Кайф…

*** Чем-то недовольный женский возглас с характерным тембром он услышал раньше, чем его обладательница с грохотом ввалилась в небольшое помещение, сбив по пути напольную лампу. Сидя на подоконнике, не спешил выдавать своего присутствия. Нравилось наблюдать за ней. В последнее время все чаще ловил себя на мысли, что хочет все время находиться в обществе этой женщины. Слышать запах ее парфюма. Чувствовать рядом. Прикасаться… Она тем временем, бросив на близлежащий диванчик маленькую сумку, поднесла к губам полупустую бутылку какого-то алкоголя (в полумраке студии не мог разглядеть этикетку). Не удержав равновесия, резко облокотилась на дверной косяк, чуть расплескав содержимое бутылки на свое черное платье. Зачем-то потерла мокрое пятно, еще больше пачкая безнадежно испорченную ткань. Тихо выругавшись, махнула рукой, а затем с характерным звуком опустила бутылку на стеклянный журнальный столик. В следующую секунду, ища что-то в полумраке, повернулась к окну. — Блядь! — громко выругалась, увидев мужскую фигуру, сидящую на подоконнике. — И тебе здравствуй, — ловко спрыгивая. — Ты меня напугал, — с извиняющийся улыбкой. — Чего один в темноте сидишь? — Работал над аранжировкой, — медленно приближаясь. — Уже собирался уходить, но… задумался. А ты? — А я… — устало вздохнула. — Достало все. Захотелось сбежать. Понимающе кивнул. Оказавшись непозволительно близко, осторожно заправил за ухо прядь рыжих волос. — Мне тебя оставить? Отрицательно покачала головой. — Поцелуй меня, — едва слышно. — Уверена?! — ладони опустились на талию, не переходя границу допустимого. Внешне казался совершенно спокойным, но взгляд выдавал с головой. Смотрел на нее безумными глазами, словно под кайфом. — Поцелуй меня, — повторила чуть более настойчиво, выделяя каждое слово. И словно для подкрепления слов, пальцы правой руки скользнули под косуху (ее подарок), ища пуговицы белой рубахи. Подчиняясь обоюдному желанию, ворвался в ее рот страстным поцелуем. Настолько страстным, что оба в секунду забыли, как дышать. Ни на минуты не выпуская из плена ее губ, шагнул назад, увлекая певицу за собой. Уперевшись спиной в подоконник, резко развернулся. Подхватив женщину под бедра, усадил на деревянную поверхность. Широко разведя ноги, позволила устроиться ему между ними. Давая ей и себе возможность глотнуть воздуха, прошелся поцелуями по скуле, спускаясь к нежной коже шеи. С удовольствием вдохнул смесь аромата ее парфюма, перемешанного с запахом кожи. Его всегда гораздо больше внешности волновал особый запах женщины. Чтобы оказаться в его постели, женщина должна пахнуть «его» женщиной. И это на 100% процентов был тот случай. Алла пахла кайфом, от которого сносило крышу покруче любого наркотика… Расправившись с пуговицами, скользнула под полы рубахи, очерчивая пальчиками его подтянутый торс. До одури нравилось касаться его. Он же продолжал дразнить ее поцелуями сквозь ткань платья. Им обоим до безумия хотелось ощутить прикосновение тел, а не грубой ткани. Но оба понимали, что сейчас не то место и не то время… Не в силах больше терпеть, дотянулась до бляшки ремня. Дрожащим от возбуждения пальцам не сразу удалось справиться с пуговицей и молнией. Чувствовала, как напряглись мышцы живота, стоило ее ладони проворно скользнуть под плотную ткань. — Полегче, милая, — почти прорычал, убирая ее ладонь. Ее возмущение потонуло в очередном поцелуе. Одновременно с этим проник ладонями под подол платья. Вскользь пробежавшись по кружевному краю черных чулок, потянул трусики вниз. Желая ощутить максимальную степень близости, приподнялась, чтобы ему было удобнее избавлять ее от белья. Улыбнулся в губы, чувствуя, как обхватила его бедра ногами, желая стать одним целым. Порой в такие моменты предпочитал подразнить партнершу, пока она не начинала буквально умолять. Но сегодня был другой случай. Он и сам безумно хотел. И уже в следующую секунду толкнулся в ее горячее влажное лоно. Громко вздохнув, она разорвала поцелуй. В ее жизни было достаточно мужчин, но, казалось, только он столь идеально подходил ей по размеру и темпераменту. Пламя страсти разгоралось с невероятной скоростью. Очень быстро движения стали беспорядочными и резкими. Блаженно закрыв глаза, с силой сжимала его плечи под рубашкой, оставляя на коже следы. С приоткрытых губ слетали тихие стоны вперемешку с его именем. С каждым движением напряжение между ними усиливалось. Алла выгнула спинку, прижимаясь к нему максимально тесно. Еще секунда и по ее телу пронеслась дрожь. А мир вокруг перестал существовать. Пара глубоких резких толчков и он присоединился к их общему блаженству. — Так хорошо с тобой, — севшим голосом. Мир все еще плыл, когда слегка пошевелилась в его объятиях, лениво проводя пальчиком по царапине на лопатке. — Это только начало, — с хитрой улыбкой. — Да? — Да, — прошептал в губы. — Ты теперь моя!