Искушение

      — Этот парень пялится на тебя весь вечер! — со смешком шепнул Пак Чимин, делая глоток бокбунджа и отставляя бокал обратно на столик. — Слишком сладкое, не люблю такое.       — Местные запасы шампанского тебе в помощь, — улыбнулся Ким Тэхён, в очередной раз ловя взгляд больших пронзительных глаз незнакомца.       Омега заметил его ещё в начале вечера. Парень, видимо, пришёл с компанией, но быстро отделился от неё и держался особняком, медленно попивая итальянское Umani Ronchi Vigor, недорогое вино, но достаточно приятное, с насыщенным фруктовым вкусом с нотками какао и карамели. Сам Тэхён любил французский алкоголь. Одним из его излюбленных напитков на протяжении уже нескольких лет был Margaux AOC, красное сухое вино с нотками фиалок и черной смородины, которое очень любил Эрнест Хемингуэй. Но, к сожалению, на этом мероприятии его не подавали.       Профессия винного сомелье сделала Тэхёна чересчур разборчивым и уверенным в себе. Несмотря на свою сущность омеги, Ким ни в чём не уступал сильным мира сего — альфам. Переменчивость настроения и капризы он проявлял исключительно с близкими людьми, которые прекрасно его знали.       — Молодой человек! — Чимин окликнул проходящего мимо них официанта с подносом и ухватил с него сразу два бокала с шампанским. — Юнги с Бёнхо уехали к бабушке с дедушкой, так что пару дней мне придётся коротать в одиночестве.       — И ты решил пойти в разнос…       — Ты же знаешь, что хён не разрешает мне сейчас пить, — Пак придвинулся поближе к другу. — Мы активно пытаемся сделать ещё одного альфочку, — омега поджал губы, — но пока безуспешно.       — Всё будет хорошо, — Ким сочувственно пожал плечо Чимина. — Главное, не сдаваться.       У самого Тэхёна детей не было, хотя он очень их любил. Дожив до тридцати шести лет, омега уже сомневался, что когда-нибудь сможет родить, тем более кандидатов в отцы на примете даже не наблюдалось.       — Слушай, а что если тебе замутить с кем-нибудь? Ну чтобы забеременеть, — предложил Чимин, явно жалея одинокого друга. — Выбери кого-нибудь помоложе, с хорошими данными и вперёд! Проведёте вместе течку и турнёшь его.       Тэхён усмехнулся, вспоминая, как буквально на днях на одном из приёмов к нему клеился симпатичный альфа. Но, узнав, что Ким старше его аж на восемь лет, тут же исчез из поля зрения. Возможно, не стоило сразу всем рассказывать о своём настоящем возрасте, тем более, что омега выглядел гораздо моложе.       — Хватит уже страдать по этому козлу! Он даже ноготка твоего не достоин, не то что ежедневных терзаний. Тебе нужна свежая кровь, молодая. Развлекись!       Чимина вот уже десять лет был счастлив в браке. Они с Юнги воспитывали замечательного мальчишку со множеством талантов — от виртуозной игры на фортепиано, до выдающихся спортивных успехов. А вот сам Тэхён продолжал испытывать боль при мысли о бывшем.       Они познакомились на Bordeaux Wine Festival, винном фестивале во Франции, куда омегу пригласили ведущие сомелье на свои мастер-классы для обмена опытом. Дэвид жил в Париже уже несколько лет и был совладельцем крупной винодельни. Тэхён влюбился в альфу с первого взгляда. Их стремительный роман быстро перерос в серьёзные отношения, но Дэвид не звал его замуж, да и детьми обзаводиться не спешил, говоря, что пока не готов, и принуждая омегу пить блокаторы.       Только через шесть лет их связи Тэхён неожиданно узнал, что у альфы есть вторая семья, где у него подрастают двое детей. Омега бросил всё и вернулся обратно в Корею, но начать жизнь с чистого листа не удалось до сих пор.       — Понимаю, он нанёс тебе глубокую рану, — тяжело вздохнул Пак. — Когда любишь, многого не замечаешь. А потом становится слишком поздно, ты уже настолько глубоко увяз, что не можешь выбраться. Надо было сразу его бросать!       — У меня были определённые обязательства. К тому же мы вместе работали, я подписывал контракт. Кто ж знал, что он окажется такой сволочью.       — Он использовал тебя не только как любовника, но и как талантливейшего сомелье! Только за счёт тебя его компания вышла на мировой уровень! Вот урод! — закипая, выругался Чимин.       Чимин всегда был эмоциональным, не скрывая своих тёплых чувств или неприязни. А Тэхён не любил показывать себя настоящего, скрываясь под маской.       — Ты аристократ, Тэхён. Твоё воспитание не позволяет грубить людям. А надо было выплеснуть свой гнев на этого гада!       — Лучше бы мне не стало…       Тэхён больше не ждал любви, особенных чувств, он просто плыл по течению, полностью погрузившись в работу, которая ему никогда не изменяла.       — Похоже, этот красавчик точно на тебя запал. Глаз не сводит, будто хочет сожрать, — играя бровями, заметил Пак и усмехнулся, когда молодой альфа слегка поклонился им. — А он настоящий качок, мускулы под рубашкой так и играют. Ещё чуть-чуть и пуговица на груди оторвётся.       — У него пирсинг на губе и тату. Скорее всего, сынок какого-нибудь местного мафиози, — сделал вывод Тэхён, переводя взгляд на сцену.       — Представляем Вам сомелье Чон Ха Бонга, вице-президента Корейской международной ассоциации сомелье, который надеется дать корейским винам конкурентное преимущество на мировом рынке. Прошу поприветствовать нашего дорогого гостя! — прокричал ведущий, представляя звезду вечера. Зал громко зааплодировал, а Тэхён тепло улыбнулся, внезапно встречаясь глазами с господином Чоном, своим главным учителем и вдохновителем.

***

      — Я слышал, что ты недавно вернулся в Корею. Почему не заехал? Мне очень интересно знать, как ты жил всё это время, — худощавый альфа в тёмно-синем костюме в полоску открыл бутылку с фруктовым вином Godori Winery и налил его в высокий бокал. — Хочу угостить тебя кое-чем новеньким, — альфа протянул ёмкость Тэхёну и замолчал, ожидая его вердикта.       — Ммм, яблоко, — произнёс омега, сразу ощутив фруктовые нотки в аромате. Он несколько секунд рассматривал вино, оценивая цвет и прозрачность. Жидкость имела оригинальный красный цвет. После Тэхён привычно закрыл глаза и понюхал напиток. — Red Love? Этот сорт яблок красный внутри, что придаёт вину цвет, — сделав маленький глоток и покатав жидкость во рту. — Приятное вино, но в послевкусии небольшая горчинка, скорее всего, не очень хорошо соблюдались условия хранения. Когда я пробовал его на заводе, вкус был чуть лучше.       — Браво! Я думал, ты не интересуешься корейскими новинками, но вижу, твой талант многогранен! — восхитился господин Чон. — Не зря ты один из лучших моих учеников!       Случайное знакомство с этим человеком когда-то изменило жизнь Тэхёна навсегда и переросло в многолетнюю дружбу. Да, они виделись редко, чаще общались по телефону, но теплота, с которой они с самого начала относились друг к другу, с каждым годом лишь крепла.       — Приехав домой, я понял, что должен изучить весь корейский рынок. Наши вина пока оставляют желать лучшего, но уверен, мы сможем за несколько лет подняться на приличный уровень, — констатировал Ким, ставя бокал на стол и рассматривая большую гостиную. Он не был здесь лет семь, но в ней ничего не изменилось. Тэхёну нравился национальный колорит, отображённый буквально в каждой вещи — от мебели, украшенной керамикой, до традиционных складных ширм. Было видно, что господин Чон любил свою страну всей душой.       — Как тебе жизнь в Европе? — альфа присел на небольшой диванчик и закинул ногу на ногу. — В своё время мне тоже пришлось там пожить, но я всегда рвался домой. Та жизнь не для меня.       — Я очень люблю Париж, хотя пожил и в Риме, и в Мадриде, и даже в Хельсинки. Но прилетел сюда и понял, как скучал. Пока не планирую никуда уезжать, если только в Японию на выставки.       — Ну да, наша профессия обязывает знать не только всё о винах, но и традиции стран, вкусы людей, — господин Чон несколько минут внимательно наблюдал за омегой. — У тебя всё в порядке? Просто ты уезжал из Кореи такой воодушевлённый, но вернулся другим. Твой взгляд изменился. Он стал мудрее, но печальнее.       Ким нервно облизал губы и присел на табурет рядом с диваном. Тэхёна не удивило, что альфа заметил произошедшие с ним изменения, Чимин тоже сразу их уловил. К сожалению, любовь могла не только давать крылья, но и безжалостно их вырывать, ломая кости и скручивая внутренности.       — Личная драма? — предположил Чон, понимая, что омеге тяжело об этом говорить.       — Я просто сжёг мосты и сбежал. Было невыносимо больно, но я пытаюсь справиться.       — Тебе нужно переключиться на что-то другое или на кого-то, — господин Чон хмыкнул. — Новые отношения тебя вылечат, главное, не ставь на себе крест. Тэхёни, ты прекрасен, любой альфа почтил бы за честь быть рядом с тобой. Более целостной личности я в своей жизни не встречал.       — Оказалось, что я не такой уж и сильный…       — Не сомневайся в себе! Никогда! Слышишь? Просто на твоём пути встретился не тот человек, — поддержал его альфа, — а сейчас тебе нужно пуститься во все тяжкие, — мужчина подмигнул. — Заводи романы, отрывайся, наслаждайся жизнью! Она ведь так коротка!..       Тэхён знал, что вот уже несколько лет альфа боролся с серьёзным заболеванием. Врачи настоятельно советовали ему завязать с профессией, но он считал её делом всей своей жизни.       — Кстати, Чонгук приехал! — тон мужчины всегда менялся на более радостный, когда он говорил о своём сыне. — Ты помнишь его?       — Кажется, это было очень давно, — рассмеялся Ким. — Он тогда был ещё ребёнком.       На самом деле Тэхён почти не помнил его лица. Подросток находился в пубертатном периоде и в одиночку боролся со всем миром, устраивая ежедневные протесты. И господину Чону вынужденно пришлось отправить мальчика в частную школу в Англии.       — Сейчас ему двадцать пять. Он окончил Гарвард, факультет бизнеса, занимается информационными разработками и уже обзавёлся собственным домом. А я так мечтал, что он станет моим преемником. Боюсь, скоро мне придётся свернуть все свои дела, Тэхёни, — мужчина начал нервничать, пристукивая ботинком по полу.       — Вы должны больше заботиться о себе и подумать о своих близких, господин Чон.       — Я это понимаю, но…       В дверь постучались, и в гостиную вошёл высокий крепкий альфа с терпким ароматом, заполнившим всю комнату. Но встретившись с ним взглядом, Тэхён чуть с табурета не свалился, потому что это был тот самый парень с пирсингом в губе, с которым они недавно встретились на мероприятии. Сейчас он был одет в чёрную рубашку с закатанными по локоть рукавами и узкие чёрные брюки. На правой руке красовалась татуировка с витиеватыми узорами.       — Здравствуйте! — альфа поклонился. — Прошу прощения, что потревожил вас. Отец, господин Ким, мама приглашает присоединиться вас к ужину.       По позвоночнику Тэхёна пробежал холодок от пронизывающего взгляда Чона-младшего, а ладони моментально стали влажными. Тот словно раздевал его глазами, но при этом выглядел настолько милым, будто в его голове были только самые благовидные мысли.       — Тэхёни, позволь представить тебе моего сына — Чонгука, — гордо произнёс хозяин дома. — Сынок, это господин Ким Тэхён. Вы с ним когда-то встречались. Ты, наверное, уже и не помнишь, — усмехнулся мужчина, вставая с дивана и потирая свой живот. — Я проголодался, давайте перекусим.       — Почему это я его не помню? — поспешно высказался Чонгук. — Возможно, это он меня не помнит. Мне кажется, такое красивое лицо сложно забыть.       Тэхён закашлялся, вскакивая с табурета и наливая себе из кувшина воды в стакан. Господин Чон рассмеялся.       — Ты прав! Наш Тэхёни и правда очень красив. И совсем не изменился за эти годы.       Тэхён смутился, опустошив почти весь стакан. Одно присутствие Чонгука в этой гостиной лишало его воли, а нужно было продержаться ещё целый ужин.       — Простите, но у меня ещё запланирована встреча, боюсь, я не смогу остаться, — решил вовремя ретироваться омега, сразу ощутив колкий взгляд на себе. — Господин Чон, я был очень рад встрече с вами. Давайте как-нибудь еще пообщаемся. Может быть, в гольф-клубе?       — О, а это мысль, я давно там не бывал. Думаю, твоё мастерство вышло уже на новый уровень. Знаешь, Чонгуки, этот парень не давал мне спуска.       — Похоже, господин Ким всё делает хорошо.       — Не просто хорошо, Чонгуки, а отлично! Он отличник!       — Интересно…       Тэхён принялся кланяться, отступая к двери, потому что выслушивать комплименты в свой адрес было одновременно и приятно, и необычно. Чонгук значительно отличался комплекцией от Дэвида, был гораздо крепче и подтянутее. Ещё и тату дополняло бунтарский образ. Но в остальном он казался абсолютно нормальным, особенно, когда разговаривал с отцом. Только в общении с Тэхёном его лицо разительно менялось, превращая альфу в азартного охотника. Купаж ароматов в его запахе был сравним с дорогим виски или коньяком, в то время, как у Дэвида, преобладали фруктовые ноты.

***

      В следующий раз они встретились на мероприятии, посвящённом открытию филиала винного завода в Йончхоне, где планировалось производить одно из лучших белых вин в мире. Тэхён присутствовал на дегустации в качестве эксперта и дал высокую оценку качеству производимой продукции. Весь вечер Чон-младший сторожил его, как орёл свою добычу, издалека. Но, когда к Киму приближались незнакомые альфы, всегда был поблизости, будто оберегая его. Тэхён не ощущал от него опасности в привычном смысле этого слова. От Чонгука веяло силой, надёжностью и безудержным желанием, которое было сложно игнорировать. Он был молод и горяч, вполне нормально, что ему нравились омеги постарше, но Тэхён так пока и не решил, хочет ли пуститься в разгул, а уж тем более с сыном своего уважаемого сонсеннима. Поэтому, не дожидаясь окончания мероприятия, покинул его через чёрный ход, намереваясь вызвать такси и поехать домой. Но на выходе его ожидал сюрприз — Чон-младший верхом на огромном чёрном байке.       У Тэхёна на нервной почве моментально засосало под ложечкой. Он как вкопанный застыл на парковке, взирая на двухколёсную машину, которая была под стать своему владельцу.       — Я заметил, что вы скрылись, и подумал, что нужно подождать вас здесь, господин Ким, — с довольной улыбкой произнёс Чонгук, протягивая омеге шлем. — Прокачу с ветерком, посмотрим ночной город.       Тэхён посмотрел на свой шоколадного цвета брючный костюм от Gucci и поморщился, он точно не подходил для поездок на мотоцикле.       — Не волнуйтесь, он чистый. Не запачкаетесь. Садитесь, скоро здесь будет куча народа, — поторопил его альфа.       Тэхён вздохнул, беря в руки протянутый шлем и натягивая его на свои аккуратно уложенные волосы. С причёской тоже следовало попрощаться. Омега кое-как взгромоздился на байк, но никак не решался обхватить Чона руками для надёжности. Альфа, видимо, комплексами вообще не страдал, потому что взял Тэхёна за тонкие пальцы и положил их на свою талию.       — Держитесь крепко, Тэхёни-щи! Я люблю погонять! — поставил он Кима перед фактом и завёл двигатель. Байк с быстро набираемой скоростью помчался по ночной эстакаде.       Они ехали по городу, объезжая редкие машины. Тэхён, сперва переживающий, что свалится во время поездки на трассу, вскоре понял, что Чон опытный водитель и ему можно доверить свою жизнь. Омега крепко обнял молодого мужчину за талию и даже положил голову ему на плечо, рассматривая город в светящихся огнях. Ещё никогда Ким не ощущал такую свободу внутри и такого всплеска адреналина. Он будто летел, но при этом оставался на земле, чувствуя только ветер и рокот мотора. И только в пути Тэхён вдруг осознал, что не сказал альфе свой адрес. Оборачиваясь по сторонам, понял, что они едут в противоположную от его дома сторону.       — Куда мы едем? — крикнул он Чону, приподнимая стекло.       — Туда, где вы давно не были, но мечтали попасть! — загадочно ответил ему Чон, набирая скорость и заставляя прижиматься к себе ещё сильнее.       Минут через десять они оказались на выезде из города и Тэхён узнал это место. Он жил здесь с родителями, пока те не развелись и не разъехались по разным городам. На него вдруг нахлынули приятные детские воспоминания. Омега снял шлем, слез с мотоцикла и, пошатываясь, побрёл к дому.       — Как ты узнал об этом месте? — удивлённо спросил он у Чонгука, внезапно переходя на неформальное общение. Их дом теперь был перестроен и огорожен невысоким забором, но память всё ещё хранила в себе тот небольшой коттедж с аркой и засаженный розами сад, за которыми так любил ухаживать папа. Щёки Тэхёна стали влажными, и он не сразу понял, что это слёзы. Та их жизнь осталась в прошлом, но навсегда запечатлелась в сердце маленького мальчика, который тут был счастлив.       — Я не был здесь почти двадцать пять лет, а наша яблоня, которую сажал папа, до сих пор жива. Дом немного перестроен, новые жильцы добавили второй этаж. Здесь по-прежнему так красиво… — Ким смахнул слёзы, ощущая в душе лёгкое трепетание.       — Мне хотелось порадовать тебя, хён, но я не думал, что ты расплачешься. Прости! Видимо, этот дом навевает не самые приятные моменты, — пробубнил Чонгук, сжимая плечи Тэхёна.       — Наоборот! Я счастлив! Спасибо тебе! — омега приложил ладонь к груди. — Сердце бьётся, так странно. Кстати, — Ким обернулся к альфе, — а почему это ты называешь меня хёном? А?       — А как мне тебя называть? Господином Кимом? — Чонгук смотрел на него открыто и ужасно смущал, но омега выдержал это взгляд. — Я столько лет ждал тебя. Думаешь, сейчас мне так легко сдерживаться?       — Это была всего лишь юношеская влюблённость, невозможно до сих пор…       — Да откуда в тебе эта неуверенность?! Почему ты думаешь, что человека обязательно нужно любить за какие-то заслуги, а не просто так? Ты всегда хотел быть лучшим, а в итоге? Тебя всё равно бросили!       — Чонгук! Ты ничего не знаешь!       — Этот ублюдок не стоил твоего внимания с самого начала, а ты потратил на него столько лет и ещё себя обвиняешь в ущербности! — Чонгук сорвался, больше не сдерживаясь в выражениях. — Я учился. Поехал в Лондон, который мне осточертел, потом в Америку, мечтая, хотя бы на секундочку оказаться рядом с тобой. Но куда там! Ты воспринимал меня как мальчишку. И до сих пор воспринимаешь. Конечно, у нас же разница в возрасте! Мы не подходим друг другу! А то, что у меня крышу от тебя сносит к чёртовой матери, никому не интересно!       — Я думал, ты меня забыл…       — Не забыл, — Чонгук принялся расстёгивать рубашку, оголяя накачанную грудь и стальные мышцы живота. Сняв один рукав, альфа продемонстрировал его портрет на своём обнажённом плече.       — Ох… — только и смог проговорить Тэхён.       — Это всё, что ты можешь сказать?       — Извини. Я и не думал, что у тебя это серьёзно. Ты был подростком.       — Я был альфой, в первую очередь! А ты просто испугался и постарался забыть!       — Мне нужно это переварить. Я так не могу… Отвези меня домой, пожалуйста! — Тэхён замешкался, надевая шлем на голову, чтобы альфа не видел его пунцовых щёк.       А вот на Чонгука было больно смотреть. Он казался раздавленным, понимая, что его снова отвергли. Ким выругался, испытывая смятение от того, что слишком привык жить по правилам, не изменяя себе. Но принесло ли это ему счастье? Однозначно, нет. И когда он остался жить с отцом, тем самым разбивая сердце папе, и когда поступил на дизайнерский факультет университета, хотя ненавидел тот всей душой. Тэхён был искренен только со своей работой, призванием, которое открыл в нём господин Чон.       Омега подошёл к Чонгуку, снял шлем и взял парня за руку.       — Иногда мне хочется, чтобы время остановилось, чтобы застыть в том положении, в котором я сейчас. Но это невозможно, мне уже тридцать шесть, и оно неумолимо бежит вперёд. Ты прав, я всю жизнь боялся опрометчивых поступков, подстраиваясь под других людей, но не думая о себе. Хотел выглядеть хорошим в их глазах. И даже пытался выстроить идеальные отношения. Но жизнь не такая идеальная, как мы думаем. Судьба давно прописала наши роли и изменить их мы не в силах. Поэтому почему бы не начать жить одним днём, чтобы просто получать от него максимум счастья с тем, кому ты по-настоящему дорог.       — Правильные слова, но разве ты сам не должен любить? Когда сердце замирает рядом, когда одно прикосновение любимого возносит до небес, когда поцелуй дарит райское наслаждение. Разве тебе этого не хочется? — Чонгук провёл пальцем вдоль скулы омеги, запуская у того многочисленные мурашки.       — Хочется, — честно ответил Ким. Конечно, он хотел взаимных чувств, да таких, чтобы как в омут с головой.       — Позволишь мне сделать тебя счастливым? Если ты хочешь, у нас всё будет постепенно — свидания, цветы, кино…       — Давай переспим! — вырвалось у Тэхёна, но он нисколько не жалел о сказанном.       — Хён… Ты меня удивляешь…       — Мои чертенята просятся наружу, — прикусив нижнюю губу, поведал омега. — К тому же мы взрослые люди, почему бы нам не начать отношения не с банального просмотра фильма, а с качественного секса.       — А в тебе много секретов, господин Ким, — иронично улыбаясь, заметил Чон. — Хочу знать их все!       — Тогда поехали! Пригласишь к себе в гости?

***

      Дом Чонгука располагался в районе Итэвон-Хилл и выглядел впечатляюще. Но даже не огромная площадь поразила Кима, а со вкусом обставленные комнаты и их удобство. Здесь был и бассейн, и тренажёрный зал, и кинотеатр, и музыкальная студия с караоке, и даже сауна. Альфа устроил Тэхёну подробную экскурсию, словно подготавливая его к жизни тут. А когда они пришли в спальню, омега чуть было дар речи не потерял, потому что на одной из стен красовался его собственный портрет, где он сидел, вытянув ноги на диване, и держал в руке бокал с красным вином. Казалось, что художник видел его насквозь, особенно милых чертенят в глазах.       — Неожиданно… — сказал Ким, глядя на себя. — Красиво.       — Конечно, красиво, хён, — Чонгук подошёл сзади, приобнял омегу за талию и принялся шептать на ухо: — Эти плавные изгибы, тонкие пальцы, взгляд, от которого у меня каждый раз происходит остановка сердца. Думаешь, легко любить такого красивого человека?       — Ну не знаю, — засмущался Тэхён, чувствуя горячий язык Чонгука на ушной раковине.       — Ты, как дорогое элитное вино, не просто напиток, а произведение искусства, требующее особого отношения к себе. Ты уникальный. Помимо внешней красоты, ты очень глубок и интересен внутренне. И я собираюсь изучать тебя всю жизнь.       Таких признаний омега точно не ожидал. По всему выходило, что Чонгук давно всё решил и просто ждал удобного момента. Но Тэхён вдруг велел своей совести заткнуться, ему не терпелось погрузиться в мир ласк, объятий и страсти.       — Могу я тебя раздеть? — прохрипел Ким, его голос ожидаемо стал на октаву ниже. Омеге хотелось обозреть это прекрасное тело полностью, поэтому он начал сперва расстёгивать пуговицы на рубашке, а после принялся за ремень на джинсах.       Чон взял его ладонь и приложил к своему телу, пройдясь ею от шеи до пупка. Тэхён видел много накачанных альф, но Чонгук казался ему совершенным. И татуировка была к месту, и даже пирсинг на нижней губе.       — А целоваться они не мешают? — омега указал на колечки, чем рассмешил Чонгука.       — Давай проверим.       Крепкие руки вдруг обхватили его и приподняли над полом, усаживая на край стола и раздвигая бёдра. Втиснувшись между ними, Чон раздвинул зубы языком и проник в рот Тэхёна, подробно исследуя его. Чувствовалось, что альфе сложно держать себя в руках, в живот Кима упиралось уже готовое к бою немаленькое достоинство Чона. Поэтому Тэхён обхватил его бёдра своими ногами и прижался ещё крепче, вызывая у альфы протяжный стон. Чонгук спустился на его шею, помечая её короткими поцелуями и утыкаясь носом в ложбинку на ключице.       — Вряд ли долго продержусь… — протянул он, принявшись сдирать с Тэхёна пиджак, а потом и рубашку.       — И брюки с бельём снимай, — пробубнил омега Чону прямо в грудь, дрожа от нахлынувшего возбуждения. — Я тоже уже хочу…       — Хён, ты идеальный. Такой красивый, боже… — Чонгук, приоткрыв рот, рассматривал обнажённого омегу, сидящего на столе, и открыто любовался. — Да с тебя картины надо писать. Твоё тело…       — Значит, у нас это обоюдно, потому что я тоже в восторге от тебя! — ёрзая на полированной столешнице голой попой и дрожащими пальцами нащупывая молнию на джинсах альфы, прошептал Ким. — Вот так.       Штаны Чона упали на пол, лязгнув по нему пряжкой от ремня и мешая двигаться, но пара так страстно целовалась, что даже не обращала внимания на маленькие неудобства. Руки Тэхёна коснулись внушительной выпуклости под чёрными боксерами и приспустили их, освобождая плоть наружу. Омега принялся ласкать её, то сжимая, то разжимая, то водя по ней умелыми пальчиками. Чон вдруг подхватил Кима на руки, отшвырнул брюки в сторону и дошёл до кровати, рядом с которой на небольшом столике стояла баночка со смазкой. Стянул с кровати покрывало, бросил его на стол и вновь усадил на него Тэхёна.       — Хочу тебя прямо здесь разложить, — судорожно проговорил альфа, — а потом на полу, на кровати, в душе, везде…       Тэхён хихикнул, цепляясь за широкие плечи Чона и уже чувствуя в себе его пальцы.       — Ммм…       — Любовь моя, тебе нравится стонать во время секса? — уточнил альфа, тяжело дыша и приникая губами к шее Кима. — Хочу слышать твои стоны…       Тэхён не смог ответить, потому что пальцы внутри него вошли глубже, вызывая громкий всхлип. Омега сам насаживался на них, желая подавить растущее возбуждение.       — Ну уж нет, в первый раз ты кончишь от моего члена, он слишком долго ждал…       Чон тут же вытащил пальцы и упёрся головкой члена прямо в дырочку. Смазка стекала по бёдрам омеги, пачкая всё вокруг, но Тэхёну было уже плевать. Он намеревался получить максимум удовольствия, и если Чон хотел взять его прямо на этом столе, пусть и берёт. Ким раздвинул шире бёдра, намекая альфе, что давно готов. Головка медленно вошла, вызывая у Тэхёна очередной всхлип, но как только она начала продвигаться дальше, омега громко застонал.       — Вот так, моя умница. Ты идеален, хён… Я люблю тебя…       Член начал вбиваться быстрее, стол под Тэхёном ходил ходуном, поэтому Чон внезапно приподнял омегу под попку, держа на весу, и насадился целиком.       — Ммм… Какой ты большой… И весь во мне… — шептал омега между всхлипами. — Да! Мне это нравится!       — Нравится, когда я беру тебя вот так, на весу? — хрипя, спросил Чон, увеличивая темп.       — Тогда я чувствую его полностью… Ты будто наполняешь меня собой. Я сейчас кончу… Ещё немножко… Чёрт!..       Ким начал дрожать от оргазма, плохо себя контролируя, а Чон продолжал вбиваться в него, увеличивая скорость. Через пару минут он тоже кончил, крепко прижимая омегу к себе, чтобы тот не упал.       — Может, на кровать пойдём? Я не такой уж и лёгкий… — предложил Тэхён, отдышавшись и обнимая альфу руками и ногами для надёжности.       — Ты как пёрышко, — ответил Чон, лизнув шею омеги. — Хочу наслаждаться тобой ещё, моё искушение, моя страсть, моя любовь!       — Так и знал, что ты неутомимый. Всегда был таким, — хихикнул Тэхён, увлекая альфу в новый поцелуй.

Два месяца спустя.

      Тэхён покрутился перед зеркалом и остался вполне доволен своим внешним видом. В костюме цвета бордо и чёрных мокасинах он смотрелся великолепно, что наверняка заметили и все гости, которые были приглашены на юбилей господина Чона. Правда больше всех им гордился Чонгук, который, словно курочка-наседка, не отходил от него ни на шаг.       Альфа оказался ещё тем ревнивцем, но Тэхёну нравилось, когда он опекал и отгонял от него посторонних. А ещё в Чонгука было просто невозможно не влюбиться. Его искренность, сияющий взгляд и детская непосредственность покорили омегу с первых дней. Им было интересно вдвоём и в театре, и в парке развлечений. Тэхён даже не ожидал, что разница в возрасте окажется настолько формальной. Временами ему казалось, что они обычные ровесники. Господин Чон и его супруга, как ни странно, быстро приняли Кима, хотя были немногим старше его самого. Отношения между ними давно были налажены, так что Тэхёну даже не пришлось переживать по этому поводу.       В кармане брюк завибрировал телефон. Заметив на экране фото Чонгука, Ким машинально улыбнулся. Видимо, альфа беспокоился, куда пропал его любимый.       — Да?       — Стоило мне отвернуться, как тебя и след простыл, — пожаловался Чон, — так и норовишь от меня сбежать.       — Я в туалете, пошёл носик попудрить, — отчитался омега, прикрывая воротничком рубашки немаленький засос на шее, который ночью оставил Чонгук. Ему нравилось таким образом помечать Тэхёна, хотя настоящую метку он поставил еще на первой неделе их отношений.       — Все идут на крышу, там будет сюрприз для отца. Давай быстрее!       — Уже бегу.       Чонгук заметил его выходящим из лифта и схватил за руку, Тэхён на это лишь закатил глаза. На крыше здания собрались уже все приглашённые и сам юбиляр, раскрасневшийся от поздравлений и нескольких бокалов любимого персикового вина. Госпожа Чон держала мужа под руку, что-то шепча ему на ухо, а потом улыбнулась подошедшим Тэхёну с Чоном.       На небе неожиданно зажглись несколько сотен огоньков, образующих надпись «С юбилеем, лучший муж и отец!». Гости захлопали от неожиданности. Десятиминутное шоу с дронами оказалось действительно впечатляющим и привело юбиляра в восторг.       Но, когда на небе появилась надпись «Выходи за меня!», Тэхён потерял дар речи. Омега бросил взгляд на сияющего, как новенькая монета, Чонгука и засмущался. Этот человек всё продумал, потому что не сказать «Да» при стольких свидетелях было просто невозможно. Но был ли готов Ким провести остаток жизни с этим человеком? Да, потому что больше не хотел планировать и переживать, что скажут о них окружающие. Он просто хотел любить и быть любимым.       — Я согласен! — тихо ответил Тэхён, видя в глазах любимого своё отражение и всю его любовь.