Музыка для танца

– Где музыка? – громкий выкрик эхом разлетелся по актовому залу. – Я вам пересылал, другой нет, – отвечает методист, которому Бомгю вчера отправил запись музыки с их танца. – Тогда с этой будем... Мальчиков позовите, прогоним их танец. В это время участники танцевальной группы разговаривают в коридоре школы. Завтра должно состояться какое-то важное мероприятие. Бомгю, честно, не особо вдавался в подробности. Всё, что он знал: их коллектив танцует здесь, открывая и закрывая это мероприятие, а Ёнджун — один из участников их коллектива и по совместительству самый близкий человек для Бома — защищает школьный музейный уголок и говорит какую-то речь. Известие о том, что Джун, из-за речи, не будет танцевать с коллективом, всех знатно огорчило. Пришлось за неделю переставлять два танца и делать так, чтобы хотя бы смутно было похоже, что танцуют четыре человека, а не пять. Ён и сам был расстроен: его любимую сольную часть в первом танце пришлось отдать Тэхёну. Конечно, Кан хорошо с ней справляется, но всё же танцевать самому хотелось больше. Чхве всегда наслаждался любыми танцевальными выступлениями. Искренне радовался возможности заниматься любимым делом и нести его в массы. Оживал, танцуя, и вкладывал в каждое движение все свои эмоции. Ёнджун слишком любил свой танцевальный коллектив и те возможности, которые он давал. Благодаря своей любви к танцам, умению хорошо объяснять, ответственному подходу к каждому движению, умению видеть все ошибки сокомандников и помогать им исправлять их, а также благодаря тому, что Ён многое делает для команды, доводя номера до идеала, сокомандники быстро назначили Джуна старостой группы. Тогда, два года назад, Чхве это очень удивило, но и обрадовало, что его старания не остаются напрасными. – Субини-хён, Бомгю-хён, нам пора на репетицию, – к стоявшим у окна и болтавшим обо всем подряд Бомгю, Ёнджуну и Субину подходит Кай, забирая парней с собой и грустно улыбаясь Джуну. Облокачиваясь на всё то же окно, Ён смотрит на репетицию своего коллектива через открытую дверь актового зала. Танец доходит до середины, когда Чхве понимает, что сокомандники хмурятся. Кан и вовсе что-то шепчет Хюнину. Что могло пойти не так? Ёнджун вслушивается в музыку и всматривается в происходящее ещё больше и понимает: песня немного отличается от той, под которую они всегда репетировали. Бомгю ведь должен был скинуть музыку, верно? Ещё через минуту коллектив выходит из актового зала, что-то оживленно обсуждая. Взгляд Джуна цепляется за Бома. Парень выглядит подавленным: поджимает губы и что-то пытается объяснить идущему рядом Су. Когда оба Чхве доходят до Ёна, взгляды Джуна и Гю встречаются, и старший понимает: что-то не так. – Что-то случилось? – озвучивает свой вопрос Ёнджун. – Музыка отличается, – отвечает Су. – Так блин... – Гю снова поджимает губы, – методист попросил у меня песню. Я ведь подходил к хореографу несколько раз, ты знаешь. То он занят, то ему некогда. Мы с тобой ведь даже через почту пытались скинуть, но хореограф сказал, что это долго. – Погоди, он ведь на флешке должен был взять. Мы вчера ведь спрашивали, – хмурится Ён. – Да! – восклицает младший, и старший видит, как на его глазах наворачиваются слёзы, а в горле появляется ком, – Но он взял только песню для финала, а про открытие забыл. И теперь я чувствую себя виноватым. – Бомгю-я, твоей вины здесь нет. Ты не виноват, что хореограф забыл взять флешку с записью первой песни, – пытается приободрить парня Субин, кладя руку ему на плечо. – Это всё старческий маразм, – шутит проходящий мимо Кай, за что получает от Джуна, который понимает, что сейчас не время для шуток. Бом вновь поджимает губы и устремляет взгляд к потолку, пытаясь не расплакаться от давящего чувства вины. – Я правда пытался. Эта музыка вроде не сильно отличается. Но я чувствую себя таким виноватым, – Бомгю обращается к Субину, после чего слышится всхлип. – Иди сюда, – старший открывает руки, приглашая в объятия, и младший, сначала сомневаясь, всё же подходит к Ёнджуну, утыкаясь лбом ему в плечо. Су, смотря на друзей, решает оставить их на время одних, отходя к остальной части команды. Старший укладывает одну руку на макушку младшего, а другую располагает на чужой спине, слегка поглаживая, – ты не виноват, Гю-я. Всё хорошо, ты молодец. Бомгю чувствует легкий поцелуй на своей макушке, а после несмело обвивает талию старшего руками. – Посмотри на меня, – шепчет Джун, и когда Бом поднимает голову, пальчиками стирает с лица младшего слёзы, — ничего страшного не случилось, тебе не стоит переживать, – Гю шмыгает носом, и Ён прислоняется своим лбом к чужому, улыбаясь, – принцессы не должны плакать. Младший смеется сквозь слёзы, несильно пихая старшего в плечо и шепча тихое: "Дурак". Бомгю утыкается лбом в чужую шею, чувствуя себя защищённым в чужих объятиях. Может, Ёнджун и не сказал многого, но рядом с ним стало легче. Они молча стоят так ещё пару минут, за которые Гю успевает полностью успокоиться. – Джун-а, - зовет тихо. – М? – Спасибо – Не за что, Бомс, – старший вновь чмокает в макушку, – пойдем к ребятам, хорошо? – Бом кивает, слегка щекоча шею Ёна, – и без грусти, да? – Без грусти, – Бомгю искренне улыбается, отрываясь от чужой шеи. Он берет Ёнджуна за руку и ведет к сокомандникам, чувствуя легкость на душе.