柔らかさ。

Темная ночь. Только луна освещает просторную комнату и кровать, на которой спал мужчина. Волосы черные, растрёпанные, глаза закрыты, дыхание ровное, губы приоткрыты. Сегодня был достаточно сложный день, после которого он буквально рухнул на постель, заснув в одних трусах, да майке. Спал достаточно хорошо, чтобы было удивительно, так как после игр его кошмары, которые до этого были наполнены старыми травмирующими воспоминаниями о службе морпеха, теперь были наполнены воспоминаниями про те самые игры, и смерть близких друзей, которые сейчас, конечно и живы (хоть и не все), но во сне умирают ужасно болезненно, смотря в глаза Кану, который стоит и бездействует, наблюдая как умирает близкий. Особенно болезнены такие сны, когда там появляется девушка. Единственная девушка в их команде. Короткие волосы с окрашенными кончиками, пирсинг, милое, почти детское лицо и ребёнок в животе. После выхода он старался не думать о ней. Она с другим. Она с Мён Ги. Она живет счастливо, и даже не вспоминает о нем. Наверно. Резкий звонок в дверь вывел его из сонного состояния, заставляя подскочить и вскрикнуть. Он вздыхает, потирает лицо обеими руками, не хотя вставая с кровати и идет к двери, тихо матерясь, почесывая голову. Он уже успел придумать миллион вариантов того, что будет, если он откроет дверь, и кто там будет стоять, но правильный ответ удивил его. Там была она. Стояла перед его дверью, ребенком и сумкой в руках, в слезах, растрёпанная, с синяком на руке, судя по всему от крепкой хватки, волосы стали короче, окрашивания старого больше нет, как и пирсинга, только небольшие шрамики намекали на то, что там было какое-то украшение. Сердце Дэ Хо в мгновение замерло, при виде слез бывшей участницы команды. Тем более с ребенком и в таком состоянии. Она громко всхлипывает и тут же к нему прижимается, обнимая, тихо и протяжно плача вместе с ребёнком. Кан обнимает в ответ без вопроса. Близко прижимает, насколько позволяет ребенок, тут же зарываясь пальцами в чистых, но растрепанных волосах, поглаживая ее дрожащую спину, чувствуя теплое дыхание на шее и капли слез, которые смачивали его кожу, оставляя небольшие следы на майке. Стояли они так не долго. Через минут пять пошли, кое-как как уложили ребёнка в кресле, сделав ему подобие кроватки, после чего ушли на кухню. Сидели молча. Только шум чайника разрушал тишину между ними и редкие всхлипывания носом. Дэ Хо сидел и смотрел на нее, боясь заговорить первым, давая возможность ей начать, но если она ей не пользуется, то значит еще не готова для разговора. Всей ситуации он точно не знает, но надеется на лучшее. На простую ссору, но синяк на ее дрожащей руке кричит об обратном. Крики игнорировались. — он Снова начал... — сказала тихим голосом Ким, держась руками за горячую кружку, грея замершие руки. Все таки отопление в квартире плохое, а на улице осень. За время молчания успел вскипеть чайник, поэтому они и сидели, держа свои кружки, совсем не жалуясь на жгучую боль в ладонях и пальцах. Дэ хо приподнял бровь, понимая о чем она, но спросить все таки стоит. — Что начал? — тихо и слегка обеспокоенно спросил мужчина, протягивая одну руку, легко до касаясь до кружки Хи, боясь ее руки. — Криптовалюта. Я.. Я пришла сегодня с магазина, а он был весь обеспокоенный... Я спросила что случилось и.. — она всхлипнула и в этот раз уже Дэ Хо отцепил ее пальцы от кружки, аккуратно беря ее руку в свою, до касаясь пальцами ее пальцев, слегка сжимая их, давая поддержку продолжить. Глубокий вдох. Свободной рукой берет кружку, полностью губам, делая глоток зеленого чая без сахара, сжимая руку в ответ. — И он мне все рассказал. Что он снова деньги сливает на крипту, что в казино играет... Я не выдержала, дала ему пощечину и ушла, а он как схватил за руку... — тон девушки был более-менее спокойным, а на последних словах он стал более тихим. Ее глаза смотрели в чашку, в которой плавал пакетик с чаем. Ким попыталась отвлечься, смотря на то, как маленькие кусочки поднимаются в воде, плавая. Дэ Хо на это лишь тяжело выдохнул, потирая уже не сонные глаза, сидя так пару секунд, сжимая и разжимая ее руку. Он был не капли не удивлён, что Мён мог так поступить с ней и с ребенком. — Чун Хи, не расстраивайся так, хорошо? — начал он тихо мягко, слегка наклоняя голову вниз, чтобы посмотреть в ее глаза, — сейчас же ты хоть немного денег забрала? они ушли после третьей игры, поэтому деньги, а именно триста миллионов были у каждого в кармане. Девушка отдала деньги за свой долг, плюсом ей, и остальным помог Сон Ки Хун, Поэтому денег было еще предостаточно. Ким кивнула. У нее были деньги на карте, не сильно много, но и не мало, чтобы подозрений не было из-за того, что на ее счёте появилось много миллионов вон так резко. На кивок Дэ Хо снова выдохнул. В этот раз от облегчения. Деньги у нее есть, ребенок с ней, значит все хорошо. — Ну вот и отлично! Деньги есть, ребенок с тобой, можешь не переживать.— весело ответил Кан, улыбаясь. Ким же подняла голову и глаза на мужчину, смотря глаза в глаза и ответила не таким веселым тоном, как у Дэ Хо — И что? Да, в меня все есть, но ребёнка то мне одной придётся выращивать. Деньги рано или поздно закончатся, у господина Ки Хуна, в этом случае я ничего просить больше не готова. У тебя я тоже жить долго не смогу. — тон беспокойный, грустный, без надежды на счастливое будущее. Хо давно об этом думал. Пора. — Сможешь. Живи хоть всю жизнь! С ребенком помогу, выращу, с деньгами тоже. — продолжил он прежним тоном, снова сжимая и разжимая руку уже ожившей Хи. Она посмотрела с непониманием, приподняла в прошлом проколотую бровь. На губах появилась странная гримаса похожая на улыбку. — Ты серьезно? Ты понимаешь что говоришь? Ты хочешь взять ответственность за чужого ребенка и за меня? — Да. Да хочу, Чжун Хи. Отец не тот кто зачал, а тот кто воспитал. Опыт у меня есть, у сестер детей больше чем мух на планете, поэтому с малышом справлюсь. Тем более что одну тебя я никуда не отпущу, так как переживаю за тебя и ребенка. Будем жить вместе. Может что-то и получится... Девушка слушала его речь и странная улыбка и чувство заботы проснулось в ней, становясь все сильнее. Она даже не могла поверить в это, пока не вспомнила, что перед ней не какой-то незнакомый незнакомый репер, криптоволютщик, или еще кто-то, а самый настоящий военный, хоть и бывший, которого воспитывали старшие сестры, которые явно херню из него не сделали. Она отпустила кружку, отпустила руку Хо и встала. Он за ней. Стоило только встать, как она тут же его обняла. В этот раз крепко, уткнувшись лицом в шею, радуясь и надеясь, что у ее ребенка наконец-то появился настоящий отец, а у нее — партнер.