Начало (нашей) Золотой недели

– Ну наконец-то явился, ты где там пропадал? Вот так радушно встретили Гена, стоило ему только появиться в зале. Кохаку вальяжно расселась за одним из столиков, едва не ложась на него, закинув на столешницу руки и умостив на них свою светлую голову. Видимо, пользовалась случаем, когда спокойно может развалиться вот так прямо в зале без шиканий со стороны других работников – особенно сестрёнки Рури – что ей стоит вести себя приличнее, особенно при посетителях. Девушка лениво наблюдала за своим коллегой. Только чуть нахмуренные брови да недовольно надутые губы выдавали степень её возмущения. И чего она так разволновалась? – И тебе привет, Кохаку-чан, – вздохнул Ген. От вопроса Кохаку он отмахнулся простым «проверял запасы на складе». И пусть его слова звучали вполне правдоподобно – даже когда посетителей не было, работники всё равно время от времени ходили на склад – она всё равно смотрела на него с некоторым подозрением. И подозрение усилилось, когда она вгляделась в Гена повнимательнее. Он казался каким-то… взъерошенным? Как минимум взволнованным. Самую малость, но это не смогло скрыться от её чуткого взора. «Что-то тут не сходится», – решила про себя девушка. Она просканировала зал ещё раз. И тут боковое зрение зацепилось за незамеченную ранее деталь – перекинутую через спинку стула у барной стойки влажную на вид рубашку, а рядом с ней ещё и небольшое полотенце, явно использованное. – Под ливень попал? – сочувственно вздохнула Кохаку. Сбитый с толку резкой сменой темы разговора, Ген непонятливо уставился на Кохаку. Та мотнула головой в сторону стула, на котором сушились вещи. – А, нет, это вещи Сенку-чана, – с непосредственной улыбкой на лице сказал Ген. И замолчал. На пару секунд воцарилась тишина. – Чего? – Сенку-чан, наш постоянник, который… – Можешь мне не объяснять, – перебила его Кохаку. – Я отлично знаю, кто это. А вот то, что ты с ним знаком, я не знала. Когда успел? Только Ген начал набирать воздуха в лёгкие, как Кохаку резво замахала рукой. – Хотя, не важно. Что ж, Ген привык к её манере общения. – Главное – что тут забыли его вещи? И где он сам? – Девушка подозрительно сощурила глаза и протянула предупреждающе его имя. – Геен..? – Умерь пыл, дорогая моя, Сенку-чан как раз был тем, кто попал под ливень, и сейчас он сушится в туалете, – спокойно разъяснял по очереди Асагири. – А пришёл он сюда по просьбе дедули Касеки. Видишь, ничего криминального, – поднял Ген руки как бы убеждая, что за ним и правда ничего нет. Кохаку ещё несколько секунд пристально смотрела на маленькую улыбку Асагири и в конце концов сдалась. – Ладно, допустим я тебе верю. В её голосе Ген чётко распознал нотку разочарования, ведь та не услышала для себя чего-то особенно интересного. Асагири засчитал себе маленькую победу. Кохаку тем временем снова устало уронила голову на руки. – Ген, сделай мне кофе, – вспомнив о вежливости она добавила. – Пожалуйста. – Кохаку-чан, солнце моё, тебе напомнить, что ты тоже бариста? Ты прекрасно сможешь сварить себе кофе сама. – Но у тебя вкуснее получается, – заканючила девушка, для пущей убедительности надув губки и сведя жалобно бровки. Она прекрасно знала, что милой мордашкой Гена не купить, но всё равно уповала на его доброту. И Ген прекрасно видел эту маленькую манипуляцию, но он, в общем-то был не против порадовать подругу, пускай они и не были особо близки. Кохаку всё-таки классная девушка. – Ладно, – сдался Ген. – Только посуду за собой сама помоешь. – Естественно, – тут же воспряла духом Кохаку. Даже голову подняла. – Тебе как обычно? – бросил Ген, уходя в сторону склада за некоторыми ингредиентами. – Ага, – проголосила девушка ему вдогонку. Довольно улыбаясь и мурча себе под нос незамысловатую попсовую мелодию, она лениво осматривала зал. Взгляд снова зацепился за оставленные сырые вещи. Хмыкнув про себя, она снова прокрутила только произошедшую ситуацию в голове. И замолчала. Разве Ген со стороны склада вышел? – Асагири! – проговорила в тишину Кохаку. И пусть она знала, что адресат её не услышит, звучала она всё равно несколько угрожающе. Рядом послышались шаги. Девушка ехидно улыбнулась, предвкушая второй раунд расспросов и повернула голову к источнику звука, но им оказался не её коллега, а тот, о ком они только-то говорили. – А вот и Сенку. Привет, – махнула рукой Кохаку. – Привет, – поздоровался он в ответ. Вот и обменялись любезностями. Переговариваясь с Кохаку о всяких мелочах, Сенку взялся за успевший остыть чай. Не без помощи девушки он сумел найти специальную подставку и свечку, чтобы хотя бы немного подогреть желанный, продолжавший распространять дивный аромат напиток. Рассказывая о своих злоключениях, Ишигами словно и не замечал обращенного на него изучающего взгляда Кохаку, а его едва ли можно было назвать незаметным, даже с огромной натяжкой – девушка никогда особо не пыталась скрывать свои намерения. Даже на шутливое замечание о том, что он прекрасно выглядит – с намёком на не принадлежавшую ему футболку, естественно – Сенку отреагировал только ленивым смешком. Его весь такой расслабленный вид в конце концов вынудил Кохаку отступиться. А она ведь была почти уверена, что наклёвывается что-то интересное! Вскоре к ним присоединился Ген, вставая за барную стойку, чтобы приготовить кофе своей подруге. Параллельно с этим он поведывал Сенку всевозможные тайны и о чае, и о кофе, время от времени уступая роль рассказчика Кохаку, вспоминавшей разные занимательные и просто дурацкие истории с их работы. В кофейне воцарилась удивительно приятная, дружеская атмосфера. Сенку и сам не заметил, как едва не начал растворяться в ней, с течением времени принимая позу всё более близкую к той, в которой продолжала валяться Кохаку. Даже то, что их с Геном прервали на столь интересном месте, уже не так огорчало, пускай осадочек всё равно оставался. Зато как сладко было переглядываться украдкой с Геном, любоваться его чарующими глазами, и стараться делать это так, чтобы сидящая рядом девушка их не заметила. Это стало напоминать маленькую, весьма увлекательную игру. Сенку готов был играть в неё часы напролёт. Но увы, этому сбыться было не суждено – вскоре прибыл Кинро, едва не подмышкой волочащий своего брата, притом появление последнего стало для всех сюрпризом. – Добрый день, – поздоровался со всеми Кинро, присоединяясь к общей компании. Где-то чуть в сторонке заскрипел стул, промятый весом бурчащего неразборчивые жалобы себе под нос Гинро. С пришествием двух братьев воцарившаяся было атмосфера, близкая к интимной, сошла на нет. Впрочем, расстройство по этому поводу было недолгим. Возникли вопросы более насущные. – Кто-нибудь знает, по какому поводу мы здесь собрались? – задала Кохаку давно волнующий её вопрос. – Полагаю, это нам стоит спросить у Сенку-чана, – Ген направил в сторону Ишигами лисий взгляд. Совсем не заигрывающий, вот ни разу. – Я только за электрику отвечаю, – после секундной паузы ответил Сенку. – Кажется, ты упоминал что-то про декорации зала, – задумчиво протянул Ген, осматривая зал. – Или я ошибаюсь? Сенку хмыкнул. – Упоминал, – он развернулся лицом к помещению по примеру Асагири, вспоминая тот раз, когда работал с Касеки. Взгляд цеплялся за детали интерьера, которые так или иначе оставили тонкую душу художника-ремесленника, жившего внутри дедули Касеки, недовольной. – Те лампы под потолком… Через пять минут Кохаку начала жалеть, что задала этот вопрос. Не потому, что разъяснения Сенку о том, где что не так и что Касеки хотел бы исправить, были слишком душными или что-то в этом роде, просто из речи его она понимала едва ли треть. Все эти технические термины – не её это стезя. И если Гинро даже не пытался слушать, Кинро кивал головой, даже иногда что-то спрашивал и вступал в полемику с Сенку, хотя и было очевидно, что некоторые вещи ему тоже даются трудно, особенно когда Ишигами уходил в совсем уж далёкие терминологические дебри, а Ген же… Ген просто улыбался, как будто соображает, что происходит – едва ли он понимал сколько-то больше, чем Кохаку – однако на самом деле он просто любовался умными глазами Сенку, горящим в них огнём. А как он с экспертным видом ходил по залу, указывая на те или иные вещи, растолковывая что-то Кинро? Это было очень горячо. Идиллию прервал явившийся как нельзя вовремя Касеки. – О, вы уже начали обсуждать работу? – заявил он прямо с порога. Ну вот, даже зажигать его не пришлось – вон как пышет энтузиазмом. И это он только пришёл. Где-то на фоне испуганно икнул Гинро. Ему вторил полный смиренной тоски вздох Гена. И только Кохаку вся подобралась и приосанилась. Скоро начнётся работа. Или как это называл любя Ген – тяжкий изнурительный труд. Даже когда это не совсем соответствовало истине. Касеки живенько присоединился к обсуждавшим дело парням, пока Ген принялся медитативно убирать со столика всё, что они с Кохаку и Сенку успели туда наставить, а заодно и промывать посуду. Всё равно едва он в ближайшее время сможет протянуть к этому руки. Где-то на фоне Кохаку, дружески обхватив Гинро за плечи, а точнее не позволяя ему смыться под шумок, пошла в сторону раздевалки, чтобы переодеться в то, чего не жалко будет испозгать. Смачный шлепок от подзатыльника, последовавший за неразборчивыми масляными речами Гинро, все решили проигнорировать. Ещё минут через пять вся честная компания была в сборе, готовая к подвигам. Под чутким руководством дедули Касеки да под сопровождение весёлых разговорчиков дело спорилось. Следуя указаниям, они снимали часть декораций, двигали мебель, меняли местами, что-то где-то отковыривали – большинство быстро потеряло понимание того, что и зачем они делают, просто выполняли инструкции, не особо задумываясь, что, как и почему. Исключение составлял разве что Сенку, не только разговаривающий с Касеки на равных, но и дающий ему указания. И пока эти двое склонились над одним из чертежей, принесенных Касеки, активно дискутируя, остальные воспользовались получившейся паузой, прекрасно осознавая, что она будет недолгой. Кохаку, как всегда бодрая, пусть и таскала всякого больше других, о чём-то препиралась с Кинро, а Ген с долей предвкушения смотрел на весь бедлам, что они тут устроили – очень уж ему было интересно, что получится в результате. А ещё исподтишка, абсолютно безнаказанно любовался Ишигами. Ген всё диву давался да пытался понять – когда тот успел стать частью их трудового отряда, так быстро и органично стать членом их маленького коллектива. Хотя, как понял Ген, Сенку давно состоял в как минимум приятельских отношениях с едва ли не большинством сотрудников кофейни. Просто сам Асагири тут был в пролёте, что не удивительно – с его-то непостоянным графиком. И вот сейчас Ишигами не только работал с остальными, но и принимал на себя роль руководителя. Которая дивно ему шла, как отмечал про себя Ген, слушая твёрдый, уверенный голос, созерцая полные осознанности жесты, внимательный, смотрящий в суть вещей взгляд, пускай Гену и хотелось захныкать, когда Сенку говорил ему что-то сделать – он честно пытался давить на жалость, но его попытки не возымели успеха. Правда не слишком он и старался, но это не важно. – Давайте тогда со стенами сначала разберёмся. Из раздумий Гена вырвал громкий голос Сенку, побуждающий всех продолжить дело. Ну вот, чего он и ожидал. На стены ушла ещё куча времени. Незапачканным не остался никто. В том числе Сенку – как бы они ни старался сохранить футболку чистой, он и сам вымазался в краске. В ответ на ехидную шутку Гена о том, что он может расплатиться натурой, Сенку промолчал. Правда сделал он это весьма красноречиво. Даже ушки слегка заалели. Ген возрадовался, что в этот момент никого не было рядом, потому что никто не услышал его позорный писк, когда Сенку, проходя мимо, хлопнул его по заднице. Ну ничего, Ген ему при случае отомстит. Когда время подошло к часу, в который большинство людей обедало, было принято стратегическое решение сделать полноценный перерыв. Устроившись прямо так, на полу, предусмотрительно застланном клеенками, вся компания с большим аппетитом поедала заказанную в ближайшей закусочной лапшу. Давненько такая довольно простая еда не казалась столь вкусной. Ради этого ощущения не жалко и поработать как следует. – Сейчас бы поспаать, – Гинро лениво навалился на своего брата, за что получил тычок под рёбра. Маленький такой, скорее профилактический. Но нашёлся и тот, кто был с ним согласен. Ген с большим удовольствием и сам бы сейчас вот так же растёкся. Желательно на кое-ком конкретном. Уложить бы голову на стройные бёдра этого красноглазого красавчика рядом с ним… Ах, мечты! Однако этот кое-кто, кажется, был более чем доволен сложившейся ситуацией. – Ты предполагал, что застрянешь здесь так надолго? – Ген придвинулся чуть ближе к Сенку и шепнул ему на ухо давно раздразнивающий его любопытство вопрос. От внимания Гена не ускользнуло, как Сенку едва заметно вздрогнул, но после этого тотчас наклонился чуть ближе к Гену, может даже сам не отдавая себе в этом отчёт. Асагири такая реакция понравилась. – Отчасти, да, – Сенку вторил Гену, понижая свой голос так, чтобы никто посторонний их не услышал, пускай они и не обсуждали ничего секретного. – Мне очень нравится затея Касеки, сразу понравилась, когда он ещё только начал украшать самый первый зал, пусть первоначальный план сильно изменился. Сенку хмыкнул, перед глазами его замелькали те старые чертежи. Он уже открыл было рот в порыве рассказать о них побольше, но быстро осёкся – это явно будет лишним. Ишигами бросил украдкой взгляд на Гена. Тот улыбался небольшой участливой улыбкой и внимательно слушал своего собеседника. Асагири кивнул головой, побуждая Сенку продолжить. Сенку выдохнул с едва скрываемым облегчением и расплылся в улыбке в ответ. – Так что я хотел помочь Касеки закончить и со вторым залом, – продолжил он, чуть подсобравшись. – Достичь логического завершения? – предположил Ген. – Можно и так сказать, – фыркнул Сенку. Сам он выбирал выражения попроще. – Изначально было понятно, что это займёт много времени. И придётся сделать много побочной работы. – Безразлично пожал он плечами. – И тебе не жалко тратить своё личное время? В интонации Гена не было и тени осуждения, скорее простое желание понять парня рядом с собой, чуточку лучше разобраться в его мотивах. Хотя наличие некоторых едва ли не альтруистических черт в его характере он обнаружил ещё днём раньше. И особенно Гену нравилась отзывчивость Сенку. – Нет, – усмехнулся Сенку, – не жалко. Ген улыбнулся, удовлетворенный таким ответом. А Сенку продолжил спокойно доедать свой обед, краем уха улавливая происходящее вокруг. Дедуля Касеки поднялся со своего места первым – отдохнул немного и вот уже снова готовь пахать и пахать. Всю окружавшую его молодёжь всегда удивляло, откуда в таком слабом на вид маленьком старичке столько энергии? – Давайте, тут не так уж много осталось, – вскоре он стал подбадривать и остальных. Эх, прощай, халява! Впрочем, сил поприбавилось не только у Касеки. Пять минут на раскачку, и вот уже все бодренько носятся по залу. И спустя ещё несколько часов вся честная компания, умаявшаяся, но довольная, с гордостью смотрела на плоды своих трудов. По отделке по мелочи ещё кое-что оставалось, о чём Сенку тут же не преминул напомнить, но Касеки взял это на себя, мол, потом сам доделает, всё-таки это его заведение и его забота, а работники его – и Сенку – и так большие молодцы. – А теперь пойдём как следует отметим это дело, выпивка за мой счёт! За столь радушными и очень соблазнительными словами последовали воодушевленные возгласы. Все тут же принялись приводить помещение в порядок. Пускай это и заняло больше времени, чем хотелось бы, задор ни у кого не спадал. – Всё-таки умеет старик Касеки подбодрить, – мечтательно говорил Гинро, таская обрезки проводов. Остальные работники кофейни важно ему поддакнули. Сенку усмехнулся такой идиллической картине и вслед за остальными принялся трудиться с двойным усердием. Оставив после себя чистыми даже полы, молодые люди вышли из кофейни. Ожидая, пока Касеки закроет помещение, они переглядывались между собой. Мда, картинка та ещё. На то, чтобы привести в порядок уже себя сил ни у кого не осталось. Максимум, на что их хватило – переодеть совсем уж грязные вещи и промыть руки да лица. Кто-то тихо фыркнул. Вслед за этим раздалась череда приглушённых смешков, которые очень старательно пытались сдержать внутри, но всё без толку – вскоре все заливисто смеялись. Смолкли только когда к ним приблизился дедуля Касеки, одетый с иголочки и с причесанной бородой. Кохаку уважительно присвистнула. А Касеки в ответ бросил что-то вроде «учиться и учиться» гордо повёл за собой стайку своих подопечных. Как оказалось, в заведение он их повёл вполне конкретное. Не фешенебельное, но чистое и аккуратное, в стиле классических питейных заведений, куда приходят работяги после тяжелого дня опустить пару кружек холодного пива. В этот вечер место тоже отвечало своей репутации – народу начало набегать немало, но только что пришедшая компания смогла отыскать себе свободный столик. Не без помощи харизмы Касеки, само собой. Зато как только уселись и получили первые заказы из целой вереницы всевозможных закусок и напитков – тогда вся суета вокруг перестала иметь значение. Даже усталость не могла помешать общему лёгкому, беззаботному даже настрою. И скоро вся компания – ну почти вся – присоединилась к общему гомону. Дружеские перепалки и подначивания перемежались глотками свежего пива, хлопками пивных кружек о стол и звонкими голосами, требующими добавки. Выпившая больше всех Кохаку – и выглядевшая при этом почти не захмелевшей вовсе – подтрунивала над Гинро и пыталась расшевелить Кинро, и если поначалу он был спокоен и сдержан, то уже вскоре рвался в бой. Правда о каком бое шла речь, никто так и не понял. Дедуля Касеки то и дело подшучивал над своими подчинёнными, или над самим собой, чинно попивая саке, которое ему время от времени подливал Ген. Не то, чтобы сам Касеки чтил традицию, по которой младшие должны прислуживать за столом старшим, просто Асагири хотел о нём позаботиться. А иногда эту работу за него выполнял Сенку, ехидно сплетничая при этом с Геном. Что не удивительно, время в баре пролетело очень быстро. И когда пришла пора уходить, коллектив разделился ровно на две части – одна половина решила идти по домам, а вторая требовала продолжения банкета. Проводив воодушевлённый братский дуэт в сопровождении Кохаку в сторону ближайшего караоке, Касеки махнул на прощание, ещё раз поблагодарив за проделанную работу, и ушёл восвояси. Ген, как самый трезвый из оставшейся наедине пары, вызвался проводить Сенку до станции метро. Строго говоря, в этом не было большой необходимости – пускай он переносил алкоголь не так легко, как Кохаку, напиться в зюзю ему надо было ещё постараться. Но кто он такой, чтобы противиться пребыванию в приятной компании ещё немного? Так сказать, чтобы завершить этот день как нельзя лучше. Хотя Сенку представлял себе кое-что, способное сделать его идеальным. Но он решил не забегать вперёд. К тому же… – Так не хочется завтра никуда идти, – горестно вздыхал Ген. – А разве у тебя не выходной? – Сенку с небольшим скрипом перебирал в голове многочисленные разговоры, услышанные за этот день. Он был почти уверен, что Ген заикался об этом. – В кофейне – да, – Ген привалился к стоящему рядом фонарю для пущего драматизма. Отошёл он от него только когда Сенку потянул его за руку. Ген прикрыл свободной рукой маленькую улыбку, чтобы не выдать себя. – Но утром мне надо на другую подработку. – А потом отдыхать? – не отводя от Гена глаз, он поднёс его руку к своим губам и оставил на ней невесомый поцелуй. – Мгм, набраться сил перед долгой-долгой сменой, – снова заканючил Ген, навалившись на Сенку. Тот пошатнулся на короткое мгновенье, но быстро восстановил равновесие. – Я уже вижу наплыв посетителей из-за Золотой недели. – Точно, послезавтра уже День Сёва. – Ага, – Ген поцеловал Сенку в уголок губ, не прерывая объятий. – Опять дел будет невпроворот. – А потом у тебя какие планы? – полушёпотом спросил Сенку, проведя кончиком носа по ушку Гена, отчего тот хихикнул из-за щекотки. – Отсыпаться, – фыркнул Ген. – Но если ты спрашиваешь глобально, то… Ген замолк, задумавшись. Это немного напрягло Сенку. Он попытался поймать взгляд Асагири, но тот мастерски избегал его. – Останусь в Токио. Может в какой раз получится выбраться за город. А ты? – Настроение Гена тут же сменилось, он прижался чуть ближе к Сенку, поглаживая его плечи, отчего и так расслабленное от выпитого алкоголя сознание совсем поплыло в наслаждении. – Какие грандиозные планы успел построить наш Сенку-чан? Сенку усмехнулся последним словам. – Ничего такого, что ты успел себе напридумывать. Все мои планы сосредоточены в последних днях Золотой недели, когда мои близкие приедут со всех своих отпусков. А до этого… Сенку возвёл к небу очи, словно ища в них подсказку. Хотя ответ он и так уже знал. Сенку хмыкнул. – А до этого я займусь учёбой. – Буу, как скучно, – Ген явно ожидал чего-то более интересного, о чём не преминул сказать своему собеседнику. – Ты так думаешь? – Сенку иронично выгнул бровь. Это стало его веселить. – Да! – кивнул Ген. – Ты маленький зануда. – В самом деле? – А как ты сегодня гонял нас у дедули Касеки! – А это тут причём? – Это непосредственно причём! – Ген назидательно поднял палец вверх. Сенку прыснул. – Чего это ты смеёшься надо мной? – Ген подозрительно сощурился. Даже хотел было в назидание отстраниться от Сенку, но тот успел ухватить его за талию и придержать рядом с собой. Ген был не против. – Ты же вроде только колу весь вечер пил? – Кроме пары глотков пива, которые я стянул у тебя, пока ты разговаривал с Кохаку-чан – да. Ген говорил это спокойным голосом и с выражением лица человека, довольного своей шалостью и ничуть о ней на жалеющего. Сенку осталось только глазами хлопать от такой наглости. – Я не очень хорошо переношу алкоголь, так что предпочитаю колу, – пояснил Ген. – Хм, а только что ты вёл себя, будто пьяный здесь ты, – поддел его Сенку, вернув себе самообладание. А вместе с ним и желание немного подразнить Асагири. Так, самую малость. – Мм, я пьян от присутствия прекрасного парня рядом со мной, – в драматичном жесте он откинул голову назад, приложив ко лбу ладонь, изображая из себя впечатлительную кисейную барышню. Да, Сенку не учёл, что Ген и сам неплохо умеет поддразнивать. Он даже закатил глаза, но щёки всё равно предательски заалели. Вернув телу нормальное положение, Ген снова приобнял Сенку за плечи. Хотелось бы ему подойти к нему ещё поближе, но то и дело мелькающие где-то неподалёку люди останавливали его от столь желанного действия. Зато любоваться прекрасными алыми глазами, сверкающими в свете фонаря, никто ему не запрещал. – Хороший получился вечер, – проговорил на выдохе Ген, убрав осторожно упавшую Сенку на лицо прядку волос. – Не только вечер, – Сенку лениво поглаживал талию Гена, которую он до сих пор держал в своих руках. Оба смолкли, желая растянуть подольше этот момент, боясь разрушить его хрупкое очарование громким словом или резким движением. Где-то совсем рядом слышался шум прибывающего на станцию поезда, а это значило, что они уже почти пришли. Очень жаль. – Тогда до скорого? – Ген первым нашёл в себе силы довести вечер до его завершения. – До скорого, – проговорил на выдохе Сенку. И всё равно выпустить Гена из своих рук он смог только спустя несколько долгих секунд. Лучезарно улыбнувшись напоследок, Ген помахал рукой и развернулся, двинувшись в том же направлении, из которого они только что пришли. Только сидя в поезде Сенку вспомнил, что так и не спросил у Гена его номер телефона. Но его утешало то, что Ген сам рассказал ему, где и когда его можно будет найти. А заодно и дал знать, что у них обоих нет никаких планов как минимум на ближайшие дни Золотой недели. Конечно, у Сенку были учебные дела, которыми он вполне мог заняться, но с другой стороны… Губы растянулись в предвкушающей улыбке. Именно поэтому днём 29 апреля Сенку вновь стоял перед дверьми любимой кофейни.