Бессмертие и Отвага: За гранью риска

— "Приём, как слышно? Я на месте. Вокруг всё спокойно?" — спустя примерно час тишины и полного неведения, наконец голос мужчины глухо отозвался в её левом наушнике. — "Да, всё тихо, не пыхти от возбуждения", — резким тоном отозвалась девушка, хорошо скрыв уже подступившее волнение, — "Начинай по готовности. У меня всё как на ладони. Связь во всем городке будет лежать ещё около тридцати минут. Успеваем". — "Хорошо, тогда буду готов через две минуты. Как поняла?" — ещё раз вклинился в эфир он. Наёмник на той стороне явно торопился. Теперь, помимо его слов, было слышно, как он спешно застёгивает на себе какие-то липучки. — "Поняла отлично, не отвлекайся там".       Ответив начальнику на том конце, девушка прильнула к биноклю. С этой позиции — колокольня местной церквушки, построенная в веке так семнадцатом — в её сектор обстрела практически идеально попадал нужный им старый викторианский особняк и прилегающая территория. Для снайпера места было лучше и не придумать. Так что было бы странно, если бы парни из одной довольно известной ЧВК, что были здесь в роли местной охраны, никак не пасли его. Как раз двое таких сейчас уже остывали поодаль от Зайки: первый, не успев нормально зажать порез на шее, залил своей кровью весь пол, а второму повезло ещё меньше — любимый Зайкин нож застрял у того в правой глазнице. За такой "проступок" бедолага получил ещё пару пинков по голове. — Надо бы взяться за свой гиперлордоз. Совсем невмоготу мне так лежать, — Зен ворчливо ёрзала, стараясь уместиться на коврике, — да и живот урчит так, что меня и с особняка заметят... Надеюсь, этот балбес не растянет всё как обычно.       Время тянулось, и мысли о еде в присутствии тел противно искажались. Казалось, живот затекает в любом положении, как бы Зайка не старалась найти позу поудобнее. Но более отвлекаться она себе не позволила: отведённое время вот-вот закончится и оставшегося даже на смену позы уже не хватит. И это, не говоря о кусочке шоколадки... Зен вновь примкнула к оптике, но на сей раз — к любимому винторезу. Правда, уже второму по счету, зато заботливо модернизированному золотыми руками Виктора. Зрелище в прицеле её не удивило. — "Да давай быстрее, жопа, время близится к обеду", — почти с улыбкой она бросила это в эфир, внезапно побледнев. Отравивший воздух запах трупов вынудил её зажать нос. Наёмница растерянно сосредоточила своё внимание на скачущей неподалеку птичке, помотала головой и глубоко вздохнула, — "Эта работа меня в могилу загонит". — "Сама ты жопа!" — спустя полминуты вырвалось из рации яростным шёпотом. Но точно с улыбкой. Бедный наёмник слегка опешил, за что же это Зен так обзывается перед самым началом стрельбы, — "Прикрывай меня! Если цель попытается удрать — отработай наверняка. Готовность десять секунд!"       На заднем плане теперь можно было четко расслышать, как он звонко взвёл свой верный АК-47. Наёмник питал особую любовь ко многим старым образцам оружия, а всё за их качество, надёжность, убойность и, в некотором смысле, за ту самую верность. Такие вещи устарели лишь в головах, но не на деле.       Отведённые десять секунд прошли... И ничего. Напряжение мгновенно достигло максимальной отметки, и следующие несколько секунд показались наемнице настоящей вечностью. Взрыв. Оглушительный и неожиданный. Будка КПП взлетела на воздух вместе с главными воротами. Детонатор сработал с небольшой задержкой.       Проезд для побега после взрыва остался, но на то и был расчет — для Зайки это будет просто идеальная мишень, и не смотри что цель будет двигаться, а машина хорошо защищена. Бронебойные пули калибра 9х39 азартно справятся с задачей. Однако это только план «Б», если Оксо сам не справится. И в случае, если охрана у их объекта не до конца дилетанты — это слишком очевидный путь отступления, но который все же может сработать в пылу суматохи. А запасной выезд, разумеется, тоже заминирован.       Но, пока что, взрыв призван только отвлечь внимание, что удалось на пять баллов: Зайка видит, как ошарашенная охрана тут же беспорядочно занимает позиции на территории особняка, удерживая на мушке лишь только главный проезд. Оно ведь банально, все прямо как в кино — взрыв на КПП, ворот нет, значит и нападение будет с той стороны. Вот сейчас должен выехать броневик спецназа, и... и ничего подобного.       После взрыва прошло не больше десяти секунд. Дым ещё не успел развеяться. До затаившейся Зайки стали доходить приглушённые автоматные очереди. Ответная стрельба была пока ещё очень редкой и беспорядочной. Никто не понял откуда исходит реальная угроза.       Сцену, когда она всё-таки поймала в прицеле своего возлюбленного, можно было вписать в учебник: наймит пробежал вдоль стены какой-то из боковых пристроек, метко отрабатывая по охране в пределах видимости по территории. В момент перезарядки для Зайки в эфире проскочило кодовое "Красный!", и тогда же на него выбежали сразу два бойца. На автомате Оксо тут же плюхнулся на спину, выхватывая с груди не раз его выручавший АПС. Двоица была сражена одной очередью. — "Суки, умеют слушать..." — прорычал он в эфир, поднимаясь с трудно скрываемой болью — падать так резко во всей броне было неприятным, но единственным вариантом. Да и снаряжение пятого с приставочной "А" класса защиты не отличалось своей лёгкостью. — "Ты мне должен за очередное спасение твоей жопы", — ласково, почти с предвкушением промурчала в эфире Зен. Тогда наёмник обернулся: подстерегающая позади опасность упала замертво, не успев настигнуть его со спины. — Нихера се... — нервозно прошептал он, — Этот бы прихлопнул... — Убиенный Зайкой тип собирался выбежать на наёмника, имея при себе отличный автоматический дробовик типа АА-12. И сказал бы этот язычник спасибо всем богам, что тот не успел нажать на спуск — эта дура превратила бы Оксо в решето в любой броне. — "Ну тупые... Ну тупые омериканцы", — причитала Зен, выслеживая после очередной жертвы нужный им объект в окнах, — "Они походу спускаются с третьего этажа. Правое крыло. Возможно, к гаражу". — "Принято! И спасибо... С меня ужин!" — уже бодрее мерк проговорил в эфир и наконец поднялся на ноги. Сменив магазин, он сразу вырулил за угол, принявшись стрелять по окнам. В паре из них были охранники, но через секунду уже никого. По три пустых окна на первом и втором этаже наёмник тоже разбил заранее, чтобы гранаты точно залетели по адресу. Недавний случай, приключившийся в Марракеше, повторять совсем не хотелось. — "Крой!" — коротко и громко скомандовал он, бросая автомат болтаться на ремне.       Две Ф-1 пошли на первый, ещё одна удачно залетела на второй этаж. И так как дома в викторианском стиле в плане прочности стен полная дрянь, Оксо тут же упал на землю: осколками посечёт запросто, а попадёт как раз куда не надо.       В то же самое время до защитников особняка дошло, откуда идет снайперский огонь — двое автоматчиков принялись поливать колокольню свинцом, но благо они точно не знали, где именно засел меткий Зайчонок. — "Бляха! Они палят по моей точке! Носа не суну. Ты живой там?" — Зен была просто вынуждена засесть вглубь колокольни. Два лба с М4 наперевес не представляли такой острой опасности, как если бы это были равные ей снайперы, однако прилетевшие в каменную башню пули были более чем убедительным предупреждением не поднимать головы раньше времени.       Мерк, однако же успев исполнить задуманное, метнулся дальше вдоль дома и взял под прицел новый сектор, покрывавший главный вход в здание и сам гараж, ворота которого были уже открыты. Обидчиков своей Зайки, что засели как раз у готовых к выезду машин, Оксо заметил как раз в моменте, когда девушка интересовалась как там его "здоровье". Две короткие очереди и два трупа. Этих бедняг, вот так сюрприз, поймали на перезарядке. — "Живой! А твоих фанатов угомонил," — отозвался он, усевшись под крыльцом, чтобы достать ещё две гранаты из подсумка. В этот раз свето-шумовые, — "На тебе вся внешняя зона. Любых гостей отрабатывай. Я пошел внутрь".       Это был их единственный ход — цель не покинула особняк, а если его и зацепила граната, то всё надо подтвердить. — "Поторапливайся. Связь частично подняли, и я слышу копов на тридцать четвертой частоте. Будут здесь через восемь минут. По ним тоже палить?" — Зен сейчас благополучно перезарядилась, вновь показавшись из-за своего укрытия. — "Припугивай, чтоб из-за машин даже носа не совали", — ответил Оксо чуть подумав, — "А так по ногам бей. Не убивать короче... Блять!!!"       Идиот. Расслабился, заговорился. Проморгал за всем этим словоблудием черного как ночь парня, который со всем мужеством выскочил через оконный проем в попытке снести башку незваному гостю. Но ангел-хранитель у Оксо с отличием закончил снайперскую школу. — "Ага. Сперва купи мне миниган, а уж потом поговорим о стрельбе по машинам", — победоносно погладив свою любимую (уже горячую) винтовку по затвору, девушка прервала эфир.       На какое-то время она полностью затихла. Наёмник только-только вылезал из-под крыльца, проникая внутрь здания, когда раздался какой-то шум и крик со второго этажа. На то, чтобы выполнить скачок в прогрессе их миссии, у Зен ушло чуть больше минуты терпения: пока снаружи все было тихо, она решила, что будет не лишним подкараулить окно... И не прогадала. — "Сюрприз! Объект готов. Они реально слишком тупые", — Зен стала торопливо сворачивать свою точку: с минуты на минуту её накроют люди с куда большей огневой мощью и мотивацией, чем эти слабо сообразительные господа.       Наступившее до того на пару минут затишье Оксо потратил с толком: убедился, что сам всё ещё цел, перебрал разгрузку, проверяя сколько осталось полных магазинов к автомату, а потом всё-таки заимел убийственный АА-12, выпавший с последнего бедолаги. Наперевес с этим монстром, наёмник вошел в здание, отправляя вперёд себя свето-шумовые. — "Нам нужно фото цели!.." — отрезвляющее рыкнул наёмник на свою напарницу, когда уже свободно прошёл в главный зал особняка, — "Очень надеюсь, что его морда целая... И это блять все просто цирк какой-то. Это не спецы, а какие-то ЧОПовцы, ей богу..." — "Не волнуйся, лицо я не задела", — Зайка притормозила со сборами, успев уловить силуэт мерка в окне, — "Пока приглядываю, но потом поскорее побегу". — "Сама лестница наверх вне твоего сектора. Я тут так и так без прикрытия," — уточнил он. Так вышло, что для неё Оксо сейчас был в самой глубине здания. Проходя вдоль коридора за залом в сторону лестницы, Оксо наткнулся на два трупа, которых ранее посекло осколками от его гранат. Переступив их и предварительно наградив по контрольному в голову, он оставил за спиной то ли старый кабинет, то ли кладовую в другом конце коридора, — "План здания несколько отличается..."       После этих слов он замолчал. Не понятно даже сколько прошло времени, но вскоре Зен прямо с колокольни услышала гром трофейного дробовика. На несколько секунд наступило затишье. И потом вновь раскаты грома, за которыми было никак не расслышать ответных выстрелов. — "Трое готовы... Пытались откачать клиента... Делаю фото", — строго и кратко отозвался наёмник, но даже так девушка успела уловить, как часто и глубоко он дышит. — "Если бы они знали, что с такой раной шансов у него нет... Пробитый лоб — это мгновенная потеря сознания, а значит и перекрытый кислород. Но даже если бы он остался жив, сильный отек и внутричерепное давление быстро бы выдавили из него остатки мозга", — стараясь поддерживать переговоры, дабы не упустить потерю связи с напарником, Зен стала перебирать в своей памяти лекции по оказанию скорой медицинской помощи.       "Внутри головы мозг окружен твердыми стенками черепа. Любое кровотечение или отек быстро сдавливают жизненно важные центры. Повреждение в этой области может повредить дыхательный и сердечный центры, что делает шансы на выживание практически нулевыми. В таких случаях даже самые современные методы реанимации не помогут — повреждение настолько не совместимое с жизнью, что мозг уже не способен восстановиться. Поэтому лучше бы этим идиотам оставить его умирать спокойно и без мучений, чем пытаться делать невозможное. Один фиг спастись ещё был шанс..." — последнее, о чем успела подумать она, прежде чем вновь засечь наёмника в окне. — "Я сваливаю. Встретимся на точке".       Силуэт Оксо промелькнул в окне так, словно он и не спешил оттуда сваливать: ему всё ещё нужно было сохранять бдительность на вражеской территории. Ничего с виду необычного с ним не произошло, но в той доле секунды, за которую девушка рассмотрела своего напарника в окне, всё равно было что-то, что порождает волнение на инстинктивном уровне. Всего пары размытых вдалеке движений оказалось достаточно, чтобы чутье хищного Зайчонка заработало на полную мощность, несмотря на её торопливость. — "Гр... Отмена... Ш-ш-ш!" — прорычал и следом прошипел наёмник в эфир. Судя по внешним звукам, он сейчас не очень аккуратно спускался по лестнице, — "Точка Б7!.. Буду через шесть..."       Разработанный парочкой план операций предусматривал несколько вариантов развития событий, а значит и несколько точек в разных частях городка на тот или иной случай. Место встречи по умолчанию — частный дом в пяти минутах езды от места операции, закрытый под тентом якобы для дезинсекции. Но названная Оксо точка Б7 — здание старой прачечной, где есть оборудование и материалы для оказания квалифицированной медицинской помощи. Оно находится всего в двух минутах от позиции Зайки и как раз с расчетом на то, что она прибудет туда раньше мужчины. — "Ты в порядке? Жопой ступеньки пересчитал что-ли?" — расслышав, как неуклюже копошится Оксо на лестнице, девушка предложила только такой вариант событий. Сейчас она и сама очень торопливо спускалась с колокольни вниз, где её ждала старенькая, но практически вечная и особенно незаменимая на бездорожье Шевроле Нива. — "Нгх, бл, практически..." — с горькой усмешкой отозвался Оксо. — "Или... Ох, черт, это та точка с нашим "травмпунктом"?! Ну ты блять ваще!" — ему показалось, что Зайка тут так громко сматерилась, что почти услышал её с самой колокольни. — "Прошла по касательной, а вторая навылет... Я возьму их машину и заеду с черного входа..." — на последнем слове он врезался плечом во входную дверь и вырвался на террасу, бегло осматриваясь по сторонам. Увы, но тяжеленный трофейный дробовик ему пришлось бросить.       На улице вокруг лишь трупы. Вся прилегающая местность погрузилась в мертвецкую тишину, что так красиво дополняется треском горящего дерева. Невероятная картина. Невольно заставляет задуматься о высоком. Жаль только, что в дали постепенно всё нарастают полицейские сирены. — Блять... — Оксо выругался во вселенную и поскорее похромал к открытому гаражу. Тут как раз несколько минут назад один бедолага из охраны собирался завести тонированный джип. — "Ну ты у меня получишь, падла", — последнее, что наёмник услышал от Зайки в эфире, была процеженная сквозь зубы угроза. Скорее всего больше новости о ранениях её злила механическая коробка передач, а точнее неспособность Зен завести машину с первого раза. По крайней мере мужчина на это надеялся. — "Получу, конечно... Только давай потом", — недовольно пробормотал он в эфир, пока возился с трупом, который намертво схватился за ключи, — Нгх... Раньше бы тебе такое упорство.       Джип, как и полагает американскому автопрому, взревел на всю округу не хуже недавней перестрелки. Салон его был отделан черным деревом и натуральной кожей, а на стекле наёмник сразу заприметил маркировки тонировки и класса бронестекла. Слишком прочное. Это же в какой степени им повезло?.. — Бля... Хочу себе такой. Да это же танк натуральный...       На удивление машина плавно поддалась вперёд, и Оксо без труда вырулил с территории особняка задолго до приезда первых нарядов полиции. Наёмники заблаговременно позаботились о том, чтобы те не явились на любую из точек раньше времени: помимо глушения практически всей связи, в местном банке "сама собой" сработала сигнализация, а на другом конце города взорвалась какая-то старая машина прямо у здания школы. Взрыв был безобидным — взорвался едва наполненный бензобак, а все ученики были как раз занятиях.       При всех этих задержках полиция прибыла на место битвы уже через три минуты, а от наёмника и след простыл. Тот как мог спешил на точку, стараясь при этом не сильно привлекать внимание. — "А ведь такую дуру срисуют быстро... У нас минут двадцать максимум", — подумал вслух и вроде бы случайно даже в эфир Оксо, — "Я тут это... Заехал... Встречай". Здоровенный джип кое-как вписался в габариты подворотни и заехал на задний двор той самой прачечной. Дверь открылась, но у Оксо были силы только выпасть оттуда — действие его родного адреналина подходило к концу. — Оксо! — его напарница спохватилась поздно: чтобы подготовить минимальные условия для проведения полевой операции, необходимо было повторно продезинфицировать всё, что только было в их схроне, — погоди помирать! Я сейчас!       Попытки Зен поднять это туловище — бесполезная трата сил. К её счастью, мерк все ещё был в своём сознании, а значит был способен приподняться. — А я говорила не жрать столько энергетиков! Ты видел, сколько в них сахара?! Ты не мутант, ты самый настоящий псевдо-кабан! — девушка надеялась, что её ругань — наверное, второе, за что её полюбил Виктор (после сталкерских навыков) — поможет ситуации хотя бы тем, что добудет в его теле ещё немного гнева, — пожалуйста, тут совсем немного! Ложись скорее!       Наёмники заранее сдвинули все столы, какие смогли найти в прачечной. Один из них сейчас выполнял роль операционного стола, пока рядом стоящие исключительно хранили на себе все необходимые инструменты.       Ругань в моменте действительно дала свой эффект, и Оксо приободрился. К тому же он имел понимание, что ничего смертельного с ним не случилось: одна пуля действительно прошла навылет где-то чуть ниже левой почки, а вторая, по сути, лишь поцарапала ляжку. Но крови утекло немало: на водительском сидении можно было разглядеть приличную лужу. Оксо пока молчал, экономя силы. Всё, что нужно было сказать, уже было сказано, и пока он концентрировался на том, чтобы как-то перебирать ногами. Зен старалась помогать ему, как умела. Не стоило её винить за пустые попытки: в конце концов, наёмник тяжелее неё в два раза. Когда они все же дошли до здания, он тут же стал скидывать с себя все лишнее: автомат, разгруз. Какие-то сумки и каска были беспорядочно сброшены на пол вместе с остальным "балластом". — Жить буду... Тут ничего серьезного... — приободрил он как мог своего зайчонка, хотя впитывающий комбез в месте раны хорошо так набух от крови. — Любимый... Ты просто балбес, — одним легким, но таким точным движением Зен опрокинула мерка на "кушетку". Ей даже не пришлось его толкать: Оксо был буквально выдрессирован её жестами, и этот легкий стук по его груди значил единственное — "лежи и повинуйся", — Быстрее будет порезать, — врачеватель оббежал столы, вернувшись с ножницами. — Вроде не должно было задеть крупные сосуды... Пока ограничимся двумя уколами, — Оксо нехотя наблюдал, как его напарница едва режет прочную ткань, наконец открыв для себя обзор на масштаб ранения. — Ненавижу комбезы, в них даже не посрать по-человечески. — Вот ты их не любишь... А он вон как мне помог... — с кривой усмешкой выдал он, попытавшись оценить объемы бедствия со своего положения, — Бля... Хуево выглядит... Оксо сказал это наобум, ведь ничего толком не мог там видеть, но оказался частично прав: входящее отверстие — аккуратная такая дырочка, немногим больше сантиметра в диаметре, а выходящее — рваная дырень, уже до трех. Пуля внутри закрутилась, но сделала это почти под самый конец. Благо, если кровь тут же не хлынула уверенным ручейком, то крупный сосуд или орган действительно не были задеты. — Ну что там, доктор? Мальчик или девочка?.. — Хуйня, — Зайке было не до шуток: она уже приценилась, как долго будет эта рана заживать, — Тебя в больницу надо по-хорошему. В идеале на несколько дней. Но зная тебя, собаку, до свадьбы заживет.       Наёмница надула щеки, демонстрируя сосредоточенность. На деле же её разрывало от злости: вот уже два года как её фиктивный муж таскает их обоих по всей планете, рискуя как собой, так и ей же. Ещё ни разу Оксо не заикался о настоящем браке, не говоря уже и о "картонной" свадьбе с маленьким белым тортиком. — Мне надоела такая жизнь. Когда мы уже станем миллиардерами, будем жить в Новой Зеландии и заведем себе аквариум с акулой? — Зен понадеялась, что Виктор не в том состоянии, чтобы сопротивляться серьезному разговору. В такие моменты либо она говорит сама с собой, либо немного, но он её покорно слушает, — или застрянем в каком-нибудь Питере, чтобы хоть полгодика мне не приходилось жрать Имодиум из-за постоянных перелетов?! Оксо, ну когда?       Оксо был не в состоянии вести беседы или ругаться. Более того, он совершенно перестал понимать, что с ним делают: Зен успела его чем-то обколоть, после чего боль немного утихла, но вместе с ней пришло и опьянение. Как будто разум полностью отдается мысли, что твоя жизнь в надежных руках, и старается как можно больше спутать сознание, чтобы предотвратить панику.       Пока что пациент просто лежал, слушал её и пытался придумать хоть какой-то достойный ответ. Разумеется, его тоже такая жизнь во многом не устраивала. Возразить ему было нечем. Они ведь и так уже сколотили достойное состояние, выполняя заказы по всему миру. Не миллиарды у них, конечно, но сумма очень и очень немаленькая. И не сказал бы наймит, что заниматься всем этим дальше его заставляла жадность... Но что тогда? — А давай... Давай, Зайчонок, прям с сегодняшнего дня? — кое-как пробормотал он, повернув голову набок, ближе к ней, — Махнем в Питер, и... никаких контрактов...       На улице в тот же момент мимо заколоченной прачечной пронеслись полицейские машины. — Скажешь тоже, — девушка закатила глаза, уже закончив с обработкой царапины. Ей предстояло сделать всё возможное, чтобы он смог по крайней мере нормально согнуться, — С тобой жить — все равно что с игроком. Ты же не остановишься, пока за грань не зайдешь. Почему, например, ты ебнулся головой и решил, что штурмовать целый особняк с охраной в наших силах? Нельзя было организовать убийство более элегантным способом? Скажем, подослать меня к этому псевдоангличашке? Заманить в туалет какого-нибудь заведения, где он жрет свои морепродукты, да и прирезать, пока штаны не спустил, м? Нет, блять... Мы ж боги, нам и толпа охранников ни по чем... — Контракт был довольно-таки срочный... К тому же этот хрен даже носа не совал из своего дома. Месяц бы... уф, тут... срань... — наёмник выругался, кое-как себя сдержав, чтобы не скрючиться от боли. Зен приступила к сквозному ранению, — Обезбол, падла, ещё не ударил в башку как надо... Мы бы месяц тут торчали! И вот... вот она, эта грань. — Ну все, тише... — голос девушки окликнул его у самого уха, — будет больно, но я постараюсь как можно быстрее. Нужно будет немного расковырять рану изнутри. Потерпишь? Кто, как не знаменитый Пуля, обожает карательную медицину? Зен пустила смешок, тем не менее утешающе потеревшись о лицо мужчины своим носом. Руки у неё были заняты инструментами. — Потерплю, куда же... тут денешься... — пробормотал он себе под нос тоже с кривой улыбкой, жадно принимая от любимой все нежности. Оксо искренне верил, что Зайка справится очень быстро, профессионально и почти что безболезненно — тем более ведь обезболивающее наконец стало давать эффект. Ограниченный, но всё-таки эффект. Просто средство было ненаркотическим, чтобы не слишком сильно нагружать сердце и печень. От того боль лишь притупилась, но никак не отступила.       Оксо почти поддался её чарам, как вдруг его пронзило острой болью. Она подступила слишком резко и оказалась не просто острой. Наёмника в мгновение словно оглушило. Сознание померкло на следующие несколько секунд, и он просто физически не мог понять, что там кричала уже паникующая напарница. — Прости, тут какая-то хрень инородная осталась! Полежи спокойно! — она пыталась не поддаваться эмоциям, хотя было трудно наблюдать за страданиями ближнего, особенно если доставлять их приходится самой.       После, когда шок нехотя отступил, наёмник нашел в себе силы хоть что-то из себя выдавить: — Действуй! — прорычал он громко, как ему показалось, но на деле это было чуть громче шёпота. Больше прочих он понимал, что своими криками делу совсем не поможешь. Виктор замер, подтянул плотный рукав комбеза и зажал его зубами. Все ради того, чтобы Зен могла спокойно поработать. А она, стоит отдать должное, прекрасный полевой хирург. Пусть и не совсем с лицензией.       По прошествии почти что двадцати отведенных на все минут необходимая экстренная помощь была оказана с должным ситуации качеством. Зен, не без горечи в груди, удалила пораженные ткани на его теле, сшила что могла в данных условиях и, что главное, остановила кровь. А ещё вколола первую дозу антибиотика. И все это только для того, чтобы они могли сейчас же добраться до основного убежища, а там уже и заняться достойным лечением. — Так... Адреналин теперь, да?.. Для бодрости... — еле промычал наёмник, когда убедился, что с ним уже заключили. Этот черт просто отказался терять сознание. — Нет. Лишняя дрянь сейчас ни к чему. До машины доковыляешь? Я положу тебя на заднее сидение, — Зайка торопливо свалила весь медицинский арсенал в контейнер, куда же бросила перчатки и прочие отходы, сейчас больше служившие уликами. Запачканную кровью клеенку она собиралась уничтожить тогда же, как только наёмник сумеет покинуть операционный стол. — Да... — постарался он ответить хоть как-то уверенно и одновременно с этим распрямить затекшие за полчаса ноги. Последнее далось с заметными трудностями, ведь обе раны тут же естественно заныли. А нужно было ещё подняться.       У наёмника голова плывет от боли, это нормально. Главное, что пока говорит, боль ещё больше притупляется, а он находит в себе силы встать на ноги. Тут же он чуть не упал, но стол выступил опорой. — Я нормально, нормально... Пошли... — постарался её заверить Оксо, болезненно улыбаясь, — Пойдем... А смотрюсь наверно ужасно, да?.. — как-то даже неожиданно для обоих он попытался разбавить обстановку глупой самоиронией, — Как кабан подстреленный... Знаешь же как надо охотиться на них?.. — Потом расскажешь, — Зен ощутимо укусила его за щеку, возвратив его внимание на себя, — держись. — Ай! — возмутился Оксо на её «кусь», но теперь она хоть в тонус его вернула. Даже бледность лица чуть спала. Лучше любого адреналина.       Зайка в силу своих габаритов не могла служить устойчивой опорой, однако она отлично справлялась с ролью эмоциональной поддержки. Благо до машины была всего пара шагов, и Оксо долго не мучился. Зайка помогла ему устроиться на заднем сидении, торопливо сбегала внутрь прачечной и вернулась уже со всеми необходимыми вещами. Контейнер с расходниками, рюкзак и снайперка были оставлены в багажнике, когда время стало поджимать. Сейчас уже станут обыскивать все окрестности. — Ниву придется бросить... Так жаль, — она в последний раз оглянулась назад: Оксо на месте, живой и всё ещё в сознании, — так заколебали меня праворульные тачки! Ощущение, будто в них пассажирам правшам легче дрочить своим европейским водителям... Фе.       Великим благом было то, что имея столь сжатые сроки и тяжелые условия, парочка принципиально озаботилась ещё одним резервными транспортом — старенькой Тойотой Т100 1995 года, с большим закрытым кузовом — явным результатом местной самодеятельности. Туда без труда влезла вся снаряга. — Ха-х... — Оксо в своём состоянии смог оценить столь ценное замечание, — Но, а эта тачка вроде не для гомиков, Зайчонок...       Стоило ему закончить фразу, так в тот же момент ожил радиоприемник... Который естественно настроен на полицейскую волну. — Блять... Связные гномики всё, сука, починили... Быстро же... — ехидно прокомментировал он, пока занимал более удобное положение, — Не слышу, что говорят только... — Жду приказа детонировать заложенный пластид, командир, — Зайка, вырулив на дорогу, бросила взгляд на лежащий справа от себя пульт дистанционного управления, — я скажу, как отъедем на километр хотя бы... Не хочется привлекать к себе ещё и вертолет. — Зайчонок! — постарался хоть как-то бодро отозваться Оксо, чтобы развеять её опасения, — Все верно. Взрывай всё к черту ещё через пару километров... — Принято.       Чувство, когда жмёшь педаль газа до упора, было сравнимо с побегом от собственного кошмара. Побыстрее. Подальше. Лишь бы не здесь.       Зайка ещё раз обратила своё внимание на зеркало заднего вида: наёмник потихоньку приходил в себя, а вот она, наоборот, теряла самообладание. Руки сами собой царапали руль. Ощущение фрустрации — невозможности воплотить своё желание поскорее оказаться дома — потихоньку сводило её с ума. Ещё одно задание, заработанные с которого деньги — пустая бумажка по сравнению с его жизнью.