Школьный “друг”

Тимоти захлопнул дверь квартиры, едва переступив порог. В ноздри ударил резкий запах химии — Остин, в перчатках и с тряпкой в руках, плясал в гостиной, вытирая пыль под оглушительный рок-н-ролл. Пылесос гудел, как взбешенный шершень, а сам Остин подпевал, размахивая спреем для стекол. — Ты… серьезно? — Тимоти прижал ладони к вискам, пытаясь перекрыть шум. Остин не услышал. Он выключил пылесос только после третьего крика. — Привет, детка! — альфа смахнул пот со лба. — Убираюсь, как ты и хотел! — Я хотел, чтобы ты не превращал квартиру в помойку, а не устраивал цирк под вечер! — Тимоти бросил рюкзак на диван, сбивая гору свежевыглаженных футболок. Остин нахмурился, будто перед ним заговорил инопланетянин: — Ты орал, чтобы я убрался. Я убираюсь. Ты тоже недоволен. Ты всегда всем недоволен! — Потому что ты всегда все делаешь через жопу! — вырвалось у Тимоти. — Можно было просто не засираться, а не устраивать перформанс! Остин вырубил музыку, и тишина стала гуще воды в ванне. — Год в браке, а ты мне мозг выел, как тля, где моя сексуальная детка которая встречала меня у двери с открытым для минета ртом? — проворчал он, швыряя тряпку в ведро. Тимоти проигнорировал его, ушел в спальню и повалился на кровать, накрывшись подушкой. Но через час его разбудил грохот взрывов — Остин включил боевик на полной громкости. *** — Хочешь поужинать? — альфа встретил его в дверях гостиной с тарелкой пасты. Соус засох комьями, а макароны слиплись в единую массу. Тимоти ткнул вилкой, откусил и скривился: — Ты сам это пробовал? — Да нормально! — Остин набрал полный рот и тут же выплюнул в раковину. — Ладно, невкусно. Но я старался! Он потянулся к Тимоти, обнимая за талию: — Давай потрахаемся. Отвлечешься. — Голова раскалывается, — отстранился омега. — Вечно одна тема - «голова раскалывается», — Остин закатил глаза, плюхнувшись на диван. — Рассказывай тогда про свой «ужасный» день. Тимоти начал говорить об Арми, о подмене протокола, о пациенте, который чуть не подал в суд. Но Остин уткнулся в телефон, изредка бросая «угу» и «ну и ну». — Ты меня вообще слушаешь? — Тимоти с ненавистью осмотрел гаджет в его руках. — Слушаю! — Остин потянулся за пивом. — Хочешь? — У меня болит голова, чёрт возьми! Сколько раз повторять?! — Тогда давай порнуху посмотрим. Нашел классный ролик. Тимоти шумно выдохнул. - Что? - возмутился Остин, повысив голос. - Смотреть! Не усавствовать! На экране мелькнули кадры: омега улыбался и блаженствовал соблазнительно поглаживая себя, пока альфа мочился ему на лицо. Тимоти схватился за виски. — Это… что за бред? — Урофилия, детка! — Остин оживился. — Представляешь, как горячо? Я бы хотел пописать тебе на лицо… Или в рот. А потом на попу… — Ты уже обосрал мне всю квартиру, теперь хочешь и нассать? Остин фыркнул, как будто это была шутка. Но ночью, когда Тимоти пытался уснуть, он прижался к его спине, шепча: — Мы же можем попробовать… Это же просто жидкость. Натурально, экологично… — Заткнись, — рыкнул Тимоти, кутаясь в одеяло. — Не будь занудой! Представь: ты лежишь в ванне, а я… — Остин! Заткнись! — Тимоти ударил кулаком по тумбочке. Зазвенела лампа, и Остин наконец отполз. Когда Остин захрапел, Тимоти, очередной раз разбуженный, листал рабочий чат. Арми написал ему в личку: «Завтра принесу латте. Обычное молоко». Тимоти закрыл глаза, представляя, Арми, завтрашний кофе и улыбнулся.