сжимается. Он не хотел сказать именно это. Он его не ненавидит. Чонгук Тэхёна... - Пожалуйста, уйди. Чонгук впервые слышит этот голос таким. И это пугает. Тэхён остался без сил. Ему не за что бороться, не осталось той тонкой ниточки надежды. Она оборвалась. Тэхён спускается по стене на пол, поджимает ноги к груди и устремляет взгляд в окно. Все воспоминания стираются, оставляя вместо себя пустоту. Она всегда следовала за ним, но Тэхён упорно ее не замечал. А сейчас глаза открылись на всё, что было до банального очевидно. Его любили, но не так, как любил он. Тэхёна ценили, но не в том размере, в каком ценил он. Тэхён просто должен был быть рядом, являясь кем? Он простил всё, все ужасные поступки готов забыть и начать всё с чистого листа. Но это желание разделял только он. Чонгук никогда не хотел что-то менять в их отношениях. Только не с ним. - Тэ... - садится на корточки рядом. - Знаешь, наша любовь с самого начала была обречена на провал. - Нет, не правда, - кладет ладони на щеки, вытирая дорожки слез и прижимается губами ко лбу. - У нас обреченная любовь, Гуки. Когда ты это поймешь? - Нет-нет-нет, - повторяет, как не в себе, расцеловывая лицо. - Это неправда, не говори этого. Ты знаешь, что я тебя люблю, и ничто это не поменяет. - Я тебя тоже люблю, но эта любовь нас убьет. Это судьба, а против нее не пойдешь. Всё давным-давно предначертано. - Я готов умереть... - Тогда я не смогу жить. - Ты хочешь, чтобы я ушел? - Я хочу, чтобы ты жил. "Может, в другой Вселенной мы будем счастливы", — так и осталось на губах у двух разбитых сердец.