гнилые руины

Дни летят бесконечно, утомляя бедные тела. Заброшенное здание всё заросло плющом и остальными непонятными травами. Заржавели трубы, всё заляпано в мерзкой чёрной жиже. Поселился вечный, позорный запах гнили. Как обычно, путь шёл до кухни, как бы иронично это ни звучало. Самый ходячий источник вони! Несколько лет всего пройдёт, но пострадает именно он, разве не его вина, что создан был на этот свет.. воплощением клубники? Звучит как сон под высокой температурой. За ним и не отставал его друг — рулетик. Не пощадила гниль, но тот догадывался отрезать себе мёртвые части и лепить новые, только скупился делиться этой методикой с дружком. Вместе с частями был заменён его характер и настрой — больше не будет прежнего Космо, как же жаль. Спраута едва ноги туда тащит, а Космо лишь скрывается за его спиной. Не хочется переманить на себя лишних личинок и червей, мерзость-то какая! Даже предательство в этом случае будет оправдано, так он думал. Всё равно уже дружок наполовину прогнил, от бесконечного движения червей мыслить не может. Как же ему помочь? А если в еду попадёт? Бывал случай. Да так, итак все передохнут скоро, неважно. Спраут принялся за свою работу, единственной лишь оставшейся правой ручкой перетаскивал предметы. Слишком оглох, дабы услышать не особо-то и тихие шаги сзади. Космо достаточно неуклюж. Правда ловкий. Зацепил дружка за самый большой листик, да к полу — готово. — “ну что, проглистогонимся, червивый?” — сорвались игривые слова. Сидли моргнул два раза, как обомлел, увидя приличную из себя кувалду в его другой руке. Вот что сделало шаги очевидными такими. — “..Космо? Что ты опять задумал?” — Спраут хрипло отреагировал. Не вздрогнул, не завопил. Только едва помнит что конкретно происходило ранее, как же ему хорошо. Ножки хлипкие, быстро упал на пол, переставая протестовать. Нет сил, да и конечности. Только червей пересадить может, но Космо вроде и не страшно в данный момент, разум на месте другом. Собрался же наоборот от них избавляться? Сидли заметит на нём какой-то очень крепенький костюмчик да маску. Приготовился походу. Мда, кувалдой-то резать.. Добьёт. Спраут довольно живучий. Замах — удар, выскочило грязное пятнышко шустро. Сидли тихонечко пискнул, иело итак настрадалось. Ещё лишь хуже то, что затаилось внутри его маленьких органов. Паразитам на душу удар не пришёлся, зашевелились, бросая носителя в дрожь. — “Космо, не трогай их..!” — Сидли что-то мямлит себе под нос. Тело затрясло волной агонии. Один лишь удар был, а что будет дальше? Не терпится узнать, любопытство — жалкое чувство. Что-то шелохнулось в животе, показываясь наружу небольшим бугорком. — “какой же ты мерзкий” , — Космо закатил глаза. Терпеть ещё долго. К вони уж привык. Не тсал томить — нанёс ещё удара два, просочился из брюха чистейший ихор. Вот он.. сок жизни, который засохнет на века на плитке. Паразиты не желали лежать смирно как пытается это делать Сидли, вторжение приносит испуг, тянущий наружу. Словно сейчас сами прогрызут огромную дыру. Спраут ноет и стонет, погружаясь в кипящую жизнь в собственных тёплых кишках. Ничего там уже нормально не функционирует итак. Космо не щадит, послышался звук, отдалённо напоминающий хруст. Сидли глазки закатил, как вывалилась из него частичка всего содержимого его глубин. Полился ихор вместе с груздями беленьких червей на пол. Они так забавно извиваются на незнакомой холодной поверхности. Спраут не мог дышать. Остальные разбежались то вверх, то вниз. Самому же не стал приятно видеть себя в действительности. Космо сквозь толпы паразитов заметил как сжался желудочек, выталкивая содержимое повыше. Выплеснул Спраут свой скромненький завтрак, превратившийся в мутную жижу с потрёпанными кусочками различных тёплых оттенков. На глазах выступили слёзки. Словив тёплую волну рвоты на полу, взвились червячки на своих местах, поплыв по ихору. Сидли ёрзает и хнычет, невольно барахтаясь, перевернувшись на спину. Не всё содержимое вытекло через рот, что-то заплыло назад, блокируя путь кислороду. — “как же легко тебя усмирить, Спраут. А сейчас разберёмся с этими неприятелями” , — друг достаёт из кармана заранее подготовленную баночку. Обмотан пузырёк слоями непонятных бинтов, поверхность выглядит ужаленной временем. Размытое зрение не поймёт что внутри. Да и не надо. Всегда же лучше держать интригу? Слетела с неё крышка, показалась ухмылка на лице Космо. И плеснуло что-то прямо внутрь жестокими разборками со всем, что на стояло на пути. Тунчик взвизгнул, ощущая как его внутренности горят и пульсируют. Это то, что терпят люди? Слышится шипение кислоты, разъедающей червей вместе с живеньким ихоровым сооружением. — “Космо.. мне больно!!” — не прекращал он повторять его имя бездумно, нагнетая тяжёлое чувство вины и сожаления. Космо подцепил своей ручкой одного червячка с пола, пересаживая его на голову Спраута. Последняя трапеза как-никак походу. Оказался на радость голодным, видимо товарищи не подпустили отведать сладкой ягодки. Плесень в придачу не помешает. Маленькие зубки впились в своеобразную плоть, а чувство-то слишком знакомое, чтобы внимание должное отдать, пока там в середине месиво. Обилие ихора забурлило. Слегка кислота выступила за пределы боков, потекла и к лужице, пока Спраут тут разорался не на шутку. — “тихо, тихо, потерпи. Легче станет” , — как садист какой-то стоит над ним. Разве так червей истребляют? Всё больше и больше территории с лица земли исчезает, несутся мелкие куда глаза глядят. То в глотку, то в прямую кишку, а затем наружу. — “походу не хватает” , — не постеснялся этот безумный и залил щедро всё оставшееся, выманивая очередной звонкий визг. Не заживёт. — “..точно ли нет с-способа… иного” , — скулит тот как собачка. Бессмертие — лишняя обуза. Челюсть дрожит при попытке что-либо проронить, если это выдаётся возможным. Только сейчас идея пришла. Мусорное ведро стояло неподалёку. Космо на секундочку отошёл, насобирал всё с пола туда в своих резиновых перчатках, кроме прихотливой жижки. Галлюцинации показывать лишь аромат спелой клубнички. Такой сладенький. Осталось дождаться пока всё обсохнет. Все эти часы Спраут бился в муках, глазки устали пускать слёзы. Голос совсем сорван, мог лишь хрипы пускать наружу. Не все червяки были расщеплены, оставшиеся, которые успевали выползти прямо изо, оказывались в ведре, где их ждала соль. Тело даже не дрожит, хоть и молит всевышнего о смерти. — “тихо, тихо..” — Космо успокаивает Спраута, настойчиво массируя его уничтоженные внутренности. — “я тебя проверю.. лежи смирно” , — это уже звучало нагнетающе. Космо не убрал свои руки от вялого друга, лишь наоборот. Одна рука похабно раздвинула худенькие ножки, другая стянула скромненькие штанишки. Сидли не знал уж что думать. Два пальчика метко проникли в анальную полость, где затаились выжившие. Спраут вздрогнул вновь. Как же легко цеплять их своими нестриженными ногтями даже через плотные перчатки наружу. Не упуская шанс такой, Космо протаскивает пальцы обратно и дразнящими движениями ласкает стеночки Спраута, натирая нежные ткани раз за разом. Сидли может лишь ныть. Давненько, однако не домогались до него. Космо не стесняется и добавляет третий палец, растягивая до предела. Туны ведь не созданы для такого, так ведь? Без разницы. Космо растянул его хорошенько, а потом взял в руки некий дихлофос. Разве там таракашки? Без разницы. Раздвинул он пальчиками анал Спраута широко да щедро разбрызгал вещество внутри. Опять жжение.. Надоело всё это довольно быстро, зато Сидли очищен почти что. Только довольным не выглядит. Глазки закатились, слёзки текут, рвота со слюной стекает со рта, в лужи собственной моче и крови. Жив, но кончина не за горами. Не картина ли? ... -.- .- -.- --- --. --- .... . .-. .- - ..- - ... .. -.. .-.- - ..-.. - .. -... .-.. .-.- -.. ..