Сквозь тьму

Зимние каникулы закончились, но тепло дома Принцев всё ещё жило в памяти Гарри. Возвращение в Хогвартс казалось не таким тяжёлым, как раньше. Он шёл по коридорам с прямой спиной, не прятал взгляд, не сторонился толпы. Северус стоял рядом, всегда — пусть и не физически, но Гарри чувствовал его поддержку даже на расстоянии. Однако мир не менялся так быстро, как хотелось бы. Уизли не простил. И старшекурсники, чьё самолюбие было задето турниром и вниманием к Гарри, тоже. Их взгляды были ядовитыми, как плесень на стенах, которую никто не замечал, пока не стало слишком поздно. В один из особенно холодных январских дней Гарри решил после уроков прогуляться до Чёрного озера. Там было тихо. Лёгкий ветер срывал снежинки с деревьев, лёд на воде мерцал под солнцем, а сам он сидел на берегу, закутавшись в мантию, облокотившись на колени. Мысли текли медленно, размеренно. Он думал о лете. О лаборатории, о чае с пряностями, о зельях, что они варили. О картине на стене спальни Снейпа. Он не заметил, как позади появились тени. — Эй, Поттер, — раздался насмешливый голос. — Один сидишь? А где твой папочка? Он обернулся — и не успел сказать ни слова. Заклинание ударило его в грудь. Он даже не понял, что именно это было. Его отбросило назад, и спина с хрустом ударилась об обледеневший край берега. Следующее мгновение — и лед под ним треснул. Озеро проглотило его без предупреждения. --- Вода была ледяной. Как тысячи иголок, она вонзалась в каждую клетку. Гарри попытался всплыть, но одежда тянула вниз. Мантия тяжело болталась, ботинки словно налились свинцом. Он пытался дышать — и захлебнулся. Паника накрыла его, ударила в голову. Всё снова стало как тогда, в прошлом. Как Дурсли. Как крики. Как закрытая дверь. Он барахтался, пытался вырваться, но движения становились всё медленнее. Мысли — всё тише. Снейп… Папа… Он не мог умереть. Он не мог вот так исчезнуть. Он собрал остатки сил, вытянул руки вверх и, наугад, толкнулся от чего-то под ногами. Лёд. Он бил в него кулаками, изо всех сил. Руки были онемевшими, но в какой-то момент — лёд треснул. Он вырвался наружу. Захлебнулся снова — но уже воздухом. Сил почти не осталось. Он выкарабкался на берег, кашляя, дрожа, захлёбываясь и водой, и плачем. Он не чувствовал пальцев, не чувствовал лица. Он просто лежал на снегу, свернувшись, прижавшись к земле, пока не услышал чьи-то быстрые шаги. --- Северус направлялся в Запретный лес, когда почувствовал странное беспокойство. Не просто тревогу, а какой-то резкий холод внутри, словно предупреждение. Он свернул с дороги к Чёрному озеру — и увидел чью-то тень на снегу. Он узнал Гарри сразу. — Гарри?! — голос его срывался. Он подбежал, опустился на колени. — Гарри, ты меня слышишь? Гарри поднял голову. Лицо бледное, губы синие, волосы прилипли ко лбу. Глаза полны страха. И ещё чего-то… чего Снейп не видел давно — паники. — Я… упал… — прошептал Гарри. — Меня… Он не успел договорить — тело задрожало сильнее, и он зажмурился, вновь содрогаясь в приступе панической атаки. Дыхание сбилось, грудь вздымалась, пальцы сжались в снег. Снейп не думал. Он стянул с себя мантию и укрыл мальчика, притянул к себе и крепко обнял. — Ты в безопасности, — прошептал он, прижимая Гарри к себе. — Слышишь? Я здесь. Всё хорошо. — Я… тонул… я думал… — Гарри задыхался, а по щекам бежали горячие слёзы. — Они… они… ушли… Снейп сжал его крепче. Его сердце билось быстро, в бешеном ритме. Он чувствовал, как Гарри дрожит в его руках, и сам едва сдерживал ярость. — Я не позволю никому тронуть тебя, — тихо, но зловеще произнёс он. — Никому. Клянусь. Гарри постепенно начал успокаиваться. Его дыхание выровнялось, и он тихо уткнулся в плечо Снейпа. Северус провёл рукой по его волосам, затем поднялся и осторожно поднял Гарри на руки. — Пойдём домой. Мы согреем тебя, и ты расскажешь мне всё. Хорошо? Гарри лишь кивнул, уткнувшись носом в его мантию. --- Они вернулись в подземелья. Снейп моментально наколдовал горячий чай, укутал Гарри в несколько одеял и посадил к камину. После — промок с него остатки воды, проверил, нет ли повреждений. Лишь когда убедился, что Гарри в порядке, сел рядом. — Кто это был? — спросил он тихо, но в голосе уже плескалась ледяная ярость. Гарри долго молчал. Потом выдохнул: — Уизли. И трое старшекурсников. Я сидел… просто сидел. А они… Он не договорил. Снейп кивнул. Он уже знал, что делать. Уже решил. Но первым делом — обнять. Снова. Потому что, несмотря на ярость, несмотря на желание уничтожить тех, кто посмел тронуть его сына — важнее было сейчас просто быть рядом. — Я горжусь тобой, Гарри, — сказал он, осторожно. — Ты выжил. Ты боролся. Это делает тебя сильнее их всех. Гарри прижался к нему крепче. — Спасибо, папа… И это «папа» снова стало якорем. Напоминанием. Что бы ни случилось — он не один.