Одно целое

– А знаешь, если звезда падает, а я загадаю желание, то оно обязательно сбудется? – Конечно, не зря ведь так говорят. Тёплые лучи закатного солнца ласкали два силуэта. Один – небольшой, сидящий совсем на краю озера, болтающий ногами по воде. Второй – больше, крепче, стоит немного поодаль, наблюдая за тем маленьким силуэтом. – А давай на ночь сегодня останемся и будем смотреть на эти звёзды? Кто больше желаний загадает, тот и выиграл! Силуэт, что крупнее, приближается к воде, садится рядом с маленьким, но его ноги не касаются воды, лишь осторожно ложатся рядом на траву. – Эва, твоим родителям всё ещё не нравится, когда ты гуляешь до ночи. Девушка недовольно дёргает головой, поворачиваясь к парню. – Ну Амен! Я же с тобой, а с тобой они меня всегда отпускают, к тому же мне давно есть 18. Не будь занудой, давай! Сегодня такое небо чистое! Парень, явно старше неё лишь ухмыляется, зарывается ладонью в её волосы, трепля их. Эва недовольно морщится, скидывая чужую руку, но не отодвигается, не хочет. – А завтра вставать как будешь? Думаешь выдержишь полтора суток на ногах? Девушка хмурится, теперь полностью отворачиваясь. Она явно обижается, или хотя бы делает вид, что это так. Отмахивается рукой и шумно выдыхает. – Вот нельзя с тобой нормально! Амен хмыкает, чуть с насмешкой улыбаясь. Не по-злому, по-доброму, так, как улыбаются близкие друзья, когда подшучивают друг над другом, или когда влюблённая пара ловит момент беззаботности и дурачится, словно дети. – Нормально? Почему это со мной нельзя нормально? – Ну потому что! Вредная. Она не хочет говорить на прямую, а он терпеть не может такие загадки. Но мы часто забываем о своих чувствах, когда на кону стоят чувства других, более важных людей. И сейчас Амен берёт её сжатую в кулачок ладонь в свою, хоть она и сопротивляется, но исключительно для вида. Разве можно сопротивляться его тёплой, бархатной коже, обволакивающей родным запахом? Парень не тянет, подсаживается чуть ближе, тянет её кулачок к груди, нежно прижимая. Вряд-ли он сейчас полностью контролирует свои действия разумом, но ведь ночь – пора любви, сердце руководит в ней. – Давай тогда сделаем не нормально? Эва поворачивается, с непониманием и скептицизмом во взгляде поднимает бровь, но руку не отрывает, позволяя Амену согревать её своим теплом. – Это ещё как? – Ну вот так. Он замолкает, проходит пару секунд полной тишины, которую охотно разбавляют сверчки, прежде чем над водой разносится низкий смех, а маленькая ручкам недовольно толкает спутника в плечо. Шутка явно одобрена. – Ну ладно ладно. Хорошо, останемся, но до полуночи. – На два часа дольше! – До полуночи. – Ну на час! – До полуночи. – Зануда. Слышится чёткое «цок» языком. А следом довольный смешок. Кажется, их споры всегда бывают такими. Он ставит условия, она пытается его переубедить, а он никогда не уступает, хотя бывают случаи... но это уже совсем другая история. Небо расцветает красным. Нежно розовые лучи сменяются яркими алыми, застилают собой небо, делая его ещё более особенным, хотя казалось бы, куда ещё? А два силуэта так и сидят... маленький любуется росписью солнца на небосводе, а большой – маленьким. Парень жмёт к груди уже согревшуюся ладонь, будто хочет, чтобы она стала частью его самого, а девушка и не против, тянется к нему, ластится, словно кошка, но такая же гордая, не позволит приласкать просто так. – Зато ты – нет. Разве не идеальное дополнение? Эва не отвечает, но на спрятанном за волосами лице, расцветает улыбка, полная нежности и особой любви. Её щёки сейчас подобно небу пару минут назад, пестрят такими же нежно-розовыми оттенками. – Идеальное. Тихо шепчет она. Ответа нет, но он и не нужен – сейчас общаются их сердца. Они говорят губами, что сплетаются в своём, ни на что не похожем, вальсе. Танцуют так же плавно и нежно, передают каждое «люблю» всё новыми и новыми движениями. Слова могут сказать много, но чувства – больше. И сколько бы слов не придумало человечество, они бы не продолжили говорить, так и сидели бы на берегу озера, на ещё не остывшей земле, глядя на уходящее за горизонт солнце. Если взглянуть на тень двух людей, что касаются друг друга, будет казаться, что это одна единая тень. Что если и души наши сплетаются так же? Если силуэты эти, стали одним...