Утренняя Заря

***

      — О нашей дочери…       Все стихло, как откровение Люцифер эхом промчалось по всей комнате, приводя в шок братьев. Сама же, сообщившая сей ошеломляющий факт, продолжала таращиться на Сэма, не спуская с того своей пары зорких глаз. Таинственный оценивающий взгляд. Каждый миллиметр его лица, каждое малейшее подергивание кожи или шевеление мускула чувствовались ею.       Падшей не нужно было лишних слов или чтения мыслей, чтобы понять о чём сейчас думает младший Винчестер. Потрясение, смятение, недоверие и ещё много чего. Вполне ожидаемо. Но по какой-то причине, её лицо распласталось в хитрой ухмылке. Довольное выражение играло на губах, словно бы их обладательница уже достигла своей первой цели.       — О… о вашей… д… дочери? — первым, тишину прервал Дин. Его челюсть едва не припала к полу после услышанного. Его глаза метались между своим братом и той, кто заявила подобное.       Люцифер же, повернула голову в сторону старшего охотника, легонько прищурив глаза, с любопытством наблюдая уже за его реакцией. Её проницающий взор недолго буравил его. Как она молча удовлетворилась в наблюдении, то размеренной походкой направилась в сторону кровати на другом конце комнаты. Наконец подойдя к той, она аккуратно уложила малышку на гладкое одеяло, медленно разворачиваясь в сторону обоих Винчестеров.       — Каког-       Дин не успел даже выкрикнуть. Люцифер плавно приложила указательный палец к своим пышным губам, намекая старшему брату семейства заткнуться. Это он послушно и выполнил. Разумеется, не по своей воли. Из-за воздействия сил Архангела, у его тела просто не оставалось выбора, кроме как бездумно подчиниться безмолвному приказу не издавать больше звуков.       Хотя, рот охотника всё равно пытался ещё несколько секунду вымолвить хоть словно, комично открываясь и захлопываясь. Ему всё никак не удавалось дать волю эмоциям от всей той информации, которую на них подобно извержению вулкана вылила Люцифер. Сейчас, смотря со стороны, он был скорее похож на рыбу, случайным образом попавшую на сушу и жаждущую вернуться назад к морю.       — Тише-тише, моя дочь сладко спит. И сейчас я обращалась не к тебе, Дин. Помолчи, пока… — прошептала она, вновь переводя свой холодный оценивающий взгляд на Сэма. Тот всё ещё обрабатывал сказанное ею недавно. Потрясенное выражение постепенно приобретало всё более осознанные черты.       Информация про дочь ударила сознание младшего Винчестера, подобно молнии средь бела дня. Тот вид грозы, который оставит неизгладимый след на всю оставшуюся жизнь вперёд. Сэм не мог в текущий момент и двух слов связать в понятную речь, не говоря уже про то, чтобы ответить хоть чем-то. Лишь чудотворная сдержанность помогала ему держать хладнокровие и не поддаться панике.       В его голове градом летели мысли, путались рассуждения и на всю катушку кипел мозг. Сильно мешала и хроническая усталость, которую он приобрёл, сутки напролёт собирая информацию про Апокалипсис, даже не делая перерыв на уход в царство Морфея. Хороший сон ему бы точно не помешал. Охотнику достаточно четыре полных часа, но ему предпочтительно нужно все восемь и даже больше.       Особенно теперь, когда Сэм узнал, что в его жизни появилась дочь. Блестяще. Поразительно. Невозможно. Как говорит его брат «очуметь». Мало было безумия в его необыденных буднях. Люцифер добавила целую горсть новых. Шок постепенно уходил, заменяясь смирением с ситуацией.       Если сказанное ей правда, то он по настоящему стал папой. Кричать, плакать или смеяться от этого? Он не знал, как себя вести и что думать по этому поводу. Тем более, когда мать его ребёнка — не простая девушка, а Архангел, чёрт возьми. Падший Архангел, если быть точнее.       Тем временем, атмосфера в номере только накалялась. Давящее напряжение удушающе витало в воздухе. Несмотря на отсутствие каких-либо действий со стороны Дьяволицы, беспокойство никуда не пропало. Она могла спокойно убить любого из них за секунду, только пожелай она того. Могла обратить в пепел, пыль, прах лишь силой своей мысли. Однако, по какой-то причине, она этого ещё не сделала.       Значит, они ещё ей зачем-то нужны. Для каких-то определённых целей, которые ещё не разглашены. Тогда в мыслях младшего охотника появилась мимолётная идея. Занять её разговором про дочь. А уже потом, может чего-то убудет и оба брата выйдут из этой ситуации сухими, благоухая. Тем более, когда у него действительно возникло пару вопросов.       — Но как? — дрожащим голосом начал спрашивать Сэм, наконец-то полностью придя в себя и набравшись смелости заговорить. Нотки искреннего непонимания и недоумения проскользнули в его тоне. Потому что он пришёл к полноценному осознанию того, что влекут за собой слова Люцифер, — Ты… Ты же говорила мне… что человек не может… что шанс ничтожен…       — Ха, — она вздохнула перебивая его ход мыслей и предвосхищая закономерный вопрос с его уст.       Непонятно, какая эмоция прозвучала в её утомлённом голосе. Будь то разочарование или наоборот, восхищение. Так или иначе, Люцифер снова начала складно вилять и ловко мелеть языком, отвечая полноценной речью.       — Признаю, я недооценила фертильность твоего семени, Сэм. И переоценила свой опыт. Но я и не ошиблась и не солгала тебе. В нормальной ситуации, такое просто невозможно. Нам выпал случай космической удачи. Такого вообще не должно было произойти. Ты хоть понимаешь? У тебя получилось настоящее чудо. Единственное в своём роде, — заявив это, она подошла к нему на шаг, гордая улыбка красовалась на лице.       — Ч-чудо? — спросил он, прищуривая глаза в её сторону.       Дин же перестал пытаться встрять в разговор, открывая свой рот, как сломавшийся приёмник и начал внимательно слушать каждую фразу. Учуяв перемену в старшем охотнике, Падшая, удовлетворившаяся его спокойствием, хоть и мнимым, прекратила держать его рот на замке. Из-за чего, тот наконец смог вдохнуть полной грудью, не встретив никаких искусственных ограничений.       — Да, — тем временем, подтвердила Люцифер, отводя взгляд в сторону ребёнка, — У нас родился Нефилим, Сэм. Малютка при явлении в мир высвободила небывалую мощь, открыв брешь в Чистилище, — на этом слове, оба брата нахмурили брови, не понимая о каком таком «Чистилище» говорит Сатана. Причём напрягало ещё и то, что Дьяволица упомянула это вскользь, невзначай.       Существование Ада для Винчестеров не вопрос. Рай возможно тоже есть. Но вот что это за измерение такое, о котором они ещё не слышали от кого-то значительного? Измерение между двумя предыдущими? Ладно, сейчас это неважно. Перед ними продолжает с поставленной речью выступать Падшая.       — Благо, я быстро всё починила. После чего, мне пришлось запечатать эту колоссальную силу. Получись… немного и точно ненадолго. Со временем, защита пропадёт. Кстати, не будь меня — Архангела, внутри сосуда, то девушка бы не пережила эти роды, — с горделивой ухмылкой проговорила она, словно свершила небывалую милость, — Роды нефилима — дело нелёгкое. Нет, поправлю, смертельно опасное для простого смертного.       — Нефи… что? — подал недоумевающий голос уже Дин, суженными глазами поглядывая в сторону Дьяволицы. В его мозгу это слово, наверное, автоматически зарегистрировалось как название очередного вида чудовища или особого демона. Явно что-то нечистое, раз вышло из чрева Сатаны.       — Нефилим, болван, — поправила она, — Или вы что, Библию не читали? ~ — ухмыльнулась Падшая, задав каверзный вопрос с ехидным выражением, — Хотя… правильно делали. Там всё равно куча несостыковок. Я ознакомилась на досуге, от нечего делать и… Такая бредятина. Как вообще Отец это позволил записать? — с неподдельно задумчивым выражением вымолвила Люцифер.       — И поэтому ты 9 месяцев просиживала Апокалипсис, который и сама же начала, на жопе ровно? — выдал Дин с язвительным сарказмом, — Почитывала папенькину сказку и рожала своего Нефилипа? — специально исказив окончание, с насмешливым тоном вопросил он.       Внутри же охотника бушевала метель. Желание повысить голос было как никогда велико. Однако это грозило ещё более долгим молчанием и невозможность банально подколоть. Потому Дин держался как мог. Всё же, это не приятное ощущение, когда тебя насильно затыкают и ты даже свои пять копеек вставить не можешь. Хуже, чем если просто ограничивают ноги или руки.       — Очень смешно, — Люцифер ответила с нечитаемым выражением, легонько закатывая глаза, — Но да, этот Апокалипсис… такой сумбурный и непредсказуемый, вы так не считаете? А мне нужна была тишина и покой, пока я вынашивала плод. Бонусом шло, уединении ото всех назойливых. Включая демонов. И теперь, я подхожу к самому главному. «Почему я здесь?». Не угадаете ли с трёх попыток? — с игривой ухмылкой спросила она, словно начиная игру.       — Не знаю, — покачал головой Дин, придумывая свою версию, — Показать нам своего нового монстра-       Не успел он договорить, как Люцифер оказалась прямо перед ним. Меньше чем за считанную секунду. Лицо было прикрыто тенью, даруя Винчестеру обзор на… её глаза. Те больше не голубые прекрасные глади её сосуда, в уволакивающей глубине которых можно было тонуть целую вечность и не насытиться их красотой даже на миг. О нет.       Вместо них, теперь там яростно сияли две кроваво-красные радужки, купающиеся в черной как смоль склере глазниц. Взгляд, впивающийся в саму его душу, пробирающий до костей. Кровь стыла в жилах, сталкиваясь с колоссальным давлением. Интенсивность этих ярких точек была подобна гневу сотен алых звёзд. От них не было спасения, не было укрытия и не было защиты.       Дин не мог пошевелиться, отвернуться или закрыть свои веки. Противиться воле и силе Архангела простому смертному не дано. На задворках сознания притаился страх, окутавший каждую частичку его бытия в невидимую вязкую сеть. Каждый уголочек его души в ужасе паниковал, стараясь свернуться клубочком лишь бы от него отстали. Оставили в покое и забыли.       А он побывал в Аду целых 40 лет. Пережил самые настоящие пытки хуже смерти. И даже Преисподняя меркла на фоне того, какой необъятный ужас сейчас вербально обещает Люцифер своим зловещим выражением и стойкой.       — Ещё раз… Хоть один раз, ты назовёшь мою дочь монстром и попытаешься навредить ей по этой причине… — мрачно заговорила она наконец. Её тон дрожал едва скрытым гневом. Неподдельным и не притворным. В нем бушевала холодная ярость, взявшая себе форму в неземном проявлении сверхъестественного. Лампочки в комнате бешено замерцали от излучаемой энергии.       Голос буквально двигал пространство и нагонял потоки ветра, дующие в лицо Дина и даже Сэма. Искажённая благодать пестрила всем своим интенсивным фоном, наполняя комнату ярким свечением и опрокидывая вещи со своих мест. Те падали с глухими гротескными хлопками на пол. Битое стекло и падающая штукатурка, гулким звоном и треском сопровождали какофонию из звуков надвигающейся бури.        — Я тебе клянусь, Дин. Твоё былое пребывание в «Геенне Огненной» покажется тебе путёвкой в «Диснейлэнд», по сравнению с той изощрённой пыткой, которой я лично займусь для тебя.       Мурашки волной цунами пробежались по коже старшего Винчестера. Она не шутила. Она не угрожала. Со всей искренностью, которую только могла собрать в свой устрашающий тон, она обещала устроить ему веки боли и страданий за пределами его воображений. Осознание этого поселило в душе необъятный страх. Отчаяние, вперемешку с накатившей безнадёгой сломили бы любого. Но только не его.       Как бы закалён другой охотник не был, даже под таким напором негативных ощущений ему было не устоять. Даже у него всё тело тряслось как бешенное, а лицо побледнело, почти как у мертвеца. Капельки пота ниспадали вниз, свидетельствуя о небывалом стрессе. И тем не менее, выдержке Дина можно было только позавидовать. Ведь он всё ещё сохранил свой рассудок и не впал в полное безумство.       Словно бы заметив это, Люцифер перестала его мучать, откровенно впечатлённая такой поразительной стойкостью. Тем более от человека, пускай и прошедшего многое в своей жизни. Ладно, сегодня он отделается лишь предупреждением. Нотки гнева не спешили никуда пропадать с её выражения, однако определённые смягчения и послабления произошли.       — К тому же, — сменив свой тон на более спокойный, буря в комнате прекратилась и вещи магическим образом вернулись на круги своя. Даже стекло починилось. Вся былая мощь и злоба Архангела улетучились из воздуха. Вот только, её светящиеся алым глаза не спешили пока затухать, — Не забывай, этот «монстр» — твоя племянница, Дин — с ухмылкой заявила она, поучительным тоном, предостерегая того от совершения ошибок.       — Понял… — умудрился смиренно пробубнить Дин с слышимым глотанием кома в горле. Не часто его так ставят на место в жизни.       В ответ же, Люцифер довольно закрыла тёмно-красные глаза. А в следующую секунду, как она их снова открыла, те вернули свой былой и чистый голубой цвет. Тут же послышался детский плач, заставивший её повернуть свой взгляд в сторону ребёнка. Лёгкая обеспокоенность крылась в нём.       — Ну вот, теперь из-за тебя она проснулась. Ай-ай, Дин. Как тебе не стыдно, — она коварно промурлыкала, перекинув на того вину, и с грацией кошки подошла к кроватке. А после, взяла плед в свои руки, поднося хныкающую малютку поближе к своей груди, стараясь укачать её обратно в сновидения.       — Шшш~, тише. Не плачь, моя маленькая звёздочка. Мама рядом и она не даст тебя в обиду никому.       Стоит признать, в этот самый момент, её голос был действительно похож на ангельский. Любящее звучание и отголоски, вперемешку с высокой тональностью. Песнопение, подобное всему небесному хору в одном лице. Музыка для ушей и настоящая сладость для слуха. Благо, енохианский в ход пущен не был.       А если учитывать и лёгкие покачивания ребёнка из стороны в сторону, то младенец стал успокаиваться в считанные секунды, стремительно прекращая свой разрастающийся плач. Дочь словно ощущала сверхъестественную связь со своим родителем, которая грела маленькую оболочку. То же можно было сказать и про Архангела, смотрящую в ответ на неё с невиданным количеством нежности.       Винчестеры же с недоумением наблюдали за тем, как Люцифер постепенно убаюкивает свою дочь. Сцена была полна сюрреалистического бреда. Они словно попали в иллюзию какого-то безумного божка. Да, скорее всего, это проделки Фокусника. Только он способен на нечто столь извращённое и противоестественное, как милая сцена с Дьволом. Но увы, все происходящее было реальным. И это создавало намного больше вопросов.       Что случилось за эти девять месяцев с Сатаной? Кто такие Нефилимы? Почему она вообще сюда пришла… И самое главное. Они точно сейчас на Дьявола смотрят, а не на мать-одиночку? Ах да… Это же ещё и ребёнок Сэма. Дин молча укорил себя, хотя всё ещё находился не в восторге, из-за одного очень неприятного факта. Он и на йоту не приблизился к пониманию того, что вообще здесь происходит.       — Как её зовут? — вновь набравшись храбрости и закалив сталью сердце, спросил уже Сэмюэль, явно обращаясь к Падшему Архангелу. Благо к этому времени дочка уже заснула, укачанная в сон сверхъестественным влиянием и обычными действиями. Может она будет спать гораздо дольше и крепче.       — Я хотела назвать её Авророй. Мой сосуд предложила Жаклин. Мы разошлись во мнениях и не определились… Но скажем так, пришли к компромиссу. Она получит то имя, которое захочешь ты, Сэм. Ты ведь её отец. И я ни за что не заберу у тебя это право. Дать ей имя, — заявила Люцифер, переводя свой взгляд на младшего Винчестера       — Имя? — у него дыхание перехватило в горле. Он никогда не думал, что это произойдёт и в такой неожиданной форме.       — Угу. Я дам тебе время, если нужно обдумать. Всё же, не каждый день ты внезапно узнаешь, что у тебя есть дочь, гм?       Едва завершив свои слова, Люцифер с недоумением заметила на себе пару глаз, излучающих пылкое обвиняющее подозрение и ещё кучу невысказанных эмоций. Отвернувшись от Сэма в сторону, она увидела их очевидного обладателя. Это был Дин, что пристально смотрел на неё, буравя без перерыва на протяжении нескольких долгих секунд. Ему не понравилось что-то.       — Что с твоим взглядом, Дин? Ненароком дыру во мне проделать хочешь? Я ожидала большего радушия. Или же… О… — словно поняв что-то, её губы сложились в округлую формацию, — Или тебе просто так сильно нравится моё тело? — ухмылка образовалась на её губах, — Что ж, не смею тебя винить в этом. Всё-таки, мой нынешний сосуд довольно неплох~.       Одна из её рук покоилась на соблазнительном бедре. И словно бы специально подтверждая своё утверждение, она с игривым озорством шлёпнула себя по ягодицам свободной ладонью. Те сладостно затряслись, на шок и радость глаз Сэма. Дин же довольствовался лишь кусочком от зрелища, которое предстало перед его младшим братом. Хотя, ему повезло с видом на её массивные груди.       — Кхм, тоже мне, «искусительница», — попытался в браваду Дин, но трудно обманывать свои глаза. Проклятая Дьяволица откуда-то знала толк во всём этом. Выбрала самое греховное тело, какое только возможно. Чёрт! Теперь ему даже трудно винить Сэма за то, что тот так легко поддался на её чары. Тут нужна выдержка шаолиньского монаха, чтобы воздержаться.       — Ну так что, Сэм, — проигнорировав комментарий старшего охотника, Люцифер спросила у младшего, — Определился с выбором? Или ты хочешь назвать её по своему. Предлагай…       — Хах, ну не мели мне ты тут пургу, — не выдержав, снова встрял Дин, зарабатывая раздражённый вздох и взгляд со стороны Архангела, — Чтобы ты, и учитывала мнение человека? Забавная шутка. Ты лучше скажи, кто эта несчастная, которую ты так гнусно обманула, чтобы заполучить её тело. Специально нашла какую-то актрису с модельной внешностью? — с ухмылкой предположил тот.       — Пфт, никого я не обманывала, — усмехнувшись, Люцифер одарила Дина хмурым взглядом, полным укора, — В отличии от тебя, Винчестер номер один. Стоит ли говорить, что враньё стало твоим практически единственным успешным родом деятельности? Ты как «образцовый человек» постоянно лжёшь другим. Друзьям, своему брату, ангелу и список может продолжаться вечно. А я… Я сказала Кассандре правду.       — Так значит «Кассандра», — из всей её речи, он вычленил для себя только это и с самодовольной улыбкой покачал головой. Дин явно намеревался покрасоваться моральным превосходством, — Каким же грандиозным бредом ты небось набила голову бедной девушке, у которой ещё вся жизнь была впереди.       — Жизнь, которая бы обор-… тск, — Люцифер цокнула в раздражении, в глубине души недовольная беспочвенным обвинением, — Я… А хотя знаешь, пускай лучше она… «девчушка, у которой ещё вся жизнь была впереди», — с насмешливым тоном повторила эту фразу она, — Сама всё расскажет, — после этих слов, Архангел закрыла глаза, прождав так пару секунд.       А как они открылись, тело моментально вздрогнуло, словно бы то пробудили от долгого сна и его владелица обнаружила себя стоящей на двух ногах. Благо девушка смогла удержать равновесие, слегка пошатнувшись, но быстро встав ровно. Её взгляд, до этого леденящий, обладающий чертами хищника, заметно смягчился и принял тёплые нотки. А глаза больше не окутывали всё живое фальшью и надменностью.       — Вы… — удивлённо начал Дин, явно чувствуя смену в управлении над сосудом человека перед ним. Явную и очевидную.       — Ах, вы должны быть Дин… И, — она повернулась в сторону Сэма, — Сэм Винчестеры? Я знаю. Меня зовут Кассандра… — более спокойным и менее властным голосом представилась та, контрастируя с напыщенной надменностью и холодом в тоне, которые присутствовали в словах и манере поведения Люцифер.       Девушка быстро сориентировалась в незнакомом окружении, наконец-то полностью отдавая себе отчёт о происходящем вокруг, — И… да, отвечая на вопрос, которые вы ей задали… Я отдала своё тело Люцифер, но меня не обманывали… — продолжала говорить она, делая размеренные шаги к кровати, на которой находилась спящая дочь. Её история потекла ручьём.       Винчестеры же молча слушали.

***

Почти 10 месяцев назад Детройт Крыша Небоскрёба       По началу, всё было замечательно. Папа, мама, брат, сестра и ещё одна сестра. Счастливое семейство Морганов. Не совсем обычная в связи с их династией и родом деятельности. И тем не менее, в детстве их одаривали любовью и заботой. Не сказать, что их особо баловали. Как и не сказать, что многое запрещали. Лишь бы те успешно учились и присоединялись к семейному делу. Управлению крупной корпорацией.       Если быть точнее, то самой успешной в штате Мичиган, если не на всём Среднем-Западе США. Дети жили в гармонии и дружбе, несмотря на то, какие трудности им предстоит встретить в будущем. Ведь они — потомственные наследники богатств, доставшихся от предыдущих поколений. Потому, их учили и готовили к этому. Сменить в нужный момент руководство собою.       В те времена, во времена молодости и праздной юности, никто из них пока ещё не знал про тёмную подоплёку, присутствующую почти во всём, что связано с крупным бизнесом. Впрочем, любой бы на их месте оказался несведущим в грязных делах, из-за желания отца оградить их от раннего пробуждения. Не подозревала о них и самая младшая дочь, обладавшая безумным талантом и блестящим умом.       И к своему сожалению, Кассандра оказалась слишком хороша в этом деле. Настолько, что посмела вопрошать о методах своих старших, желая улучшить их и модернизировать. Добавить эффективности в устаревший механизм. Увы, любое начинание, даже если то замотивировано благими намерениями… ведёт на тропу падения. Так и произошло со временем.       К сожалению, в жизни случаются и бывают моменты, когда ты теряешь всё. Когда твоя работа становится жестоким рабством, под маской «семейного счастья». Когда близкие предают тебя и оставляют ни с чем. Когда любимые ударяют ножом в спину, даже глазом не моргая. Когда родной отец не поведя бровью, уничтожает годы твоих трудов, низводит весь твой прогресс за секунду и обрекает на мучения в одиночестве и тени.       Все её идеи, все её планы — они отвергли без сомнений, без сожалений. Насмехались. Принижали. Тыкали пальцем как в соломенное чучело.       И всё в угоду старшему брату. Более послушному, более покладистому, более подлизанному. Совершенному. И такому удобному в своём стремлении не менять ничего. Очевидно, папа его любил больше всех. Идеальный последователь идеи о главенстве стабильности. Политика их старика в компании и его воля — закон, который нельзя подвергать даже намёку на критику. Он никогда не вопрошал, правильно ли ведутся дела.       Можно ли увеличить прибыль, воспользовавшись более эффективными способами менеджмента? Можно ли снизить издержки при производственных работах? Можно ли в конце-то концов, сделать нормальные рабочие условия, для своих трудящихся, что в перспективе улучшило бы их производительность? Нет, нет и нет. Зачем стремиться в новые дали, когда можно стагнировать бесконечно.       — Слишком амбициозная и неконтролируемая, прямо как твоя мать! — последнее слово было выплюнуто с желчью и ненавистью. Тёмные глаза вспоминали о недалёком прошлом, — Прекрати вносить изменения в график, чёрт возьми! И умерь наконец свой пыл, Кассандра! Иначе ты мне не дочь!       Эти слова до сих пор эхом разносятся в её голове, напоминая о тех днях, когда она отчаянно искала одобрения. Любви и понимания дорогого папочки. Как брошенная собака, несущая кость обратно хозяину, даже после того, как он её беспощадно избил. Эти, так называемые семейные узы стали для неё оковами. Всю жизнь провести в тени и страдая от комплекса неполноценности.       Нет, Кассандра не смирилась с этим. Поэтому, она уже как несколько лет ушла от своей «родословной». Оборвала все связи. Каким-то чудом нашла другую компанию и работу, в которой её приняли. В которой её труд по настоящему ценился. В которой её навыки использовались по назначению, а к советам прислушивались верхи, пока она сама шла по карьерной лестнице вверх. Даже нашла… того, кто стал дорог её сердцу.       А потом… всё рухнуло в одночасье. Сначала… сначала они… её «семья» отняли его, просто, чтобы наказать! Чтобы сделать ей больно! За что?! За непослушание?! Отец был недоволен, когда прознал о её авантюре. Очень и очень недоволен. Его талантливая дочь перешла в конкурирующую фирму, и та стала выигрывать борьбу на рынке. Отец и брат не могли смириться с фактом её правоты.       И за это, они сначала вонзили нож в её сердце. Убили любимого человека. А затем, пустили процесс по постепенному низведению компанию, в которой она почти заняла пост генерального директора в свои 27 лет. Взятки судам, статейки в желтушных СМИ и прессе, оплаченные погромы и полицейские рейды. Они испортили её репутацию и втоптали в грязь, объявив чуть ли не злодейкой, что наживается на бедных и эксплуатирует рабочих.       Её карьера была разрушена. Её личная жизнь сломана. Её репутация уничтожена и закапана в землю. Хватит. С неё хватит безумия, хватит лжи и игр в лицемерие. В этом мире никогда не было справедливости, правосудия и чести. Правосудие куплено. Отец, наверняка ждёт, как она приползёт к нему на коленях и начнёт в слезах молить о прощении.       Нет! Пошёл он к чёрту. Пошли они все к чёрту! Чтоб сгорели в синем пламени! Чтоб подохли в своей грязной сатисфакции!       Она любила их, несмотря на все их грехи и ошибки! Даже несносного брата! А тот без стыда и совести, подстроил несчастный случай с её возлюбленным… ДТП… Он скончался в больнице, а Кассандра так и не успела его навестить. Так и не успела попрощаться… Её… её бедного Джека не стало за одну ночь. За ночь, полную слёз и бесконечных пустынных улиц города, меркнувших под тусклыми фонарями.       Сегодня, она покончит с этим. Крыша станет местом отправления. До Земли внизу было этажей сорок. С такого расстояния, при падении, её тело превратится в кровавую лепёшку. Это её последняя месть, если у них остались хоть крупицы совести. Даже если она летит прямо в Ад, навстречу Сатане. Пусть. Ей уже без разницы. Она просто хочет, чтобы боль прошла…       Шаг. Ещё один шаг…       — Кэсси…       Знакомый голос, вырвал её из того транса, в который она впала. До перил оставалось лишь полметра. Однако, она повернула свою голову назад почти машинально. И увидела там того, кого не ожидала. Её сердце бешено застучалось, а зрачки расширились в глубоком шоке.       — Джек?       В ответ на это призрачная фигура из прошлого загадочно улыбнулась.       — Я не твой возлюбленный, Кассандра, — мягко вымолвил фантом, с любопытством наблюдая за реакцией девушки, словно бы изучая её вдоль и поперёк, — Я ангел.       — Ангел? — она прищурилась, не веря своим глазам и ушам. Может у неё начались галлюцинации?       — Меня зовут Люцифер… — он нежно прошептал.       Его слова выходили гладко, подобно шелку. Чуткий слух так и манил услышать этот замечательный голос ещё раз. Он одновременно утешал и вводил в тревогу, манил и завораживал на месте. Но Кассандра лишь покачала головой, нервно, на гране с истерикой, усмехнувшись и облокотившись о металлическое ограждение, устремляя свой взор куда-то вдаль.       — Мда уж, — хмыкнула та, горько смотря на огни города, — Вот что со мной сделали антидепрессанты и несколько рюмок. Мне уже Дьявол в облике любимого снится. А я тогда, получается кто? Королева Ада… — закончив с едкой ухмылкой, Кассандра повернула свою голову, чтобы к своему удивлению обнаружить… не пропажу.       Люцифер всё ещё стоял позади. Он не предпринимал никаких действий, просто молча наблюдая. Каштановые волосы, уложенные в гладкую причёску так не шли этому «Джеку», как и пара тёмных глаз. Конечно, ведь он и не Джек.       Это сам Сатана в его облике, явился мучать её душу до скончания времён. Неужели Отец в своём порыве причинить ей боль заключил сделку с Дьяволом? Она уже даже не удивится подобному.       — Я не причиню тебе вреда, Кассандра, — словно бы прочитав её мысли, заговорил «ангел», утешая её обещанием.       — Ага, конечно. Ведь призраки не настоящие и не могу взаимодействовать с миром. Как и ты, Люцифер. Хотя, мне бы хотелось, чтобы ты существовал… — она не знала, нормально ли то, что она так свободно разговаривает с воображением. Возможно, мнимая адекватность давно покинула её разум, оставив наедине с безумием и горем.       — Я здесь, с тобой. По настоящему, не физически, но отнюдь не фальшиво, — вымолвил тот, и Кассандра ощутила хладное дыхание на своей шее, от которой мурашки прошли по её коже. А следом, девушка ощутила неожиданное прикосновение к своим рукам. Все сомнения о реалистичности пропали, а сама она была вынуждена повернуться, чтобы встретиться с «Джеком» лицом к лицу.       — Это… правда?       — Нет ничего правдивее, чем моё существование. Я пришёл сюда потому, что ты единственная, кто способна лучше других заменить… Его. Таких как ты больше нет, Кассандра. Ты сосуд. Один из могущественнейших во всём мире. Найти тебя было очень нелегко.       — Да неужели? — фыркнула она, встречаясь пылким взглядом с Люцифером.       Так просто отдаваться на милость девушка была не намерена, что лишь сильнее подогревало интерес Падшего Архангела. Несмотря на тяжесть и печаль, сминающие её дух, она была полна бойкости и энергии, чтобы противостоять. Но увы, вся её сила давно иссякла и она превратилась в тень себя прежней. Вынужденная влачить это подобие существования. Иронично.       — Твой гнев мне так знаком, — заговорил он, словно бы знает её всю жизнь, — Любимый Отец. Любимый Брат… — его рука прикоснулась к её лицу, отводя прядь неухоженных волос от её прекрасных глаз, — Предательство. И теперь ты злодей, пока они на твоём фоне «Герои» и победители. Ты не представляешь, как близко мне это… — нотка понимания? промелькнула в его загадочном взгляде.       — О чём ты? — недоумевая, спросила она.       Люцифер же сделал шаг назад, покачав головой.       — Я как и ты… — начал он, его голос на удивление отдавал искренностью, — Любил Бога. Любил Брата… Братьев. Готов был на всё ради них. Боготворил куда больше других на свете… Но потом… хах, вы называете меня Сатаной, Дьяволом… но потом, знаешь каково было моё преступление?       Кассандра легонько помотала головой.       — Я отказался преклонить колени перед вами. Перед людьми. Бог велел мне, любить вас больше, чем я любил его. И я сказал… «Отец… Я не могу». И за это они бросили меня в ад. Мой любимый Старший Брат бросил меня гнить по сей день. Они избавились от меня как от неисправной запчасти, как от просроченного продукт… как от неудавшегося механизма. Как сделала и твоя семья.       Недолгое тяжелое молчание повисло в воздухе, пока девушка переваривала сказанное Архангелом. По какой-то неизвестной причине, слова вылетающие из его уст били ей прямо в сердце, с каждым новой фразой. С каждым предложением, она словно чувствовала как переживает ту ночь, в которую она узнала о смерти Джека, сидя в коридоре больницы. Когда увидела недвусмысленное сообщение на телефоне от неизвестного номера. То был брат… Дэниэл.       — Скажи мне, Кассандра. Разве любящий отец, станет наказывать так своего ребёнка?! — Люцифер повысил голос. Кассандра вздрогнула, но не из-за страха, а из-за того, что он озвучил её собственные мысли, излучал её собственные эмоции и гневался за них обоих, — Разве любящий брат, плюнет на всё, что было между вами в детстве и сломает тебе жизнь, бездумно следуя воле Отца?       В глазах девушки по прежнему тлелся скептицизм. Однако, теперь они были более приветствующими. Хоть ей и не нравилось показывать уязвимость, особенно перед лицом абсолютного зла.       — Значит… твоя семья тоже причинила тебе боль… печально, конечно. Вот только я по прежнему не понимаю, что тебе нужно от меня?       — Ох, Кассандра. Я всего-лишь хочу отомстить Богу. И много от тебя не требую. Да и выбор за тобой, правда. Не принуждаю тебя, если не хочешь. Если согласна, ты всего-лишь должна сказать мне «Да». Впустить меня в своё тело и стать вместилищем. Увы, моя бестелесная форма не подойдёт для моих замыслов и задумок, поэтому мне нужна физическая оболочка.       — Зачем… мне это? — неуверенно спросила она, брови слегка нахмурились. Вся былая бравада утрачена, заменённая хрупким человеческим нутром. На уголках её век собирались капли влаги.       — Я могу дать тебе избавление. Освободить от боли, преследующей тебя каждую секунду. Нет, предвещая твой вопрос… Я не могу воскресить Джека, уже слишком поздно. Но я могу подарить тебе вечный покой, в котором ты не будешь знать тревог и печалей, тяжб и сложной ноши, выпавшей на твою долю. Или… отомстить твоему отцу и брату в качестве приятного бонуса. Выбор за тобой, Кассандра.       — Откуда… — слёзы полились из её глаз, а эмоции неконтролируемо плясали на лице, — Откуда мне знать, что ты говоришь правду? Что ты избавишь меня от боли? — шторм бушевал в её душе, неприкаянный океан во время ужасного урагана.       Предложение звучало слишком хорошо, чтобы быть истинным. Она устала… устала от этого мира, устала от жизни… устала от людей, возненавидевших её за надуманные причины. Ей хотелось отдохнуть. Смерть казалась подходящим выходом. А сейчас, ей показывают альтернативу. Лучше ли она? Хуже? Ей неизвестно.       — Несмотря на общее мнение. Я не лгу в наглую. Мне это ни к чему. Мне нужна… только ты, Кассандра. И твоё согласие… — девушка опустила свой взгляд, изображения воспоминаний промелькнули в голубых гладях.       Поездом пронеслись все моменты с Джеком. Первая встреча на новой работе. Его очаровательное, милое и такое щенячье выражение глаз. Первый романтический ужин, полный изысков и блюд недорого, но такого душевного ресторана. Первый поцелуй и несколько месяцев совместной жизни. Их запланированный медовый месяц, на будущее и желание завести семью.       Работа никак им не мешала строить отношения. Всё было замечательно. Почти идеально, если не включать ссоры по пустякам и расхождении во мнениях. Однако, их любовь была неподдельной, настоящей. Дело близилось к официальному браку. К тому времени, финансы уже не были проблемой.       Но затем, случилось несчастье. Вой сирен скорой помощи по новостям на шоссе. Её сердце замерло, когда она увидела по телевизору модель машины её любимого. Кассандра помнит, как она резко помчалась в больницу, не обращая внимания ни на что вокруг. Отчаянный бег по коридорам в поисках нужной палаты, учащённое биение сердца.       В приёмной гудели звуки мониторов и приборов жизнеобеспечения, вместе с толпой докторов отчаянно борющихся за его жизнь. Повреждения были серьёзными, фатальными, несовместимыми с жизнью. У него мало шансов на выживание. А тем временем, она сидела в коридоре, захлёбываясь в слезах и не находя себе места.       А потом…       *Бииииииииииип*       Кассандра подняла свой пылающий болью взгляд. Слёзы уже давно высохли на её щеках. В ней больше не было колебаний или сомнений. Она сглотнула ком, собравшийся в горле. Бледные уста распахнулись.       — Да…       В тот день, небоскрёбы Детройта озарил яркий белый свет, не похожий ни на что другое. Подобно падению прекрасной звезды.

***

Сейчас       Кассандра уже давно подошла к кровати, нежно беря на руки ребёнка, которого она считала и своим. Со всей любовью и заботой, даруя тому объятия. В то же время, чувствуя как тепло материнской близости к нему, распространяется по всему телу. Ранее опустошённые глаза, ныне отдавали новоприобретённой целью в своём мучительном существовании.       — Простите, но я не видела смысла жить и дальше с этой болью, — сухо подытожила она, нежно поглаживая щёки своей дочери, — Впервые мне так хорошо. У меня появилась новая цель. Я больше не чувствую боли, горя, утраты… И я не хочу расставаться с этим ощущением безмятежности и покоя, которое Люцифер подарила мне. Другого мне и не надо.       Винчестеры хмуро переглянулись между собой, прежде чем снова переместить свои взоры на сосуд Сатаны. Разумеется, всех деталей Кассандра не поведала, но тех малых крох хватило, чтобы составить цельную картину. Сэм продолжал молчать, не находя в себе слов что-то ответить. Но не его старший брат.       — Она же просто использует тебя. Воспользовалась горем в твоей жизни, чтобы получить контроль. Чёрт возьми, борись с ней, Кэсс! — попытался достучаться Дин, всё ещё считая девушку заложницей в руках Дьявола.       — Бороться? Зачем мне это? — непонимающе спросила она, наклонив голову, — Кажется вы не поняли… — глубоко вздохнула Кассандра, — Я по своей воле… согласилась стать её сосудом. Я знала на что иду, — от сказанного у старшего Винчестера слова застряли в горле, не в силах вырваться наружу.       — Кассандра, она зло во плоти, — начал Сэм свои попытки в убеждении, — Ты даже не представляешь, что она сотворит с планетой, дай ей волю. Миллиарды погибнут. Сейчас не время думать о себе!       — Вы так быстры к предположениям и обвинениям во всех смертных грехах. Хотя даже малейшего представление не имеете о Люцифер. Я бы нашла, что ответить на это… Но я так устала спорить. Слова всё равно падут на немые уши. Мне это надоело ещё с моей родной «семьёй», — с горькой усмешкой ответила она, разворачиваясь к кровати и укладывая туда ребёнка.       — Кассандра, прошу…       — Извини, Сэм. Ты правда хороший человек с добрым сердцем. Вот только мне не нужна помощь. И возможно, следующее прозвучит эгоистично с моей стороны, — она повернула голову в его сторону, — Можешь позаботиться о нашей дочери? О Жаклин? Знаю, для тебя это неожиданно. Но моё время подходит к концу, а учитывая… — не успела девушка договорить, как управление очевидно перехватила Люцифер.       Тело вздрогнуло, чуть ли не подпрыгивая на месте. После чего, оно выпрямилось по стойке смирно. А черты лица стали принимать более холодный вид, возвращая старую добрую Дьяволицу в строй.       — Всё хватит. Наговорились вы вдоволь, — надменно вымолвила та, сделав небольшую растяжку в руках и хрустнув шеей, — Я здесь не развлекать вас пустыми разговорами с моим сосудом. Перейдём сразу к делу, иначе этот итак затянувшийся разговор продлится на несколько веков. А вы так долго не живёте, к вашему ограниченному сожалению, — сделав короткую паузу, Люцифер продолжила с нечитаемым выражением, — У меня к вам предложение, мальчики.       — И о чём оно? — с наигранным интересом спросил Сэм, в то время как Дин продолжал подозрительно смотреть на неё.       — Может прозвучать довольно странно, даже дико… и уж поверь, я сама бы об этом и не подумала месяцев 10 назад, считая наглым вздором… Но сейчас я действительно готова отменить Апокалипсис и геноцид всей вашей ничтожной популяции.       Винчестеры впали в ступор, как услышали слова, вылетевшие с предельной серьёзностью из её уст. Оба брата даже хотели переспросить. Понять, не послышалось ли им часом бред, который она сейчас только что произнесла.       Нет, не послышалось.       — Не просто так, разумеется, — продолжила Люцифер, её губы сомкнулись в таинственной ухмылке, — Вы должны пообещать мне кое-что. И выполнить это обещание соответственно.       — Что за обещание такое? — нервно выдал Дин, из обоих братьев меньше всего ожидавший подобное от Падшего Архангела. Его глаза заострились на её чертах, с большим скепсисом внушая себе подвох. Поверить такому заявлению было не просто глупо. Отчаянно глупо.       — На самом деле, оно довольно простое, — сложив ладони вместе, начала с энтузиазмом отвечать Люцифер, — Я даже не требую никаких особых жертв. Вы с Сэмом останетесь целыми и невредимыми, и сможете продолжить вашу нудную «охоту». Никто не погибнет, никто не умрёт. Только присмотрите за моим ребёнком три недели до следующего месяца.       — Ч-что? — глаза младшего охотника выпучились в неверии от такого лёгкого условия. Оно было слишком нереалистично простым. Та же Лилит запрашивала как минимум их смерти, пытаясь заключить с ним сделку по прекращению взламывания печатей для открытия Клетки.       — Мне нужно вернуться в Ад, уладить там дела, наказать непослушных демонов и утихомирить Всадников. Особенно Чуму, — ухмылка образовалась на её чертах, — Ваша выходка с Войной… его очень разозлила, скажем так. К тому же, нужно объявить о прекращении всех заготовок на Апокалипсис и приструнить особо наглых кретинов, возомнивших себя «Королями» в моё отсутствие.       — С чего нам тебе верить? — тут же стал огрызаться Дин, не желая верить в такой лёгкий выход из всей ситуации.       — О мой Отец. Мне даже интересно, кем вы меня считаете? — в раздражении закатив глаза и скрестив руки, спросила она.       — Матерью Лжи, — без стыда и совести, вылетело из уст Сэма.       — От тебя я такого удара в спину не ожидала, Сэмми. Я же обещала, что не солгу тебе ни разу, а ты всё ещё мне не веришь. Обидно.       — На обиженных воду носят, — вклинился уже Дин, с ехидной ремаркой — А теперь говори, где здесь подвох, чтобы мы могли послать тебя и твоё «заманчивое» предложение куда подальше.       — Подвоха нет.       — Ага, так я и поверил, что ты пришла именно к нам за этим. Могла бы поручить нянчиться с ней своим демонам.       — Демонам? — её голубые глаза гневно дрогнули, — С этими… с этими низшими, грязными тварями? — слова с ядовитой желчью вылетали из её губ, — Ты думаешь, я бы оставила свою дочь… Свет всей моей жизни в лапах этих гнусных существ? Позволь мне развеять один миф, сложившийся в ваших тупых черепных коробках. Я ненавижу людей. Да, я не скрываю этого, в отличи от своих «праведных» братьев. Но демонов я абсолютно презираю. И своими собственными руками бы низвела их в пыль, не будь они хоть капельку полезными.       — Воу… — поражённый искренностью, Дин мог лишь восхититься в ответ.       — Поэтому, — чуть успокоившись, Люцифер продолжила, — Вот что я предлагаю: моя милая дочь заслуживает большего счастья в жизни, чем становиться средством для этой… потерявшей весь былой смысл семейной войнушки. Тем более, не находиться в компании адских тварей. Забавно, но я скорее предпочту Винчестеров, чем их в качестве «нянек», как ты выразился. Предлагаю ещё раз, заключим сделку. Очень хорошую и выгодную для вас, между прочем. Такого парада щедрости больше не будет.       Прошло несколько секунд, в которые оба Винчестеры пытались обдумать сказанное снова. Звучало почти как мечта. Почти, вот потому и было трудно в это поверить, как бы уверенно она не вела свою тираду. Такого просто не может быть. Это противоречит всему, что они знали о ней. Очередная уловка Дьявола, не иначе.       Подозрительно переглянувшись между собой, братья молча согласились с данным фактом. Однако, если был хоть малейший… призрачный шанс на отмену судного дня… Нет, такого просто нет. Сладкая ложь. Им просто хотелось, чтобы это было правдой. Отчаянно верить в то, что чудеса реальны. Что можно обойтись без крови и жертв.       Но к сожалению, часто так не бывает. Дин вобрал в свои лёгкие воздуха и устремил свой пылкий взор в сторону Люцифер. В его глазах сверкала едва сдерживаемая ярости, приправленная щепоткой частичного неверия… И надежды. Шаткой и хрупкой, тем не менее, сиявшей как путеводная звезда во мраке.       — Хватит нам голову морочить! — гневно вспылил тот, хоть и часть его желала, чтобы его подозрения оказались ложными, — Кто в это вообще поверит? Ты, Сатана, и прекратишь устраивать Апокалипсис? С чего такая перемена? Что щёлкнуло в твоей проклятой голове, и в ней ни с того ни с сего появилась совесть?       — С того, что у меня родилась дочь, олух, — подходя поближе, ответила она, при этом смотря ему прямо в глаза таким взглядом, что пробирало до мурашек, — Ты что, меня не слушал всё это время? Или мне добавить, что семейные разборки Архангелов не очень то полезны для развития детей в нашем суровом мире, — протянула Люцифер.       — Ох, конечно. Тебе вдруг с чего-то стало не плевать на своего ребёнка. Та, кто даже бровью не поведя, выкосит пол планеты, заделалась добродушной мамочкой. Охотно верю, — с язвительным сарказмом выплюнул Дин, несмотря на удушающее ощущение, начавшее исходить из неё.       Люцифер закатила глаза в раздражение, начиная медленно ходить по комнате, делая размеренные круги вокруг двух прикованных братьев. Её терпение было не безгранично. Слушать двух безволосых обезьян несколько минут подряд это целое испытание. И всё же, эти неугомонные Винчестеры единственные из всех людей, к которым можно обратиться с подобной просьбой, как бы иронична такое положение дел не было.       Нужно ставить ультиматум.       — Можешь верить, можешь не верить. Твоё мнение меня не особо интересует. Но либо вы соглашаетесь с… стоит признать, довольно скромным поручением и ваш драгоценный род людской выиграет себе небольшой срок. Потом, он, конечно, ещё сам навлечёт на себя разрушение через десятилетия. Либо же… Апокалипсис остаётся в силе, и я ускоряю естественный процесс разложения человеческой цивилизации. Голод, Чума, Смерть и все остальные «прелести жизни». Выбирайте.       — Кончай уши заливать лапшой и говори, что написано мелким шрифтом. Тогда мы и ответим, — настоял на своём Дин, встречаясь с ней взглядом, полным бунтарства и непокорности. Как же они с Сэмом похожи, чёрт бы их обоих побрал. Да вот, нельзя. Так бы она с радостью. По крайней мере, старшего охотника точно.       — Мелкий шрифт? Я называю это деталями соглашения, — поправила она, — Ну так вот, первая деталь… никто из ваших друзей не должен знать об этом, до истечения срока. Так что никаких звонков или предупреждений. Даже вашему ручному ангелу. Вторая деталь: Если попытаетесь как-то юлить, сдать её или же бросить, сделка отменяется и Конец Света идёт по расписанию. Строго по графику. И третье, самое последнее, самое важное… попробуете причинить ей боль… любую. Я клянусь своим отцом, будет беда. Вам… ясны эти условия? Или мне повторить? Или вовсе выгравировать в ваших мозгах?       — Предельно ясны, — ответил Сэм, глубоко вздохнув и подняв взгляд, встречаясь с ней глазами, — Но почему мы, Люцифер? Почему ты обращаешься к нам за помощью с ней? — вопрос звучал глупо, но он хотел услышать настоящую причину. А не пренебрежение демонами.       — А к кому ещё? К другим ангелам, хах? — протяжно усмехнулась она, прежде чем остановиться, — Ах, я забыла. Вы же не знаете, — покачав головой, её речь продолжилась, — Связь ангелов и людей табу, как и получившийся после этого плод. В нём смешивается два компонента: ангельская благодать и человеческая душа. Видимо, у моего Отца очень богатое чувство юмора, но это самая нейтронная и опасной смесь во всей вселенной. Поэтому, Нефилимам закон божий диктует смерть. Ещё вопросы?       — Ты хочешь, чтобы мы присматривали за атомной боеголовкой под боком, не привлекая к себе внимания крылатых уродов наверху? — задался вопросом Дин.       — Насчёт этого не переживайте. Я подготовила кое-что, запечатывающее и скрывающее огромные излучения энергии. Вас не найдут, если вы конечно специально не броситесь как умалишённые в бой. Предупреждаю, это лишь временная мера. После определённого промежутка, защита начнёт ослабевать. Благо, к тому моменту я уже вернусь и это больше не будет вашей заботой. Ну так что?       — Дай нам десять минут подумать… Наедине, — попросил Сэм, под сердитый взгляд Дин, намекающий взять срок побольше.       — Хм, десять минуток? — задумалась она, прежде чем кивнуть, — Ладно. И да, если вы сбежите… учтите, сделка отменяется.       Сказав это, она исчезла из комнаты. Лишь мимолётный звук хлопка крыльев эхом разнёсся в помещении.       Неведомая сила, удерживающая братьев тут же испарилась, освобождая их от закреплённости к вещам. Дин свободно облокотился о стену позади себя, в то время как Сэм смог встать со стула, чувствуя лёгкость в своём теле. Им стоило думать и обсуждать быстро, ведь тикало драгоценное время. Скоро часы пробьют полночь. Тогда и решится судьба всего мира.

***

      — Приятно видеть, что вы не сбежали, — Ахрангел вновь оказалась в комнате, переместившись в её середину. Она тут же посмотрела на пол: сухой и твёрдый, — И даже ловушку из святого масла не подготовили. Неужто решились согласиться на мою скромную просьбу? ~       — Скажи мне, Люцифер, — заговорил Сэм, звуча более уверенно и собрано. Рядом стоял Дин, сердито скрещивая руки перед собой. Разговор, который у него состоялся с братом явно был не из приятных. — Ты действительно прекратишь Апокалипсис, если мы согласимся на твои условия? Никаких последующих попыток его запустить?       — Сэм, — она устало опустила плечи, словно утомилась слушать эти переживания, — Я не солгала тебе тогда. Не лгу и сейчас, когда предлагаю данный шанс. Я ведь действительно хотела отблагодарить тебя в ту ночь. Можешь также считать это моим подарком, если тебе угодно. В конце концов, разве ты не заслуживаешь стать ее полноправным отцом?       — Мы согласны, — к удивлению, эта фраза неохотно прозвучала из уст Дина. Тяжелый взгляд старшего Винчестера явно давал понять, что решение далось ему с трудом. Забавно. Но Сэм по какой-то причине всё ещё немного колебался, — Побыть няньками три недели в обмен на отмену красочного конца света? Звучит как полный бред, но если это правда. Я за. Только учти. Если всё это ловкая игра, манипуляции, уловки… Я клянусь, найду способ убить тебя, Люци.       — Какие мы драматичные, — фыркнула она, отводя взгляд на свою дочку. После короткого любования, её голубые глаза взглянули на Сэма, — Ты определился с именем? — с любопытством спросила она, вспомнив об этом.       — Пусть будет Жаклин, — вымолвил тот в ответ, вспоминая историю и речь Кассандры. Он хотел почтить её выбор, ведь она больше других заслуживала иметь дочь. Не сложись так горько её судьба, быть может у неё с «Джеком» уже появилась настоящая семья.       Младшему охотнику кажется, что он понимает, почему та выбрала именно это имя.       — Какая же у вас людей поразительно скудная фантазия, — вздохнула та, ожидавшая что её дочь получит от Сэма куда более подходящее имя. Утренней Зари, например, — Но ладно, я принимаю человеческое имя. Тогда её ангельским именем будет Аврора, — заявила Люцифер, вымолвив последнее на енохианском. Слово пульсировало с небывалой энергией, приобретая силу и даруя смысл, прицепляясь к Жаклин как нимб.       — Кхм, не хочу конечно прерывать трогательный семейный момент, — вклинился Дин, — Но мы будем скреплять сделку или нет?       — Целоваться я не стану, — Люцифер дьявольски ухмыльнулась, на что Дин раздражительно хлопнул глазами, — Ангелы не заключают договор, а потому традиционной формы нет. Хотя, я могу сделать вот так… — неожиданно, её рука резко вырвалась вперёд, хватая ладонь Дина за запястье, а потом резко отпуская.       Он со скрипом зубов почувствовал лёгкое жжение на его коже, которое к счастью, не продлилось долго. Все раны зажили, и теперь в районе соприкосновения красовался извилистый рисунок змеи. Сэм почувствовал такой же зуд, и обнажил уже свою конечность, дабы лицезреть такую же картину.       — Всё, считайте готово. Смотрите за моей дочкой. Не шалите. Не балуйте. Но и не ругайте особо. Апокалипсис отменяется. Я вернусь через три недели. Свидимся, мальчики, — махнув рукой в прощание, её силуэт моментально растворился в воздухе, оставляя двух Винчестеров наедине. В одной комнате, вместе с дочкой Люцифер и Сэма.       Вместе с Жаклин.       Вместе с Авророй.