Аккорды судьбы

Деньги, как ценность — фальшивы

Созданы жаждой наживы

Слуги диктаторов лживых

Маревом нас окружили

Веря в подменные судьбы

В наши потребности и вкусы

Мы одномерные люди

Как описал нас Маркузе

***

Сон Ки Хун был неудачником. Мужчина сорока шести лет, который умудрился несколько раз прогореть в бизнесе, заложить почти все свое имущество банку, а свою жизнь — бандитам. К тому же те деньги, что он взял в долг, пошли на его зависимость от азартных игр. Он умудрился потерять все, уничтожить жизнь собственными руками. Потерял любимую жену, которую неосознанно тянул в эту долговую яму, потерял свою любимую дочь Ка Ён, которая теперь жила с матерью в доме отчима. А ещё потерял возможность постоянного заработка, перебиваясь редкими подработками. Из личного имущества у него осталась лишь одежда и гитара, которую рука не поднялась выбросить. Редкими вечерами он напевал мотивы бессмертных хитов джаза, перебирая струны и царапая подушечки пальцев. Однажды он услышал похвалу от своего близкого друга Чон Бэ и предложение сыграть в его пабе. Удивительно, но людям действительно нравилось то, как Ки Хун исполнял музыку, изредка мотая головой в такт песни или негромко напевая знакомый мотив. Одной из его любимых была «Fly me to the moon». Он не знал перевода песни, но наизусть выучил каждую строчку, довольствуясь приятной и лёгкой мелодией. К тому же ему платили за игру на гитаре. Не так много, как на его многочисленных подработках, но вырученные деньги он откладывал на ставки на ипподроме. Привычки и прежние увлечения оставались бессменными, как и его талант в игре на гитаре. И вот так он получил приглашение сыграть в одном из популярных баров Сеула, в районе Йонсангу. Мужчина в красивом костюме и с чемоданом в руке протянул ему визитку, дружелюбно хлопая мужчину по опухшей щеке. Они играли в ттакджи: сначала на деньги, а потом на работу. Получить пощёчины было не столь унизительно, как оказаться стоящим перед дорогим и блестящем в своей роскоши здании. Лишь обещание таинственного человека о высокой зарплате и щедрых чаевых подогрело в Ки Хуне азарт. Черт, да за такие деньги он готов хоть всю ночь играть на гитаре, пока его пальцы не сотрутся в кровь!

***

Хван Ин Хо скучающе взбалтывал в стакане крепкий виски. Лёд изредка со звоном стукался о граненое стекло, тая под теплым светом софитов. Прихоть О Иль Нама, чтобы он сопровождал старика на очередном светском рауте и помогал ему ухаживать за дорогими гостями. Возможно, собирался познакомить своего преемника с уважаемыми спонсорами: обозначить скорую смену власти, представить толстосумам, чьи лица были скрыты за масками. — Вы скучаете, господин Хван? — раздался голос человека в маске быка. — Исключено, — покачал головой мужчина, делая глоток горячительного напитка. Губы и язык обожгла сладость алкоголя, а по огороженной VIP-зоне распространился аромат виски: тягучий дым и сладкий торф. — Я наслаждаюсь компанией. — Было бы веселее, если бы в этом месте играла музыка, — хмыкнул тучный мужчина в маске пантеры. В одной руке он держал гроздь винограда, а второй он подпирал голову, отрешенно блуждая взглядом по залу. — Один из наших сотрудников нашел талантливого гитариста, который играет джаз, — ухмыльнулся О Иль Нам. — С минуты на минуту он подойдёт и разбавит гнетущую атмосферу этого гнилого места. — Господин О, разве Вы не собирались выкупить целый бар ради нашего вечера? — отозвался тот же человек в маске пантеры, цокая языком. — Было бы кощунством тратить такие деньги на это отвратительное место, — раздражённо произнес гость в маске оленя, отпивая алкоголь из бокала. — Точно не спонсорские. — Кажется, начинается, — Ин Хо повернул голову в сторону сцены, равнодушно глядя на то, как персонал выносит микрофон с высоким стулом. Загорелся прожектор и на сцену вышел удивительно неловкий мужчина. Одет в дешёвые тряпки, волосы растрепаны, а в руках он сжимал гитару. Возможно, этот кусок лакированного дерева стоил даже больше мужчины. И этот человек — талантливый гитарист? Чем только думал О Иль Нам и его драгоценный сотрудник, когда приглашали какого-то оборванца? Казалось, что весь бар затих в ожидании, с тихими смешками глядя на то, как человек на сцене настраивает музыкальный инструмент. Наладив гитару и струны, мужчина поспешил поправить микрофон и, выдохнув, начал играть. Ин Хо почувствовал, как музыка плавно течет по залу. Мотив, который он узнал бы из сотни похожих мелодий. Каждый чертов вечер он слушал ее из антикварной музыкальной шкатулки, предаваясь воспоминаниям. Это была его любимая песня.

***

Ки Хун почувствовал на себе десятки любопытных и осуждающих взглядов, как только он ступил на сцену. Казалось, что само его присутствие оскверняло этот бар. Смахнув с себя чужие неприязненные взгляды и волнение, Сон настроил свою гитару, поудобнее устроился на стуле, придвинул микрофон и запел: Fly me to the moon Let me play among the stars Let me see what spring is like On a, Jupiter and Mars Пальцы привычно дёргали струны, заставляя его инструмент изливаться приятной и тихой, знакомой мелодией. Странно, что его попросили сыграть именно эту песню, ведь до этого в барах он исполнял множество других джазовых хитов. Но незнакомец настоял именно на ней. Голос отдавал слабой хрипотцой, английские слова текли со слабым акцентом, — все благодаря постоянному заучиванию песни — а ласковый тон только сильнее подстёгивал Ки Хуна играть дальше. In other words, hold my hand In other words, baby, kiss me Мужчина почувствовал на себе чей-то пронзительный взгляд. Сначала он подумал, что этот взгляд принадлежал зрителям, однако посетители бара едва ли смотрели на него. Они, прикрыв глаза, слушали, как он играет, только изредка кидая взгляды на гитариста. Ни на секунду не сбившись с ритма, Ки Хун принялся оглядывать дорогих гостей, пока случайно не наткнулся на скрытую за плотными шторами VIP-зону. Мужчина в дорогом костюме, уложенными темно-каштановыми волосами и с хищным, приковывающим к месту взглядом. Пугающе и чарующе одновременно. Сон увидел, как человек слабо стучит пальцем по бокалу, неотрывно наблюдая за его игрой. Fill my heart with song And let me sing for ever more You are all I long for All I worship and adore На кончиках пальцев приятной вибрацией отдавалась текущая мелодия, пока Ки Хун старался оторвать свои глаза от наблюдения за сидящем в VIP-зоне мужчиной. Их взгляды встретились и из-за этого Ки Хун едва не сбился с ритма и дыхания. Но припев все равно получился более хриплым и тягучим. In other words, please be true In other words, I love you Посетитель бара растянул пухлые губы в удовлетворенной и слабой улыбке, а в его карих глаза, от которых до этого веяло равнодушным холодом, появился заинтересованный блеск. Эта слабая ухмылка заставила табун мурашек пробежаться по всему телу мужчины. Казалось, что огромная освещённая софитами комната с множеством столиков и гостей сузилась до одной только сцены и стоящего поодаль бордового дивана. Ки Хуну показалось, что он играл только для них двоих. Fill my heart with song Let me sing for ever more You are all I long for All I worship and adore Повторяет он строчки, прижавшись губами плотнее к микрофону. Он почувствовал, как его глаза начинают слезится от столь долгой игры в гляделки. Но эта игра затягивала, как и многие игры до этого. Ки Хун был азартным человеком и отвести взгляд означало бы проиграть. Публика напевала мотив вместе с ним. Не сбивая, а больше подбадривая мужчину на успешное завершение. Удивительно, как быстро поменялось их мнение о человеке, которого буквально нашли на улице и привели в это место. In other words, please be true In other words, in other words I love you. Выдохнул последние слова в микрофон Ки Хун, наконец, прекратив пялиться на мужчину, который сидел в VIP-зоне. Тот продолжил улыбаться, глядя в глаза музыканта, медленно поднимаясь со своего места и начиная хлопать. Медленно, размеренно и с благодарностью. Гости в зале разразились аплодисментами. Ки Хун неловко улыбнулся и слез со стула, кланяясь в ответ, тут же собираясь покинуть сцену и убежать как можно дальше. Когда он играл на гитаре, то спешил раствориться в музыке, в своих ощущениях и собственном голосе. Так он не мог слышать тишины, которая угнетала его и заставляла погрузиться в самые страшные и гнусные мысли. — Господин Сон Ки Хун, — не успел Ки Хун спрятаться за кулисы, как к нему подбежал официант. — Вас просят пройти в VIP-зал. Я Вас проведу. Парень развернулся и чеканным шагом ушел со сцены, изредка оглядываясь через плечо. Ки Хун прижал к себе покрепче гитару и неуверенно, сгорбившись в спине, поплелся за официантом. Почему-то Сон был уверен в том, что ему предстоит вновь встретиться с тем красивым мужчиной и его темным пронзительным взглядом.

***

— Это было неплохо, — одобрительно покивал мужчина в маске быка. — У него довольно милый голос, — поддержал мужчину человек в маске льва. — Удивительно, что какой-то проходимец с улицы смог привлечь к себе столько внимания, — отозвался мужчина в маске оленя. Впрочем, он тоже одобрительно высказался насчёт игры музыканта. — У него определенно есть талант. — Что скажешь, Ин Хо? — повернулся к своему преемнику старик. На протяжении всего выступления он изредка кидал взгляды на замершего Хвана, едва сдерживая себя от неуместных комментариев. — У него определенно есть талант… — выдержав паузу, произнёс пересохшими губами мужчина, поспешив запить возникшее в душе чувство алкоголем. — Если его причесать и приодеть, то он сможет принести довольно много денег, — отозвался мужчина в маске быка. — Ему бы определенно подошёл жилет. Мужчине вообще законно иметь такую тонкую талию? — отозвался мужчина в маске пантеры, предаваясь размышлениям. — В таком случае, почему бы твоему драгоценному сотруднику не завербовать его? — отозвался гость в маске оленя. — Он точно не сможет отказаться от столь щедрого предложения. — Мы можем пригласить и узнать его мнение лично, — вмешался в разговор Распорядитель. Несмотря на возраст, в его руках по-прежнему была власть и влияние. Он подозвал к себе официанта и потребовал привести музыканта, который успел скрыться за плотными кулисами. — Я готов лично спонсировать его талант, — игриво рыкнул человек в маске быка, отпивая напиток из своего изящного бокала. Со стороны гостей послышался оживленный гул. — Если он согласится работать на нас, то его начальником и спонсором выступит господин Хван, — снова прервал череду обсуждения Иль Нам, взмахнув рукой. — Не разочаруй нас, Ин Хо. — Так точно, господин Распорядитель, — выдохнул Ин Хо, чувствуя, как ногти впиваются в его ладонь. На внутренней части рук остались следы-полумесяцы. Он не должен был чувствовать раздражение, но эти оживленные разговоры о гитаристе почему-то невыносимо нервировали его. Как раз вовремя они закончили обсуждение — к ним подвели смущенного и неловкого музыканта. Официант откланялся и поспешил покинуть огороженную зону, оставив мужчину один на один с дорогими гостями. — Ну же, смелее, заходи и садись на любое свободное место! — взял дело в свои руки О Иль Нам, подзывая к себе скованного мужчину, тут же указывая рукой на широкие диваны. — Спасибо… — растрепал волосы Ки Хун, быстро оглядывая взглядом зону и тут же вздрагивая от внезапного прикосновения к своей ладони. Опустив взгляд, он безошибочно наткнулся на те самые темно-карие глаза, что смотрели в самую душу, пока он выступал на сцене. — Ох, а Вы… — Хван Ин Хо, — встал и поклонился мужчина, тут же утягивая к себе на диван обомлевшего музыканта. — А Вы? — Сон Ки Хун, — мужчина сел на самый край дорогой обивки, чувствуя себя крайне неловко. — Мило, — хмыкнул Иль Нам, протягивая руки к соджу. — Ки Хун, выпьем за знакомство? — Эм, да, спасибо, — улыбка против воли появилась на губах Сона. Какой дурак откажется от выпивки, да ещё и за чужой счёт?

***

Даже под действием алкоголя, Ки Хун не потерял способность здраво мыслить. Теперь он сидел совсем близко к мужчине, который на протяжении всего выступления пялился на него. Более того, он настойчиво прижимал его к себе за плечи, подливая больше алкоголя. Он хотел отодвинуться, чтобы немного расслабиться и насладиться соджу, но тяжесть чужой руки не позволяла отстраниться. — Господин О, думаю, под воздействием алкоголя он примет решение исключительно в Вашу пользу, — отозвался человек в маске быка, доставая сигару. — Это несправедливо, не когда тут сидят ещё столько спонсоров. — Думаю, Ваше внимание к простому гитаристу из Сеула излишне, — перешел на английский Ин Хо, поглаживая по плечу Ки Хуна, улавливая его дрожь. Сначала Хвану показалось, что мужчина понимает английский, но спустя пару вопросов и ломанного ответа: «я не говорю по-английски», это развязало остальным языки. — О, нет, господин Хван, он не простой гитарист. Ему сулят щедрые чаевые, если он будет работать на меня, — мужчина в маске пантеры наклонился в сторону притихшего Ки Хуна. — Ну же, милашка, ты будешь работать на меня? И снова на английском. Сон только открыл рот, чтобы повторить фразу, как его рот мягко прикрыл ладонью обнимающий его мужчина: опекающе, почти собственически сжимая второй рукой его плечо. Темные глаза потемнели, а с губ сорвалась фраза на грани рыка. Он сохранял уважительный тон, но ясно обозначил свою позицию: — Ки Хун даже не знает о том, что ему здесь пытаются предложить работу. Так почему бы не помочь ему и не перейти на корейский? Я не против ненадолго взять на себя роль переводчика. — Господин Хван, Вы уже настолько привязались к этому бродяжке, что называете его по имени? — насмешливо отозвался человек в маске оленя. — Как благородно. Точно достойный преемник господина О. Иль Нам покивал головой. Вместо того, чтобы позволить спонсорам увести талантливого гитариста из-под носа, он сам задал вопрос охмелевшему мужчине, стараясь заглянуть в чужие опущенные карие глаза. — Ки Хун, что если бы тебе предложили постоянную работу? — Сон поднял голову и заинтересованно посмотрел на старика. — Подумай хорошенько: свободный график, занятие любимым делом и щедрые чаевые. Ки Хун сжал в руках рюмку соджу, смотря на собственное расплывающиеся отражение. Губы пересохли, челка прилипла ко лбу, а он сам искал выход из сложившейся ситуации. Он не был против устроиться на постоянную работу, с хорошим и стабильным заработком и плавающим графиком. Но что-то в интонации пожилого мужчины его остановило. Возможно, алкоголь подействовал на него даже сильнее, чем он думал, потому что с губ вскоре сорвались слова: — Извините, я думал, что сегодняшнее выступление было единичным случаем. Мне жаль, я не могу принять Ваше предложение, спасибо большое, — Сон покачал головой и опрокинул в себя рюмку, увереннее поставив стекло на дорогой стол. Утерев ладонью капли соджу с губ, мужчина поклонился и постарался выбраться из крепкой хватки мужчины, который представился как Хван Ин Хо. — Не отказывайтесь так сразу, Ки Хун, — на самое ухо горячо выдохнул Ин Хо. Ледяной взгляд сковал его, рука с плеча плавно опустилась на тонкую талию, точно что-то проверяя. Пальцы заинтересованно и щекотно ощупали бока мужчины. — Это Ваш шанс выбраться из бедности. Выпейте ещё немного и подумайте над предложением господина О ещё раз. Хван подлил алкоголя и протянул рюмку гитаристу, который и так чувствовал себя достаточно захмелевшим. Он понимал, что его пытались споить и склонить к единственному правильному решению. Изучающий взгляд Ин Хо очаровывал так же сильно, как и пугал. Почти так же сильно, как и властная хватка на его теле. Пальцы неуверенно обхватили рюмку, смотря то на мелькающие огни элитного бара, то на красивое лицо мужчины. Сладость привычно окутала его язык, пока Ки Хун боролся с накатившим чувством опьянения и слабости. Рука продолжала покоиться на его боку, согревая ничуть не хуже алкоголя. Жар перешел с его талии к самому низу живота и груди. Лицо вспыхнуло румянцем, когда рука с талии соскользнула к ноге. Пальцы ненавязчиво огладили скрытое за дешевыми джинсами бедро, послав нервный импульс к захмелевшему мозгу Сона. Гости продолжали разговаривать на английском, пока Хван гладил его ногу. А старик, который предложил ему работу, вновь посмотрел в глаза гитариста, желая услышать ответ. — Извините, мне нужно выйти, — приложив ладонь ко рту, произнес мужчина и поднялся с дивана, стряхивая с себя грубую и настойчивую руку. — Вас проводить? — отозвался Хван, пытаясь подняться следом за музыкантом. — Нет, спасибо, я попрошу помощи у официанта, — мужчина взмахнул рукой и поспешил выйти из душного пространства VIP-зала. Вся эта атмосфера слишком давила на его плечи. И даже щедрое предложение, текущее как мёд из уст старика, вызвало противный комок у Ки Хуна в горле. А еще эти жаркие и требовательные прикосновения от Хвана, его шепот на ухо и пронзительный взгляд… Отойдя на безопасное расстояние, мужчина поспешил выбежать из бара, совершенно забыв про оставленную между диваном и столом гитару.

***

— Неужели Вы своей настойчивостью его спугнули? — притворно удивился мужчина в маске быка. — Какая жалость, а ведь он действительно подавал большие надежды, — описал фигуру в воздухе гость в маске пантеры. — Он вернётся, — уверенно произнес Ин Хо, складывая ногу на ногу. — Несомненно, — отозвался Распорядитель. О бедном и талантливом гитаристе осталось лишь слабое напоминание в виде классической гитары, оставленной в VIP-зале и записанного мотива песни, которую он играл в тот день на сцене. Удивительно, но мужчина даже не вернулся за своим музыкальным инструментом. Вместо этого он предпочел раствориться в большом Сеуле и навсегда забыть о музыке. Ин Хо переслушивал запись из бара, смотря на затихшую музыкальную шкатулку в своем кабинете. Рано или поздно они встретятся вновь, но уже при иных обстоятельствах. И в этот раз Ки Хун не сможет ускользнуть, оставив после себя крупицы воспоминаний.