Хочешь ли ты побыть рядом со мной?

Александр не отдаёт себе отчёт в своих же действиях. Он понимал, что он уже не выкарабкается, но слепо верил в другое, нагло оставляя факт незамеченным. Он не хотел умирать, но так жить он тоже не желал. Это замкнутый круг, в который вогнал он сам себя. Себя никогда не жалел. Понимал, что виноват, по сути то, только он. Сам заслужил этого и знал, что достоин самого ужасного наказания. Начал он это дело очень давно, аж в подростковом возрасте. Всё по стандарту: связался с плохой компанией, а они привили ему плохие привычки.Тогда ему протянули пакетик с белым порошком и загадочно улыбнулись. Первый раз он согласился, когда его тогдашняя любовь бросила его, а он ещё не умел контролировать свои чувства. Вот тогда-то и понеслось. Когда он понял, что наркотики- отличный способ уйти от реального мира и побывать в собственном, он стал этим заниматься всё чаще и чаще. Обычно он это делал в одиночестве, когда можно было безопасно выплеснуть всё, что таилось у тебя на душе. Со временем с порошка он перешёл на уколы. Те самые друзья начинали иногда поглядывать на него косо. Сначала на его болезненное лицо, а после на колотую руку. Это выглядело жутко. Через какое-то время он и вовсе остался одинок. Знакомые начинали шарахаться только от его вида. Со временем он смирился. Если быть точнее, то эмоции просто перестали появляться в его жизни. И так, день за днём. Накрывало его с каждым разом всё меньше и меньше, из-за чего доза становилась всё больше и больше. Ему уже было слегка за тридцать, и он каждый день удивлялся, каким образом он всё ещё оставался живой. Как раз, в тот самый страшный период, появился он. Долгожданный луч света во тьме. Боженька, который протянул руки помощи. Если по простому- Коля. Романов пытался быть всегда правильным. Он пытался помочь даже там, где он ничего не мог сделать. Чувство вины перманентно въелось под кожу. Он не мог ничего с этим поделать. Оно разъедало изнутри, стараясь погубить невинную душу. В какой-то период ему было ну уж слишком плохо. Да ещё тогда и брат умер. Последний его родственник. Коля не плакал. Он просто стоял и всматривался напоследок в мертвенно-спокойное лицо, кое вскоре закрыли крышкой гроба. По дороге домой он столкнулся с мужчиной, чьё выражение лица больно было похоже на его собственное сейчас. Романов присмотрелся: несколько шрамикров на лице, немного поседевшие, растрёпанные волосы, карие, почти чёрные глаза, чей белок отдавался болезненно красным цветом. Они ничего не говорили какие-то время. Коля уже хотел был высказать свои извинения, но его перебил тихий, поставленный голос: — Не хотели бы вы прогуляться со мной? — Настолько странное знакомство, не менее странных людей привило их к странной, но искренней любви. *** Прошёл год после начала их отношений и два после их знакомства. Ну конечно, как бы Александр не скрывал свою зависимость, Коля естественно всё узнал. Тогда был дождливый, глубокий вечер. Почти ночь. Бенкендорф возвратился домой после работы. Обычно он работал из дома, но вдруг его почему вызвали лично. В квартире была тишина. Саша позвал не сильно громко, но никто не ответил. Он прошёл вглубь квартиры и зашёл в их спальню. Николай сидел на краю кровати и смотрел в стену. — Коль? — Бенкендорф подошёл ближе и нахмурился. Никакого ответа не последовало. Он сел рядом, приблизился и прислонился сухими губами к нежной щеке. Романов сжал руки в кулаки, но также не подал реакции. Александр нахмурился, взял того заплечи и повернул лицом к себе. — Что произошло? — Николай всё-таки взглянул в чужие глаза. Его взгляд нельзя было прочитать. — И давно? — Теперь в его взгляде можно было увидеть призрение и ошмётки боли, в перемешку с недоверием. Саша вопросительно выгнул бровь, а после заметил, кое-что в руках любимого. Несколько использованных шприцов которые он хранил в своём ящике, спрятанные под грудой аккуратно сложенных рубашек. Обычно он всегда говорил Коле, что свои вещи он будет складывать сам. Глаза расширились, а руки быстро выхватили эту мерзость из чужих изящных рук. — Какого чёрта ты копался в моих вещах?! — зрачки нервно бегали по слишком спокойному лицу. Эмоций на нём не было, из-за чего Саша быстро стушевался. — Прости, прости... Я не должен был повышать на тебя голос, — мужчина взглотнул вязкую слюну и стал придумывать свои следующие действия. — Так... Давай не будем ругаться из-за этого. Я тебе всё расскажу и мы придём к общему решению. Согласен?— Николай на такой предложение лишь пожал плечами. — Я не могу продолжать тебе доверять, после того факта, что ты скрывал от меня, что ты чёртов наркоман, — Коля встал с кровати и развернулся к выходу из комнаты, — хотя врятли ты, что-нибудь сделаешь с этим. Николай стоял на месте. Он собирался уйти, но не мог. Сашу, в данный момент, он ненавидел и жалел одновременно. Борясь со своими мыслями, он не заметил, что мужчина сзади подошёл ближе и положил руки ему на плечи. — Коль, — чужой голос немного подрагивал, отдавая хрипотцой. — Пожалуйста, — Романов ненавидел себя. Ненавидел за то, что до их пор стоит здесь и почему-то не уходит. Хотелось сейчас дать себе сильную пощёчину и Саше заодно. Почему-то он стоял на месте и даже повернулся лицом к мужчине. Они простояли какое-то время в тишине. — Мне не нужно твоих идиотских оправданий. Думаешь, я настолько тупой? Я живу с тобой и знаю тебя как облупленного. Хотя нет, теперь мне кажется, что я тебя совсем не знаю. Об этом нужно было говорить сразу! Какого чёрта ты вообще от меня это скрывал?! По моему мы договаривались доверять друг-другу, — Коля скинул со своих плеч чужие руки. И отошёл на пару шагов назад. Ситуация выходила из под контроля. Надо, что-то делать. Александр тяжело вздохнул и прикрыл глаза, придумывая план следующих действий. Как на зло идеи не хотели приходить в его голову. Сначала он хотел снова подойти к нему, но в последний момент отдёрнул себя. -Я просто не хотел, чтобы ты смотрел на меня с призрением. Я всегда хотел выглядеть в твоих глазах лучшим образом, — глаза виновато опустились в пол, руки сложились на груди, а сам он облокотился об дверной косяк. Он надеялся, что в чужих его любимых глазах промелькнёт тень понимая, но нет. — То есть, я тебе доверил все свои душевные терзания, рассказал о всех своих вредных привычках, а ты просто "хотел выглядеть в моих глазах лучшим образом"?! Да ты... Бенкендорф не успел ничего сказать.

.

..

...

Пощёчина.

Горящая щека.

Глаза, напитанные призрением.

Александр был не в силах ничего сказать. Надежда удержать рассыпалась потихоньку на мелкие осколки. Потом как в тумане:

Коля разворачивается, идёт к двери. Саша с ужасом наблюдает за этим. Коля захлопывает дверь.

Вот и всё.

Пугающая тишина повисла в квартире. Александр стоял посередине прихожей и смотрел в закрытую дверь. Хотя он смотрел скорее сквозь неё. В голове неразборчивый шум. Как к такому вообще могло прийти? Почему всё так резко оборвалось? Александр любил Николая больше жизни. Они идеально дополняли друг друга. Как солнце и луна. Они везде ходили вместе, как чёртовы попугаи неразлучники. Как он смог такое допустить? Как он смог потерять того, который повлиял кардинально на его жизнь? Молча, он прошёл обратно в комнату. Изначально он хотел сесть и повтыкать в стену, но на глаза попался чистый шприц, который Коля небрежно кинул на кровать. Уже пол года он держался. Видимо время пришло.

***

Прошло уже достаточное количество дней. Уже примерно две недели они не виделись и не переписывались. Коля вернулся в свою квартиру, в которой не был уже долгое время. Одиноко. Пусто. Невозможно. Тревога пожирала его, а сил не было ни на что. Он не мог спать, а если и засыпал, то во сне его ждал Саша. Он был везде. Николаю казалось, что он сходил с ума.

Нет, так продолжаться не может.

Нужно всё-таки поговорить с ним и разрешить всё по мирному. Романов взял в руки телефон и набрал контакт, который всё это время больно мозолил глаза. Гудок. Гудок. Наверное минуту Коля ждал. Трубку взяли. На конце была тишина. — Саш? — неуверенно подал голос Коля. — Саш, ты меня.. — Его резко перебили. Послышался родной хриплый голос. Что-то с ним было не так.. — Коленька, любовь моя, ты не представляешь как без тебя мне плохо. Извини... — Голос дрожал и одновременно был каким-то... Не таким. — Саш? Саш, я сейчас приеду. — Нет, Коля.. Стой. Не на... — Романов отключил звонок, подошёл к комоду и вытащил запасные ключи от квартиры Александра, которые тот любезно когда-то подарил ему. Закинув их и свои в карман домашних штанов, тот не переодеваясь направился к своей машине.

***

Звук ключей и открывающейся двери. Николай входит в квартиру, которая недавно была для него отдельным мирком. Не осматриваясь, он проходит в прихожую, закрыв дверь. — Саш? — Было тихо. Только посторонние звуки на кухне давали знать, что в квартире не он один. Романов медленно прошёл дальше и увидел, стоящего у окна Сашу, который не повернулся на звук. — Саш... — Николай хотел уж было подойти и положить руки на чужие плечи, но мужчина у окна развернулся и расплылся в улыбке. — Коленька, — Бенкендорф прошёл вперёд и упал в объятия Романова, сгорбившись и положив голову ему на плечо. Сам он стиснул парня в объятиях. Резкая перемена в голосе. Теперь он звучал без улыбки и как будто с сожалением. — Зачем же ты приехал... Не нужно было. Ты не должен был меня видеть таким, — Слова были невнятными. Коля нахмурился, взял в свои руки чужое лицо и взглянул в него. Зрачки были расширены, почти заполняя радужку, а белки, как в их первую встречу, были красными. — Саша, неужели ты принимал?! — Призрения теперь не было, только страх за любимого человека. Грустная улыбка легла на чужое лицо. — Прости меня.. Пожалуйста прости. Благодаря этому ты всегда был рядом со мной.. Это дрянь помогала мне, — Горький смех вырвался из чужих уст, а после лицо снова стало мрачным. — Я клянусь, что брошу... Только не покидай меня, — Романов ничего не сказал. Он придвинул чужое лицо ближе и припал к родным губам. Поцелуй получился быстрым, но жадным. После Коля перешёл поцелуями на лицо. Саша поглаживал чужие бока. — Мы справимся с этим... Вместе. Я тебе обещаю, — Николай нежно улыбнулся и напоследок чмокнул в нос. — Мне нужно вернуться домой... Я приду к тебе завтра, хорошо? — Саша с печалью посмотрел на него, не желая прощаться на эту ночь. — Теперь я тебя никогда не покину, клянусь, — Коля на последок провёл рукой по скуле и пошёл к выходу.

...

Он даже не подозревает, что на следующий день найдёт быздыханное тело со шприцом в руке.