Упрямец

Просыпаться было сложно. Даже очень, но это решаемая проблема. Особенно когда тебя настойчиво будят. – Давай, папаша, пора вставать. Тебя ждёт твой детёныш в колбе. – Какой-то бородатый мудак будит его так настойчиво, тряся за плечи и забирал одеяло. Ну что за мерзавец? Итан открыл глаза, сверля альфу недовольным взглядом. Он чувствовал, что поспал хорошо, но ему было мало. Организм более менее отдохнул, и это очень даже радовало. Он поднялся с кровати, потягиваясь. Вот теперь можно убить эту сучку пернатую. И спасти любимую дочку. Ну и вытащить свою задницу отсюда. Ладно, и задницу Гейзенберга тоже. Уговорили. – Сколько я спал? – Он зевнул, ещё сонно поглядывая на альфу, что рассматривал его в ответ с какой-то задумчивостью. – Достаточно, для того, чтобы убить эту сучару, – Сигарета как по волшебству оказалась у него в руке, словно он ебаный волшебник, – Разбудил тебя за два часа до ритуала, папаша. Надо вести тебя в курс дела. Итан на это хмыкнул окончательно проснувшись и вставая с кровати. Он вновь потянулся, слыша, как его спина хрустит. Да уж, ночка на таком матрасе явно не для него. Или это уже возраст? Как никак через пару лет он будет разменивать четвертый десяток.. Куртка была натянута на отдохнувшие тело, а сумка вернулась на плечи. Тяжесть за спиной уже была привычной, напоминая о том, что он до зубов вооружен и очень опасен. Для тех, кто не управляет металлом как его союзник, что устремился на выход из комнаты. – Сейчас мы быстренько обсудим план, я, так и быть, отсыплю тебе пули для твоих игрушек, – Он размахивал правой рукой, пока они шли по узкому коридору. Итан уже чувствовал себя потерянно, ведь с трудом запоминал все повороты. Кажись сон сделал его слишком невнимательным, – Ну и, конечно, покажу тебе пару своих игрушек. – Его улыбка походила больше на оскал. Очень предвкушающую и злорадную. – Мне уже не нравиться. – Омега недовольно зыркнул на него. Его чуйка никогда его не подводила. Этот хуила задумал что-то, и это ему уже не нравилось. Итан ненавидел сюрпризов после Луизианы от слова совсем. Они никогда не заканчивались чем-то хорошим для него. – Ой, да не пизди. Ты ещё потом спасибо скажешь за них! – Хрипло выдал Гейзенберг, разводя руками в стороны. – За них..? – Не понял он, слыша гудение за большой дверью к которой они направлялись. Железная, немного ржавая и часто крашенная, дверь открылась и впустила их в огромное помещение. Уинтерс с открытым ртом смотрел на громадные стены, что казались бесконечными и снизу и сверху. Много металла, труб, приборов. И.. трупов, что ездили по конвейерами как на ебаном эскалаторе. – Как тебе?! С ними мы точно одолеем эту тварь! – Возбуждённо вскрикнул мужчина, оглядываясь на застывшего блондина. Его вырождение лица стоили такого терпения Карла, что не сказал о своей армии железных уродов. Ладно, стоит признать, что этот сюрприз ему уже нравится. Итан сначала не понял, что не так, а потом вгляделся. Множество, явно больше сотни бойцов трупного происхождения, что набиты железом по самое не балуйся. Разные, обычные с небольшой броней, напичканные со всех сторон и похожие на консервные банки, с бурами.. Охренеть как много. И охренеть как полезно. – Ладно, это впечатляет. – Сказал омега, за что получил оскорбленную морду в ответ. – Что значит, блять, впечатляет?! Да с ними мы эту мразь уделаем! – Вскрикнул он, входя в личное пространство блондина и хватая за плечи, даже начиная трясти, – Ты хоть представляешь, Уинтерс, что они могут делать? Что они делали с псинами?! – Гейзенберг отстранился, подходя ближе к перилам с пропастью, – Может против Миранды они не пойдут как надо, но её приспешников явно зацепят.. – Он тяжело вздохнул, оглядывая свои творения на дорожках. А после резко развернулся, хватая удивлённо Итана за правое запястье и ведя к огромной двери, – Пойдём мне нужно кое-что тебе дать чтобы.. какого чёрта?! – Вдруг замер альфа, крикнув так громко, что у Уинтерса уши заложило. Он глянул за чужое плечо, оглядывая огромный лифт в котором был.. – Герцог? А вы что тут делаете? – Итан и сам не ожидал его тут увидеть. Не то что Карл, что начал ругаться на немецком языке, явно сыпя проклятья в торгаша. – О, Лорд Гейзенберг. Итан, рад вас снова видеть! – Герцог расплылся в улыбке, смотря на омегу. Уже чувствовал, что может получить деньги. Руку на отсечение, хоть в случае Итана это будет весьма комично, – У меня тут новый товар. Не желаете взглянуть? – Радушно сказал толстячок, разводя руками на свой товар, что хорошо так расположился в чужом лифту. – Да ты в край ахуел! Залез в мой лифт как к себе домой, торгаш херов! – Дальше были какие-то вскрики на другом языке, но Итан в них не вслушивался. – Нет, Герцог. Всё, что у меня было я уже продал вам, – Итан поражался этому торговцу, что перемещается так быстро и это сложно отследить. Даже немного пугающе. Но что только омега не видел в этой деревне, – Может поедем уже? – Теперь он обратился к мужчине, что с пеной у рта втирал что-то торговцу. Тот на это посмеивался и тряс пузом. Гейзенберг рыкнул на него, со всей дури нажав на нужную кнопку кулаком. Кажись у кого-то проблемы с гневом. Ему бы курсы пройти. Итан вот проходил после Луизианы, и этому утырку там тоже помогут. Может даже сделают что-то с его переменчивым настроением. Кто знает.. На нужный этаж они ехали молча, лишь альфа иногда шипел ругательства себе под нос. Итану в буквальном смысле пришлось выпихивать его из лифта, когда он вновь начал сыпать угрозами. – Чтобы когда я пришел тебя здесь не было, засранец! – Крикнул инженер, пока в спину его толкали настойчивые руки омеги. – Закрой уже свой ебучий рот и двигай вперёд! – Итан с пинком вывел его в новый коридор, начиная закипать. Ему всегда не нравились вот такие выебистые люди как Гейзенберг. Ну вот бесить начинают, честное слово. Гейзенберг в последний раз недовольно рыкнул, а после сам зашагал по коридору. Омега только и успевал за ним поспевать. Они пришли в самы конец коридора в этом запутанном месте, где и чёрт ногу сломит из-за лабиринтов Гейзенберга, заходя в небольшую комнату. На вид это была мастерская и кабинет одновременно. Для неё был даже отдельный ключ, насколько успел заметить блондин, выглядывая из-за чужого плеча. Какая-то шестерёнка, что хранилась у альфы на цепочке на шее. Если бы Итан захотел сюда пробраться в более плачевных обстоятельствах, то явно бы не смог. Ключек-то под надёжной защитой.. Мудак продуманный. Гейзенберг вновь закурил, сразу подходя к столу и садясь на стул с спинкой, а рядом расположил табуретку и приглашающе похлопал по ней. Итан всё поражался, как у этого мужика лёгкие ещё не загнулись от такого количества дыма. Ему пришлось списать это на живучесть этого мутанта. Омега устроился на скрипучей табуретке, чуть не упал с неё на спину, ведь подлая деревянная чёртовка опасно накренилась назад. Обошлось без падений и ржача ублюдка, что явно ожидал его фееричное падение, по морде было видно, ждал утырок увлекательного шоу. А вот хер тебе. – Руку давай. – Он склонился над столом, отодвигая железяки, болты и прочую херню, начиная перебирать бумажки с чертежами. – Зачем? – Итан выгнул бровь, опуская ладони на колени подальше от альфы. Как школьница японская из дешёвой порнушки, ужас. Блять, и почему он вспомнил именно это? – Давай сюда! – И схватил левую руку блондина, больно дёрнув на себя. Итан попытался вырвать пострадавшую конечность из чужой руки, но сделал больно только себе. Он угрожающи зарычал на мудака и показывая клыки, вызывая у мужчины лишь улыбку, – Да не ссы ты так. Кусать пока не буду. Наверное.. – Оскал на его довольном хлебальнике ужасно бесил Итана. Так и хотелось пару раз проехаться по его роже кулаком. Гейзенберг сжал сигарету в зубах, открывая ящик стола. Итан попытался вновь вырваться, но опять не получилось. Он лишь получил похлопывание по руке и слова на неизвестном языке. Уинтерса раздражала эта хуйня, когда собеседник намеренно говорит на том языке, который ты не знаешь и теперь приходилось думать о том, что ему спизданули. Честно, Итан не ожидал того, что произойдет дальше. Он думал, что его многострадающую руку вновь проткнут или отрежут, может даже по тому шраму из Луизианы пройдутся, но не того, что было дальше. Альфа размотал свежий, насколько это возможно при таких условиях и недавней перевязки, бинт и принялся осматривать руку. Пальцы более менее заросли, если не читать рваные края и выпирающие кости. Укус оставленный поршивцем, что и отгрыз ему пальцы, тоже зарос, показывая розовый шрам в виде круга. Зрелище не очень приятное даже в таком более опрятном виде. Карл взял какой-то инструмент, омега не помнил его название и кажется вообще такого не видел, аккуратно подрезая осколки кости до более гладкого состояния. Затем подпилил в нужных местах, застовляя удивлённо блондина просто пялиться на чужую работу и иногда шипеть от боли. А затем в его руке появилась какая-то железная херня с двумя отростками. До Итана дошло только тогда, когда на его обработанную руку одели это. Как оказалось это был протез. Сраный протез в замен его съеденных пальцев.. Ахуеть. – Эм.. – Итан смотрел на то, как его новые пальцы двигаются. Механизм работал как надо, словно это были его родные пальцы. Словно это не бездушное железо, а плоть и кровь, но ты их не чувствуешь, – Спасибо.. – Он сказал это искренне, даже сам поражаясь своему благодарному тону. Но у него есть своё оправдание. Ему ничего не доставалось вот так, в таких обстоятельствах. Никто в этой деревне, кроме Герцога, не давал ему ничего кроме пиздюля. А этот утырок.. мужчина сделал. Он спонсировал его оружием и припасами, не пытался навредить, если не брать в учёт тот ржавый прут, и был почти душкой. Если не считать его характер и сигаретный дым как от паровоза. Хороший мужик, не дать не взять.. Хотя два варианта и можно воплотить в жизнь.. Ебаный в рот! У Итана натурально горели щеки. – Твоим спасибо будет победа над это сучкой и моё спасение, рыцарь с новыми пальцами, – Хмыкнул мужчина, вдоволь насладившись пылающим лицом напротив и отодвинулся. Его морда была слишком довольной, а улыбка не предвещала ничего хорошего для омеги. Явно что-то задумал на его счёт, – Кстати о птичках. Скоро выдвигаться надо, папуля. Перебирай запасы, если что надо будет к дополнению твоих игрушек, то не стесняйся говорить, красавчик. – Он похлопал его по плечу, подымаясь с места. Итан поджал губы, кивая и в последний раз глянув на свою новую руку. Да, пора идти на последний бой и спасти свою любимую дочку. Все сборы происходили в темпе вальса. Только и успевай подхватывать свою партнёршу, в лице дробовика и винтовки, да и остальное из его сумки, и заглядывать под чужие юбки, склада и каморки, и попивать шампанское, перекидываться фразами с Гейзенбергом. И вот теперь они двигаются на место ритуала с огромной армией за спиной. Это внушало чувство победы. Самоуверенно, да, но с таким, блять, количеством солдат они точно смогут завалить пернатую сучку. – Так, псин не видно. Они наверное грызутся с солдатиками где-то в деревне. А это значит, что никто не защищает сучку возле алтаря, – Гейзенберг рассуждал в слух, то и дело махая рукой с сигаретой между пальцев. Он тащил за собой все металлические вещи с фабрики и деревни, волоча их по воздуху как пушинки. Его бойцы взяли место ритуала в круг, загоняя сучку Миранду в западню. А сами отважные герои шли через главный ход, как воспитанные джентльмены. Так, чтобы своим появлением обозначить, что правление чокнутой мамаши этого места пришел конец, – Ну что, Итан. Готов забрать свою малышку? – Альфа улыбнулся ему выпустив дым в сторону от блондина. Он выглядел так, будто готов на всё, лишь бы получить долгожданную свободу и наконец покинут это ужасное место. – Да. А ты готов выбраться отсюда? – Блондин улыбнулся в ответ, удобнее перехватив дробовик. Победа близко. – Чёрт возьми, да! – Гейзенберг вскинул свой молот, зарядив им в корень на их пути и засмеявшись как безумец. Ну что ж, началась звездапляска. Держите свои конечности при себе, иначе их случайно оттяпает. Это не касается пернатых сучек с протекающей крышей вместо башки. Крики умирающей Миранды доносились в его голове ещё долго. Эту шмару распидорасило в какую-то паукообразную херню, что своими лапами могла пиздануть так, что ты и потеряешься на пару секунд пока в себя приходить будешь. Но как же, блять, хорошо, когда эти лапы ей отрывало металлом и некоторыми хорошими ударами солдат. Да и молота на пару с огнестрельном. Визжала знатно, словно своим вое хотела оглушить всех, кто был на месте этого сраного ритуала. Да и за его приделами, наверное, было слышно. И эта её чокнутая манера речи, что мол, Роза моя! Она моя Ева! Блять, да у Уинтерса горело с этого знатно, из-за чего он в ярости выпускал в неё всё своё оружие и боеприпасы. И прикончили они её быстро, даже быстрее чем ебаную Димитреску. И вот.. маленькая и милая Роза, его Роза, лучик света в этой тьме, была у него на руках.. Итан держал её, вглядываясь поплывшим взглядом в спящую малышку, уже чувствуя, как тьма поглощает его. В прямом смысле. Он сейчас сознание потеряет. – Блять.. наконец-то это свершилось. Итан, ты видел как я эту сучку.. Итан? – Гейзенберг, что устало развалился рядом с восоеденившейся семьёй, глянул на притихшего Уинтерса, замечая, что тот как-то странно накренился на бок, – Итан? Итан! – Ему в буквальном смысле пришлось поймать в свои объятия свалившего без сознания Итана, который чудом не уронил свою дочь из ослабевших рук, – Еб твою мать! Итан! Приди в себя, папаша! – Инженер пытался растолкать его, но у него не вышло. Да и Роза проснулась и хлопала своими глазками на папу и бородатого дядьку над ней. – Итан! – Со стороны послышался крик, Карл мигом повернулся на звук, замечая бегущего к ним мужчину с оружием, – А ну отпусти его! – Он вскинул автомат, грозясь выстрелить в мутанта. – Иди нахер! Не до тебя сейчас! – Послал его Карл, – Итан! Да давай же ты! Очнись, чёрт тебя дери! – Но омега в сознании не приходил, лишь сверкая своей бледной мордой. – Что с ним? – Неизвестный вояка, как прозвал его Гейзенберг, быстро приблизился к ним, садясь рядом на корточки. – Да я ебу?! Съеби отсюда, мужик! Я вашим военным задницам не доверяю! – Карл прижал Итана к себе, закрывая и его и девочку от чужих ручонок. – Блядтство. Хватай его, здесь всё сейчас на воздух взлетит! – Военный закинул своё оружие на спину, убирая подальше. – Ебаный в рот. Хватай мелкую. Я их вдвоём не унесу! – Роза благополучно была взята из вялых рук папки, и теперь оглядывалась вокруг на руках у дяди. Карл подхватил омегу на руки и в быстром темпе зашагал за хмурым и встревоженным мужчиной. – Да давай быстрее шевелись! – Подгонял его вояка. Правильно, с маленькой ношей идти и пиздеть проще. – Пошел нахуй! Сам бы его нёс раз такой умный! – Огрызнулся Гейзенберг, крепче перехватив Итана и утыкая его лицо себе в шею. Да уж, не пушинка этот омега. Вот от слова совсем. Показался спасательный вертолет, в который они запрыгнули под крики людей на борту. Мужчина отошёл дальше, а Карл уложил блондина на ближайшую лавочку и сел прямо на пол возле него. – Роза.. девочка моя. – Со стороны послышался всхлип. Это живая и вполне здоровая на вид Мия прижимала к груди дочку, что радостно цеплялась ей в одежду и волосы. Вертолёт взмыл в воздух. – Ну вот, папаша. Теперь ты можешь отдохнуть от этого пиздеца.. – Карл тяжело вздохнул, расслабив плечи. Теперь надо молиться, чтобы его не убили эти вояжки в ходе эксперимента. Когда они были на достаточном расстоянии от деревни Крис рванул взрывчатку. Вертолёт тряхнуло, но он полетел дальше. – Ну давай, Итан. Пора открывать глаза, – Альфа вновь обернулся на него, замечая бледное лицо и никакого движения. Даже грудная клетка не вздымались, – Итан..? – Позвал он опять, и опять ни какой реакции. Гейзенберг склонился ближе, стараясь уловить хоть как то признаки жизни. Ничего. – Эй, ты что делаешь? – Спросил вояка, который и привел их к вертолёту. – Он не дышит.. – Просипел он, отрывая голову от чужой груди, – Он не дышит! – Вскрикнул альфа, оглядываясь на всех в пассажирской части. – Что?! – Вскрикнула Мия, прижимая Розу ближе, – Итан! – Блядтство, – Карл ощупал чужую шею, пытаясь найти пульс. По нулям, – Чтоб тебя, Уинтерс! – Он поднялся на колени, начиная сердечную реанимацию. Как бы он не давил, Итан не подавал признаков жизни, – Давай, Итан! – Он делал искусственное дыхание, опять делая попытку завести чужое сердце. Инженер и не замечал криков сзади себя, в основном от Мии, которая умоляла Криса сделать что-нибудь, – Давай, папаша! Я знаю, что ты можешь! – Вновь вдыхал в него жизнь с запахом перегара. И, о чудо. Итан закашлился, даже на секунду открыл глаза. Бледный до смерти, словно из него всю кровь выкачали. Но теперь дышащий и шевелящийся. И потерявший сознание. – Чтоб тебя, Уинтерс. Заставил поволноваться.. – Карл сел на тот же пол, но теперь следил за тем, чтобы омега дышал, – Как там тебя, говори своим, чтобы реанимацию готовили. – Альфа держал руку на левом запястье Итана, отсчитывая пульс. Скорее для своего спокойствия. Он даже перестал замечать всхлипы жены омеги, вслушиваясь в чужое дыхание совсем рядом. Если он ещё раз двинит кони, то Гейзенберг свихнется окончательно. Ну не верилось ему, что этот живучий, как таракан, блондин умрет от остановки сердца после всего того пиздеца, что был в этой злоебучей деревне. Крис, точно Крис, раздовал указания своим людям, попутно пытаясь успокоить затихшую почему-то Мию. – Забери. – Вдруг сказала она, протягивая дочку её крестному. – Мия? – Удивлённо спросил Редфилд, заставляя свои тоном обернуться всех, кто был в отсеке. – Забери Розу.. – Мия всё же впихнула девочку мужчине, обнимая себя за плечи и выглядела она жалко, если честно, – Она заразила меня.. Посадила в меня этого.. И.. – Женщина замолкла, а из груди у неё вновь начали доноситься всхлипы. Даже рыки от досады. – Мия.. – Крис отпрянул от неё, ведь Роза попыталась достать до родительницы. – Нужно отвезти меня в карантин. Это не безопасно для вас.. – Уинтерс отошла в самый угол, садясь возле окна, – Нужно достать.. их. – Она обхватила живот, умоляющи смотря на друга семьи. Крис выругался себе под нос и кивнул. – Пиздец, – Только и смог сказать Карл, что услышал столь неприятную новость для всей семейки несносного омеги, – Да уж, Итан. Не завидую твоей судьбе.. – Он погладил чужую руку, кажись, пытаясь успокоить омегу, у которого пульс участился, – И себе тоже.. – Теперь он понял, какой пиздец ожидает его дальше. Вышел из одного ада в другой. Только теперь с белыми стенами и пахнущим больничной поеботой.. Да уж, неприятно получилось.